Боль хочет, чтобы её чувствовали

- Врешь. - Я знал что ты не сможешь…знал. Скажи, чего ты хочешь? Если хочешь, убей меня. Убей, Хен! Я не смогу терпеть это! - добивает - Лучше бы я вообще не знал тебя, - Пак резко замолкает. - Хорошо. Только ответь. Ты любишь меня? – земля уходит из под ног. Вопрос эхом раздается в моей голове, больно отзываясь в сердце. - Нет, - внимательно слежу за реакцией парня. Омега опускает голову. Его рука поднимается и слегка дотрагивается до метки. - Ясно, - отстраненный голос, пустой взгляд и улыбка. Улыбка, наполненная болью и страданиями. – Надеюсь, ты счастлив со своей девушкой, - Пак аккуратно меня обогнув стремительно уходит. А я продолжаю все так же стоять, смотря на красные лепестки. POV Чимин. Вот и все. Я не знаю, куда мне идти дальше. И надо ли вообще куда-то идти. В последнее время я вообще ничего не знаю. Дни сменяют друг друга, я меняю одежду, места, людей, маски… но не мысли. Они больше мне не подвластны. Больше не хочу возвращаться на сцену. Ведь теперь у меня есть все : деньги, слава, девушки, власть…Именно так думают все. Но на самом деле я несчастен. Я до сих пор живу прошлым. Прошлым, которое разрывает меня на куски. Прошлым, которое заставляет меня тихо умирать внутри. Я отправился. Отравился ядовитым ядом, а единственный антидот я потерял. Его флакончик упал на холодный пол, разлетаясь на куски. Что теперь меня здесь держит. Правильно! Ничего. Я так устал… Днем, когда так много людей, суеты, легко затеряться в этой толпе, и совсем не обязательно быть самими собой. Но что делать ночью? Когда воспоминания снова возвращаются. Когда маска спадает. Когда ты задыхаешься от своих же слез. Когда мысли, становятся громче мира. И ты осознаешь, что ты одинок…и никто тебе не поможет. Единственный смысл жизни ты потерял, так почему бы не потерять жизнь. Зачем держать за эту бесполезную оболочку? Зачем мучить себя… Юнги сказал все. Он знает куда бить. Знает, как причинить больше боли, но я не могу его винить. Я чувствовал все-то же самое что и он, и знаю как это... Я винил себя за все. Я жалел, что не сошел с ума или не умер. Иногда я путал кошмары и реальность. Хотя отличия было категорически мало. Я не понимал где мне больнее. Мне снился он. Снился любимый. Он улыбался. Улыбался, своей обворожительной улыбкой. Он широко расставлял руки и радостно смеялся. Но вот только причиной его радости был совсем не я. Это была девушка. Она подбегала к нему. Прыгала на шею и целовала в губы. Он обнимал ее, поправлял волосы, так как делал это мне. А когда я пытался подойти к нему. Врезался в стекло. Я был под куполом. Плотное стекло лишало меня воздуха и любимого. Чем больше попыток я делал, тем сильнее задыхался. Когда последний вздох срывался с моих губ, Юнги оборачивался ко мне, и брезгливо дергался. Таблетки больше не помогали, ни алкоголь, ни чай, ничего. Всем станет только лучше, если я умру. Никто не расстроится. Никто не будет по мне плакать, потому, что на самом деле, я давно уже мертв, а никто этого даже не заметил. Тогда, зачем все это? Мне больше не выдержать. Сижу на полу, слушая громкие гудки. Ответь. Прошу ответь! Юнги, молю, хочу услышать твой голос…в последний раз. Внезапно гудки прекращаются и на той стороне трубке слышаться недовольный голос Юнги. - Алло. Слушаю, - родной, любимый, единственный. Прошу прости… - Юнги…- ком в горле мешает мне высказать все, что я хочу сказать самому важному человеку в моей жизни. Он и был моей жизнью. Без него меня нет и не будет. - Чимин. Зачем позвонил? Я не хочу разговаривать с тобой. - Стой. Пожалуйста. Послушай. - У тебя минута, после чего я отключаюсь и блокирую твой номер. - Хорошо. Юнги, любимый, знаешь, почему я сбежал? - Слова упрямо встревают в горле, мешая дышать, не желая быть высказанными. А мне так надо это все сказать ему. Все, что я держал в себе столько времени на дне души. Но сейчас я чувствую, что у меня на это уже не хватит времени. И я говорю только самое важное. - Ну… - Твой отец. Он всегда был против меня. В тот вечер. Помнишь? Я сказал, что иду к другу, но на самом деле я пошел на встречу к твоему отцу. - Чимин, что ты несешь?! Твои глупые оправдания не помогут. -…он сказал, что если я не уйду, он отправит тебя туда, откуда ты не сможешь больше никогда приехать. Я не хотел, чтобы ты лишался из-за меня всего. Я знал, как тебе нравились красивые дома и машины. Я не мог разрушить все это. Правда, не мог. Я бы не простил себя. И я ушел. Мне тоже было больно…очень больно. Каждый вечер я вспоминал нас, тебя… Я больше не мог спать без таблеток. Каждую ночь ты снился мне. Ты отгонял меня, уходил, бросал…и я не мог ничего сделать. Я думал если смогу, стать популярным, то твои родители принят меня. - Чима, я… - Нет, Юнги. Не говори ничего. Просто знай, я любил, и буду любить тебя всегда, но я так устал. Правда, устал…я больше не выдержу. Моя жизнь…она оборвалась. Меня больше не стало в тот день, в день, когда я тебя бросил… – дурацкие слезы мешают говорить. Я снова задыхаюсь, задыхаюсь от боли. Она течет по венам, наполняет мертвое сердце. Голова кружится. Чувствую как желудок закручивается в три узла. Организм пытается защитить хозяина от нежеланных таблеток, но вот только хозяин сам глотает их. С каждой таблеткой становится все хуже и хуже. - Ты только не ненавидь меня. Хорошо? Я не хочу проживать свои последние минуты, зная, что ты ненавидишь меня. Ненависть она убивает. Я не хочу, что ты разрушал себя этим чувством, - смеюсь. - Чимин, что это значит?! – Юн напуган. Прости. - Помнишь, как мы хотели иметь маленькую девочку. Ты даже смотрел в интернете как заплетать косички. Это было так мило. Надеюсь, ты исполнишь это мечту, - Юнги кричит в трубку, но я не обращаю внимание. Слабость сковывает. Из последних сил цепляюсь за голос Юнги. Я еще не все сказал! - Прости. Мне немного тяжело. Не ходи босиком по полу, он холодный, а ты быстро заболиваешь. Надевай тапочки. – Улыбаюсь. - Не приходи…не приходи на похороны. Не хочу, чтобы ты видел меня таким. - Чимин. Сукин сын! Скажи адрес! Быстро. Подчинись мне! Чимин! – Неужели это и вправду мой конец? Завтра появиться море заголовков про то, что знаменитый айдол совершил самоубийство. Преданные фанаты будут горевать, но через время забудут. Все забывают, и Юнги забудет.