Павлин

Внимание! (nc-21!) В главе присутствует: жестокость, насилие, изнасилование, групповой секс, элементы бдсм, секс с использованием посторонних предметов, кинк, моральное унижение, мат. Большое количество сексуальных сцен (вернее, глава из них только и состоит) Если вам неприятно читать нечто из перечисленного, можете пропустить главу.

***

       Ким Тэхён проснулся на каком-то мягком ковре, однако его ворсинки неприятно кололи кожу и от того пришло осознание, что он абсолютно обнажен. Блондин неохотно приоткрыл глаза и увидел, что его руки скованны наручниками, но не железными, а подобны тем, что продают в каком-нибудь секс-шопе, они не травмировали его запястья, однако некий дискомфорт все равно причиняли. Парень сел на полу и огляделся по сторонам, комната выглядела уютно, красивый ковер, богатые обои, но, здесь не было совсем ничего, никакой мебели, лишь тускло освящающие настенные светильники и какой-то стол у стены на котором нечто лежало. Он был один, но его сердце бешено билось и заполняло своим стуком тишину комнаты, резко послышались шаги за дверью и она открылась. Он не успел ничего осознать, как в комнату вошел мужчина в окружении его свиты, хотя скорее это были его телохранители, три довольно жуткие горы мышц окружали высокую, но худую фигуру в деловом костюме и с темными волосами. Он еще не знал кто это и лучше бы так и не узнал, шатен подошёл к дрожащему от страха блондину и присел перед ним на корточки, довольно и зловеще ухмыляясь. — До чего же милая у тебя мордашка, — с ехидством прошептал Намджун, грубо щупая черты лица Кима. — А тельце что надо, твой отец будто знал и нарочно не покупал тебе много еды, да? — Кто вы? — оскалился Тэ и ударил скованными руками по рукам Джуна, недовольно морщась. — Не смейте трогать меня! Отпустите меня живо! — Ох, какой буйный, — ухмыльнулся шатен и поднялся на ноги, поправляя свои пиджак. — Дело в том, что я имею право тебя трогать и делать с тобой все, что мне вздумается. Твой отец продал тебя мне, то есть моему заведению, чтобы ты отрабатывал его долги своим омежьим тельцем. Казалось бы, у тебя жизнь только началась, 18 лет, свобода и счастье, но нет, тебе не повезло с отцом и твоя свобода кончилась, не успев начаться. Поэтому, будь добр, стань послушным питомцем для своего хозяина, то есть меня. — И не подумаю, — хмыкнул Ким и поджал к себе ноги, отворачивая лицо и хмурясь, но сердце неприятно заболело от осознание предательства собственного отца. Его просто продали, продали в самое настоящее сексуальное рабство. — Отпустите меня. — Нет-нет, такое драгоценный экземпляр отпускать даже и не подумаю, — покачал головой Джун и оглядел снова омегу. — Ты стройный, но недостаточно. Знаешь, так иронично, но всякие толстые дядечки, любят худощавых стройняшек. Поэтому, посидишь пару дней на воде, пока не научишься обращаться ко мне правильно. Давай же, Тэхён, назови меня «хозяин» или «господин», я же вижу, как ты голоден. — Я не буду так унижаться, — хмыкнул Ким и отвернулся снова, недовольно морща нос и с презрением смотря краем глаза на шатена. — Лучше умереть с голода, чем называть тебя так. — Какие мы грозные, — засмеялся Намджун и вновь злорадно улыбнулся. — Посмотрим, как ты запоешь через пару дней, я сломаю тебя, деточка и ты станешь самой послушной сукой в моем борделе.       Вскоре дверь закрылась, Ким остался в гордом одиночестве, наедине с урчанием своего голодного живота и легким холодком, что бегал по его обнажённому телу. Он хотел есть, но не позволит себе стать бесхребетным созданием и начать продавать свое тело неизвестно кому за гроши, лишь бы поесть и выжить в этом несправедливом мире. Так тянулось несколько дней, от истощения, он часто терял сознание и уже не мог даже встать, его тело стало слишком худым и близилось к критическому уровню, его кости жалко обтягивались кожей и выпирали, казалось, что можно будет посчитать каждое ребро и начать изучать на нем анатомию, вместо скелета. Кожа Кима и без того была светлой, но сейчас она была просто белой, больше похожей по цвету на мертвеца, кровь перестала его греть, как раньше, он начинал мерзнуть скорее и постоянно лежал в позе эмбриона, пытаясь согреться. Он пил лишь воду и, даже когда ему начали приносить еду, он наотрез от неё отказывался, теперь он и правда видел выход лишь в смерти и стремительно приближался к ней. — Босс, так не может продолжаться, если он не будет есть, то он просто умрет и мы потеряем нашу золотую жилу, — шептал какой-то парень, слегка хмурясь и нетерпеливо топая ногой. — Надо его кормить, пусть и насильно. Если давать слишком много, его вырвет и мы точно все потеряем. Ким Сокджин, ваш брат, говорил, что сейчас можно вводить ему все необходимое через укол, а затем увеличивать порции, вы можете сломать его иначе, вы же умеете. Сейчас он сам хочет сделать все, чтобы умереть и у него это получается. — Допустим, — Джун задумчиво смотрел на свои ноги и слегка хмурился, взвешивая в своей голове приоритеты. — Если с едой не вышло, то еще один легкий «наркотик» поможет сломать его в сексуальном плане… Я сделаю его зависимым, как делал остальных наших буйных шлюх, хах. — Не перегните, он же все же особый омега, — продолжал шептать парень и покосился на лежащего на полу без сознания Тэхёна. — Я позову вашего брата и мы сегодня начнем его восстанавливать, через пару дней, можете начать его ломку, сэр.       Еще несколько дней прошли для Тэхёна и он начал набирать свой вес, он неосознанно привязался к тому самому врачу, что делал ему инъекции и помог восстановить силы, почему-то именно в нем Ким начал видеть свое спасение. Казалось, что все страшное позади, его тело вновь слушалось, он мог стоять и не ощущал той самой дикой слабости, что преследовала его раньше, впервые за несколько дней он улыбался, когда в его «темницу» приходил Джин, что ласково приводил его в порядок и проверял его здоровье, но… В один день, все снова поменялась и его белая полоса мнимого счастья резко оборвалась. В комнату как всегда зашел Намджун в окружении его телохранителей, в руках он держал какой-то черный кейс, почему-то все внутри вздрогнуло и сжалось и Тэхён прижался спиной к стене, напряженно наблюдая за Джуном. Он положил чемодан на тот самый столик, открыл его и начал что-то искать, сердце сжалось, как только тот повернулся к нему лицом со шприцом в руках, который был наполнен какой-то жидкостью. — К сожалению, ты слишком гордый и упертый, поэтому раздвинутых ножек за все эти недели от тебя я так и не увидел, — пожал плечами Намджун и начал подходить к блондину. — Что очень плохо, я же не хочу чтобы тебя порвали в первый же раз, поэтому, омежка, ближайший месяц, хотя все зависит от тебя, мы будем хорошенько готовить к тебя к твоей новой работе. — Нет! — закричал Тэхён и тут же начал брыкаться, что есть силы, дергая ногами и руками, стараясь не подпускать к себе Джуна. — Не смейте! — А ты попроси правильно и поддайся, тогда я не буду ничего колоть в твой животик, — сверкнул глазами шатен, ведь страх на лице омеги заводил его еще больше, возбуждая его садистские наклонности. — Не хочешь? Тогда у меня нет другого выбора. Парни, держите его.        Тэхён продолжал брыкаться, пока сильные руки крепко не схватили его и не прижали к полу, уложил на спину. Один крепко прижал его руки, не давая дергаться, двое, держали его ноги, при этом широко раздвинув в стороны, не позволяя ему сжать их вместе. Сам Намджун навис сверху. Облизнув губы и, протерев ваткой, которая была пропитана спиртом, место для укола, проткнул кожу иглой и ввел препарат, который был создан лишь для одного — возбудить так, словно у омеги началась течка. Ким все еще кричал и плакал, пока, спустя несколько минут жидкость не начала действовать и ему становилось все более жарко. Мышцы, которые были вначале сильно сжаты и напряжены, резко полностью расслабились и Тэхён совсем обмяк, с трудом дыша и шумно выдыхая. Намджун начал самодовольно разглядывать обмякшее тело, сложив шприц обратно в кейс и закрыв его, он облизнул и задумчиво начал смотреть в одну точку. — Однако, у этого препарата есть один минус. Он не туманит твой разум, но твое тело не будет слушаться тебя совсем, — тот пожал плечами и вновь подошел к омеге. — Видишь ли, ты до сих пор не хочешь этого своим разумом, была бы твоя воля, ты бы продолжал сопротивляться, но… Твои мышцы и тело уже вне тебя, они под дурманом, что заставляет их хотеть только одного — секса, — он вновь облизнулся и наклонился к блондину, разглядывая уже мокрое от пота и покрасневшее тело. — Но раз оно хочет, то почему бы нам ему этого не дать? Не бойся, Тэхён, это больно, лишь когда ты сопротивляешься, но тебе будет приятно, так приятно, что начнешь сходить с ума и будешь просить все больше и больше. Ты не первый такой буйный у нас и знаешь, что сейчас с ними? Они работают, работают не покладая сил своим телом, каждый день обслуживая наших клиентов и щедро за этой получают поощрение в виде подарков и зарплаты. И тебя тоже это ждет, только в твоем случаи, если ты предоставишь свое тело и перестанешь строить из себя гордого и сильного человека. Ты омега и ты создан для того, чтобы тебя имели, понимаешь? На большее ты не способен. — Иди к черту, — хрипло прошептал Тэ, с трудом дыша и стараясь сопротивляться, но тело не слушалось, а мышцы все еще были расслаблены и даже не думали начать слушать его. Странное чувство начало собираться внизу его живота, превращаясь в нечто тягучее и слегка бьющее током, Ким вздрогнул и шире открыл глаза, что-то наполняло его изнутри и он не понимал, что это. — Хм, кажется препарат начинает действовать во всю силу, раздвиньте его ноги сильнее и усадите на стол, — мужчины кивнули и, подняв хрупкое тело, тут же усадили его на пустой стол, держа ноги все еще широко раздвинутыми. И, специально продуманно, прямо над столом был большой крючок, на который зацепили наручники, которыми и были скреплены руки Тэхёна. Блондин все еще с трудом дышал, слегка прикрыв глаза и чуть судорожно подрагивал телом. — Так-так, что этому нас такое? — хитро улыбнулся Джун и чуть наклонился, разглядывая мокрое тело и проскользнул взглядом вниз. — Тэхён, а тебе говорили, что врать не хорошо? Ты так сопротивляешься и уверяешь нас, что не хочешь, хотя твоя девственная дырочка уже вся течет, — прошептал прямо на ухо шатен и резко вставил один палец, который так легко вышел внутрь благодаря смазке. — Ох, малыш, я даже не думал, что так жадно поглотишь его в себя, может добавить еще один? А может два?       Тэхён громко застонал, откидывая голову назад, как только три пальца оказались в нем и начали бесцеремонно двигаться, грубовато растягивая в манере ножниц, словно пытаясь достать еще глубже. Ким попытался вырваться, но тело лишь дрожало и само поддавалось, он произвольно толкнул бедра, слегка насаживаясь на пальцы и от чего простонал еще слаще. Его разум кричал «нет» и с глаз текли слезы, сознание не могло смириться с происходящим, ему становилось противно и не по себе, но он продолжал смотреть вниз, на пальцы, что-то выходили, то вновь входили в него. Стоны сами срывались с губ, тело само толкалось навстречу, желая получить еще, возбужденно подрагивало и изгибалось в пояснице, он ерзал на столе, становилось все более неудобно, а смазка продолжала все течь и течь, стекая по чужим пальцам на столешницу. — Какой похотливый взгляд, Тэхён, если бы ты так всегда смотрел, боюсь, что тогда бы твоя задница не успевала отдохнуть, — шатен довольнее улыбнулся и резко вынул пальцы, размазывая вязкую жидкость по телу омеги, который от каждого прикосновения вздрагивал и кратко постанывал. — Твое тело такое чувствительное? Ты не перестаешь меня удивлять своей идеальностью, за тебя можно будет сорвать большие деньги. Знаешь, многие любят чувствительных, ведь у таких как ты, самые сладкие голоски. Осталось научить тебя еще нескольким приемам, например сжимать своей попкой член, ведь узкая задница всегда приятнее, — он щелкнул по носу покрасневшего Тэ, который то опускал, то вновь поднимал голову, затуманено смотря перед собой. — Но кроме этого, тебе придаться научиться работать своим ротиком, оох, какой мокрый, — тот взял блондина за подбородок и нажал на него, заставив тем самым открыть ротик, и заглянул в него, чуть дуя губы. — Хорошие зубы, выглядит здоровым… Осталось узнать, какого размера может поместиться сейчас и как глубоко ты можешь взять… Парни, отодвиньте стол от стены на середину комнаты и уложите его животом поперек, — те вновь послушно выполнили приказ, укладывая обмякшее тело на стол, от чего Ким сразу свесил голову вниз и опустил ноги. — Даже не знаю, с чего начать… И главное кому начать. Мин, ты берешь его сзади, а ты спереди, а я просто понаблюдаю и оценю…       Тишина комнаты прервалась звуками расстёгивающихся ремня и ширинки, Тэхён резко начал мотать головой и плакать, он все понимал, он все еще не хотел, но уже ничего не мог сделать. Намджун лишь довольнее улыбнулся от слез и молящего взгляда Тэ, который то вновь начинал кричать, то крепко сжимал губы, отворачиваясь от члена, который так и пытался войти в его рот, от чего лишь стукался об губы. Охранник, который стоял сзади, не теряя времени и, пока блондин, тщательно пытался отвернуть лицо, раздвинул его ножки шире, согнув одну в колене и устроив на столе, сильно толкнулся бедрами и вошел на половину. Ким громко вскрикнул от боли, вновь начиная плакать и, пока его рот был открыт от крика, его сразу же заткнули членом, стукнувшись об стенку горла. Павлин мычал от боли и жмурил глаза, пока охранник пытался войти в него полностью, с трудом преодолевая тугость и узость «девственной» задницы, из-за чего грубо и сильно сжимал нежные бедра, оставляя красные следы после рук. И, он резко остановился, Тэхён замер, ощущая, что его живот просто прогибается и чужой член полностью заполняет его зад, слегка пульсируя внутри. Сейчас он боялся, боялся что если тот начнет двигаться, то его просто порвет, но он не начинал двигаться, почему-то остановились все. — Слишком туго, Мин? Ничего, он же еще не разу не занимался этим, растянется, — неожиданно заговорил Джун и посмотрел на мокрое от слез личико Тэхёна. — Удивительно, но ты полностью принял его, какой хороший мальчик, — он неожиданно ласково погладил того по волосам и улыбнулся. — Но ты плохо работаешь ротиком, омежка, тебе нужно работать своим языком и губами, словно это не член, а мороженное или леденец. Если ты не будешь выполнять, а вколю тебе еще одну дозу и тогда, тебе придется обслужить еще несколько человек, так что выбирай. Либо только сейчас двое, но хорошо работаешь своим ротиком, либо обслуживаешь всех четверых, но получаешь еще один укол афродизиаком. Молчим? Хорошо, — он вновь взял кейс, взял другой шприц и набрал в него жидкость, затем вернулся к Тэ и внимательно осмотрел. — Куда бы вколоть сейчас? — он прикусил губу, но затем сделал ловко укол в бедро, вводя жидкость и затем положил все обратно в кейс.        Сейчас возбудитель начал действовать быстрее, Тэхён медленно закрыл глаза и его тело расслабилось еще сильнее, странное чувство быстрее и ощутимее начала разливать по телу ударяя «током» вниз живота, смазки стало больше, слюнки изо рта сами начали капать, голова так же чуть затуманилась, а взгляд стал полностью пустым и стеклянным. Уже в глубине своего разума он кричал себе «очнись» «укуси», но он перестал слышать себя, лишь какое-то животное желание, которое он сумел когда-то в себе подавить, начало двигать его телом и он, не смотря на недавний рвотный рефлекс, который испытывал лишь при взгляде на член перед своим лицом, начал послушно брать его глубже в рот, трясь языком и стараясь взять полностью. Намджун, заметив, что доза начала действовать, махнул рукой Мину и тот, держа крепко бедра омеги, так же начал двигаться, но на этот раз легче, с чуть слышным хлюпаньем от переизбытка смазки. Ким больше не чувствовал боли, то ли он привык, то ли возбуждение заглушало другие чувства, он чуть приоткрыл глаза и посмотрел на охранника, более жадно начиная обсасывать член и брать все глубже в рот, уже сжимая собственной глоткой. Толчки сзади стали более сильными и быстрыми, Мин пытался вбиваться в него со всей силы, довольно закусывая свои губы от приятной узости омеги. И Ким поддался, он чуть изогнул спину, на сколько позволяло тело, приподнимая ягодицы выше и сам чуть толкнулся, произвольно сжав внутри себя чужой орган. Оба охранника сами простонали, от того, как необычайно умело начать работать своим телом блондин, прикрывая глаза и тихо постанывая. Он не хотел, но понимал, чем быстрее он заставит их кончить, тем скорее закончиться мученье и он не ошибся, спустя меньше, чем пять минут, оба кончили, один в его рот, второй в его зад. — Глотай, — прошипел Джун, смотря на Тэ, во рту которого все еще находился член и он все же проглотил, немного горьковатую вязкую сперму и морщился от неприятного вкуса, с трудом подавив свою тошноту. — Хорошо поработал, малыш, но… Ты же понимаешь, что это еще не все? Помнишь: «укол, но ты обслуживаешь всех нас», зато так хорошо потренируешься.        Оба вышли из него и Тэ сильно вздрогнул, чувствуя, как чужое еще горячее семя вытекает из него и стекает по ногами, во рту до сих пор стоял неприятный вкус горечи и каких-то морепродуктов, он морщился и ему снова было противно. Он склонил голову, часто сглатывая слюну и все еще подрагивая, его мышцы судорожно сокращались, но без боли. Не успел блондин прийти в себя, как его ловко перевернули на спину, все так же укладывая на столе. Вновь послышался звук расстегнувшийся ширинки, кто-то начал тереться головкой члена об его пульсирующую, мокрую после прошлого раза дырочку, но не успел Тэ поднять голову, чтобы увидеть своего нового насильника, как его голову резко откинули назад и тут же вновь вогнали член в рот, заставляя вновь сосать и заглатывать. Для Тэхёна, даже под возбудителями, это не было удовольствием, он понимал, что его насилуют, понимал, что не согласен, но и знал, что бессилен и придаться с этим смириться. Чем быстрее он будет заканчивать с этим, тем скорее его отпустят, с этими мыслями он вновь принял их в себя, жмуря глаза и с трудом подавляя тошноту. В него вновь вошли, сильно раздвигая ноги в сторону и прижимая его колени к столу, на этот раз толчки были слишком грубыми и резкими, он чувствовал, как головка члена беспощадно прогибает его живот и пытается найти простату. Сквозь слезы боли и унижения, Тэ застонал, продолжая обхаживать ртом орган, пока головку не ударилась прямо в простату и он, неожиданно для самого себя, резко кончил. Новое чувство разлилась по его телу, на этот раз приятно и как-то тепло заполнило изнутри. Он расслабился, расслабился сильнее, чем от любого наркотика и освободил свой ротик от члена, приоткрывая его в сладком безмятежном стоне, с блаженством закрывая глаза. — Кажется, наш непослушный мальчик испытал впервые настоящий оргазм, — ухмыльнулся Джун, наблюдая за картиной и чуть склонил голову на бок, разглядывая довольное личико омеги. — Хотя бы ради этого, тебе стоит раздвигать свои ножки перед клиентами. Будешь хорошим, получишь такое чувство не один раз, — он провел пальцами по плоскому животу и чуть надавил вниз, от чего Ким еще раз вздрогнул и жался внутри. — Сжимает? Как хорошо, ты так быстро учишься, уже умеешь ласкать ротиком и сжиматься. Что ты хочешь, за свое хорошее поведение? Нет-нет, свободу ты не получишь, за это надо отработать. Знаешь что, Ким? Давай договоримся, ты работаешь на меня, стараешься и потом, когда ты отплатишь долги своего отца, зарабатывая на клиентах, мы отпустим тебя, ты согласен? — он затуманено кивнул, под дурманом оргазма, как-то глупо улыбаясь и тихо постанывая. — Вот и славно, но где-то недельку, тебе придется потренироваться. Продолжайте парни, у вас еще полчаса, чтобы насытиться им сполна, но не порвите и не перестарайтесь, — Джун махнул рукой, взял кейс и вышел из комнаты, оставляя того наедине со своими охранниками.        Дождавшись, пока их босс войдет, тот, который имел омегу в зад, сразу же закинул его ножку себе на плечо и, придерживая, возобновил сильные глубокие толчки, возбужденно смотря на личико, с губ которого снова вырывались громкие стоны и выкрики. Но, не успел Ким откинуть голову назад, как в его рту снова оказался член, второй охранник так же начал двигать бедрами, прямо вбиваясь в горло и мыча от наслаждения, придерживая грубыми руками голову Тэ, не давая ему ей двигать. Третий, который большую часть времени, просто стоял и наблюдал, как двое ненасытно имеют омегу, не выдержал сам и так же расстегнул свои штаны и схватил скованные руки, заставляя ими обхватить свой орган и ласкать. Ким не сразу понял, что ему нужно делать, но вскоре руки сами ласкали и сжимали ствол, лаская головку и чуть надавливая на неё. Еще несколько минут и двое излились в него снова, он опять с трудом проглотил неприятную на вкус жидкость. Третий, дождавшись пока двое покинут тельце, сразу же устроился между ножек и навис сверху, смотря в затуманенный, ничего не понимающие глаза напротив. Он жадно облизнулся и толкнулся бедрами, проникнув в уже растраханную дырочку с хлюпаньем от спермы и смазки, которых было уж очень много внутри, он сразу же вошел полностью и заставил обвить ногами свою спину, грубо и резко начиная двигаться. Тэхён попытался сжать его и у него получилось, альфа издал хриплый стон от узости и ускорил свои толчки, сильнее прогибая живот и сжимая бедра. Он наклонился ниже и впился в приоткрытый ротик, сразу же проникая в него языком и исследуя, Тэхёну стало противно, даже слишком, но он подался и открыл ротик шире, впуская чужой язык дальше и принимая неприятный ему поцелуй. Блондин сжался чуть сильнее и телохранитель мгновенно кончил, довольно простонав и отрывая от губ, потянув за собой слюну и устало вышел из омеги, сев на пол у стены и часто дыша.       Так прошли еще пол часа для Тэхёна, каждый из них поочерёдно подходил к нему и имел, пробуя на вкус его губы и исследуя языком рот. Тэхён старался не отвечать на поцелуй, он лишь открывал рот и чуть высовывал язык, поцелую с ними ему было омерзительными, ему было омерзительно все, но он продолжал терпеть все эти пол часа, пока время не вышло и дверь вновь не открылась. Охранники уже были одеты, а Ким обессиленный и измученный лежал на столе животом, свесив руки и еще подрагивая, пока сперма, которой его бесконечно заполняли, стекала по ногами в бесконечном количестве, пачкая ковер и стол под ним. — Вижу, вы хорошо наигрались, — откашлялся Джун и подошел к омеге, приподняв его лицо за подбородок и разглядывая стеклянные глаза. — Зря ты не согласился работать сразу, видишь что уже с тобой сделали? Ты весь грязный, в чужой семени и совсем без сил, твое тело дрожит, ты полностью заполнен и ослаб. Хочешь спать? Я вижу и знаю, но, у тебя штрафные, милый. Отдохнешь часок, другой, а потом снова будешь принимать в себя член и сперму, член и сперму, пока не назовешь меня «хозяин» и не подпишешь одну бумажку, где даешь согласие на то, чтобы работать здесь и выполнять любую прихоть, понял меня? Они еще с тобой нежно, радуйся, что я не добрался еще до твоего тела, иначе, у тебя бы болело все и ты молил о пощаде. Но у нас все впереди, да, Тэхён? Тебе стоит помыться, а то выглядишь довольно мерзко.

***

      Тэхён вновь проснулся в знакомой комнате, с наручниками на руках, но чистый и вымытый полностью от следов «любви» его насильников. Уже дня три, именно они развлекаются с ним, с каждый днем все сильнее извращаются, растягивая его каждый раз все сильнее и пробуя новые позы, некоторые из которых, казались ему дикими. А вчера, эти двое одновременно проникли в него, тогда Тэхён думал, что он точно порвется и умрет, и лучше бы он умер, чем-то, что его ждало уже сегодня. Ким сидел в углу. Сжавшись в комочек и прикрыв глаза, он все еще дрожал и чувствовал ноющую боль заднице, он чуть прикусил губу и поджал к себе сильнее ноги. Он тихо считал секунды, ведь совсем скоро они снова придут к нему и, кто знает, что на этот раз они захотят проделать с ним. Но, когда открылась дверь, на пороге появилась лишь знакомая высокая фигура Намджуна, он вновь держал какой-то чемодан в руках и закрыл за собой дверь на ключ. Он был один и это поселила какую-то тревогу в Тэхёна, Джун ничего не говорил, он лишь вновь набрал укол, сделал укол вниз живота Кима и начал молча ждать, пока препарат начнет на него действовать. Тэ поднял замученный взгляд на шатена и поджал губы, сглотнув и уже, совсем одурманившись, произвольно раздвинул ноги перед ним и задышал еще чаще и более шумно. — Когда же ты уже начнешь их раздвигать без укола? Это же совсем не сложно, — вздохнул Джун и спрятал все в кейс, облизнувшись. — Но, сегодня моя очередь играть с тобой, моя драгоценная сучка. За все эти дни, ты не разу не получил своего хозяина, скажи, ты же хочешь хозяина? — он повернулся, держа в руках вещь, похожую на плетку, но без острых наконечниках на концах. — Ты получишь его, но сначала удовлетворишь в своем господине садиста.        Тэхён испуганно открыл глаза, смотря на плетку и заметил краем глаза остальные игрушки, которыми принято использовать в бдсм. Но, Джун не ударил его, он резко развернулся и достал какие ремешки и, пока Тэ был не в состоянии сопротивляться, надел их на него, туго затягивая. Он голодно облизнулся, рассматривая подобие костюма на стройном теле, ремешки туго обхватывали каждое «сладкое» место, делая больше акцентов и делая их более объемными. Он отстегнул наручники и пристегнул каждую руку отдельными, а те в свою очередь к крючкам на стене, от чего руки повисли во воздухе и были разведены в стороны. Шатен продолжал разглядывать омегу, думая, чтобы еще с ним сделать и возбужденно вздрогнул, с азартом беря чемодан со всеми игрушками. Когда Тэхён вновь закрыл глаза, Намджун незаметно вставил в его дырочку несколько маленьких игрушек и резко включил их на полную мощность, заставляя те сильно вибрировать и Ким громко застонал, ерзая и изгибаясь в разные стороны. — Нравится? Интересно, значит любишь такие игрушки… А что насчет твои сосков? Они так соблазнительно торчат, — шатен тут же коснулся одного из него и начал тереть пальцами, то зажимая то чуть оттягивая на себя. Стоны с губ начали срывать чаще и громче, тело беспомощно дрожало и брыкалось от возбуждения и в глазах Джуна лишь сильнее начал загораться азарт от такой чувствительной игрушки перед ним. — Ох, перед эти невозможно устоять… Ты станешь лучшим питомцем в моем доме, ты будешь стонать рядом со мной каждый день.       Шатен резко выдернул еще вибрирующие игрушки из Тэ, взял скотч и прилепил две из них к соскам, те продолжали вибрировать и заставлять омегу жалостно скулить и извиваться от возбуждения. Смазка вновь начала вытекать из него на ковер, слюнки капали из ротика и он чуть успевал из сглатывать. Еще одна игрушка вибрировала прямо на головке его члена, оставшиеся уместились на мошонке и у основания, Джун же продолжал разглядывать свои приборы, уже представляя, как довести того до оргазма. Порывшись, он нашел один из фалоиметаторов, который был довольно толстым и вряд ли мог бы поместиться, но Джун и не думал не проверить. Он тут же раздвинул широко ножки, заставив Тэ почти что лечь и опереться об стену, стоны не замолкали, парень уже с трудом успевал дышать и громко вскрикнул, как холодный и большой фалос начали с силой в него пихать. Он вновь заплакал от боли, брыкаясь и ерзая, пока он не пошел полностью и не остановился. — Забавно смотреть на то, как ты сейчас кончишь от каких-то игрушек, — он ехидно улыбнулся и нажал на кнопку, от чего и тот сильно завибрировал в нем. Тэхён сильно изогнулся, прогибая поясницу и закрывая глаза, еще совсем немного подержавшись, он мгновенно кончил, дрожа всем телом, ощущая, как оргазм разливается по его телу и вновь расслабляет. Джун резко выключил все игрушки и достал из него, довольно облизнувшись и шлепнул омегу по бедру. — Хороший мальчик, на этом все. Посиди еще так, может кто заглянет и порезвиться с тобой, — он сложил все в чемодан и не отстегнул наручники, а лишь махнул рукой и вышел из комнаты, оставив его снова одного.        Он не знал, сколько еще он сидел прикованный к стене, ерзая по полу и борясь со своим возбуждением, беспощадно кусая губы и тихо ноя, пока дверь не открылась снова. Он сжался и с трудом смотрел перед собой, сглотнув слюни и вновь раздвинул ноги, уже не имея силы на то, чтобы сопротивляться. Некто подошел к нему и сел перед ним на корточки, поднимая за подбородок и шумно выдыхая, спустя секунду, его кисти были освобождены и опустил руки, вновь закрывая глаза и часто дыша. Кто-то ласково укрыл его пледом, перед этим протерев мокрое тело влажной губкой и заботливо вытерев полотенцем. Тэхён ничего не видел, он лишь устало закрыл глаза и завалился на бок, на мягкую подушку, которая непонятно откуда оказалась под головой. Он снова открыл глаза и резко подскочил, держась за голову и часто дыша. Он проснулся в постели Чонгука, который удивленно смотрел на него, стоя у окна и держа в руках чашку ароматного крепкого кофе. Тэхён тут же заплакал и закрыл лицо руками, уже рыдая навзрыд и мотая головой. — Чонгук, Чонгук… Прошу тебя, не оставляй меня, не отдавай меня им, я боюсь, я не хочу туда снова, — брюнет сразу поставил кружку кофе на стол и сел на край кровати рядом с синеволосым, обнимая и прижимая его к себе, ласково касаясь губами виска. — Мне страшно, я боюсь, что они снова будут делать это. — Я не отдам тебя, обещаю, — тихо прошептал Чон, крепче обнимая хрупкое, дрожащее от слез тело и тихо вздохнул, улыбнувшись. — Это был всего лишь сон, успокойся, ведь я рядом с тобой сейчас, ты в безопасности.