Спасительные чувства

Мстителям пришлось остаться в Нью — Йорке. Тони предложил ребятам заночевать у него, в башне. Все с радостью согласились, зная, как там уютно и хорошо. — Я, наверное, не пойду, — устало сказала Патриция, стоя не месте и не идя вслед за компанией. Стив, развернувшись, удивлённо спросил: — Но почему? — Вот именно, почему, дорогая моя? У меня там тонна алкоголя, выпьем, поспим, а завтра с новыми силами, — усмехаясь, прогорланил Тони уже в предвкушении хорошего времяпрепровождения. — У меня подруга здесь. Я к ней зайду, — улыбнулась Одинсон. — Ну раз так, — сказал Брюс, — то ладно. Только чтобы завтра утром была у башни, иначе мы волноваться начнём. И они разошлись. На улице был довольно тёплый весенний вечер. Идя по знакомым улочкам, Патриция поняла, что и впрямь хочет зайти к старой, школьной ещё, подруге. Она жила в довольно далёком квартале, где были лишь одни маленькие, покосившиеся домики, да пара кафешек. А вот и её дом. Голубые наружные стены, на которых жёлтым были изрисованы все балки, Пат узнала бы даже через сто лет. Подойдя к двери и осторожно постучав в нее, девушка почувствовала, как сильно бьётся её сердце. Дверь открыла маленькая девчушка лет шести. — Здрасьте, — улыбнувшись, сказала она. — А вам кого? — Милена Рожевская тут живёт? — тихо спросила Одинсон. — Неа. Одну секунду. Пааааааап! — крикнула малышка и к двери подошёл рослый мужчина лет двадцати пяти. — Здравствуйте, мисс. Вы к Милене? Патриция кивнула, а мужчина грустно покачал головой. — Умерла она, — тихо сказал он. — Год назад свалилась от рака лёгкий, врачи ничего не смогли сделать. А вы ей кем приходились? — Мы дружили со школьной скамьи, а потом я уехала, да и не виделись как — то больше. А сейчас заехала в Нью — Йорк по работе, решила навестить, а тут… — Пройдемте в дом, что же на пороге — то стоять, — приветливо улыбнулся хозяин и пропустил Одинсон вперёд. Девушка, войдя, осторожно разулась. На ней была довольно длинная серая толстовка и джинсы, под которыми находился костюм. — А вы её муж? — участливо спросила Пат. — Да. Мы познакомились около незадолго до её…смерти, у меня уже была дочь, но она приняла её и полюбила. Мы быстро поженились, съездили в отпуск, а через неделю она скончалась, — поникшим голос рассказал он. — Как вас зовут? — Патриция, а вас? — Михаэль, — улыбнулся тот и мельком глянул на руки девушки. — Вы не замужем? Одинсон покачала головой, улыбаясь: — К счастью нет. — Почему же к счастью? — Не люблю браки. Михаэль рассмеялся, подошёл к небольшому шкафу и достал оттуда бутылку красного вина. — Вы пьете? — спросил он, ловким движением откупоривая пробку. — Не откажусь. Разлив вино по бокалам, мужчина сел рядом с Патрицией и подал один ей. — Расскажите о себе, — в приказном тоне попросил он. — Моя жизнь слишком запутана, чтобы я могла так просто рассказать о ней, — ушла от просьбы девушка, чувствуя, как слегка накаляется обстановка. Михаэль залпом выпил бокал, в то время как Пат даже не притронулась, пригубив для вида. — Мне пора, — тихо сказала она, но твёрдая рука, положенная ей на бедро, усадила её обратно. — Нет. Ты посидишь здесь. Милая! — крикнул он дочери. — Иди в комнату! Пора спать! Услышав скрип закрывающейся двери, Михаэль двумя руками надавил на плечи девушки, пытаясь приблизиться к её лицу. — Отодвиньтесь, если не хотите проблем. — Да что ТЫ мне сделаешь? — спросил он язвительно, пытаясь раздвинуть крепко сомкнутые ноги Одинсон. Девушка вздохнула. В пальцах её начали полыхать маленькие искры. Краем глаза Михаэль заметил какое — то движение и, увидев, что делает Патриция, резко отстранился. Одинсон встала в защитную позицию, выставив обе руки вперёд. Она была готова как напасть, так и защитить себя от любого движения мужчины. — Что я тебе сделаю? — усмехнулась Патриция. В душе она понимала, что устраивать пожар в доме будет совершенно не лучшей идей, но голова твердила, что надо наказать этого человека, распускающего свои руки. Вздохнув, девушка сконцентрировала все свои силы и попыталась охладить молнии, чтобы они, соприкоснувшись с вещами, не вызывали возгораний. Надеясь, что у неё получилось, Одинсон четким движением направила большой поток искр в живот Михаэля. Те достигли цели и обожгли его, из — за чего мужчина пискляво вскрикнул. — Чёрт тебя побери, что ты делаешь? Девушка приблизилась к нему, захватив правой рукой его шею и послала жестокий разряд тока прямо в него. Михаэль упал на пол, в бессилии расставив все свои конечности. Патриция знала, что он придет в себя через некоторое время, а пока пусть полежит и отдохнёт. Выйдя из дома и прикрыв за собой дверь, Одинсон устало вздохнула. А ведь она просто хотела навестить свою подругу! Девушка поняла, что чертовски устала. До сих пор прокручивая в голове слова Таноса о её прошлом, Патриция не знала, может ли она верить титану. Он ведь вполне легко мог обмануть её. О, если бы только она могла вернуть себе память! Начал капать дождь. Мелкие, неприятные и холодные капли били девушку по лицу, но она не пыталась спрятаться от них, а наоборот, подставляла всю себя. Вскоре маленький дождик превратился в ужасный ливень стеной. Одинсон поняла, что оставаться под ним просто безрассудно и тут же зашла в кафе, которые первое попалось ей на глаза. В карманах джинс были деньги и, быстро пересчитав их, девушка поняла, что сумма довольно приличная и она может спокойно позволить себе поужинать здесь. — Здравствуйте, мисс, — поздоровался официант и, оглядев наряд Патриции, зло проворчал. — У нас не принято заходить в кафе мокрыми. Вам придется покинуть заведение. Одинсон ухмыльнулась и, поправив светлые волосы, подмигнула официанту и вышла из кафе. Напротив была небольшая пивнушка. Хоть Пат и не была любительницей выпить, это был единственный доступный вариант. Девушка уже ненавидела себя за то, что отказалась пойти в башню Старка. Там все в тепле, беседуют и хорошо проводят время, а она тут… Очень устала, вся промокла и хочет есть. В пабе было мало людей и это не могло не радовать Одинсон. Сев за маленький столик в самом темном углу, девушка заказала себе тёмное пиво и принялась ждать. Принесли заказ довольно быстро, но Патриции не хотелось пить. Сидя на стуле и смотря на то, как капли дождя бьют по стеклу, девушка думала о словах Таноса. Она не могла отпустить их от себя. Ей имплантировали воспоминания. И сделал это никто иной, как её собственный отец — Один. Другой вопрос, кто мог убить его и зачем кому — то было это делать? «Пока мне было разрешено появляться в Асграде»… Интересно узнать, почему же ему запретили? Титан учил её владеть оружием. Да, стоит отметить, что она и впрямь прекрасно метала ножи и дралась на саблях. — Что — то ещё? — спросил довольно милый юноша, подходя к Пат, но она просто не услышала его, погруженная в свои мысли. — Мисс? Тряхнув головой, девушка вскинула на него лицо и посмотрела в глаза: — Простите, я не услышала вас. Что вы спросили? — уточнила Одинсон. — Вы будете что — то ещё? — Нет — нет, пока не стоит. Во сколько вы закрываетесь? — У нас круглосуточное заведение, — улыбнулся юноша и ушёл к другим посетителям паба. Патриция выпила около трёх бокалов пива и она чувствовала себя ужасно разбито. Очень хотелось позвонить Стиву, чтобы он забрал её, но девушка, даже в таком состоянии, понимала, что делать этого не стоит. Быстро расплатившись, Одинсон вышла на улицу. Время близилось к четырём часам утра. Дождь закончился, а в воздухе приятно пахло мокрым асфальтом. Слегка прохладное утро с ещё тёмным, но уже беззвездным небом, безумно нравилось Патриции. На улицах было пусто. Все спали и лишь несколько котов, ищущих пристанище и еду, изредка перебегали дорогу. В окнах не было света и почти все они были занавешены светлыми тканями. — Красиво, не правда ли? — тихо спросил до боли знакомый и такой приятный низкий голос. Девушка обернулась, увидев Локи. На нём был черный костюм, с белой рубашкой и маленькой чёрной бабочкой. — Красиво, — также тихо ответила Одинсон, улыбаясь. — Ты пьяна, — констатировал факт бог, ухмыляясь. — Нельзя так много пить. Пат покачала головой, стараясь не рассмеяться. Вся эта ситуация, её внешний вид и вид Локи были по — настоящему смешными. — Чего ты улыбаешься? — спросил мужчина, подходя к девушке и обнимая её, нежно, за талию. — Ты вырядился как какой — то франт, а на деле… — А что на деле? — посерьёзнев, спросил Лафейсон, но Патриция лишь пожала плечами, не желая продолжать свою речь. Она безумно хотела спать и, обняв Локи за плечи, прижалась к нему. — Отнеси меня куда — нибудь, — сонным голосом попросила девушка, осторожно целуя бога в шею. Тот посмотрел на неё, такую беззащитную, красивую и маленькую в его объятиях и еле удержался от ответного поцелуя. Но только уже в губы. Оттолкнув от себя эту глупую, по его мнению, мысль, связанную с желанием, Локи прижал к себе Одинсон и перенёсся в Йотунхейм, к себе во дворец. Уложив девушку на кровать, Лафейсон укрыл её и уже собрался уйти, но Пат, открыв глаза, остановила его. — Останься, — жалобно протянула девушка, хватая его за руку. — Хоть сейчас останься рядом со мной. Локи усмехнулся и снял с себя пиджак. Одинсон смотрела за его движениями, не отрывая взгляда. Вот он расстегнул первую пуговицу, оголяя бледную, но такую красивую кожу, вторую, третью… И вот рубашка была повешена на стул, а Локи стоял с абсолютно голым торсом. Сев на кровать рядом с девушкой, он нежно погладил её по волосам. У Патриции было ощущение, что её словно уносит на каком — то огромном ветряном потоке вдаль. Словно её сознание уже не могло чётко оценивать действительность, а тело больше ей не принадлежало. Лафейсон видел, как девушка медленно засыпает. Не в силах больше держаться, мужчина откинул одеяло и лёг рядом с ней, целуя в лоб и обнимая за талию. Пат обняла его в ответ и положила голову на грудь. Локи чувствовал на себе её тёплое дыхание где — то в области сердца и понимал, что он может разбить всё это одним лишь неосторожным движением. Засыпая, мужчина понимал, что он сделает всё, для счастья этой девушки. ~~~~~ Тор проснулся рано сегодня. Наташа спала рядом. Её огненно — рыжие волосы разметались по подушке и Одинсон, не удержавшись, прижался к ним, вдыхая их запах. Волосы Романофф пахли лавандой, свежескошенной травой и полынью. И от этого запаха у бога сносило крышу. Вся Наташа сносила у него крышу. — Доброе утро, любимая, — ласково поцеловал мужчина Романофф в губы. Та лишь обняла его, зарываясь пальцами в светлые волосы и перебирая там, распутывая комочки. — Выспался? — участливо спросила она, ухмыляясь. — Нет и, думаю, всему крылу этого замка не удалось поспать сегодня. — Надеюсь, сегодня они поспят, — улыбнулась Наташа. — Надейся, — сказал Тор и встал с кровати, направляясь в ванную. Его голое тело было таким привлекательным, что девушка, на удержавшись, сглотнула, дотронувшись до оголенной груди. Эта ночь и впрямь не дала ей выспаться, впрочем, как и все другие, когда они оставались только вдвоём, без взглядов команды Мстителей. — Нат, не присоединишься ко мне? — хмыкнув, спросил Одинсон, высовывая из ванной комнаты мокрую голову. — С радостью, — улыбнулась девушка, заходя в комнату. ~~~~~ Патриция проснулась первой. Подняв голову с груди Локи, девушка невольно засмотрелась на его лицо. Он был таким милым, когда спал. Стоит отметить, что и не только во мне он был безумно обворожительным. Но сейчас, без этой постоянной ухмылки, гуляющей по его губам, он был настолько прекрасен, что Одинсон не могла отвести взгляда. Осторожно проведя пальцами по его скулам и дотронувшись большим пальцам руки до нижней губы, девушка улыбнулась. Он был очень мил. Осознав, что она, похоже, уже опоздала к часу встречи с командой, Пат решила совершенно уже не появляться там, тем более, что ей не хотелось уходить отсюда. Руки девушки спустились от лица ниже, круговыми движениями поглаживая плечи бога, торс и пресс. «О Один, он так красив…» — не отпускала Патрицию навязчивая мысль. Локи и впрямь был не обделён красотой и в каком — то смысле даже превосходил своего братика. Одинсон не могла перестать улыбаться спящему лицу Лафейсона. Вдруг тот резко перевернул девушку так, что она оказалась под ним и открыл глаза, ухмыляясь. — Значит смотрела, как я сплю? Патриция почувствовала холодное дыхание на своей шее и по коже девушки пробежали мурашки. — Будь осторожнее. Есть опасность влюбиться. Бог снова усмехнулся, садясь на кровати и смотря на лежащую в безмолвии Пат. Вскоре и она присела к нему рядом, кладя голову на плечо. Такой простой, но такой доверительный жест заставил сердце Локи вмиг сжаться, а затем забиться с безумной скоростью. — А если я уже? — тихо спросила девушка, поднимая голову и Лафейсон посмотрел на неё внимательно. — Локи, если я уже влюбилась? Мужчина чувствал напряжение во всём теле. Словно его сковали тонкими нитями, которые можно было легко порвать, но тогда… Всё это измениться и она исчезнет. Пропадет, словно не было никогда никакой Патриции, сидящей здесь и смотрящей на него внимательными голубыми глазами, не было её нежных поглаживаний по лицу и того поцелуя в шею. Не было ничего этого. — Пат… — тихо начал Лафейсон. Чёрт возьми, он должен был ей это сказать, иначе слова эти сжирали бы его изнутри, не давая нормально вздохнуть полной грудью. — Пат, я… Я люблю тебя, — выдохнул мужчина. Одинсон посмотрела на него слегка испуганными глазами, а затем губы её расплылись в улыбке и она прижалась к богу всем телом, обнимая его. Локи отодвинулся слегка и посмотрел в лицо девушки. Наклонившись к ней ближе, он поцеловал её, прикусывая нижнюю губу, оттягивая её зубами и пробиваясь внутрь языком. Сначала Пат не знала, что ей делать, а затем, словно доверившись ощущениям, ответила на поцелуй. Локи целовал девушку, пока в лёгкий его не закончился воздух, а затем, оторвавшись от губ, прижался к Одинсон, что есть силы. — Я люблю тебя, Пат. Ты меняешь меня и поверь, я никогда…никогда не сделаю тебе больно. — Я верю тебе, Локи, — шепнула ему на ухо девушка. — И я тоже люблю тебя.