Люси Энн и Тайный Преподаватель

      Я проснулась и обнаружила зажатый между коленями ком из одеяла, простыни и подушки. Да уж, вот всегда одно и то же. У меня с детства был беспокойный сон. Перевернулась на живот. Мне подумалось, что идти сегодня куда-нибудь — пустая трата моей энергии.       Прядь волос мешала мне наслаждаться блаженным ничегонеделанием, постоянно лезла мне в рот, по-хорошему, стоило бы повернуться и убрать ее, но было так лень совершать какие-либо телодвижения. Вот так все утро промучилась с дилеммой: стремление к комфорту или отвращение к любого рода физической деятельности.       Но мои размышления прервал дверной звонок. Я, не очень заботясь о внешнем виде, поплелась вниз открывать дверь. Волосы после сна были растрепаны, топик и шорты немного сбились и помялись. На пороге стояла какая-то незнакомая девушка. Я долго глядела на нее, пытаясь сформулировать вопрос: «Кто ты и чё надо?»       Как вдруг незнакомка заговорила со мной голосом Лин.       — Люси Энн, ты вчера перегнула палку.       — Это не имеет значения, объясни мне, почему ты выглядишь как огородное пугало. — Я протянула руку и потрепала Лин за щеку. — Очнись, Лин, мы уже не в Канзасе, а твой отец больше не торгует с мексиканцами! — Я посторонилась, чтобы Лин могла пройти внутрь.       Как бы подруга не злилась, все равно рассказала мне, как батарея на ее новом телефоне загорелась вместе с волосами. И теперь она вынуждена носить этот ужасный парик. Хорошо, что обошлось без ожогов.       — Лин, есть дело куда важнее, чем твой дурацкий телефон. Ты не могла бы приготовить мне завтрак?       — Завтрак? А ты чем собираешься заниматься?       — Ох, у меня был такой напряженный день из-за всей этой кутерьмы… Я совершенно не успела сделать домашку.       — Домашнее задание? Но ты же не была вчера в школе!       — Я взяла все задачи у того рыжего ирландца, вроде бы его звали Джимми.       — Тот огромный рыжий ирландец, который отбирает деньги на школьном дворе? И разве его звали не Йоханнес? — Лин с недоверием уставилась на меня. — Я сомневаюсь, что он знает, как правильно пишется слово «homework», не говоря уже о его способности записывать.       — Вот спасибо! Не ожидала от тебя такого! Если ты мне не веришь, то спроси у него сама!       — Ну ладно-ладно. — Лин опустила глаза вниз, неловко переступая с ноги на ногу. — Возьми мое домашнее. Но в следующий раз ты должна сделать его сама.       — Конечно же, сделаю. Спасибо. Я так рада, что мы настоящие подруги! Я хочу на завтрак французские тосты. Ты знаешь, где кухня.       Уже стоя на лестнице, я окликнула Лин:       — Лин, знаешь, всё, что ты для меня делаешь, — не забудь к этому «Цезарь»! С креветками!       Поддразнивать подругу дальше было опасно. Мы общались уже много лет, и я успела изучить лимит ее терпения. И, махнув напоследок огненно-рыжей копной волос, я удалилась в свою комнату.       Оказавшись там, я бросила работу Лин на кровать, достала свою и быстро написала пару примеров. И, убедившись, что это выглядит так, будто я правда что-то решала, легла досматривать утренние сны. По моим подсчетам, подруга провозится на кухне не меньше часа. Да и за креветками еще надо сходить в магазин…       Уф, я потратила на нее столько сил! Кошмар просто.       Проснулась в следующий раз от того, что кто-то лупил меня чем-то бумажным по щекам. Продрав глаза и щурясь на яркий свет, я обнаружила перед собой Лин, которая была явно не в духе.       — Я, значит, работаю на кухне, а ты вместо того, чтобы делать домашнее задание, спишь и письма читаешь?!       «Какие такие письма?» — хотела было спросить я, но тут мой взгляд сфокусировался на конверте, которым Лин и била меня, пытаясь разбудить. На его боку была уже знакомая надпись:

«Для Мисс Леоны-Герты-Роберты-Люси-Энн де Вентру, Самая большая комната над лестницей, Приморский бульвар, Дом 3, этаж 3. Лондон».

      Никаких сомнений. Эта была точная копия, фактически брат-близнец вчерашнего письма.       — Дай сюда! — воскликнув, я попыталась отобрать конверт. Но тот в ту же секунду вспыхнул прямо в пальцах у подруги. Лин с визгом выронила его, смотря на начинающие краснеть пальцы. Но не растерялась и избавилась от маленького пожара при помощи воды (ваза с пионами, моими любимыми цветами, стояла рядом).       — Что это было?!       — Без понятия. — Я пожала плечами.       — Люси Энн, ты в курсе, что это ненормально?!       — Письмо как письмо, ну бумага странновата, да и грязь красная какая-то, ну мало ли…       — Когда боженька раздавал способность удивляться, ты явно была последней в очереди.       — При чем тут господь, Лин?       — Помнишь, ты открыла дверь, а на пороге не было никого, кроме горящей газеты?       Лин передернуло. Ту историю она запомнила надолго.       — Этот случай научил меня одной вещи…       — Не тушить то, что горит? — перебила меня Лин.       — И это тоже! Но я говорила о другом. Если кому-то от тебя что-то надо, то после пары неудач он не сдастся. А если сдался, то не так уж ему и было это надо.       — Думаешь, у тебя появился тайный поклонник?       — Конечно, такой оригинал! Пошли лучше завтракать!