Утро, изменившее жизнь.

Захожу в палату к Майки. Он неподвижно лежит на кровати и к нему подключено множество техники, которая следит за его состоянием. Из школьных курсов о медицинских аппаратах я ничего не помню, поэтому не знаю, для чего именно они предназначены. На его лице кислородная маска, которая помогает дышать. Его грудь еле заметно двигается. Если не приглядываться, то можно подумать, что он вообще не дышит. И это кажется жутким. На лице и руках Майкла множество синяков и царапин. Не говоря уже о его ногах и туловище. Они прикрыты одеялом, но я знаю, что под ним скрывается. Под ним скрывается ужас, который покрывает худощавое тело моего брата. Боже, мне даже страшно подумать о том, что творится внутри его организма. В каком состоянии его кости и органы. Глаза предательски щиплет. Накрываю своей ладонью руку Майки. - Прости меня. - Шепчу я. - Не знаю, слышишь ты меня или нет, но мне очень стыдно. Я не должен был тебя оставлять. Из-за меня теперь страдаешь ты. Одинокая слеза покатилась по моей щеке, а следом вторая. Я замолчал в надежде на то, что Майки внезапно очнется и что-нибудь скажет мне в ответ. Но он молчит. Все по-прежнему молчит. - Пожалуйста, не оставляй меня. Без тебя я ничто и никто в этой жизни. Ты мне нужен. Ты же у меня сильный. Ты же никогда не сдаешься и всегда добиваешься своего. Отпускаю руку Майки и вытираю слезы с лица. Удобнее сажусь в кресло и подтягиваю под себя колени, устремляя взор на брата. Спокойный и хрупкий. Его лицо по-прежнему не выражает никаких эмоций. Он всегда такой. Майки очень сложно заставить улыбнуться. С самого детства он серьезный. Даже когда его бабушка просила улыбнуться, он все равно оставался с неподвижным лицом. Дома где-то лежит видеокассета, где бабушка снимала нас на Хэллоуин. Я был одет в костюм скелета. Он был мешковатым с нарисованными костями и одевался как комбинезон. Ну, а Майки был Черепашкой-ниндзя. Зеленые штаны, водолазка и панцирь из поролона, который бабушка обшила темно зеленой тканью, а я красками сделал узор. Еще у него была фиолетовая маска на глаза. Он был Данателло. Процесс шитья, примерки и наряжения бабушка снимала на камеру. И когда мы в гостиной готовили ведерки для сладостей бабушка подошла к Майки и спросила "Майки Уэй, почему ты не улыбаешься?", на что он только посмотрел в камеру злобным взглядом, а мы с бабушкой засмеялись. Но мне кажется, чем старше он становится, тем он больше на его лице эмоций. Сейчас он уже не такой зануда, как в детстве. Майки часто улыбается в присутствии своих лучших друзей и Алисии. Когда они вместе, с его лица не сходит улыбка. Эта девушка делает его счастливым. Видимо, она и есть та самая его "половинка". Черт, ей же нужно позвонить. Она, наверное, волнуется. Вытаскиваю мобильник и набираю номер Алисии. После второго гудка она поднимает трубку. - Алло? - Привет, Эл. - Привет. - Слушай... - Майки нашелся? - перебивает меня Алисия. - Да, но... Ты сможешь приехать в городскую больницу? - Боже, что-то случилось? Что-то с ним, да? - ее голос срывается. - Да, приезжай. Думаю, что ты нужна ему. - Ладно, я скоро буду. Разговор прерывается, и бросаю взгляд на брата. - Скоро придет Алисия. Она переживает за тебя, по голосу это понятно. Знаешь, а вы хорошая пара. Вы действительно подходите друг другу. Никогда не бросай эту девушку. Она просто сокровище. Еще полчаса я сижу с Майки, а потом приходит Алисия. Глаза у нее красные и вид нервный. Я ей рассказываю о случившемся и обнимаю, Эл дает волю новым слезам. Ей сейчас не помешает "жилетка" в которую можно поплакать. После я оставляю ее с Майки наедине и ухожу. Знаете, у вас когда-нибудь было такое, что вы думаете о чем-то, а потом ищите причину, по которой вы начали думать об этом? Я проходил мимо приемной и почему-то сразу же мне вспомнился поцелуй с Фрэнком и то, как он искал мне кофе, а потом, когда я начал терять сознание, он выскользнул из моих ослабевших рук. Этот напиток запачкал мои кеды и теперь на них темные пятна. Я сначала был озадачен вопросом о том, что смогу ли я их свести или мою обувь пора уже выбросить, а если выброшу, то какие куплю... Но я задумался о ходе своих мыслей и пришел к тому, что я просто вспомнил поцелуй, а теперь уже думаю о Фрэнке. Я не видел его целый час и соскучился. Пусть это звучит глупо и по-девчачьи, но я действительно соскучился. Я скорее хочу его увидеть. Захожу в палату и вижу, как он сидит на подоконнике и курит. Ветерок, задувающий в комнату с улицы, теребит его волосы. В воздухе витает ощущаемый запах никотина. Я бы не сказал, что это приятно, но само курение приносит неописуемое удовольствие, и в процессе ты не обращаешь внимания на этот запах. Я знаю, что это вредно и можно заболеть раком легких, но мне плевать... Все мы смертные когда-нибудь умрем и покинем этот мир. Кто-то попадет в аварию, кто-то подавится едой, кто-то захлебнется водой и утонет, а кто-то лишит себя жизни сам. У каждого итог один. Однажды мы перестанем дышать и чувствовать. Просто заснем и больше никогда не проснемся. И не важно, что послужило причиной: рак или то, что еда попала в "не то горло". Фрэнк замечает меня, но не встает с подоконника, а ждет, пока я подойду сам. Сажусь рядом с ним и кладу голову на его плечо. Фрэнк выбрасывает сигарету в окно и обнимает меня. - Майки в коме, - тихо говорю я. Фрэнк тяжело вздыхает и целует меня в макушку. Так мы сидим несколько минут, каждый думая о своем. Эта тишина устраивает нас. Она не напрягает, не давит на нас. Мне и Фрэнку комфортно. Спустя какое-то время я поднимаю голову и целую Фрэнка. Этот поцелуй нежный и долгий. Мы оба наслаждаемся этим моментом. Мой язык скользит по кромке его ровных зубов и по небу. А затем он проделывает аналогичные движения и вскоре наши языки переплетаются в более жарком поцелуе, от которого низ живота наполняется приятной тяжестью. Он кладет свою ладонь на мое колено, я отстраняюсь от него. - Фрэнки, мы же в больнице. - Плевать, - он спрыгивает с окна и влечет меня за собой сопровождая поцелуем, который становится все настойчивее. - Фрэнки... - Заткнись! - он снова впивается в мои губы и укладывает на кровать. Сдавшись, мои руки проникают под его футболку и начинают блуждать по спине. Фрэнк проводит языком от уголка моего рта до уха, начинает посасывать мочку и покусывать ее. Его горячее и тяжелое дыхание щекочет ухо. С моих губ слетает тихий стон. - Фрэнки... - прохрипел я. - Ну, что еще? - Дверь. Поняв о чем я, он слез и направился к двери, чтобы закрыть ее на замок. Не хочу, чтобы нас кто-нибудь увидел. Вернувшись, Фрэнк продолжает начатое. Играя с мочкой моего уха, он приносит мне немалое удовольствие. Оторвавшись от этого дела, он прильнул к моим губам, и мы снова сливаемся в страстном поцелуе. У нас обоих сильная эрекция. Его твердый член упирается в мое бедро. Прервав ненадолго наш поцелуй, я стянул с Фрэнка футболку, а он проделал то же самое с моей толстовкой. Теперь я вновь вижу его прекрасное тело, на котором красуются татуировки. Следом с нас слетают джинсы и боксеры. Теперь мы полностью обнажены. Фрэнки быстро целует меня и размазывает по своему члену выступившую прозрачную жидкость и немного на пальцы . Я приподнимаю бедра и Фрэнк удобнее устраивается, укладывая мои ноги на себя. Одной рукой придерживая меня за талию, а пальцами другой он аккуратно входит внутрь. Боль пронизывает меня, и Фрэнк на мгновенье замирает. Я кусаю свой кулак, чтобы не закричать. Фрэнки снова начинает двигать пальцами, растягивая меня. Чтобы хоть как-то отвлечь боль, он снова начинает играть с мочкой и это немного действует. Боль постепенно проходит и в один момент, когда Фрэнк задевает внутри меня простату, я выгибаюсь в спине от удовольствия и издаю громкий стон. Победно улыбнувшись, Фрэнки вынимает пальцы и медленно входит в меня. От его размеров боль в заднице все еще есть, но когда он снова находит ту самую точку, у меня просто сносит крышу. С каждым толчком из груди вырываются стоны, которые мы пытаемся сдержать. Фрэнк покрывает мелкими поцелуями мою грудь, от чего кожа начинает пылать, словно под огнем. Я запускаю руки в его волосы и притягиваю к себе. Наши губы находят друг друга, а языки начинают свой "танец". Поцелуй хоть как-то заглушает пошлые стоны. Я чувствую, что уже близок к концу. Член начинает пульсировать. Прикасаюсь к себе и двигаю рукой в том же темпе, что и Фрэнк. Спустя несколько мгновений теплая струя спермы брызгает, пачкая мою руку, а следом Фрэнк изливается в меня. Он ложится рядом, и мы приводим дыхание в норму. Как только это удается, я вытираю свою испачканную руку об футболку Фрэнка. - Эй! - возмущенно вскрикивает он. Я ложусь рядом и целую его. - Ну, ладно, у меня есть худи, - говорит Фрэнк с улыбкой на лице. А я улыбаюсь ему в ответ, но тут дверная ручка дергается и тот, кто не смог открыть дверь начинает стучать. Блять! *Данателло - http://upload.wikimedia.org/wikipedia/ru/thumb/a/a7/Red_Donatello.jpg/430px-Red_Donatello.jpg