Будапешт

Роджерс пробежал пять кварталов перед тем как зайти в какой-то тёмный закоулок и сползти вниз по каменной стене. Лёгкие качали воздух слишком быстро, от чего снова закружилась голова и стало тошно, хоть в желудке уже пару суток было пусто. Пересохшее горло молило о том, чтобы он продолжал бежать в поисках воды, но едва ли передвигающиеся ноги сковывали его на месте. Так он и просидел два часа, оперевшись об стену, вдыхая прохладный ночной воздух и не думая ровным счетом ни о чем. Когда на улице уже практически совсем опустело и изредка проезжали машины, Стив с большим трудом поднялся и снова взял кейс в руки. Он плохо соображал, в особенности мысли о возможной погибели Наташи из-за случайного появления Роджерса в ее жизни просто убивали его морально. Но он был решительно настроен раздобыть деньги, чтобы купить еду и воду, а также найти ночлег, и уж потом только винить себя за чужие проступки и думать о дальнейших действиях. Проходя по улице, Стив обращал внимание на различные магазины и невольные мысли о их грабеже наполняли его голову, но он был слишком слаб, чтобы вломиться, забрать деньги и убежать от полиции. И почему он даже не подумал, что в прошлом ему понадобятся деньги? Сетуя на свою глупость, Стив шёл дальше и не заметил как забрёл довольно в мрачный район, судя по пустынными тротуарам, старым домам и едва ли освещающих фонарях. Внезапно он услышал крик и на секунду остановился, после чего в нем включился героизм Капитана и побежал на зов помощи, не взирая на адскую боль в мышцах. Возле подъезда одного дома, в котором ни одно окно не отражало свет комнаты, двое парней кричали что-то на непонятном для Стива языке и били мальца. Бедный парень скрутился в позу эмбриона и принимал удары ногами, попеременно вскрикивая. — Хей! — окликнул хулиганов Стив. От увиденной картины его переполнили жалость и гнев одновременно, ведь как часто он сам лежал на холодном асфальте и принимал нескончаемые удары, что потом превращались в синяки и гематомы. Те парни, что пользовались слабостью третьего, перестали колошматить тело и обернулись на крик Роджерса. Если сложить их тела вместе, то это получилось бы две трети тела Стива и это сыграло ему на руку. Парням было не больше двадцати, судя по юным чертам лица и совершенно не мускулистых плечах, так что не удивительно, что при виде такого, как Роджерс, они умотали ноги в первую же минуту. — Ты в порядке? — спросил Стив, наклоняясь над побитым парнем, но, вспомнив, что английский здесь не поможет, просто молча упрекнул себя. Жертва издевательств лишь перепуганно взглянула на своего спасителя из-под густых чёрных бровей, что восседали над близко посажанными друг к другу карими глазами. Капитану было жаль его всем сердцем, и поэтому о следующем поступке он будет сожалеть всю жизнь. Роджерс, воспользовавшись случаем, начал обыскивать карманы мальца, который начал сопротивляться и брыкаться, но даже против истощенного Капитана у него не было шансов. Найдя бумажник, Стив тихо извинился, не сумев взглянуть в глаза парню, и подобрал кейс с земли. А затем умчался прочь с той улицы, подальше от испуганного взгляда и своих воспоминаний о прошлом. Он готов был ударить самого себя за такой отвратительный поступок, но ему ничего не оставалось делать, кроме как мчать прочь от своей совести. Он пробежал минут десять, пока в голове не начали снова летать самолёты, а лёгкие готовы были вырваться наружу, и по счастливому случаю он оказался возле маленького магазинчика, на входе которого весела немного скошенная неоновая вывеска «24/7». Стив зашёл туда, ожидая увидеть местный колорит, учитывая то, что он все ещё находился в каком-то неблагоприятном районе Будапешта, но внутри никого не было. Кроме старушки с кудрявыми волосами и яркой малиновой помадой на губах, что никак не хотели изогнуться в улыбке при виде покупателя. Стив тихо пробурчал «Добрый вечер» и, пройдясь по магазину, взял несколько бутылок воды, хлеб, сыр и какие-то странные батончики, скорее всего с шоколадом. — Пакет, пожалуйста, — сказал Стив, выкладывая все продукты на стол. Кассирша подняла лениво глаза, осмотрела его грязную одежду и измученное лицо, раскрашенной ссадинами, а затем так же лениво начала пробивать товары. Под конец она указала на табло с суммой. — Пакет, — сказал чуть громче Роджерс и, чтобы стало понятнее, показал руками форму пакета. Казалось, что кассирша живет в своём мире, в котором все мужчины это пустое место, которое не достойно пакетов. — Ночь? — спросила грубо кассирша с акцентом. Стив не понял, что она имела в виду, и поэтому лишь уставился вопросительно на неё. Женщина начала сама складывать продукты в пакет и Роджерс, подумав, что она просто констатировала ночь на дворе, достал украденный кошелёк и, скрепя сердцем, выудил оттуда приблизительно две тысячи венгерских форинтов, как показала кассирша на табло кассы. — Нужна ночь? — переспросила кассирша, отдавая сдачу. — Эм, да, — промямлил в ответ Стив, с подозрением глядя на женщину. — Ты хочешь хорошая ночь? Один? — продолжила спрашивать кассирша. Стив не особо понял вопрос, в особенности из-за ужасного произношения, но он решил помочь ей, решив проиллюстрировать. Он положил кейс на пол, а затем сложил ладони и подложил их под голову, словно подушку, при этом закрыв глаза. — Ночь, отель, — произнёс Стив, прекращая эту клоунаду и забирая продукты с — Наверх, — кратко ответила кассирша, а затем сделала странное движение пальцем, указывая на выход, а затем налево и наверх. Роджерс благодарно кивнул в ответ и поспешно вышел из магазина, до сих пор не до конца понимая, как кассирша поняла его потребность в жилье, но это все потому, что зеркала он ещё не видел этим вечером. На улице он свернул налево и, пройдя всего несколько шагов, увидел едва ли заметную, грязную вывеску «Отель», прикрепленную к старенькому зданию, облицованному кирпичами. Открыв хиленькую на вид дверь, Стив зашёл внутрь и оказался в ухоженном холле, где пол едва ли не сверкал от чистоты. — Иностранец? — послышался голос в другом конце коридора, и Стив обернулся. Там стояла миловидная старушка, невысокого роста с седыми волосами, что были красиво уложены в хвост, и с белой шалью на плечах. Просто образ добрейшей бабушки из сказки, никак иначе. А вот Капитан выглядел довольно странно напротив неё, держа в одной руке чёрный кейс, а в другой — пакет с продуктами. — Добрый вечер, — в ответ сказал Стив, подтверждая своим английским вопрос хозяйки. — На сколько ночей тебе нужна комната, милый мой? — улыбнувшись, спросила она, и прошла за стойку рецепции. — Только на эту, — сам не веря, что сможет вырваться отсюда за один день, произнёс Роджерс и улыбнулся одним уголком рта. Все это смахивало на странную картину, ведь Роджерс не надеялся даже найти отель, не говоря уже о рабочем магазинчике среди глубокой ночи. Но ему было не до размышлений о странностях. Старушка ещё раз окинула взглядом потрепанного мужчину перед собой и, на свой риск не попросив документов, записала что-то в свой журнал на стойке и повернулась, чтобы взять ключ от номера. Видимо, ей не привыкать обслуживать столь странных клиентов в столь позднее время, подумал про себя Стив. — Четыре тысячи форинтов, милый, — объявила хозяйка, кладя ключ на стойку перед Роджерсом. Отдав последние деньги из украденного кошелька и взяв ключ, Стив тихо поблагодарил женщину и последовал ее указанием пойти наверх в свой номер. Узкие ступеньки были покрыты ковром темно-синего цвета с бордовыми вкраплениями, стены были выкрашены в бежевый цвет, и по сторонам висели маленькие обычные светильники. Казалось, что отель был построен не менее чем триста лет назад, но благодаря умелым рукам, все ещё держал свой вид. Зайдя в свой укромный и простой, но такой же чистый номер, Стив просто плюхнулся на кровать, наслаждаясь моментом тишины и покоя. Он чувствовал как гудят ноги и как голова снова начинает кружится, предвещая скорый сон и отдых. Но пересохшее горло едва ли само не подняло Стива и заставило открыть бутылку воды. Одним приходом осушив литровую бутылку, Стив открыл первый попавшийся батончик и откусил сразу половину. Во рту заиграла приятная сладость, смешивая в себе шоколад, карамель и лесные орехи. Через несколько минут все батончики исчезли из пакета, и Стив, решивший оставить более плотный ужин после душа, немедленно пошёл в ванную. Только когда горячая вода обожгла его спину в душевой кабине, Стив позволил себе вспомнить образ Наташи и обдумать все случившееся. Самое ужасное было то, что он своим появлением мог повлиять на ход событий и теперь неизвестно, сколько шрамов прибавится на теле Романофф и дышит ли вообще ее тело. Он не так давно потерял ее, чтобы увидеть снова как она уходит из его жизни, точнее он буквально бросил ее на поле боя. Добивало ещё и то, что чертов браслет не работал, а камни бесконечности все так же являют собой угрозу всему миру, и Стив до сих пор не знал что с этим делать. Когда в маленькой ванной комнате из-за пара не было уже видно названий на маленьких бутылочках шампуня, Роджерс выключил воду. Вытерев рукой запотевшее зеркало, Стив не удивился своему отражению в зеркале, что просто кричало о помощи. Небольшая ссадина в уголке рта из-за Наташи, огромные синяки под глазами из-за Наташи и унылый взгляд из-за Наташи. Не в силах больше выдерживать ее в своей голове, он надел джинсы, решив, что футболку стоит постирать, но чуть позже, и вернулся в спальню. Только собираясь открыть хлеб, как кто-то постучал в дверь. Скорее всего старушка что-то забыла, подумал Стив и направился к двери. Открыв ее, он таки увидел хозяйку, что вызвало у него мимолётную улыбку. — Думаю, вы забыли кое-что, — любезно отметила старушка, отойдя немного в сторону. Стив нахмурился, прокручивая в голове все, что он мог забыть на ресепшене, но пазлы сложились, когда на ее месте выросла Наташа, запачканная кровью и с ссадинами на лице, и прожигающим взглядом. — Думал спрячешься от меня? — ехидно спросила Романофф, а потом упала вниз, прямо на порог номера Капитана.