Larry Face

На кухне пахло свежей выпечкой, хотя обычно ощутить этот запах можно было лишь по праздникам. Мисс Кэмпбелл не любила готовить, ибо считала одну из многих женских обязанностей не очень то и важной. Хотя, даже учитывая ненависть к готовке, та слишком хорошо справлялась, и как только мать ставила какое-нибудь приготовленное собой блюдо, что у отца Эшли, что у неё самой настроение повышалось словно комета, летящая где-то на небе. Девушка сидела за столом, шорхая ногами по ковру и иногда постукивая вилкой по ещё пустой тарелке. — Как ты, милая? — спрашивает мать и подходит ближе к столу, устало зевая. — Хорошо, — Эшли откладывает очки и масирует виски, прищурившись, выглядывает и смотрит в духовку, — ты что-то готовишь? — Да, — женщина подставляет руку под голову. Девушка немного удивляется, потому решает спросить повод такого «знаменательного» события: — Сегодня какой-то праздник? Я опять как всегда всё забыла, — уголки губ Кэмпбелл поднимаются, смотря на усталые глаза матери и синяки под ними. Похоже, она опять не спала всю ночь, либо читая какую-то книгу, либо доделывая отчёт на работу. Всё же, во второй вариант больше верится, так как последнее время слишком много проблем со всякими бумагами и организационными моментами. — Нет, — снова зевает она, и подымается со стула, направляясь к духовке, -просто захотелось что-то приготовить. — Серьёзно? — смешок со стороны Эшли. — Ты и готовка — несовместимые вещи. — Знаю, ха-ха, — женщина отрезает кусок яблочного пирога и ложит на тарелку. — Странно, да? — Ага, — шатенка слышит приятный запах свежоиспеченного изделия и чувствует, как урчит живот. — Апетитно. — Благодарю.- Мисс Кэмпбелл присаживается обратно и ставит перед собой тарелку с пряностью, отрезая ножом небольшой кусочек. — Кстати, вчера мисс Моррисон звонила. Эшли пробуждается от произнесенной фамилии и подымает голову, устремляя взгляд на выражении лица матери. Всё такое же спокойное как и всегда. Но стоило женщине дожевать, уже она с интересом смотрела на испуг в глазах дочери. — Что такое? Что-то случилось? — Кэмпбелл активно с отрицанием машет головой, но это не унимает мать. — У вас что-то с Тодом случилось? Поссорились? — Нет! У нас всё замечательно. — повторяет одно и тоже она, мило улыбаясь. — Зачем, кстати, звонила? — Да так, — вяло произносит женщина, ковыряя пирог, — говорила, чтобы присматривала за Тоддом. Его мать с отцом уехали на несколько дней в другой штат, так как должны решить дела по работе, потому сказала поглядывать, чтобы он ничего не натворил. Даже не смотря на то, что Моррисон парень, он не очень-то любит устраивать всякие мальчачие штучки, предпочитая пасивно проводить время. Это одна из причин, почему они так сошлись с ним, ведь и шатенка всегда не против вместо похода спокойно поиграть в настольную игру или позалипать в ноутбук. — Ты же знаешь, он не такой как Тревис или же Сал, — с набитым ртом отвечает девушка, — максимум, что он может натворить, так это неправильно списать домашку. — Но ведь с того времени прошёл ровно год, Эшли. Много чего могло поменятся не только внешне, но и в душе. Ну, всё равно я спорить с тобой не могу, ты же его лучше знаешь. Женщина подмигивает дочери и направляется к раковине, чтобы помыть посуду. — Ещё будешь? — Нет, он точно не такой, как ты думаешь. — Кэмпбелл ставит тарелку на столешницу. — Как там дела у вас с папой? — Как обычно, — устало говорит женщина и произносит, — не очень. Девушка в недоумении поворачивает голову, спрашивая: — Не очень? Разве у вас не всё нормально? — Он опять даже не поздоровался. — произносит мисс Кэмпбелл, закрывая лицо руками. — Я встаю, сама готовлю, а он. — Может, он просто устает сильно, поэтому и ведет себя так. — шатенка подходит ближе к матери и обнимает ту, грусно улыбаясь. — Не нужно же быть такой радикальной. — Наверное, ты права, — женщина прикрывает глаза, в ответ обнимая дочь, — спасибо.

***

— Розы, нарцисы, фиалки, — произносит Тодд, смотря на кучу разноцветных букетов, — откуда столько цветов в декабре? Рыжий наделся, что сможет решить что же всё-таки купить Эшли сегодня, потому остановился на столь популярном подарке, как букет цветов. Ну, и ещё фотографию, которую он вчера всё же смог распечатать, не смотря на бушующую за окном погоду. Именно на ней показывала свои настоящие эмоции — ту же радость, которая проявляется в простых и банальных вещах, яркость и правдивость. Сама же Кэмпбелл не любила фотографироваться, а уж тем более, когда она не подготовлена у этому. Ясное дело — на атракционах летом вместе с Тоддом она вела себя по-настоящему, какой Эшли есть по правде. Волосы не расчесаны и не завязаны в хвост или пучок, как обычно, на лице широкая улыбка, а не въетое окружающим официальное выражение лица. Немного потрепаная и в некоторых местах помятая футболка, одетая наверх идеально подготовленного к свиданию сарафана, и засунутый цветок, подареный прохожим в парке. Тодд давно собирался пойти сюда с Кэмпбелл, но получилось это всего лишь к концу лета, ибо изначально у него было много проблем со школой, потом уже сама девушка уехала в Австралию вместе с отцом по семейным делам. Всё же, они смогли собраться. Это действительно была их долгождання встреча, потому рыжему вовсе не было жаль всех своих карманных денег на то, чтобы провести этот день отпадно. Но Тодд знал, что как только шатенка увидит это фото, она отберет его, начнет обижаться и дутся, утверждая, что он же знает о том, что она не создана для фотографирования, а потом, придя домой, акуратно развернет помятую в гневе карточку и сложит в их общий с ним альбом. Она лишь сделает вид, что ей не нравится, упрекая Моррисона удалить все дубликаты или викинуть, возможно позже взламывая компьютер для этого. Лишь просто подает вид, ещё больше заставляя Тодда умиляться этосу образу «обиженой девочки». — Дайте мне, пожалуйста, вон тот букет роз, — машет мужчине парень, который говорит по телефону. — Да, да. Нет, конечно же нет, — продавец вытягивает цветы и перевязывает лентой, протягивая парню. — С вас десять долларов. — Вот, — проягивает Моррисон купюру и берёт в руки букет, — спасибо. Парень направляется к выходу, попутно одевая шапку и поправляя шарф. — Да не брал я твои бумаги, успокойся! — слышно отдаленный грозный голос мужчины в магазине. На улице жутко холодно, хотя ещё несколько недель назад он валялся в листьях и ходил в тонкой ветровке, а тут уже зима. Так резко наступила, также, как и в том году. Именно в этот день, ровно год назад, он даже и не подозревал, насколько кардинально поменяется его спокойная холостяцкая жизнь, переплетенная посиделками с друзьями за приставкой и дурацкими проделками, в которых он мало когда принимал участие. Эшли давно была частью его жизни, именно в плане подруги, но он никогда не представлял её в роли своей девушки. Тодд даже всегда смеялся, когда Филипп шутил на всякие любовные темы, подмечая, что слишком они с Кэмпбелл близки. Тодд поворачивает голову, как вдруг видит подходящую знакомую фигуру. — Привет, — произносит Ларри, прикрывая глаза от ветра. — О, привет, Джонсон. — улыбается Тодд, при виде друга. — Ты чего так рано? Ещё же только семь. — Это я хотел у тебя спросить. — усмехается шатен, и замечает содержащее рук рыжего. — Кому? — Эшли, кому же ещё? Ларри идёт возле Моррисона, по пути снимая рюкзак с себя и открывая его. — Хочешь, можешь ко мне положить. — парень указывает жестом на ранец, полупустой внутри. — Думаешь, не помнуться? — с удивлением спрашивает Тодд. — Не хочу их испортить. — Думаю нет, — шатен акуратно засовывает цветы в рюкзак, застегивая и одевая обратно на плечо, — какая-то особенная дата? — Типо того, — замолкает парень и продолжает, — в прошлом году в этот день мы впервые поцеловались.

***

Пепедновогодний настрой, предвещающий хорошее празднование столь важного события. На дворе зима, кучи сугробов и летающие в воздухе снежинки — впрочем, как обычно. В домах стоят наряженные ёлки разной мишурой, шарами и другими яркими игрушками; наверху золотистая звезда, хотя некоторые предпочитают изменять традиции и ставят что-нибудь другое. Парень в зелёной куртке подымается в лифте апартаментов ожидая, пока он приедет на нужный ему этаж. На часах почти шесть, а значит Эшли уже вернулась с курсов факультета и может спокойно с ним позаниматся. Наверное, спокойное. Их отношения уже не такие, как были летом или осенью, потому что в определенный момент парень понял, что Кэмпбелл дня него что-то большее, чем подруга или даже близкий человек. Она даже не объект симпатии, восхищения — она всё и сразу. Именно — в одном флаконе. И тогда он ей всё рассказал. Просто так, без особых красивых признаний, прямо и чётко. «Ты мне нравишься», — произносится и сейчас в голове. И спустя месяц он может воспроизвести эту интонацию также точно, как и тогда. После этой фразы всплывает выражение лица девушки — удивленное, не понимающее, что рыжий только что сказал. И последовал краткий ответ, обезнадеживающий уже какое время. — Я подумаю. — невинная улыбка, и она покидает помещение уборной, оставляя парня самого. И всё. Определенно никак, верно? Он стоит в школьном туалете и опускает голову, осознавая свою глупость. Но сейчас ему уже всё равно. Это была легкая фрэндзона, обозначающая, что кроме дружбы между ними больше ничего не может быть. Но Тодд не обижается — он же не типовая фифа, которая ноет за некупленную новую сумочку. — Заходи, — слышит юноша после стука в квартиру Кэмпбелл, — открыто. Парень следует указаниям и толкает дверь, заходя в коридор. — Я учебники все принес, можешь не доставать, — говорит он, слыша, как та копошится в тумбочке. — Хорошо, молодец. — девушка выходит с комнаты и приносляется к стенке, ожидая, пока гость разденется. Кое-как справившись с верхней одеждой Тодд следует в комнату и садится на диван. Эшли садится возле него, одевает очки и достает книгу, открывая на нужной странице. — Итак, давай начнём с простого. Девушка прижимается к Тодду, задевает его плечо своим и указывает пальцем на какое-то задание. Она томно вздыхает, когда Моррисон, совершенно её не слушая, пожимает плечами и в недуомении хмыкает. — Сосредоточься, пожалуйста. — Я думаю, здесь правильный ответ А. — в растеряности молвит юноша, даже не читая про что задание. — Неправильно. Тут верный ответ В. Квадрат гепотенузы равен суме квадратов его катетов, а не первый вариант. Просто прочитай ещё раз, и поймёшь. Эшли поворачивает голову к Тодду и пристально смотрит в глаза, на что парень краснеет и отворачивает голову. — Ч-что? — запинаясь произносит Моррисон. — Чего смотришь? — Что с тобой? — парень отстраненно отсаживается от девушки и вжимает голову в плечи, не отвечая на вопрос. Кэмпбелл с удивлением хлопает глазами и будто вспомнив что-то, выдыхает. — Ах, да. — Послушай, — прерывает девушку Тодд, — я хочу сказать, что если ты не хочешь со мной встречатся или хотя бы пробовать строить отношения — просто скажи. Прямо, без каких-то намеков и прочего. Эшли после сказаного грустно улыбается и подсаживается к Моррисону, на что у того расширяются зрачки. — Ты мне не не нравишься, — вздох облегчение в душе. — Тогда почему же ты, — Эшли прикладывает палец к губам парня и прикрывает глаза. — Потому что я не уверена, нравлюсь ли я тебе на самом деле. Брови Тодда подымаются из-за удивления и слов девушки. Она не верит в то, что он отвердит? — Ты мне нравишься. — звучит из уст рыжего. — Нравишься, нравишься, нравишься. — юноша повторяет это снова и снова, одновременно приближаясь к лицу девушки и кладя свои руки на него. Эшли открывает глаза. — Я люблю тебя. Он накрывает её губы своими и чувствует, как Эшли прижимается к нему сильнее и запускает руки в рыжие волосы. — Я согласна. — на плечо Тодда ложится голова Кэмпбелл.

***

— Типичная любовная история. Такие же смотрела моя мама по телевизору, когда была жива, — смешок со стороны Джонсона. — Оу, — Тодду не удобно, ведь своим можно сказать милым рассказом затронул больную другу тему. Хотя, можно было бы вставить саркастическую фразочку, — соболезную. — Забей, чувак. — шатен махает рукой и снимает шапку, заходя в школу. — Всё окей. — В любом случае, — к рыжему возвращается уверенность, и он уже с подношением молвит, — а как ты думал люди сходятся? Хотел услышать драматическую историю, в конце которой не обошлось бы без жертвы? — А что, хорошая идея. — Джонсон растегивает рюкзак и протягивает розы Моррисону. — Держи. — Ты меня очень выручил. — Не стоит, правда. Они бы давно уже подохли на этом морозе, если бы не я. — Ларри запускает руку в волосы, проводя ею и выпрямляется, почтительно прикрывая глаза. — Не обольщайся. Джонсон вытягивает несколько книжек из шкафчика и захлопывает его, из-за чего Тодд вздрагивает. — Только не говори, что ты волнуешься? — рыжий нервно сжимает розы. — Чёрт. — Да нет, конечно нет. Чего бы мне волноватся? Парни стоят посреди коридора. Мимо проходят школьники, думающие про что-то своё, слушающие музыку в наушниках или же болтающие с друг другом. За углом слышатся знакомые голоса, которые в унисон что-то произносит, но разбирать что просто не имеет смысла. Пару секунд — и на горизонте виднеются знакомые лица. По середине идёт Эшли. Она даже не идёт — её толкает троица парней, бурно что-то обсуждающая. Подростки, проходящие возле них, оборачиваются на столь активных собеседников. Некоторые усмехаются, остальные же — с удивлением выпучивают глаза, считая такое поведение абсолютно анитиморальным. Но ведь всем плевать, да? — Устроим вам медовый месяц! — Филипп указывает на Эшли, которая всё ещё пытается выбраться из хватки Фишера, пинающего её со всей силой так, что та еле успевает передвигать ногами. — Ребята, стоп, — запинается Кэмпбелл, — блять. — О, вот и наш жених, — повышает голос Трэвис, который только что спорил кто будет свидетелем Тодда. — Я не буду зватся Салом Фишером, если не выиграю этот спор у тебя, — синеаолосый резко останавливается и пихает Эшли прямо в руки Тодда. Рыжий еле удерживает цветы, и смотрит в глаза шатенке. — Твою мать, что тут происходит? — Джонсон ржет, так как смотреть на этот цирк по-правде смешно. — А можно мне задать этот вопрос? — Кэмпбелл смотрит сначала на своего парня, а потом на троих парней, которые все ещё спорят. — Молчать. — сквозь зубы цедит героиня и стукает ногой. Все затихают, и в том числе смеющейся протезник. Но улыбка всё ещё не сходит с его лица. Но этого же всё равно не видно. Как и тихое хихиканье под пластмаской. — Ларри, я слышу, как ты ржешь. — Прости, прости. — он отворачивает голову и на секунду отходит к окну, решая присоедениться после разборок. — Тодд, — спокойно начинает она, — какого хрена эти дебилы знают что сегодня за день? — Мы пойдём, — Фишер разворачивается на девяносто градусов, как вдркг женская рука хватает за капюшон кофты и он шатаясь, отходит обратно. — А ты особенно останешься. Я хочу посмотреть на твоё лицо, когда я буду пинать тебя два этажа и торопить. — рычит Эшли и поворачивает голову в сторону рыжего. — А ты балабол. — Эшли, милая, ты всё не так. — Поняла? Интерестно, интерестно. Только вот что именно поняла. Это ты подговорил их меня толкать по всей школе в поисках тебя и нести неведомою чушь? Тодд виновато смотрит ей в глаза, и выглядывает за её спину, меняя выражение лица на злобу и огорчение. «Вот долбоебы. Ничего нельзя рассказывать, дебилы.» — Это тебе, — от безысходности молвит Моррисон и тычет девушке букет роз, — поздравляю. — Спасибо, — интонация немного смягчается, но всё также хочется врезать Тодду, — но это не освобождает тебя от длинного языка. Парень подходит ближе и целует её в лоб, оставляя девушку в смущении. Он отходит и идёт мимо троицы, показывая им знак «окей» и подмигивая. Тревис с Салом усмехаются, а Филипп закатывает глаза, но как только видит озлобленное лицо Эшли резко меняет эмоцию на более невинную. — Дебилы. — Кэмпбелл проходит мимо ребят, хмуря брови и злобно кривя улыбку. Тревис поправляет лямку рюкзака и следует за ней, также, как и Тонкен. Сал же остается, решая направится к Джонсону.

***

— Вы не видели Кэмпбелл? Очень нужна, ну вот прям пиздец. — произносит Дрейк двум сидящим в первых рядах девушкам. — Зачем она тебе? — молвит одна, крутя пальцем блондинистые кудри и хлопая ресницами. — Тем более, у неё уже есть парень, потому смирись. Есть ещё мы. — Мне она надобна не в этом плане. — с некой злобой проговаривает Прайс и оглядывается в коридор, не хотя столкнутся с «новым» врагом. — Тогда зачем? — Домашку списать нужно, — отнекивается красноволосый и смотрит на девушек. — Или вы, может, сможете дать? — Таких услуг не указываем, — она с отрицанием и разочарованием откидывается на стул и ложит под голову руки. — Извини. — Так я думал, — Дрейк выискивает глазами такую же красноволосую макушку, но видит лишь парочку тёмно-и светло-волосых голов, обекающих на непонимания. — Рэйчел ещё не пришла? — Не знаю, — темноволосая соседка первой собеседницы Прайса выгибает бровь и подымается со стула. — Мы сообщим, если она придет. Парень кивает и выходит в коридор. Рэйчел опять пошла на ночовку к подруге, и вероятнее всего, не придёт в школу. Может, опять напились чего-то, а может. Нет, об этом он думать точно не думает, без сомнений. Ему не нравится, что сестра так часто злоупотребляет своими возможностями, не зная гоаниц разума. — Здрасте, — протяжно молвит он, как только видит Фелпса и Филлипа. Сзади показываются рыжие кучерявые волосы и тёмные, потому он сглатывает ком в горле, — какие люди. Среди вас есть Эшли? — Нахуй надо? — Тревис решительно становится в конце коридора и смотрит на Прайса. — Педик, ты вообще заткнись. — Дрейк ищет шатенку и через мгновенье та сама выходит. — О, вот и ты. — Чего тебе? — она прижимает букет к груди и хмурится. — Дашь списать домашку? — красноволосый с невинностью смотрит на девушку. — Нет. — молвит Тодд и проводит героиню обратно к троице. Кэмпбелл отворачивает голову и следует немым указаниям парня. — Что? — выражается непонимание в глазах юноши. — Не понял. Ты сейчас мне сказал нет? — Судя по твоему выражению лица информация поступила тебе в голову и безнадежно ищет мозг. — рыжий подходит ближе к Прайсу и усмехается. — Тодд, давай без конфликтов, — Эшли обращается к Моррисону, в надежде остановить взбучку. — Ты не помнишь, что было в седьмом классе? — зелёные глаза тускнеют и смотрят вниз. — Закрой рот, сукин сын. Я по-хорошему попросил. — Дрейк толкает парня. — Недостатка ума не компенсировать хамством. — рыжий опять подходит ближе к сопернику и наступает тому на ногу, из-за чего тот злобно шипит. — Ты заткнись, подонок, и больше никогда не приближайся к Эшли. Идиот. — Пошел ты, — произносит ему вслед Тодд. — Нахуй иди. Слабак. — Что блять, ебанат, сказал? — кричит Прайс, как вдруг слышится тихий голосок, вырывающий парня из злости. — Закройся и не ори, как малолетка. Не трогай их. — Рейчел, твою мать, где ты опять была? — голос красноволосого слышно всё меньше и меньше, и ребята со спокойствием выдыхают. А особенно Тодд. Рыжий слишком быстро перешел со своего спокойного обличия на агрессивное. Но Прайс его бесил, тем более, слишком много бед было ему от него. Когда дело идет об Эшли, он готов даже Дрейку врезать. — Ты мой герой, — усмехается Кэмбелл и смотрит на рыжего. — Я и сама могла бы справиться. — А где моё спасибо? — нервно и с дрожью спрашивает он, стараясь не подавать виду, что сейчас в крови бушует адреналин. Эшли быстро целует в щеку юношу, заставляя немного расслабиться и выдохнуть. — Рыцарь хренов, — Филипп закидывает руку на шею Моррисону и протяжно зевает. — Нам ещё до пяти вечера дожить, а потом уже будете благодарить друг друга как хотите. — И сколько хотите. — шевелит бртвями Фелпс. Пара переглядываясь, улыбается.

***

— Тодд, — обращает на себя внимания шатенка, — могу ли я тебя спросить? — Слушаю, — он засовывает руку в рукав куртки и застегивает молнию, — хм? Девушка замолкает и трет ладоши, пытаясь согрется. Даже в школе холодно, чего уж говорить о улице и морозе. — Я весь день думала и хотела спросить. — шатенка закусывает губу и грустно вздымает бровями. — Насколько далеко зашли наши отношения? — Ну, — вопрос ставит в ступор юношу, и тот шмыгает носом, стараясь протянуть время ещё больше, — они серьёзные? — Это ясно и так, — девушка махает руками прямо возле лица парня, совсем не обращая внимания на то, что может задеть того. — Я говорю про доступность и уровень интимности. Лицо заливается румянцем у обоих, и если сама героиня замолкает после сказаного, то Моррисон безвыходно щебечет какой-то сброд непонятных мыслей. — Если ты намекаешь на что-то большее, — запинка после каждого слова, — я, конечно, не против, но готова ли ты? — А ты то сам готов? — Эшли застегивает пуговицы пальто и берет в руки букет с цветами, а на плечо — сумку. — Не знаю. — он смотрит в потолок и слышит тихий скрепящий звук ламп. — Пошли уже. — Ну вот и я про что. А вообще, нужно ли нам это? Девушка толкает большую деревянную дверь и выходит из школы, спускаясь по достаточно высоким ступенькам. Сзади за ней быстро спешит Тодд, обдумывая немного странный разговор между ними. — Не думаю, что нужно. У нас и так всё хорошо. — рыжий берёт за руку Кэмпбелл и идёт уже возле неё. — Ведь так? — Ведь так. — Это тебе, кстати, — вытягивает с каплей страха он фотографию и протягивает Эш, — вот. Он ожидает получить щелбан, или даже пинок, но никак не то, что в итоге получает. — Ты самый лучший, — обьятия. Теплые и такие невинные.