Уравнение с двумя влюбленными

      Этим снежным и морозным вечером я сидела в своей комнате, смотрела, как кружатся снежинки за окном, пила какао из любимой кружки и по своему обыкновению снова витала в облаках.       День выдался весьма активным и весёлым. После катания с горок и на коньках с Загитовой и Туктамышевой, у меня отваливались ноги. Именно за такие дни я и любила зимние каникулы, когда весь день ты валяешься в снегу, а вечером спокойно сидишь на подоконнике, наблюдая за яркой жизнью огней города, пьёшь какой-нибудь горячий напиток и думаешь, что жизнь удалась.       Тишину прервал звонок телефона, которому я очень удивилась. Кому я могла понадобиться в такое позднее время? Увидев имя звонившего, я сначала чуть не упала в обморок, потом очухалась, запрыгала из одной стороны комнаты в другую, упала на кровать, раскинув руки в стороны, покружилась на месте и только после всего этого ответила на звонок. — Да, Этери Георгиевна, — я стараюсь говорить спокойно, хотя моё состояние сейчас далеко отличалось от такового. — Здравствуй, Женя. Как ты? — Тутберидзе же напротив была невозмутима, то есть, её голос был именно таким.       Господи, она позвонила и спрашивает, как я! Если под утро мама найдёт свою дочь, растекшуюся от счастья в радужную лужицу с телефоном в руках, то придётся долго пытаться ей все объяснить. — Когда ты приходила в последний раз, ты сказала, что я могу позвонить тебе в любое время и пригласить к себе. Все ещё в силе? — вот теперь я начала различать нотки неловкости в её тоне. — Конечно, — я нервно сглотнула от переполнявшего меня волнения. — Сможешь завтра? Часов в семь вечера? — Да. — Хорошо, буду ждать, — Этери отключилась.       Я сползла на пол и улеглась на паркете, со счастливой физиономией прижимая к сердцу телефон. Тутберидзе только что позвала меня к себе не в целях обучения математике. Вот это новости! Мои щеки горели, а я почувствовала невероятную лёгкость во всем теле, будто если бы я сейчас захотела полететь в космос, то у меня бы несомненно это получилось. Я вспомнила о желании, загаданном недавно при падающей звезде. Кажется, чудеса все же существуют, и они начинают сбываться. ***       На следующий день мама как нельзя кстати ушла в гости к нашим родственникам, оставив меня одну дома смотреть фильмы и есть мандарины. Но у меня на этот вечер были другие планы. Я залезла в гардероб в поисках подходящего на такой случай наряда. Не каждый же день Этери приглашает меня к себе домой просто так, а не для занятий алгеброй или геометрией. Вооружившись девизом «Просто, но со вкусом» я начала переворачивать шкаф вверх дном.       К концу моих поисков вся рядом стоящая кровать была завалена грудой одежды, составляющей возможные варианты моего образа, а я сама стояла перед зеркалом, довольно оглядывая себя в зеркале в чёрном почти полностью облегающем платье без рукавов немного выше колена и с кружевными оборками на юбке. То, что надо. Заключительным штрихом стала золотая брошь в виде сердца, в котором, если приглядется, можно увидеть множество узоров и завитков.       Я также не оставила без внимания любимые духи и сделала несколько пшиков — один на шею и два за уши, нанесла лёгкий макияж и счастливая побежала напяливать пальто.       Стоило мне войти в квартиру Тутберидзе и снять верхнюю одежду, так она одарила меня таким взглядом, будто я только что с неба свалилась. И я понятия не имела, хорошо это или не совсем. — Ты сегодня выглядишь так по-взрослому и красиво, как настоящая леди, — вдруг сказала она мне.       Я смущённо улыбнулась. Не зря весь шкаф перерыла!       Я откинула мешавшие волосы за спину и всмотрелась в лицо женщины. Если бы я не была настолько знакома с ней, то подумала бы, что ничего не изменилось. Но полностью влюбившись в блондинку, я стала замечать детали, которые говорили об обратном: искусанные губы, покраснения на глазах. Что-то явно случилось.       Я подошла к ней, и Этери уловила мой изучающий взгляд. Она опустила голову. — Всё хорошо? — я задавала этот вопрос, сомневаясь, что ответ будет положительным. — Он снова появился, Женя. Снова угрожал и просил денег, и я отдала ему все, что заработала за все это время, — она начала рассказывать тихим голосом, — Но этого все равно недостаточно. Я даже не знаю, как мне достать полную сумму. Он заявил, что его терпение кончается, — Этери впилась ногтями в тыльную сторону ладоней.       Мои руки осторожно коснулись рук учительницы, и она оставила попытки сделать себе больно. Я заметила широкий порез чуть выше запястья, на котором был надет подаренный мной браслет. Я легонько провела по нему пальцем. — Это он сделал? — я спросила у Этери, начиная закипать. Да как посмел этот козёл причинить ей боль?!       Она кивнула. Я взглянула в её глаза и увидела едва появившиеся слезинки на ресницах. Мне ничего не оставалось сделать, как обнять её, стараясь успокоить. Тогда она показалась мне беззащитной и ранимой, как хрупкий хрусталь. — А вы знаете, что чудеса случаются, стоит только в них поверить? — произнесла я, поглаживая её по спине. — Не стоит отчаиваться из-за того, что выход из сложной ситуации находится не сразу. Даже в кромешной тьме всегда есть луч солнца, который будет вести вас за собой.       Я еле удержалась от желания щипнуть саму себя. Слова, что я сказала, словно сами вышли наружу изнутри меня. Что-то я не припомню, чтобы раньше с кем-то так разговаривала. Однако Этери, отстранившаяся от меня, смотрела уже не с отчаянием, а с почти невидимой, но все же реальной, надеждой. — Спасибо. Ты в очередной раз даёшь мне веру в лучшее, — прошептала она мне, слабо улыбнувшись. — Потому что я знаю, что это правда.       Вдруг блондинка нежно провела пальцем по моей щеке, и я застыла, пытаясь понять, реальность это или сон. Я все-таки незаметно ущипнула себя за плечо. Нет, не сон. — Чем займёмся? — спросила я. — Расскажешь мне о себе? За чашкой чая, — предложила Тутберидзе. — Конечно.       Неплохое начало вечера, однако. Если ты хочешь заинтересовать ту, в которую влюблена, один из самых эффективных способов — рассказать ей о себе все самое лучшее и интересное, наврав с три короба. Так считают все парни, у которых явно что-то заело в мозгах. Я же собиралась говорить правду. Буду настоящей собой.       Я уже говорила, что чай с корицей от Этери Тутберидзе — шедевр мирового искусства? Если бы это было возможно, то я бы пила его целыми днями. Сегодня его вкус явно настраивал на откровенные разговоры. Или мне кажется? — Ты учишься в этой школе с первого класса? — Этери размешала в своей чашке сахар. — Да, — я сделала глоток. — У вас там немало красавчиков. Влюблялась когда-нибудь в кого-то из них? — она спросила это с таким видом, будто говорила не про идиотов, у которых от количества геля в волосах мозги засохли, а, к примеру, поинтересовалась о погоде. — Нет! — я чуть не выкрикнула. — Но есть один человек, совершенно на них не похожий. Он заставляет меня испытывать сильные чувства.       Я чуть было не треснула себя по лбу. Моя проблема номер один — сначала говорить, а потом думать. — Я его знаю? — полюбопытствовала женщина.       Что бы ей ответить? Ладно, не придёт же ей в голову, что человек, о котором я говорю, — это она сама. — Да, — я отвела взгляд и стала с особым интересом рассматривать свой маникюр. — Даниил Маркович что ли? — Что-о-о? — не сомневаюсь, что в тот момент мои глаза стали похожими на шарики на новогодней ёлке. Как она могла такое подумать! — Я просто пошутила, — Этери невозмутимо откусила от имбирного печенья.       Я задумалась: а не спросить ли мне её о том же? Не думаю, что мне так хочется это узнать, но предупреждён — значит вооружён. Я собралась с мыслями и выпалила: — А вы влюблены сейчас?       Честно говоря, я думала, что она ответит что-то в духе «Любопытной Варваре на базаре нос оторвали», но блондинка сказала другое: — Нет.       Я выдохнула. По крайней мере, конкурентов у меня нет, и дуэль за сердце прекрасной дамы устраивать не придётся.       Если в разгар беседы с важным человеком ваша мама не звонила вам, не требовала объяснений, где вы сейчас, и не говорила дуть пулей домой, то вы не знаете, что такое закон подлости в полной силе. Я могла только повиноваться её воле.       Как бы я не хотела прощаться с Этери, сделать это пришлось. И я никогда не забуду тот взгляд, которым она взглянула на меня напоследок. Я увидела в нем доверие, и моё сердце ещё сильнее и ярче загорелось пламенем любви к этой необыкновенной женщине.       Двери лифта захлопнулись за мной, я посмотрела на свое отражение в зеркале, и в голову ударила мысль, что я отчаянно сдерживала в тёмных уголках сознания. Когда же настанет день, когда я смогу признаться во всем?       Кажется, этой ночью стратег Женя спать не будет.