РОВНО 9 ОТТЕНКОВ НАСТОЯЩЕЙ ЛЮБВИ

"В стаде может быть много сильных слонов, и все же они будут ничем не лучше стада козлов, если потеряют самообладание." Дж. Мукерджи

       Нет ничего ужаснее гнева - доказанный факт. Это одно из самых негативных, сильных и неконтролируемых чувств человека. Почему? Потому что нельзя просто взять и запретить себе злиться на кого-то, резко перестать его ненавидеть, простить все, что он сделал. Это невозможно. Однако можно сразу воспретить себе испытывать гнев, заблокировать это чувство у себя внутри, не позволять ему вырываться наружу.        Так ли это легко? Конечно, нет. Но именно поэтому таких людей мы считаем самыми сильными. Легко запретить что-то своему мозгу, однако сделать то же самое с сердцем непросто.       "Вы можете закрыть глаза на вещи, которые вы не хотите видеть, но вы не можете закрыть своё сердце на вещи, которые вы не хотите чувствовать" - так говорил Честер Беннингтон и был совершенно прав. Юнги вот, к примеру, испытывал сейчас просто ужасную ненависть, настолько сильную, что был готов крушить и ломать всё на своем пути, хотя одной человеческой шеи было бы вполне достаточно.        Мин пока точно не знает, что собирается делать, чтобы отомстить, но уже связывается с Хосоком и, несмотря на личную неприязнь, пишет Чонгуку. Все-таки парень крупнее Юнги, и как бы ему не хотелось этого признавать, факт остается фактом.       Тэхен берет себе недельный отпуск и отлеживается дома, под тщательным присмотром Чимина, который примчался сразу же, как узнал о произошедшем, а потом отказался уходить и переехал к ним на время Кимова восстановления. Юнги этому рад особо не был, но Тэ счастлив, значит пускай.        Тэхен все-таки рассказывает им, что тогда произошло, сразу всем. Вообще-то он не собирался этого делать, но его никто особо и не спрашивал. Хочешь, не хочешь, но против толпы не попрешь. - Сначала все было хорошо, - начал он, разглядывая присутствующих. - Мы посидели, пообщались, посмеялись. А потом я пошел танцевать. И Джисон тоже, - Тэхен ненадолго замирает, утирая подступающие слезы. Чимин ласково сжимает его руку, и тот благодарно улыбается. - В общем, он ко мне полез. Стал приставать прям при людях, начал трогать там, где нельзя. Я его оттолкнул несколько раз, но он не хотел отставать.        Тэхен шмыгает, неловко рассматривая пол, почему-то поднять глаза становится стыдно. Юнги крепко сжимает кулаки, гневно выдыхая воздух, Хосок ободряюще сжимает его плечо, призывая к спокойствию, хотя у самого вены вздулись, у Чонгука, который, каким-то волшебным образом, тоже был приглашен, желваки ходят. Чимин лишь прижимается к Киму и очень старается не заплакать сам, крепче обнимая друга. - Я отпихнул его и выбежал на улицу, хотел убежать, но не успел... - парень содрогается всем телом, прижимая ноги к груди и снова шмыгает. Все пораженно замирают, а Юнги тихо материт Джисона, вспоминая все проклятья, которые только слышал в своей жизни. - Он ничего не сделал "там", не подумайте! - все-таки опоминается Тэ, заставляя присутствующих радостно выдохнуть. - Я не позволил. У меня получилось этого не допустить. Он вышел из клуба уже с друзьями, с ними же меня и нашел, и с ними же меня и избил. - Вот ублюдок! - произносит Чимин, и все молча с ним соглашаются. - Он продолжал говорить, что если я педик, то обязан ублажать его, потому что "вам педикам только это и надо", - Тэхен снова утирает слезы. - Разве то, что мне нравятся парни, делает меня легкодоступным? Разве я выгляжу как тот, кем можно воспользоваться? Что я сделал не так?        Ким наконец позволяет себе заплакать и крепко прижимается к Чимину, у которого и самого слезы градом.        Очень часто жертва винит себя в совершенном насилие, что абсолютно неправильно. Если кто-то не может держать себя в руках - его проблемы, ему за них отвечать, так почему же невинные люди страдают? Жертва не может быть виноватой, насильник не может быть жертвой. Но почему общество продолжает твердить обратное?        Остальные парни молча переглядываются. Оставлять это просто так нельзя, факт. Но теперь нужно думать, что делать. Хотелось просто поймать Джисона где-нибудь и отправить в прекрасное путешествие прямиком в могилу, но в тюрьму не хотелось, да и он, какой-никакой, но все-таки человек. А никто не имеет права лишать человека жизни, даже если этого очень хочется.        Отплатить нужно той же монетой. Всё честно, и душа спокойна. Поэтому парни договариваются встретиться завтра в холле универа и расходятся. Юнги принимается за успокоение уже двоих ревущих парней.

***

- Эй, это ты Ким Джисон? - спрашивает Хосок, подходя к небольшой компании на перемене и обращаясь к одному из парней. Врезать хочется уже сейчас, когда он видит его нахальную рожу, но у них же план, поэтому приходится терпеть. - Я, - соглашается тот, - с кем честь имею? - Хосок. Разговор есть, - он кивает в сторону выхода и уже собирается идти, как замечает, что за Джисоном двинулась пара ребят, поэтому Чон поспешно добавляет, - с глазу на глаз.        Ким лишь кивает, отпуская своих, и движется следом. Они заходят за угол, и Хосок шустро разворачивается к парню. - Что ты..? - хотел спросить Джисон, но был прерван самым крутым из всех возможных способов. Кулаком в лицо, если быть точным.       Джисон шокировано отшатнулся, хватаясь за нос, а из-за спины довольного Чона вдруг вышли Юнги с Чонгуком, удивляя Джисона ещё больше. Все в университете знали, что они таскаются с Тэхеном. Все в университете знали, что один из них Тэхенов парень. Все в университете знали, что с ним лучше не связываться. Осознание приходит слишком поздно, когда Джисон уже успевает получить несколько новых ударов.        Ребята злые, сил не жалеют, поэтому отбиваться не получается. Киму лишь остается лежать и хрипеть, пытаясь хоть как-то прикрыться. Нос разбит, губа порвана, под глазом наливается фингал, селезенка отбита, по телу множественные ушибы. - Да я не хотел! - хрипит парень, жалко хватаясь за руку Чонгука. Тот лишь грубо отбрасывает его руку от себя. - Ещё скажи, что тебя заставили к нему в штаны залезть, - зло шепчет Мин, возвышаясь над лежащим парнем. - Нет, не заставили, но он сам ко мне лез, смеялся, обнимал при встрече, как я ещё должен был это понять? Он же пед...        Он натыкается на 3 злых взгляда и тут же благоразумно затыкается. Ребята лишь поднимаются и немного отходят. - Расскажешь кому-нибудь, что с тобой случилось, и весь универ узнает, что Тэхен не бабушку навестить уехал, - выплевывает тот же Юнги, и Джисон слабо кивает. Если люди выяснят о том, что он сделал с Тэ, сегодняшнее наказание покажется ему просто награждением. Ким Тэхен - любимчик университета, всем известная информация. Джисону тоже. А быть исключенным или убитым ему не очень хочется. - Ещё раз подойдешь к нему, получишь в 2 раза больше, ясно? - зло шепчет Чонгук, испепеляя парня взглядом. Джисон вообще-то старше, к нему надо уважительно, к нему надо с "хённим" или "сомбэ". Но о каком уважение речь, когда этот самый "хённим" ведет себя просто как дерьмо, а не человек. Он опять лишь кивает, укладываясь на земле.        Они уже собираются уходить, как вдруг Юнги неожиданно возвращается и пинает его ещё раз, а после садится рядом с ним и смотрит прямо. - И извинись перед ним, понял? Я не хочу, чтобы он страдал из-за такого мудака, как ты. Скажешь, что это всё полностью твоя вина, что ты втюрился, был очарован им, я не знаю, перепил там, короче, придумаешь что-нибудь. Если он будет винить во всем себя, я лично приду и придушу тебя, уяснил? - Да, хен, - хрипит Джисон, держась за болящий живот. Юнги лишь самодовольно хмыкает и поднимается, подходя к Чонгуку и Хосоку. - Вчера пол ночи Тэхену доказывали, что это не его вина была, - поясняет он, глядя на непонимающих ничего парней.        Конечно, Джисону досталось намного меньше, нежели Тэхену. Но, он уяснил суть - это главное. К Киму он больше никогда не лез, после того как извинился, конечно же. Тэхен так и не узнал, что они с ним сделали, но больше не спрашивал. Он парням доверяет, и все живы, значит, все ок. Юнги же все-таки убедился, что Чонгук не такой уж и плохой, поэтому спокойно отпускал Тэхена тусить с ним, и даже иногда сам приглашал его к ним в гости. А потом и не заметил, как тот влился в их компанию.

Иногда не сдерживаться бывает полезно.