Долго и счастливо по-Брагински

— опа) здрасти, я не смотрю) — протянул он, проходя мимо жены. Она и не думала прикрыться или отвернуться, даже неловкости не чувствовала. — да уж смотрите, что вы там не видели, Олег Михайлович) — хитро улыбнулась она, снимая халат с вешалки. Брагин чмокнул женщину в щеку, как бы невзначай коснувшись оголённой лопатки жены ладонью. Особого приглашения ему было не надо, он сел на стул, впившись взглядом в такое знакомое тело. Слишком плоский живот жены говорил о том, что со вчерашнего вечера она так ничего и не поела. Олег уже знал её всю, наизусть. А, вспомнив о том, что и вчера она съела лишь две ложки салата, решил её накормить. — есть хочешь? — спросил он как бы не при чем. — честно, хочу) — улыбнулась женщина, вспоминая, что с самого утра действительно ничего не ела. Вспомнив, что бабушка, чью подругу Олег удачно вернул из отпуска с того света, принесла пирожков всех вкусов, Брагин произнёс загадочным голосом. — пошли тогда) — куда?! — удивилась женщина, застегнула последнюю пуговицу халата. — пойдём-пойдём… — Нина, если привезут кого, мы с Мариной Владимировной у меня в кабинете. — поставил подругу перед фактом Олег, таща Нарочинскую за руку. — Ну-ну. — многозначительно произнёсла Нина с лёгкой улыбкой. — кофе пьём. — ответил он на намекающий взгляд подруги. — где? — не поняла значения слова «кабинет» Марина. — добро пожаловать в мой лифт) — с гордостью произнёс Брагин, заводя Марину Владимировну в свои владения. Потом Нарочинская очень пожалела, что собралась есть. Тошнота сразу подступила к горлу, токсикоз на раннем сроке уже начинал её беспокоить. Отмахнувшись, что идёт в туалет, женщина вылетела из кабинета, поймав на себе странный взгляд мужа, когда вернулась. — все нормально? — протянул он ей чашку кофе. — да. — махнула рукой Нарочинская, взяв в руки напиток. Олег сощурил глаза и хитро улыбнулся, сев рядом с ней на диванчике. — Марин Владимировна. — с каким-то насмехающимся отголоском произнёс он. — м? — спросила она, поднимая на мужа глаза. Женщина даже не почувствовала, как мужчина по-хозяйски положил ей руку на плечо, прижимая к себе, настолько она к нему привыкла. — а зачем ты в гинекологию ходила? — он коснулся носом её щеки и не видел, как округлились глаза женщины. — я. Я ходила. — слегка замялась. — а откуда ты знаешь?! — следил за тобой) кто знает, с кем ты там в кафе собиралась встретиться. — пока Олег оправдывался, Нарочинская думала, что сказать. — мы должны были встретиться с врачом из гинекологии, у меня пациентка, у неё проблемы со зрением. Надо срочно операцию делать, а она на восьмом месяце. С её врачом-гинекологом, котором мы должны были в кафе встретиться, а у неё неожиданно пациентка какая-то нарисовалась. Вот я и пошла в гинекологию, там с ней поговорить. — вот что, что. А врать Марина умела, но не для Брагина. Олег вспомнил момент, когда женщина явилась к нему с синяком от Хаева. Тогда она точно также неумело, но настойчиво набрасывала факты. — Марин Владимировна? — Олег чуть развернул её к себе, положив её ноги на свои, аккуратно прошёлся ладонями по её ногам, с верха и до колена. — я знаю тебя, как облупленную. Думаешь, не смогу различить, когда врёшь, а когда нет? — Олег наклонился так, что расстояние между лицами составляло от силы два миллиметра. Женщина заглянула в эти светящиеся какой-то догадкой глаза и тяжело вздохнула. Положив руку на его щеку, Марина уже собралась говорить, но выбежала Нина. — простите, извините, но там авария, к нам везут перелом шейки бедра и ЧМТ- парировала она, распахивая дверь. От выражения лица Олега Нарочинская рассмеялась и уткнулась лицом ему в плечо, подавляя смех. — Нина! — вскрикнул он, словно она эту аварию подстроила. Два прекрасных хирурга разошлись по операционным, каждый в свою сторону, лечить шейку бедра и череп. — ну мы договорим. -решительно бросил Олег, уходя с каталкой. Нарочинская лишь многозначительно выдохнула. Оба были мастерами своего дела, поэтому много думать о самой операции не пришлось, мысли витали между тем явно не в своей, а в соседней операционной. Марина, работая в голове, думала, стоит ли говорить Олегу. Откуда он распознал так тщательно спланированную ложь? Правильно сказал, знал её, как облупленную. Мысли ездили по станциям как-то быстро и привели женщину к выводу, что весь мир — пороховая бочка. Брагин лишь часть этого мира. Взять, хотя бы сегодняшнюю аварию. Олег же не виноват не в чем. После женщина подумала о том, что это часть мира- Брагин, именно та часть, с которой жить хочется. Да, она сильно была обижена. Тот поступок в день их свадьбы… Но обида обычно проходит. За собой она заметила, что тревожное и сковывающее томление в груди при воспоминании того дня исчезло. Простила. Пережила. Время лечит? Да. Олег медленно переходил с факта на факт, всё ближе подходя к мыслям, что Нарочинская всё же беременна. При этой мысли внутри всё переворачивалось и бабочки какие-то летали, обжигая внутренний мир хирурга. Если это так, то он точно её никуда не отпустит. Что она просила? Пообещать хотя бы, что попытается жить по-другому?.. В этот момент мужчина твердо решил, что пообещает, попытается, сделает. — Нин, Олег ещё не освободился? — держала в руках шапочку Марина. — Михалыч ко мне с таким же вопросом пятнадцать минут назад явился! — воскликнула Нина. Но, увидя не совсем благостное настроение жены её любимого балагура, быстро добавила: -в кабинете, кофе пьёт. Как операция? — прогноз положительный. — получив информацию о том, что у Олега операция тоже прошла успешно, женщина отправилась в кабинет мужа. Тяжелый вдох, открыла дверь, легкая улыбка и щелчок замка. Пусть утренняя смена справляется без них, этот разговор куда важнее. Брагин сидел, положив ногу на ногу, крутил в руках кружку. — будешь кофе? — смял он неловкую паузу. — нет, напилась уже, спасибо) — произнесла она, прижимаясь к двери. — как операция? — жить будет. Сначала нужно было прояснить ситуацию. — давай поговорим. — произнесли хором оба хирурга. На лицах проскочила легкая улыбка, оба вспомнили, насколько близки друг другу и говорить стало легче. Чтобы скрасить диалог, женщина подошла к мужу ближе, взяла его руки в свои. -ну? — посмотрел на неё Олег блестящими глазами, чуть приподнимая брови. — я всё ещё люблю тебя… — произнесла на выдохе женщина, а по щекам в момент скатились две крупные-крупные слезинки. Такого Брагин явно не ожидал услышать, дыхание перехватило, руки обмякли. Она перебирала их в своих, переплетала пальчики. — прости. — сказала вдруг она, сорвавшись. Громко всхлипнула и, отвернувшись, прикрыла рот рукой, истерично хватая воздух. Олег остался сидеть на стуле, словно оцепеневший. — нет, я понимаю, что надоела тебе со всеми этими решениями. Но, понимаешь, я засыпать без тебя не могу и не хочу просыпаться, мне противно дома, когда тебя там нет. — она оживлённо махала руками, всхлипывала, говоря сквозь слёзы. — ты имеешь сейчас полное право меня послать. — сказала она, не заметив, как он всё-таки поднялся. — и я тебя. — Протянул он, подходя сзади, крепко обхватил женщину и прижал к себе. — люблю. — прошептал он, утыкаясь ей губами в кожу за ушком, словно это была их тайна. — иди сюда… — протянул он, загребая руками её к себе, разворачивая. — ну не плачь. -говорил воодушевлённо. В ответ слышались громкие всхлипывания, по щекам текли слёзы одна за другой. — я тебе обещаю, что попытаюсь жить, никуда не влезая. — вдруг произнёс он, Нарочинская затихла и подняла глаза на него. Тушь уже давно размазалась по лицу, её невозмутимое обычно лицо сейчас казалось таким детским, таким эмоциональным. — маленькая моя. — вытирал он её щеки своими сухими, грубыми мужскими ладошками. Олег прижался губами к уголку губ женщины, с чувством удерживая её в своих объятьях, но вдруг почувствовал, как она захватывает его губы в поцелуй. Как она скучала по этим губам. Как невыносимо он ждал, когда они снова смогут воссоединиться. Поцелуй получился очень нежным, действительно воссоединяющим. Руки не гуляли по телам возбуждённо, они просто прижимали к себе вторую половинку, без желания отпускать. В какой-то момент Брагин мягко, но резко прервал поцелуй и почувствовал, как сжимает ладошки в кулаки за спиной Марина. Вот что-что, а отрываться от него она никак не хотела. На вопросительный взгляд девушки Олег приподнял брови, убирая пряди волос с её личика. — а больше ничего ты мне не хочешь сказать?.. — из-за того, как близко они находились друг к другу, мужчина почувствовал, как её сердце забилось ещё сильнее. — неет. — покачала она головой из стороны в сторону. В горле стал ком. Она сама не поняла, почему умолчала. Видимо, эмоций на сегодняшний день хватило и без того, с головой. Она первая снова потянулась к нему за поцелуем, против, конечно, никто не был. — поехали домой? — спросила Марина, когда Олег уже пробрался руками под её футболку и прогуливался горячими поцелуями по шее, сладко её прикусывая. — неа. Я не дотяну. — уж слишком возбуждённо произнёс он. Тогда женщина поняла, что его уже никто не остановит. Хотя, природа взяла своё и от следующего, слегка грубоватого касания мужа, Марина еле смогла сдержать стон удовольствия. Крик от неожиданности подавить не удалось, Брагин резко посадил её на стол, предварительно опустошив его. — Олег. Тут диван. В метре. — задыхаясь от постоянных поцелуев, промямлила она. Но давно скучавший по своей девочке Брагин уже ничего не слышал. То, как он реагировал на её действия, прикосновения, заводило с новой силой. Марине нравилось, как она могла по щелчку пальцев его заводить. Скоротечно стянув с неё всю одежду, между тем освободившись от своей, Олег припал губами к упругой груди, Нарочинская в ответ с силой прижала его голову к своему телу, разглаживая шевелюру. -мм. -с усилием сжимала губы, чтобы не закричать от удовольствия. Когда Олег вошёл в неё, женщина обхватила бёдра мужа ногами, руками обняла его крепко, очерчивая ноготками спину. Сидя на полу, Олег одной рукой крепко, как мог, прижимал Марину к себе, второй медленно и аккуратно поглаживал внутреннюю сторону её бедра. Теперь Марина поняла, что его без женщины на такой долгий срок оставлять нельзя. А так как шанса другим она давать не собиралась, прекрасно понимала, что это «без женщины» это значит «без неё». — я так скучал. — протянул он, зарываясь носом в чуть мокрые волосы. — я тоже… — произнесла она, чуть поворачиваясь к мужу, погладила его руку, лежащую на её животе. — ээ, Михалыч, стой! — крикнула в догонку продвигающимся к выходу из здания. — у меня мужика везут, с седьмого этажа на асфальт шмякнулся, Куликов просил тебя остаться! — сволочь, Куликов! — выругался Олег, не отпуская талию супруги под коварный Нинкин взгляд. Она-то уже уходила с ночной к Пашке. — Нин, а с головой у этого падающего всё в порядке? — спросила Марина. — нет, открытая ЧМТ, но Шеймана вызвать собираются. — Нарочинская уже хотела идти вместе с Олегом переодеваться, но не тут-то было. Её коварный план не сработал. — ээ нет, мать. Ты после ночной, едь домой! В твоём положении лучше поберечься! — проговорил Олег, взяв в руки карту пациента, словно ничего такого не сказал. На удивлённый взгляд жены и подруги, он Слегка ухмыльнулся. — ну я ж не дурак) пока! — чмокнул опешившую жену в щеку и, скоро развернулся, удаляясь в сторону кабинета. — таак… Во-первых. Вы помирились? — оперлась на стойку двумя руками Нина. Тихими шагами Брагин прошёл по столь родной, их квартире. Аккуратно поставив большую спортивную сумку на пол возле двери в спальню, он тихонько приоткрыл дверь. Десять часов утра, а его маленькая девочка спит. Бегло стянув с себя свитер, Олег кинул его куда-то на пол, наклоняясь к выглядывающим из-под одеяла белым локонам. Медленно, касаясь только подушечками пальцев теплой ткани, Олег отогнул одеяло на плечи любимой, открыв перед собой её милое личико. Не посмев дотронуться до неё, боясь разбудить, Олег просто смотрел на любимую. Вот такое вот тихое счастье. И ничего не надо, только, чтобы она была рядом. Ровное дыхание блондинки успокаивало его распалённую после долгих операций и утренних пробок натуру. Каждую частичку этого тела он любил, в очередной раз впечатавшись взглядом в это милое создание, Олег, тихо ступая, ушёл в душ. Совершенно чистый, готовый будить любимую жену, Олег с самой яркой улыбкой на свете зашёл обратно в спальню. Как он мечтал снова оказаться на этой кровати, вдохнуть кислород именно этой комнаты, лечь под это одеяло, а самое главное, С НЕЙ. вокруг этой женщины всё было любимым, она манила с какой-то неимоверной, внутренней силой. Забравшись под одеяло, Олег лег на середину кровати, прямо рядом с женой. Аккуратно подвинув её за плечико с края на середину кровати, Брагин удивился, что она даже не проснулась. Видимо, устала за ночь с операции. Сейчас весь Брагинский мир вертелся вокруг этой взрослой, но маленькой девочки, вокруг жизни внутри неё. Ему казалось, что она вот хрупкая-хрупкая, такая, что нельзя дать никому к ней прикоснуться, а то растает, разобьётся. Решив, что будить её сейчас совсем нельзя, как-никак, всю ночь работала, Олег устроился удобнее рядом с ней и лёг под боком любимой. Чуть поворочавшись, блондинка легла на бок, обхватив во сне двумя своими небольшими ладошками руку Брагина, прижала её к груди. Подперев голову другой рукой, уткнувшись локтём в подушку, Олег стал рассматривать жену дальше, словно никогда раньше её не видел. Черты лица её стали ещё прекрасней. (Ну конечно, теперь-то она счастлива) «Интересно, какой срок? Как давно она узнала? " — вопросы витали в голове Олега, не давая заснуть. Ему вообще казалось, что теперь он спать не будет, зачем терять время на сон, когда можно лежать и любоваться вот этим белокурым чудом? Но, физиология дала отпор желаниям Олега и спустя полчаса глаза стали слипаться, а сознание туманилось, медленно отходя в сон. Уткнувшись головой в плечо женщины, он так и уснул, находясь на пике счастья. Проснувшись, Марина Владимировна невольно улыбнулась. Рядом лежал источник счастья женщины. Да, он иногда может выбесить дурацкими шутками, периодически косыми взглядами в сторону женского пола, постоянным влезанием во что не попадя, но он — любимый, он — единственный. И именно с ней он сейчас лежит, именно на ней женат, именно по ней скучает. Сам счастливец лежал на спине, одну руку по-хозяйски положив на грудь жены, слегка её сжимая. — спишь? — вдруг послышался шёпот, от которого женщина вздрогнула. Почувствовав это, Олег тут же оказался лицом у личика жены, пройдя рукой к её талии. — ты чего пугаешься? — улыбнулся он, играя ямочками на щеках. — не ожидала) — улыбнулась самой счастливой улыбкой. Проведя бережно ладошкой по пока ещё плоскому животику, Брагин заставил её задрожать от удовольствия. Проведя рукой выше, он наблюдал, как горят её глаза от его прикосновений. На её такую смотреть нравилось. Вообще, смотря на неё, он кайфовал. Скоротечно убрав руку из-под тонкой маечки, Брагин положил её на щеку своей девочки. Большим пальцем он провёл по распахнутым губам Маринки, которые манили неимоверно, а после, наклонился ниже, почувствовав теплые ладошки женщины на своих щеках, Олег коснулся её губ нежнейшим поцелуем, на который та мгновенно ответила. Какой человек не мечтает о семейной идиллии? Когда хорошо рядом с партнером. Не просто хорошо, замечательно, превосходно, шедеврально. — люблю тебя, больше никогда не потеряю. — решительно, с вызовом проговорил он ей прямо в губы. Она любила кофе. Любила его утром, вечером, в обед, за завтраком, в три часа ночи во время ночной смены, в шесть и пять утра, когда глаза ещё не проснулись. Любила его горьковатый привкус, остающийся потом во рту, любила чувствовать его на губах любимого мужчины. И он это знал. Заварив ей с утра ароматный напиток, Брагин добавил как можно меньше самого кофе и налил больше молока, потому что сокращать потребление приходилось. Сидели напротив друг друга, в глаза смотреть нравилось. Вдох, выдох, в унисон. И в три тысячный раз «я люблю тебя». Казалось, они теперь никогда не устанут говорить эти слова. Они играли взглядами, любили ими, завораживали друг друга. — ты есть будешь? — наконец подал он голос. — вот не следил я за тобой, не питалась вообще, наверное! — верно, кстати, заметил Олег. — ты это говоришь человеку, который приходил к тебе на квартиру, варить борщи? — улыбнулась женщина, Олег сделал круг глазами, уходя от ответа. — какой срок? — не найдя лучшего повода и способа спросить, сказал Олег. — восемь недель. — без промедлений ответила Марина. — ну и когда ты собиралась сказать? — я сама вчера только узнала! — ну ты, мать, даёшь, конечно. — пробубнил Олег. — ты как не могла заметить-то? — а ты думаешь, мне до этого было? Свадьба, операции, взрыв, ты? — поджала губы Марина. — кстати обо всём этом, ты когда планируешь в декрет? — спросил Олег, ожидая адекватного ответа. Но это же Нарочинская. — когда в роддом поеду, рожать, тогда и уйду. — спокойно ответила она, Олег чуть не подавился от подобной реплики. — что? — казалось, салат не хотел глотаться, а так и остался во рту мужчины. По взгляду Марины Олег понял, что лучше поднять эту тему позже. Да и она сама поймёт, испытывая муки токсикоза, отёки ног и прочие беременные прибамбахи, что пора. — окей. — произнёс он, соглашаясь на перемирие. — а с миомой что? — эта тема была важнее, Марина вздрогнула. — пью таблетки, которые прописали, постоянный надзор гинеколога сказано, и всё. — сообщила женщина, опуская глаза вниз, словно виноватая. — вот, Нарочинская, не думаешь ты о своём здоровье! — стал откровенно выделываться Олег. — чегоо?! — улыбнулась заигрывающей интонации мужа. — сказали же, пол года, а тебе всё нетерпится! — смеялся он. — чтоо?! Это ты меня затолкал тогда в подсобку без шанса на побег! Ну, а то, что я в каждом кармане не ношу. — стала с улыбкой, но громко возмущаться Нарочинская. Воспользовавшись таким резким напором с её стороны, Олег встал, чего за своими речами Нарочинская не заметила, и, подняв её, заткнул рот губами. О той истории они смеялись долго и упорно. На самом деле им не удалось тогда увидеться аж целых трое суток, всё благодаря работе. Поэтому оба, понятно дело, страшно соскучились. Олег буквально вырвал тогда жену из внешнего мира, загнав в подсобку. Ну, а когда оба вспомнили о том, что средств контрацепции с собой у них нема, то было уже поздно. И два взрослых, совершенно адекватных (что уже сомнительно) человека наплевали на все запреты. — а ты собиралась мне вообще говорить? — не уставал засыпать вопросами супругу Олег. — Боже мой, Брагин, ну конечно! — как будто он спросил, «дважды два- четыре?» такая уверенность обрадовала Олега, он провёл широкой ладонью от плеча до ягодицы женщины, не прерывая зрительного контакта. Снова коснувшись её чуть распахнутых губ, Олег понял, что они оба хотят большего. Чуть развернувшись, они медленно, но метко направились в спальню. Ну, а что? Выспаться они выспались, на смену Олегу только в шесть вечера, Марине так и вообще к восьми утра, а супружеский долг никто не отменял. Тем более, надо было восполнять пробелы за прошлые три недели, проведённые в гордом одиночестве. Кофе уже давно остыл, бортики чашки покрылись темноватым ободком, огурцы салата обветрились, а из спальни донесся хихикающий голосок: — Олег, вставай давай, тебе на работу через пол часа!