Дороги сплелись

Звезды сыпались звонко и густо, как и в конце лета порой не бывало. А Федор скакал под этими звездами вперед, вперед и дальше, дальше… Скакал по равнинам, по полям, полным благовонного аромата свежей ржи и цветов, по горным тропам, покрытым пеленою туманов, по перекресткам, которые ненавидел, но считал упорно: вот первый, вот второй, а за третьим и Слобода скоро покажется, а значит Иван, а значит дом. - Что там, Федя, за окнами? - Гроза, ненастье, государь мой. - Отчего же так тепло здесь, в опочивальне моей? - От того, царю, что я приказал натопить печки жарко, да свечи затеплил кругом нас с тобою. - Что там, Федя, во поле? - Во поле, государь, гуляют семь ветров да с ветром незваные, непрошеные. Гнут, косят нашу рожь, да цветы полевые… - А отчего же тогда, Федюша, здесь так тихо и покойно? - От того, что ты здесь и я здесь. От того, что мы здесь вместе. - Как же ты, Федя, скакал-то сквозь такую непогоду? Как нашел путь? - Так дороги сплелись, Иване… Что-то разрезало, раскроило небо от начала и до дальнего горизонта. Рассвет рваной раной затеплился на сереющем уже вовсе не звездном небе. И туман лежал на горных тропах, и перекрестков было более нужного, когда везли Федора к далекому Белоозеру. На одном из перекрёстков, видать, и подстерегла Басманова Марена, спутав, скрутив дороги тугим узлом. Не доехал Федор до Белоозера. Не успел царь воротить возок. Так и повисли в пространстве два оборванных конца одной тропинки. - Видно, нет еще на свете, не придумано, той дороги, что бы нас вела друг к другу…