Endless Forever

      Долбаная жара не оставляет другого выхода — придётся открыть дверь в магазин. Донхёк достаёт из шкафа ленту, предназначенную на самом деле для кассы, открывает нараспашку дверь и кладёт ленту как подпорку. Ещё задолго до его появления здесь было так принято. Скорее всего, это придумал Джонни. А хотя… чёрт его знает.       Ли не заходит обратно, он стоит на пороге и оглядывает залитую жарким солнцем улицу: напротив здание, прямо через дорогу, в котором находится любимое кафе Донхёка под названием ‘Марко Поло’. Там делают его любимые сэндвичи, которые он может позволить себе на обед исключительно раз в месяц из-за недостатка финансов и порой аппетита. К сожалению, второе является основной причиной, но Хёк не хочет этого признавать. Рядом с кафе в том же здании располагается бутик ‘МиоМио’, где консультанты будут смотреть на тебя, как на кусок нищего дерьма, ещё до того, как ты успеешь войти в магазин. Один шарфик там стоит не меньше миллиона вон, а на самом Донхёке одежда в сумме стоит около восьмидесяти тысяч, если не меньше. Так что ему точно нечего там делать. Да и манекены одеты настолько безвкусно, что рыжему ну никак не хочется заходить туда. Даже по приколу.       Машины, словно трудолюбивые муравьи, быстро гоняют из стороны в сторону, как и люди — муравьи поменьше. Несмотря на то, что городок небольшой, жизнь в нём сейчас в самом разгаре. Секунда за секундой, минута за минутой, время бежит, не собираясь останавливаться. Каждый кто-то куда-то спешит, и сама земля неустанно вращается по своей оси, потворствуя потоку времени. Огромный маятник времени, беспрерывных событий, спешек и прочего-прочего, чего никогда не остановить. Но не для Донхёка.       Внезапно, всего за одно неуловимое мгновение, все потраченные Ли Донхёком бесполезные дни, литры не выпитого кофе, бессонные ночи застыли в одном моменте. Именно в этот безумно скучный для него обычный день.       Моменте, когда его тёмные глаза поднялись на один этаж от ‘МиоМио’. Сначала его взгляд зацепился за шторы, которые, словно белоснежная фата, развевались на ветру мягкими волнами. Затем он увидел милое комнатное растение с синими цветками, может, фиалки? И тогда его взор переместился на светловолосого парня, подпирающего рукой подбородок и глядящего куда-то в небо с прикрытыми глазами. Кто ты?

***

— Ты чего ревёшь? — мать дергает сына по плечу, потому что действительно не понимает смысла его слёз. — Я не хочу там учиться! Да ещё и платно! Вы просто потратите деньги и испортите мне жизнь. Впрочем, как и всегда, — Донхёк вскакивает с кровати, минует мать и выбегает из комнаты, громко топая ногами.       Он надевает кроссовки, вытирает слёзы и сопли рукой и покидает квартиру, хлопнув дверью так сильно, что мать аж вскакивает в другой комнате. Парень быстрым рваным шагом огибает двор и, заходя за дом, быстро закуривает, чтобы хоть как-то успокоить беспокойные нервы. «Ну да, хули, кто я такой в этой семье? Кого волнует мнение какого-то Донхёка?» «Сами просрали свои жизни и решили, что я следующий, класс» «Пошло всё нахуй»       Донхёк агрессивно пинает камни, нервно выкуривая сигарету. Ведёт себя как типичный семнадцатилетний подросток. Да, ему, чёрт возьми, без недели восемнадцать, но родители до сих пор думают, что с его мнением считаться не стоит. Точнее, они уверены, что делают всё правильно. А что? У него будет образование! Чем он недоволен? Пусть скажет спасибо, что на это нашлись деньги, иначе ему пришлось бы идти и работать каким-нибудь мусорщиком. Ведь родители, оставшиеся сознанием где-то в своих древних временах, полагали, что никто их сына на работу без образования не возьмёт. Если только дворником. А дворников в семье хватает. Вся семья надеется на Донхёка. Может, хоть он получит образование и станет первым человеком в семье Ли за несколько поколений, кто получит диплом и станет полноценным членом общества.       Только у парня были совсем другие планы.       Может, он постоянно летал в облаках, но ему хотелось свободы. Он сам не совсем понимал, что это и с чем это едят. Но ему хотелось. И если обернуться на прошедшие годы…

*Flashback*

      В 10 лет мальчик, глядя бессонными ночами на звёздное небо, твёрдо решил стать астрономом. — Дедушка, я знаю, что хочу на день рождения! — ребёнок выбегает во двор и бежит к небольшому сарайчику, где господин Вонмин вырезал по дереву либо чинил газонокосилку, которая уже третий день барахлит. — И что же ты придумал? Погоди-ка, отойди в сторону, — мужчина дёргает за рычаг и газонокосилка, издавая странные звуки и шебурча, с треском заводится. Затем дедушка выключает её с облегчением, что она, наконец, работает. — Ну всё, бабушка теперь перестанет ворчать. Что ты там надумал? — Я хочу телескоп, — мальчишка чёрными глазками косится на страшную газонокосилку, которая его напугала своим шумом. — Ох, дорогое удовольствие. Ну и запросы у вас, молодой человек. Что же ты там смотреть хочешь? Про созвездия и я тебе рассказать могу. Когда мы плавали в море, мы обязаны были знать звёздную карту, — дедушка вовсе не хотел показаться скупым. Дело в том, что он хотел бы купить внуку хороший телескоп, но именно хороший будет стоить прилично. А семья в эти тяжелые времена считает каждую вону. — Я решил стать астрономом! Поэтому мне нужен телескоп, чтобы звёзды смотреть, — Донхёк топает ножкой, показывая всю свою серьёзность, на которую был только способен десятилетний ребёнок, переполненный решимостью воплотить свою мечту в жизнь. — Тогда тебе действительно нужен хороший телескоп, а не какой-то ширпотреб, через который можно будет только за соседями следить, — дед нахмурил брови, присел на свою табуреточку и конкретно задумался. — Ладно, Хёк, мы с бабушкой что-нибудь придумаем. — Спасибо-спасибо! — Ли младший быстро обнимает деда и убегает в дом.       Он, воодушевлённый разговором с дедушкой, спотыкаясь, залезает на свой чердак, находит в старых полках какую-то тетрадь, берёт свой почти сточенный карандашик, заваливается на пол и пишет название списка корявенькой хангылью. «Моя заветная мечта номер один»

1. Попросить телескоп на день рождение. 2. Взять в библиотеке книжек про звезды и про великих учёных. 3. Наблюдать за звёздами (когда мне купят телескоп). 4. Закончить школу. 5. Пойти в университет.

      Мальчик горящими глазами оглядывает список, проверяет, что ничего не забыл. Вроде всё в порядке, и он, затаив дыхание, ставит галочку напротив первого пункта. Первый маленький шажок сделан.

***

      Одиннадцать лет Донхёк ждёт с нетерпением. Шестого июня он просыпается ровно в одиннадцать двадцать четыре, сразу же вскакивает с кровати и бежит из комнаты приветствовать семью (чтобы получить долгожданный подарок, конечно). Он несётся сразу же в комнату к бабушке и дедушке, чтобы наконец увидеть свой новый телескоп. — Ну, давайте мне уже подарок! — прямо с порога орёт парень, не успев толком зайти в комнату. — Ты ещё проснуться не успел даже, — бабушка сразу же выставляет его из комнаты и идёт за ним на кухню. — Дедушка его собирает. Нам всё равно надо ждать, когда стемнеет. Сейчас смотреть не на что. А пока пойдём покушаем и будем готовиться к празднику.       Донхёк хмурится, но понимает, что бабушка права. Журавли и облака ему неинтересны. Он хочет увидеть загадочную чёрную бесконечность, над разгадкой которой бьются тысячи учёных по всему миру. Тёмная материя, тёмная энергия, другие планеты, чёрные дыры — об этом обо всём он успел прочитать в различных энциклопедиях, которые взял в библиотеке. Парень потратил много времени за умными книжками, так что для него раз плюнуть подождать ещё несколько часов. Тем более время пройдёт быстрее, когда на праздник придёт Джено, лучший друг детства.       День тянется очень медленно, несмотря на то, что Хёк весело проводит время. Пришёл Джено, они попробовали все блюда из праздничного меню, заботливо приготовленного бабушкой, посмотрели мультики, сходили прогулялись, поиграли в футбол с местными мальчишками и разошлись. Ли возвращается домой к вечеру и ждёт темноты, доделывая уроки на завтра. День рождения — это весело, но завтра всё-таки на учёбу.       Когда, наконец, темнеет, парень на носочках идёт в комнату к дедушке, задерживая дыхание от нетерпения. Он слишком долго ждал этого. — Дедушка, уже темно. Можно? Можно? — Донхёк стоит на пороге, его почти потряхивает. Буквально в считанные мгновения он увидит своими глазами то, что видел только в книжках и на фотографиях в интернете. — Ну, заходи. Смотри, — дедушка вытаскивает из шкафа собранный и готовый к использованию телескоп, который засунул туда, чтобы тот не мешал передвигаться по комнате.       Хёк, практически сияя, подходит к прибору и чувствует, как огонь в его душе загорается ещё сильнее. Жажда большего, жажда великого. Он точно знает, чего хочет от этой жизни, хоть ему всего одиннадцать. Он уверен, что не собьётся с пути, его ждут большие дела. И теперь он на шаг ближе к достижению своей главной цели. — Давай, тащи его ближе к балкону, — командует дед, открывая дверь наружу. Донхёк отвлекается от своих мыслей, берёт телескоп и выставляет его на балкон.       Небо сегодня идеально чистое и плюс к этому почти полная луна. Парень думает, что все звёзды сошлись (во всех смыслах) на том, чтобы сегодня всё было идеально. — Ну, чего ты ждёшь, направляй и смотри, — дедушка обеспокоенно смотрит на внука.       Донхёк, буквально не дыша, приближается к окуляру. И всё бы хорошо, но… — Что это? Мне кажется, что ты неправильно его собрал, — недоумевает мальчик, не отрываясь от окуляра и вертя телескоп в разные стороны. — Если бы я неправильно его собрал, то ты ничего бы не увидел, — усмехается дед, будучи уверенным, что, провозившись с инструкцией четыре часа, он сделал всё правильно. — Тогда почему он почти ничего не увеличивает? Луна вообще не приблизилась ни на сантиметр! — Донхёк, кажется, начинает понимать. — А ты чего хотел? Простите, молодой человек, но радиотелескоп, как на этих всяких космических станциях, мы себе позволить не можем, — мужчина пожимает плечами. Он знал, что внук отреагирует так, но пусть учится довольствоваться тем, что есть. Дарёному коню в зубы не смотрят. — Я хотел хороший телескоп! А не. это! Зачем он мне тогда, если всё равно ничего не видно? — мальчик отстраняется от прибора и смотрит на деда; его глаза уже на мокром месте, потому что такой подставы он не ожидал. — Донхёк, мы с бабушкой скинулись с нашей пенсии, чтобы купить его тебе. Это очень некрасиво с твоей стороны — говорить такие вещи. Мы не дети миллионеров, мы простые люди и покупаем вещи, которые можем себе позволить, — дед пытается успокоить безутешного внука, который сжимает руки в кулаки и еле сдерживает слёзы. — Нет! Вы ничего не понимаете! Я хочу стать астрономом, но теперь это не-воз-мож-но, вы всё испортили! — с каждой секундой осознания, что вся его будущая карьера накрылась медным тазом, а точнее дешёвым телескопом для любителей, Донхёка кроет всё больше и больше. Он начинает реветь в голос. — Вонмин, ты чего с ним там любезничаешь? Не нравится подарок — продадим! И на день рождения ничего ему больше дарить не будем, раз так относится к нам. Затаскивай его и эту штуку в дом, — кричит бабушка, не желая слушать истерики внука. Конечно же ей обидно. Они потратили на телескоп почти сто восемьдесят тысяч вон. Это немалые для их семьи деньги. Тем более ребёнку и не надо дороже, этого вполне достаточно, хотя, по мнению госпожи Ли, даже эта модель была дороговатой.       Дедушка берет телескоп и руку Хёка, выводит его с балкона, телескоп возвращает в шкаф и закрывает балкон. Всё это происходит под симфонию из рыданий внука. — Иди спать давай! Никому тут твои сопли не нужны. Лучше бы математику так учил. Как будто астрономами становятся дети, которые в телескопы смотрят каждый день. Это же наука! А ты несчастный троечник, с математикой у тебя катастрофа. Давай, отправляйся спать живо и подумай над своим поведением. Телескоп ты больше не увидишь, — женщина встаёт с кресла и второй раз за день выставляет внука из комнаты. Она чувствует горечь из-за этой бесполезной истерики Ли младшего. Ведь они с дедом ездили в другой город, тщательно выбирали модель, а потом вместе собирали несколько часов ради любимого чада.       Громко топая пятками и шепча сквозь сопли тихое «ненавижу», мальчик заходит в свою комнату и заваливается на кровать. Весь день за какие-то пять минут стал просто ужасным.       Какое у него теперь будет будущее? Неужели он всё бросит? Весь год он читал энциклопедии и научпоп в интернете. Ему не хватало только телескопа. Но. может, бабушка права и этого не достаточно? Донхёк засыпает с тяжелой от мыслей головой. Его карамельную кожу, усыпанную родинками, освещает луна, с интересом заглядывающая в окно и глядящая на мальчика с жалостью. А ты правда думал, что всё будет так просто?