Двое из нас

      Ранним прохладным утром в вип-зале аэропорта никого кроме Чонгука и Тэхёна нет. Тэхён сидит рядом с Чонгуком, обнимая его за руку и уткнувшись лбом в его плечо. Последние трое суток были чересчур напряженными: они практически жили в агентстве, разгребая оставшиеся вопросы с компанией. В общежитие приезжали только сложить в чемоданы вещи, а ночевать уходили в квартиру Чонгука, в которой он так и не успел пожить. Теперь квартира выставлена на продажу, а в кармане толстовки Чонгука их паспорта и два билета на самолёт. Решение покинуть страну принял Чонгук, а Тэхён просто следует за ним, ведь ближе и любимее у него никого нет. Чонгук этим отъездом скрывается ото всех и скрывает Тэхёна: от нападок журналистов, от сошедшей с ума общественности, от излишнего внимания. Из парней Чонгук остаётся на связи только с Намджуном, который звонит и пишет по несколько раз за день, переживая за состояние обоих. Сокджин выбрал политику игнорирования. Остальные парни, вероятно, ещё не пришли в себя от происходящего, и Чонгук их не винит. Они обязательно поговорят когда-нибудь обо всём.       Тэхён же закрылся ото всех, включая даже Намджуна, и чувствует непосильный груз вины, давящий на него и не позволяющий свободно дышать. Тяжелые бессонные ночи, проведённые в пустой холодной квартире давали о себе знать, и Тэхён то и дело прикрывает глаза, но каждый раз видит себя стоящим на руинах своей жизни, своих мечтаний и целей. Тэхён всё потерял. Всё, кроме Чонгука, который сжимает его замёрзшую ладонь в своей руке и подносит к своим губам, чтобы легонько поцеловать, опаляя тёплым дыханием.       Тэхён вздрагивает, когда объявляют посадку на рейс Сеул — Лос-Анджелес, и крепче ухватывается за локоть Чонгука.       — Ну, вот и всё, — шепчет Чонгук, поднимаясь с кресла и утягивая Тэхёна за собой. Впереди больше десяти часов полёта и совершенно новая жизнь, без концертов, без фанатов, без парней.

«Ким Тэхён и Чон Чонгук покинули страну в среду утром, после обнародования фотографий, подтверждающих, что двое состоят в романтических отношениях» «BTS были расформированы по истечению контракта»

3 года спустя       Чонгук просыпается от того, что на его голую спину наваливается что-то тяжелое, и тут же принимается целовать его в загривок, прикусывая кожу зубами. Это что-то, конечно, Тэхён, как всегда проснувшийся спозаранку. Чонгук улыбается и продолжает изображать спящего, пока Тэхён забирается к нему под одеяло, шаря ладошками по его телу.       — Просыпайся, соня. Сколько можно спать? — ворчит Тэхён, стягивая с себя футболку и прижимаясь теснее.       Чонгук что-то невнятно мычит, продолжая улыбаться, но Тэхён переворачивает его на спину и усаживается на его бёдра, скидывая одеяло на пол.       — Уже первый час дня! Просыпайся, Чонгук!       — Если бы ты меня так сразу разбудил, я бы уже давно проснулся, — всё ещё сонным голосом отвечает Чонгук и притягивает Тэхёна к себе за шею, заставляя на нем улечься. — И вообще, мог бы тоже выспаться в свой единственный за месяц выходной!       — Некогда мне спать, — улыбается в ответ Тэхён. — Нужно было приготовить завтрак для одного сони.       — Ну тогда прежде, чем мы пойдём завтракать, — Чонгук играет бровями и стаскивает вниз шорты лежащего на нём Тэхён.       — У меня всё болит с ночи, Чонгук, — стонет Тэхён, когда Чон подминает его под себя.       — Я не против поменяться, — усмехается Чонгук, избавляя Тэхёна от последнего предмета одежды.       Натянув белье обратно, Тэхён возвращается в кухню, пока Чонгук принимает утренний душ, заодно смывая с себя следы утреннего (обеденного?) времяпровождения в постели. Завтрак теперь приходится разогревать, и Тэхён отправляет его в микроволновку. Чонгук из душа выходит посвежевший и с довольной улыбкой вдыхает аромат уже разогретого завтрака.       Позавтракать вместе на кухне их просторной квартиры в элитном районе удаётся не так часто, ведь утро чаще всего проходит в суете и спешке. Тэхён чаще всего спешит на очередные съемки, Чонгук на какие-нибудь встречи или записи, либо отсыпается, потому что работал с монтажом до поздней ночи.       Но так было не всегда, и во многом то, что они имеют сейчас — заслуга Чонгука. Это он вытаскивал Тэхёна из депрессии, когда тот уставал только от того, что съел свой завтрак, и снова отправлялся спать. А потом Чонгуку надоело наблюдать, как загоняет себя Тэхён, и он взял всё свои руки.       Первый год они много путешествовали, учась жить в новом ритме и пытаясь наслаждаться свободой, что было весьма сложно в сложившейся ситуации. Целый год понадобился Тэхёну, чтобы вернуться если не к своему обычному состоянию, то хотя бы приближенному к этому. А потом видео Чонгука об их совместных путешествиях начали набирать миллионы просмотров, а предложения сыпаться бесконечным потоком, и теперь они одна из самых известных парочек, за чьими отношениями наблюдает, наверное, целый мир. Но теперь это не тяготит. Тэхён привык, расслабился и научился получать от происходящего удовольствие. Только вот с виной в распаде группы он так и не смирился, так и не выйдя на контакт с бывшими мемберами.       — Ты опоздаешь, если будешь сидеть мечтать, — делает замечание Тэхён, когда видит, что Чонгук отвлёкся от завтрака и задумчиво смотрит в окно.       — Я? А ты не идёшь? Намджун-хён нас обоих пригласил.       — Я не пойду. Посидите вдвоём.       — Тэ… — вздыхает Чонгук.       — Чонгук, не начинай, пожалуйста. Я не хочу ссориться.       — Ладно. Как скажешь. Но хён очень расстроится.       Тэхён поджимает губы и ничего не отвечает.       На террасе второго этажа уютного корейского ресторанчика в послеобеденное время не слишком много людей, и Чонгука по его просьбе провожают за самый дальний столик. Этот ресторан один из немногих, в которых Чонгуку и Тэхёну удаётся покушать настоящую вкусную корейскую еду, которая была бы в точности, как на родине. В самом начале они часто готовили дома в те дни, когда между очередными путешествиями оседали в их первой совместной квартире. Но теперь всё меняется, и чем больше они нагружаются работой, тем реже удаётся собраться вдвоём на кухне, чтобы приготовить что-то традиционно-корейское.       Пока Намджуна нет, у Чонгука есть немного времени, чтобы собраться с мыслями. За прошедшие три года он не видел никого из своих хёнов, и если он скажет, что не скучает так чертовски — это будет самая гнусная ложь на свете. Чонгуку очень их не хватает. Прожить всю юность с людьми, ставшими старшими братьями, а потом внезапно оторваться от них оказалось гораздо сложнее, чем он мог бы себе представить. При таких условиях — тем более.       Намджун появляется спустя несколько минут, сверкая нетерпеливой улыбкой, и тут же распахивает для Чонгука объятия, в которые тот с удовольствием падает.       — Привет, Чонгук, — улыбается Намджун, похлопывая Чона по спине.       — Привет, хён, — Чонгук быстро моргает, прогоняя наворачивающиеся слёзы.       — А Тэхён..?       — Не пришёл, — вздыхает Чонгук, усаживаясь обратно за столик.       — Ясно, — расстроенно кивает Намджун. — Это его право, конечно, но я по нему соскучился.       — Я знаю, хён, и он скучает тоже, но он всё ещё переживает.       Намджун знает, как тяжело перенёс Тэхён тот скандал, уход из группы и переезд, ведь продолжал общаться с Чонгуком посредством сообщений и звонков. Встретиться, правда, удалось впервые, и Намджун этой встрече несказанно рад. Он разглядывает повзрослевшего возмужавшего Чонгука, которому уже почти двадцать пять, и понимает, как сильно ему этих двоих не хватает.       — К нам, кстати, ещё кое-кто должен присоединиться, — как бы между прочим говорит Намджун, перемешивая пасту в тарелке после того, как официант приносит им заказ.       — М? — удивляется Чонгук. — Кто?       — А вот и он, — кивает Намджун, и на веранду выходит Чимин.       — Чимин-хён! — подскакивает Чонгук, едва не с разбегу падая в объятия Чимина. — Вот это сюрприз!       — Я попросил Намджун-хёна ничего вам не говорить! — улыбается Пак и окидывает их столик взглядом. — А где этот засранец Тэхён?       — Он дома, — виновато поджимает губы Чонгук.       — Значит, сейчас пообедаем и пойдём к вам в гости, — невозмутимо пожимает плечами Чимин и усаживается за стол.       — Хён…       — Я что, зря одиннадцать часов сюда летел? Да мне как Намджун-хён сказал, что договорился с вами о встрече, я же сразу в аэропорт сорвался!       Чонгук пристыжено опускает глаза в тарелку, и Чимин с улыбкой треплет его по каштановой макушке. Соскучился.       Чонгук всё ещё не уверен, что это хорошая идея, когда он без предупреждения заявляется с Намджуном и Чимином к ним с Тэхёном домой. Чимин присвистывает, когда Чонгук заезжает в элитный жилой комплекс и паркуется на подземной стоянке, после чего лифт довозит их на последний этаж.       — Симпатично тут, мне нравится, — Чимин всё вертит головой, оценивая мраморные полы, живопись на стенах холла и мощную люстру на потолке, пока Чонгук ведёт их по коридору к своим апартаментам.       — Я продал свою квартиру в Сеуле, да и Тэхён немало вложился, — отвечает Чонгук.       — Семейное гнёздышко. Мило, — усмехается Чимин и получает тычок в ребра от Намджуна. — Ну, а что!       — Хён, — качает головой и тихо смеётся Чонгук, открывая дверь квартиры и впуская гостей в просторную прихожую.       Дома тихо, и только раздаётся звук стука по паркету, после чего показывается Ёнтан, бегущий встречать пришедших, высунув язык из пасти.       — Ёнтан! Дружочек! — подхватывает на руки пса Чимин. — Я твой дядюшка Чимин, ты меня помнишь?       — Говорят, собаки запоминают всех, с кем контактировали, — подмечает Намджун, и Ёнтан пытается достать языком лицо Чимина, пока тот смеясь уворачивается.       Из гостиной слышится шелест мягких тапочек, и в прихожую выходит Тэхён.       — Чонгук?..       — Привет, — почти хором отзываются Намджун и Чимин.       Тэхён приоткрывает рот, переводя взгляд от парней к Чонгуку и обратно. Чонгук неловко трёт ладонью затылок, пока остальные переглядываются и молчание затягивается.       — Ну иди уже обниматься, а то встал, как не родной, — Чимин протягивает к Тэхёну руки, и тот медлит несколько секунд, прежде чем податься вперёд и прижаться к тому, кого столько лет называл своим лучшим другом. — Господи, какой же ты говнюк, Тэ.       — Прости, — улыбается Тэхён, прикрывая глаза.       — Да простил уже давно! Ещё бы ты отвечал на звонки!       Тэхён продолжает неловко улыбаться и переходит в объятия к Намджуну, чувствуя себя самым счастливым и думая, что зря он отказывался от встречи. Его никто не осуждает, никто не напоминает о прошлом, и все выглядят более чем счастливыми, от чего чувство вины начинает притупляться. Чонгук приносит пару бутылок вина, которые они распивают вчетвером за кухонной стойкой, и Тэхён с Чонгуком, подперев головы руками, с удовольствием слушают рассказы парней о своей работе, семьях, друзьях, друг о друге. Оказывается, Юнги с Намджуном почти постоянно работают вместе, успешно продюсируя и продолжая выступать. Чимин готовит уже второй альбом, а у Хосока недавно вышел первый, который тот ласково называет своим малышом.       — Поверить не могу, что ты даже не интересовался, как у нас дела и чем мы занимаемся! — возмущается Чимин, опрокидывая в себя очередной бокал вина практически залпом.       — Это было… больно, — признаётся Тэхён, расстроенно вздыхая. — Ну, знаешь, бередить раны, которые заживали с трудом. Я пытался думать обо всем этом как можно меньше. Переживал, что кто-то из вас вдруг не сможет себя найти после всего этого.       — Глупости!  Я, кстати, до сих пор поверить не могу, что двое из нас крутили шашни у нас под носом, и никто даже не подозревал! — Чимин восклицает, и Намджун с усмешкой ему поддакивает. — У вас обоих же были девушки всегда! Что мы пропустили?!       Виновники "торжества" только пожимают плечами и улыбаются, влюблённо переглядываясь. Годы идут, а их любовь только растёт.       — Такие милые, я не могу, — Чимин притворно хватается за сердце, заставляя остальных рассмеяться. — Я, между прочим, смотрю все видео на канале Чонгука! Да их вообще все мы смотрим, даже Джин-хён как вернулся из армии, начал смотреть!       При упоминании Сокджина у Тэхёна исчезает с лица улыбка, и неприятные воспоминания снова всплывают в голове. Они тогда так и не помирились и не попрощались. Сокджин даже не вышел из своей спальни, когда Тэхён и Чонгук забирали последние вещи из общежития.       — А Сокджин-хён… Как он? — тихо спрашивает Тэхён, и он на самом деле по нему скучает, несмотря ни на что.       — О, точно! — вспоминает Намджун и лезет во внутренний карман джинсовки, доставая оттуда серый конверт. — Держите.       Тэхён принимает конверт из рук Намджуна и разворачивает, доставая из него ещё один конверт, только кремового цвета и перевязанный нарядной сиреневой лентой посредине. Чонгук помогает ему развязать ленту и открыть конверт. Внутри оказывается приглашение на свадьбу Сокджина, подписанное им лично для Тэхёна и Чонгука.       — Это… Сокджин женится? Мы приглашены на свадьбу? — удивляется Тэхён, снова перечитывая приглашение. — Значит, он больше не сердится на меня?       — Он уже давно не сердится ни на тебя, ни на Чонгука. У него всё хорошо. Его актерская карьера идёт в гору, и он счастлив. Даже больше скажу: недавно выяснилось, что он скоро станет ещё и отцом. Но это, вообще, пока секрет. — — И он очень хочет, чтобы вы прилетели на его свадьбу. Все мы хотим, чтобы вы прилетели, и парни вас очень ждут. Прекращайте глупить и приезжайте хотя бы в гости.       Тэхён, растроганный словами своего бывшего лидера, опускает взгляд вниз и позволяет слезе сорваться с ресниц. Как много он пропустил, как сильно он соскучился. Как сильно его сердце рвётся домой, несмотря на то, что домом он теперь называет совсем другое место. — Давайте обнимемся, ребята, — предлагает Чимин, и Тэхён с Чонгуком обходят кухонную стойку, чтобы крепко обнять парней. — И никогда не забывайте, что мы семья, несмотря ни на что.