Пресные слезы

Мори устало перевела взгляд от окна, где она искала что-то успокаивающее и ободряющее для себя, но в ее взгляде всегда было небо, такое недостижимое и поэтому прекрасное до потери сознания. Ее глаза нашли старые настольные часы, и вот на них полдесятого. - И ничего – произнесла она в тишину своей комнаты. К ней постепенно начало приходить осознание всего ее положения, но оно ускользало каждый раз, когда она была так близка, чтобы ощутить его в своей голове и начать действовать. Видимо это должно было случиться не сегодня…. Четыре стены, они останавливают тебя, они также как и поток слушают и молчаливо наблюдают, хранители всего, что здесь происходит. Эти четыре голубые стены окружают тебя все то время, и впитывают все твои эмоции, чуть приглушая, в какой-то момент они становятся частью тебя. А что этому Рета так приспичило все время меня доставать? У него что других занятий не было? Чем прийти и найти себе такую большую проблему, как я? Ходил бы со своей командой в кафе, ел, веселился, нашел бы себе девушку, встречался, дарил бы ей цветы, дарил свою заботу и улыбки, а не мне! Они мне к черту не нужны! Я и одна спокойно справляюсь без него! Зачем он мне нужен! Зачем?! Мозг – это такой аппарат, который не всегда делает то, что хочешь именно ты, и этот момент не стал исключением. - Ну что залип? – неожиданно спросила Мори – шляпку гони на бочку, красавчик. Девушка усмехнулась, увидев, как резко изменилось лицо блондина. И даже сейчас, вспомнив этот момент, когда они впервые увидели друг друга, пепельноволосая улыбнулась, вспоминая выражение лица Кисэ, который точно не ожидал такого поворота событий. - Меня Кисэ Рета зовут – представился парень, оказавшись прямо перед пепельноволосой. - Круть – протянула девушка – и что мне теперь шоколадку тебе дать? - А тебя как зовут? – спросил блондин. - Мне отец запрещает говорить с незнакомцами – отозвалась Амайя, продолжая ехать вперед. - А ты делаешь все что он говорит? – удивился Кисэ. - Теперь да – взглянула на него кареглазая – если не слушаться родителей может получиться не очень хорошо, и я тому живое искалеченное доказательство. Еще раз опешив от ответа девушки, парень остановился, но потом опять сорвался с места, кидаясь вслед за ней. - Подожди – сказал Рета – куда едешь? - Я же сказала я не разговариваю с незнакомцами – опять повторила Мори. - Куда направляешься? - Вот приставучая липучка – процедила сквозь зубы пепельноволосая. Уголки губ Амайи поползли вверх, будто Рета, именно только воспоминания о нем, заставляли ее улыбаться. Но пока она не готова была признать этот факт, от этого станет нестерпимо больно. Кареглазая явственно ощутила жар того дня на своей коже и тот прохладный ветерок, когда она въехала в переулок, чтобы отвязаться от надоедливого парня. - Я могу разделить с тобой мои огромные розовые очки – неожиданно сказал Кисэ. Эту фразу, девушка никогда не забудет, она словно означала новый период в ее жизни, который возможно изменит все остальные. - Ты настоящий идиот – произнесла Мори – тупее тебя еще не встречала. - Не хочешь вновь ощутить что значит жить? – удивился Рета. Это его искреннее удивление, только теперь девушка поняла, что он словно открытая книга для нее. Она всегда могла понять, что он чувствует в данный момент, что с ним происходит, как поступить и что сделать. Вот только она не всегда это делала. Почему? Теперь задавалась она этим вопросом, почему в ответ на его заботу, она не давала этого взамен, а унижала и ставила в неловкое положение? - Амайя! – на этот раз он щелкнул пальцами прямо перед ее носом. - Ты что сдурел! – вздрогнула от резкого звука кареглазая – жить надоело? - Нет – не думая, выпалил Кисэ. - А то смотри перееду тебя коляской и вспоминай, как звали. Эти мелочи, теперь уже не казались такими уж мелочами, они приносили в пустоту, что успела образовать в груди Мори, какую-то весомость, и хоть и маленькими кирпичиками, но начинали вновь заполнять ее. И опять эту пустоту внутри заполнял Рета, воспоминания о нем, начинали все делать заново. - Эй – встрепенулась пепельноволосая – а ну хватит! – сказала она сама себе – не хватало еще влюбиться в этого идиота… только этого мне не хватает для полной коллекции унижения. - Что правда, то правда – произнесла Мори, вспомнив этот момент их совместного пребывания, которое ей тогда казалось таким обычным и непосредственным. Если так подумать, то это было хорошим советом, но почему я им как обычно не воспользовалась? Не одернула себя в нужный момент, а продолжала дальше погружается в омут его нежных янтарных глаз, которые так и мании к себе. И иногда ей казалось, что они у него как приспособление у животных для охоты. Как у самых опасных хищников на этой планете, что обитают в пучинах морей и океанов на самом дне, во тьме, где совершенная тьма. Они приманивают к себе светящимся во тьме огоньком, неопытных и юных рыбок, которые блуждают в темноте. А потом раз… и все и ты уже мертва. Рядом с ним, смотря в его глаза, она чувствовала себя этой беспомощной, крошечной рыбкой, которая так доверчиво плывет на свет его глаз. Они и вправду великолепны. -Амайя – неуверенно произнес блондин – ты уверена что нам сюда? Прямо перед его глазами, расстилалось огромное ночное поле со всевозможными цветами. Наверно днем – это было прекрасное зрелище, но сейчас кругом была одна сплошная трава, темная и пугающая. Мозг так и рисовал ужасных чудовищ, которые вот-вот выпрыгнут из-за кустов и раздерут тебя на мелкие кусочки. -А? – встрепенулась пепельноволосая. -Нам точно сюда? – повторил свой вопрос Кисэ. -Эй вы! – крикнула Мори – я свою часть уговора выполнила, теперь забирайте его. -Что?! – не понял парень. Именно в это момент кусты слева от тропинки зашевелились. Рета непонимающе уставился сначала на кусты, а потом на Мори. В его глазах не было страха, хотя он явно должен был там присутствовать. На кареглазую тут же налетела прохлада того дня, ночной воздух наполнил ее легкие до отказа, давая полное погружение в атмосферу того момента. А пустота внутри все продолжа заполняться, а на душе становилось тепло, словно разливают что-то приятное, не обжигающее кожу, а именно согревающее ее и дарующее удовольствие. - Почему ты не подпускаешь меня ближе? - Бывает слишком больно, когда такие дорогие уходят. - Я не сделаю больно. - А почему же сейчас так больно? – вспомнив этот момент, спросила скорее сама себя Мори. Ее будто проткнули сотни раз множество миллионов иголок, которые пронзали ее кожу и невероятное количество маленьких струек теплой, алой крови высвободилось на свободу. И уже багряная жидкость разлилась по всему полу, очерчивая форму овала или кляксы, это уже как пойдет. А стены не дали выйти жидкости за ее пределы, все что происходит в них, там и остается и исключений не бывает, они жаждут чувстве, еще больше и больше, они ненасытны…