Forest

Люди уходят. Этого не изменить. Но всё, что ты можешь сделать, это помнить его и помнить те дни, когда вы были вместе. Ведь воспоминания — это все, что у нас после них остаётся. день 198

***

      Апрель.       Долгожданный апрель.       А Торда не было с Томом с конца марта. Школа, родители, арест. Он буквально бежал в лес, чтобы увидеть его. Его ничего не волновало.       Он хотел прийти и сказать, как черноглазый дорог ему. Торд быстро перелез через ограду и начал бежать к домику на дереве.       Его ничто не могло остановить сейчас.       А Том…       Он сидел на стуле и писал. Много писал. В их книге. Но Торда ведь не было, так?       Плевать-плевать-плевать.       Ему нужно было выразить всю свою душу в этих строчках. Всю свою боль и гниль. Всё там. Как ему было одиноко, пока Торда не было.       Рогалик мог пропасть на день, максимум на три, но он всегда возвращался. Говорил Томасу, что всё хорошо. Но этого не было. А Ларссон продолжал бежать. Из его груди вырвался отчаянный крик. Он кричал его имя.       Том обернулся, закончив писать. Он медленно положил ручку на стол и закрыл блокнот. Том подошёл ко входу домика и посмотрел вниз. Там был Торд. Он со скоростью света поднимался по лестнице.       Когда это было сделано, то сразу налетел с объятиями на пепельноволосого. А Том просто стоял. Ему было больно. Он ненавидел этого человека, но слишком любил. — Том, прошу, прости… — Торд… — Нет. Я виноват, что меня не было здесь так долго… — Торд, послушай… — Нет, Том. Это ты меня послушай. Мне жаль, что я пропал. Пожалуйста, прости меня. Я больше тебя не брошу, обещаю…       Ноги Тома потихоньку становились ватными. Ему было плохо. Голова начинала кружиться, а в глазах блестел туман. Но он терпел. Он снова терпел. — …Торд, я… — Том. Я тебя люблю.       Наступила противная тишина, от которой могла потечь кровь из ушей. Том не мог поверить, что Торд сказал это. Он был рад, но…       Это было последней каплей.       Он вывалился из объятий Торда и упал на деревянный пол. Его тошнило, перед глазами все плыло. Но этого не было на самом деле. Ведь… Такого ведь не может быть, да?.. — ТОМ! — Кареглазый быстро присел к нему.       В его глазах было видно капли горячих слез. Он обнял Тома с любовью, как ещё никогда никого не обнимал. — Пожалуйста, потерпи. Всё… Все будет хорошо, Том. Ты слышишь меня? Прошу, скажи, что ты меня слышишь! — Торд… прошу… — Пожалуйста, хватит!.. Т-Теперь… Просто молчи и не двигайся.       Слезы стекали по щекам, заставляя задыхаться в собственных слезах. Но Том не плакал. Он просто смотрел на Торда. Ему было стыдно, что из-за своей слабости. Из-за того, что он не выдержал одиночества, так легко умирает.       Для него это было жалко. — Торд, посмотри на меня…       Но Торд не сделал этого. Он не мог посмотреть в глаза своей умирающей любви. — Торд… прошу тебя… посмотри…       И он всё-таки сделал это, приподняв Тома за спину ближе к себе. Из его глаз продолжали идти чертовы слезы, покрывавшие его щёки.       Том уже ничего не говорил. Он положил свои руки на горящие щёки Торда и вытерев его слёзы, поцеловал в губы. Это был первый и самый нежный поцелуй из всех возможных.       Русоволосому оставалось лишь обнять его крепче и прижать к себе. Он не хотел отпускать Томаса, но как только тот отстранился от губ, то посмотрел прямо в карие глаза Торда. — просто помни меня и люби так… как любишь сейчас… я… я с тобой, Торд…       После этого, он закрыл свои черные глаза, которые больше никогда не откроются. Том распался на кучу цветов, ростков и маленьких, золотых точек. Если быть точнее, семян. Капли его золотой души.       Торд опустил свои руки и просто смотрел на всё это. Он подхватил все цветы в руки, засунув семена в карман куртки. Торд быстро взял рюкзак, и засунув туда их книжку, все цветы, он покинул этот домик на дереве.       Он выполнит просьбу Тома.       Он не забудет его.       Но он больше не вернётся сюда.

***

      Лето.       Торд сидит на заднем дворе. Он пишет запись в книге, на обложке которой написано название.       «Дни до весны встречи. Авторы: Том и Торд.»       Тень от дерева закрывает его, создавая приятную прохладу под ним. Теперь, на этом дворе растут пионы. Они разных цветов, но именно это были персиково-розовый, нежно-голубой и белый.       Они были не очень большими, и покачивались из-за ветра. Эти прекрасные цветы выросли из тех семян, которые остались после него.       Торд слабо улыбался. В уголках глаз всё ещё можно было заметить не только слёзы, но и ту любовь, которая была к черноглазому существу.       Эти пионы были совсем как Томас. Они успокаивали Торда и были любимыми. Они были приятными на ощупь и были уникальны.       Видимо, Томас всё-таки нашёл спокойствие.       А Торд нашёл место, где будет спокоен.