Абсурд... или сумасшедшая история нашей любви

Глава 18 Том наворачивал круги местной «общаги» и старался понять, что его тревожит с этой сделкой, на которую он возлагал большие надежды. Он чувствовал подвох, но не мог понять, в чём он именно был. По словам Сила, их «главного» лидера, Всеядные — серьёзная группировка, очень влиятельная как в криминальном, так и в повседневном мире. Если не сказать, что она одна из главных в Германии. Странным было то, что он не сказал Тому об их лидере, который должен подъехать завтра и, собственно, привести деньги за героин. Было такое ощущение, что его хотят наебать или подставить, но он упорно гнал от себя эти мысли. Не посмеют, знают же, что кишки выпустит, если только попробуют подумать об этом. Да, он мог быть жестоким и бессердечным, но ненавидел убивать, так как сам много раз был на волосок от смерти и знает, каково это, когда старая карга дышит тебе в затылок. Но продолжал заходить всё дальше и уже просто не мог остановиться. Власть, деньги, уважение — всё это пьянит и сводит с ума, делая зависимым, и вызывает желание достигнуть большего. Вскарабкаться ещё выше, заполучить как можно больше, заставить других признать тебя… Этому очень способствует ствол пистолета и угрозы. Очень умная тактика, конечно… — Вэйсанур, чего круги наматываешь? Трусишь перед сделкой с Всеядными? — насмешливо проговорил низкий голос Альфы, который вошёл в холл дома. Том закатил глаза. — Не неси херни, Сил. И прекрати называть мою полную фамилию, ты же знаешь, я её ненавижу. — Отчего же? Классно звучит, не то что «Вэйс». — Сил! — прикрикнул парень и развернулся к нему. — Заканчивай. Что надо? — У тебя всё готово? — уже серьёзно проговорил Альфа. — Где товар? — Готово, не боись. Только я бы взял пару человек с собой. Всё же десять килограмм наркоты. И, кстати говоря, что с лидером этих Всеядных? Ты мне о нём ничего не сказал. Кто он? — Альфа, молодой, но под ним три региона страны и ещё несколько регионов в других частях Европы, так что осторожней, может пулю в лёгкую засадить между глаз. Жесток, расчётлив и успешен, есть силы на то, чтобы стать единым лидером, но почему-то он ими не пользуется. Хотя… Нахера ему ещё больше власти, если деньги, уважение и подчинение у него и так есть? Парень двуличный и непредсказуемый, но хватка на успешные дела у него жёсткая и цепкая, своего не упустит. Так что, да, возьми людей, а то мало ли… Том заторможено кивнул. Что-то смутно знакомое описание характера… — Понял, буду осторожен. — Ты сейчас в институт? — Да. — Может, хватит уже играть в нормального и переходи в банду полностью? — Сил, — Том поднял на него тяжёлый взгляд, — остался всего год, и я смогу принести пользы больше, чем сейчас. Тем более у меня сессия всего месяц, потом я в твоём распоряжении. — Ладно, малой, иди, учись, — Альфа похлопал парня по плечу и пошёл дальше, не оглядываясь, но вспоминая, как семилетний мальчишка наткнулся на него в подворотне и попытался ограбить. Том тоже это вспомнил, провожая его взглядом. Словно старший брат или отец, Сил начал учить его жизни, закаляя и по возможности оберегая. Он единственный, кто знал о том, что Том — омега, но, как ни странно, помогал парню это скрыть, доставая таблетки. Удивительно, но Альфа к нему без надобности даже не прикасался. Может, чувствовал, что чужой? Том мотнул головой и направился на выход. Когда парень вошёл в аудиторию, он сразу заметил, что все как-то странно возбуждены и о чём-то оживленно шепчутся, а в воздухе без труда можно учуять знакомый запах. Только он был гораздо сильнее и резче, чем обычно. — Билл… — тихо выдохнул омега, широко раскрывая глаза. За всё то время, что Альфы не было в институте, Том терпел колкие замечания по поводу запаха и того, что Каулитц резко пропал сразу же, как только он вышел с «больничного», терпел жажду его увидеть или почувствовать, терпел, когда хотелось орать и лезть на стены… И как-то совсем забыл о том, что должен был найти на него информацию. Том быстро оглядел студентов, но высокой, статной фигуры так и не нашёл. Что за хрен? — Ну и? Так и будешь стоять на проходе? — с тихими смешком произнёс хрипловатый голос ему на ухо, а по пояснице прошлась сильная рука. Том сглотнул, чувствуя, как запах Альфы окутывает его с головы до ног, вынося мозг напрочь. Медленно, словно опасаясь, омега обернулся и невольно задержал дыхание. Это был Билл, но что-то в нём было не так… Лицо очерчено резче обычного, на острых скулах была едва заметная щетина, и можно без труда заметить пушок под носом и на подбородке, глаза ярко пылали тёмным огнем, запах был сильным, даже чересчур, поскольку Том не мог вздохнуть, не ощутив, как по телу проходит дрожь возбуждения. Одет Билл тоже по-другому. На нём был деловой костюм светло-серого цвета, белая рубашка и галстук. Он выглядел старше и влиятельней, что ли? Билл слабо усмехнулся. — Томми, подай звук, а то я уже беспокоюсь за тебя. — Зря, — чуть сипло проговорил Вэйс и моргнул, стараясь не выдать того, что изменения в Альфе слегка его шокировали, — надолго сюда? Каулитц хмыкнул, незаметно убирая руку с талии парня, поскольку на них стали поглядывать остальные. — Я договориться по поводу сессии, хочу побыстрее расправиться с ней, чтобы спокойно работать. — Как в кресле генерального сидится? — уже намного уверенней спросил Том, стараясь не дышать. — Прекрасно, — Билл сыто улыбнулся, — никогда не думал, что так вживусь в эту роль. Могу подробней рассказать, если ты, конечно, не занят. У меня свободный день завтра. «Завтра», — подумал Том и закусил губу, — «завтра, милый, я продаю наркотики одному криминальному авторитету, который вряд ли тебе знаком». — М-м-м… У меня завтра есть неотложные дела. Никак не могу отменить встречу, прости, — пролепетал он, опуская глаза, чтобы парень не понял, что он врёт. Билл же мысленно рассмеялся. «Интересно, что ты скажешь, сладкий, когда меня увидишь в качестве покупателя». Он постарался изобразить на лице сожаление или на крайний случай обиду, но с горящими дьявольским блеском глазами все эти выражения принимали хищный вид. — О, как, — парень поджал губы, но тут же улыбнулся, — что ж, ничего страшного, я найду, как развлечь себя. Позвонишь, если передумаешь. Билл было развернулся, но тут вспомнил об одной вещи и наклонился к парню, снова шепнув на ухо: — Я бы не советовал тебе соваться на эту встречу невооружённым и в одиночестве. И, кстати говоря, не все слова Марка — правда, — легкое прикосновение губ к мочке и широко раскрытые глаза Вэйса. Билл улыбнулся и, резко развернувшись, удалился из аудитории. Билл, так и продолжая улыбаться, зашёл в деканат, уладил вопросы с сессией и направился к своей машине, планируя перед встречей заскочить домой. Но Густав решил его задержать, облокотившись на чёрный Мерседес. Билл хмыкнул и ускорил шаг, так как не хотел привлекать к себе внимание. Шефер приподнял бровь, окидывая друга взглядом. — Сменил имидж? — Статус изменил. Чего задницу протираешь? Не мог позвонить? — Это не телефонный разговор. Билл стал серьёзным и уже внимательно посмотрел на друга. Он явно нервничал. — Садись в машину, по дороге до офиса поговорим, — приказал он, снимая сигнализацию. Густав кивнул и сел на переднее сидение, дожидаясь, пока Билл займёт водительское. — Что? — Первое, твой Айрис — засланный агент, правда, я не пойму от кого: от Рихта, Кобр или других группировок. Факт в том, что за последние три года, что он «помогал» гибридам, через него прошло более трёхсот таких, как ты. Но проблема в том, что он брал у них кровь, когда отношения заканчивались. — Стоп, — произнёс Билл, пытаясь понять слова друга, — ты намекаешь на то, что он брал кровь для какой-то определённой цели? Например, сделать какого-нибудь сверхчеловека? — Сделать? — Густав посмотрел на парня и выгнул бровь. — А ты не допускаешь мысль, что это ты? — Нет, — уверено проговорил Каулитц, чувствуя, как холодеют пальцы, — мне ничего не кололи в той клинике и не брали кровь. Ничего не давали. Я бы запомнил. — Во всяком случае, будь осторожен. Возможно, что он просто ждёт подходящего момента, чтобы ввести тебе вакцину в организм. Вопрос в том, как именно он вышел на тебя? — Врач в клинике слишком языкастый… — Можем укоротить язык, а заодно и выяснить, какие они имели на тебя планы. — Сделай, — кивнул брюнет и вздохнул, — всё же Рихт в этом тоже замешан… Блять!!! Густав даже подпрыгнул от злого вскрика друга. — Хера орешь, псих?! Билл съехал на обочину и ударил по рулю рукой. — Рихарт, мать его так, подсыпал что-то мне в воду, когда мы были вместе! И я не знаю, что со мной делали в Гамбурге, когда я был без сознания. Блять, а если они серьёзно вкололи мне какую-то херню в вены? — Успокойся, — тихо произнёс друг, сильно сжав плечо парня, — не паникуй раньше времени. Ты был в больнице после того, помнишь? Они ничего не нашли, твой организм был чист и здоров. — Густ, — Билл тяжело вздохнул и снова выехал на трассу, — не мне тебе говорить о веществах, которые не могут найти даже лучшие генетики страны.  — Билл, если бы тебе что-то и вкололи, ты бы стал как овощ, а ты цветешь и пахнешь. Парни не сдержали ухмылок. — Ладно, с этим разберёмся. Дальше, что ещё нарыл на моего омежку? — Рихту он поставлял оружие, а также переправлял контрабанду через кордон. Больше ничего между ними нет. Хотя я в этом очень сомневаюсь. Слишком всё зачищено, я бы выразился так. Словно скрыто двойным фоном. Между ними что-то есть, и это не дела группировки. Я попробую полазить ещё, поищу. Билл кивнул. — Хорошо, может, что-то и найдешь. Ещё что-то есть? Густав немного помолчал, словно думал, спрашивать или нет, а потом проговорил: — Ты будешь говорить Вэйсу о Дине? Билл едва заметно вздрогнул, но его лицо осталось спокойным. — Посмотрим, неизвестно, как Том отреагирует на правду обо мне. Во всяком случае, мне не хочется этого раскрывать, это касается лишь нас двоих. — Не думаю, что он спокойно воспримет то, что ты должен быть на коротком поводке у своего младшего брата, чтобы успеть остановить приступ… — Шефер, — зло процедил Каулитц сквозь зубы, — выражения выбирай, я хоть и твой друг, но не забывай, что свернуть тебе шею за эти слова мне проще простого. Густав сглотнул и отвёл взгляд, сжавшись внутри. Он сам понять не мог, как смог сказать это в лицо Биллу. Всё же он прекрасно знал, что Динар — это его слабость и больная тема, за поднятие которой он карает насмерть. — Прости, просто я не думаю, что Том просто так примет это. — Тебе думать противопоказано, ты хорошо приказы исполняешь, вот и продолжай в том же духе, — уже в обычном, чуть насмешливом тоне проговорил Билл, заворачивая в сторону дома друга. — Как скажешь, — покорно проговорил Густав и закатил глаза, — но всё же, Каулитц, ты неблагодарная, эгоистичная, самоуверенная сволочь. — Да, да, да, а ещё мразь и бессердечная тварь. Спасибо, с этими эпитетами я знаком. — Да нет, Билл, сердце у тебя есть, просто ты научился его выключать. — По-другому в этом мире не выжить. Они кивнули друг другу и попрощались. Когда друг вышел из машины, Билл стал серьёзным и по дороге к офису уже думал, как удачно сыграть на встрече. Откровенно говоря, слова Густава повергли его в шок, но он быстро прошёл, заставляя вспоминать каждую минуту, если не секунду, что он проводил в компании Шварца, и искать момент, где Альфа что-то ему давал или колол. И как после этого парень себя чувствовал. Пока, хвала богам, он ничего такого не вспомнил, но это не значит, что можно расслабиться и забыть об этом. Но, несмотря на все эти факты, он хотел попробовать Айриса, хотел его сломать и превратить в обычную экзотическую игрушку. Он не знал, почему именно этот Альфа вызвал в нём подобное желание, но ему хотелось или убить, или изменить его. За самоуверенность, за то, что он так легко посчитал, что может стать его любовником, за то, что следил и только сейчас вышел из тени, за то, что, возможно, приложил свою руку к изменению организма парня. Несправедливо и жестоко? Возможно. Только вот кто так считает, забывает, что Билл прежде всего Альфа, властный, успешный, уверенный в себе и в своих силах, и лишь потом, на каких-то пять процентов, флегматичный омега. Впрочем, даже не пять, а от силы три, за мягкую внешность. Встреча с Айрисом состоялась и прошла в сугубо деловом направлении, которое устраивало Билла в данный момент. Он бы не сдержался и начал давить, если бы Альфа завёл разговор об их предполагаемых «отношениях». Откровенно говоря, данная тема начала напрягать парня, всё же после той информации, что он получил, это нормальная реакция. Нет, он так же был чуть насмешлив и резок в разговоре, в поведении он был расслаблен и спокоен, но держал язык за зубами и лишнего не говорил. По поводу документов тоже вопросов было немного. Пара звонков, пара приказов, и проблема была устранена, только вот и защита базы компании стала выше и надежней. Хотя, по правде говоря, сидя уже в одиночестве за бокалом виски, Билл думал не о компании, а о Томе и всеми связанными с ним проблемами. Естественно, парня он не хотел терять, всё-таки успел уже привязаться, но неизвестно, как омега отреагирует на то, что Билл — влиятельный криминальный авторитет, да и на личные тайны Альфы реакция неизвестна… Парень может послать его далеко и надолго и будет прав. Всё же не каждый будет терпеть измены, пускай и всего пять раз в два месяца. Билл вздохнул и покачал головой. — Не пошлёт, — тихо пробормотал он и грустно хмыкнул, — слишком гордый, чтобы устраивать скандалы, и явно испытал на себе что-то подобное. Поймёт. По крайне мере, я на это надеюсь. Брюнет слабо улыбнулся и поднялся, направляясь на выход. Странная всё-таки штука жизнь… Он успешен во всём: в делах компании и группировки; его уважают, любят и даже возносят на вершину; он легко может подчинить всех и каждого, но какой-то один своеобразный омежка ломает его взгляды на жизнь и заставляет смотреть по-другому на разные вещи. Что это? Любовь или природная сексуальная привязанность? Не то и не другое, сейчас это просто сильное влечение и интерес. По крайней мере, Билл был в этом уверен.