В сердце лета.

Июль, 2018. Из дома в коротком светлом платье, облегающем фигуру, вышла Кора. Темно-каштановые волосы были забраны в тугой хвост, но некоторые непослушные прядки уже вырвались на свободу. Она подошла к стереосистеме на крыльце и принялась перещелкивать с одной мелодии на другую, временами подкручивая регулятор громкости то в одну, то в другую сторону. В ее действиях сквозила неприкрытая скука и даже раздражение. Время продолжало бежать вперед, а солнце - впиваться своим теплом во все живое. Стайлз нашел взглядом затерявшегося среди яркой зелени, свадебных украшений и лиц людей отца. Тот сидел вместе с Талией, матерью Дерека, в «зале» перед свадебной аркой на последнем ряду. - Он был очень терпелив к нашим прогулкам, - вспомнил Дерек, увидев, какую точку на этот раз гипнотизирует Стайлз. - Ты мне помогал с литературой, и я на «отлично» сдал итоговый тест, - он пожал плечами, относясь к этому как к чему-то очевидному. - Итоговый тест был в конце мая. А мы гуляли до конца августа. Стайлз метнул в его сторону взгляд и прищурился. В глазах пробежал довольный блеск. - Считаешь, нам нужно было запретить? Дерек хохотнул: - Да уж, тебе запретишь. Сбегал бы принцессой из окна или прятался за спиной Скотта. Как неприлично, - он поцокал языком на выставленный Стайлзом средний палец. – Я имею в виду, что он знал. Начал рано или поздно понимать. - Тебя это удивляет? Ну, - Стайлз уперся локтями в колени, - что он был добр к тебе? - Он неплохо знал мою семью, - Дерек кивнул в сторону обсуждавших что-то шерифа и его матери, - да и меня. Ему не раз приходилось останавливать меня подростком за превышение скорости, когда сам еще был офицером. Я рассказывал. Стайлз замолчал и отвел взгляд, обдумывая диалог и активно припоминая подробности поведения отца тем летом. Тогда он не акцентировал своего внимания на этом, не пытался понять его отношения к их с Дереком дружбе. Он вел аккуратную игру, временами приплетал Скотта и игры в лакросс. Позже, когда их отношения с Дереком приобрели другой характер, начали неплохо выручать ночные смены шерифа. - Возможно, он ждал, что это закончится само собой. Думал, что это должно закончиться, - погода никак не изменилась, но Дерека будто обдало холодом, настолько отрешенно и глухо произнес это Стайлз. Тот положил подбородок на руки и глядел перед собой. Он уже не раскачивался на стуле и больше походил на статую, чем на живого человека. Дерек заметил грустную складку у правого глаза. Ему почему-то сразу же вспомнился момент, как Стайлз, набив щеки сочным арбузом и увеличив их тем самым раза в два, корчился и закрывал лицо руками. «Я чумазый и щеки у меня большие!». В глаз попал блик: предательский дуб на мгновение оголил лицо солнцу. Секунда, и Дерека захватили пестрые краски – желтый, синий, зеленый, очень много зеленого – воспоминаний. - И это закончилось? – не выдержав, спросил он, окруженный сейчас цветами прошлого. Оттого, как Стайлз коротко мотнул головой, словно затаившийся в укрытии зверек, к горлу подступил густой ком нежности и горечи. Июнь, 2012. - Эй, - хрипло позвал Стайлз, который почти проиграл дреме. – Я же не слышу. Корни иволистного дуба неприятно давили на шейные позвонки, и он лениво заерзал, удобнее устраиваясь «в ногах» могучего дерева. - Я думал, тебе неинтересно и ты уснул. - Интересно! Но я не виноват, что клонит в сон. Дерек хмыкнул в ответ, но, перехватив книжку в руках, начал читать громче:

Был скошен луг, где я бродил, И ровные снопы С пробором, смоченным росой, Стояли вдоль тропы.

Стайлз удовлетворенно улыбнулся и пододвинул согнутые в коленях ноги ближе к себе, шелестя подошвой кед по еще свежей, насыщенной первым месяцем лета траве.

За лугом простирался сад - И пенье на ветвях, - И больше боли было в нем, Чем высказать в словах.

Читал Дерек неспешно, подстраиваясь под ритм Фроста¹ и задавая своему голосу нужное настроение.

Безлистый ясень у стены. - Его последний лист, Как бы подслушав мысль мою, Скользнул безвольно вниз. И вот вернулся я домой, А дом - чуть-чуть другой. Последний голубой цветок - Он твой, как прежде, твой.

Стихотворение кончилось, и стих голос Дерека. Он закрыл сборник и прилип взглядом к устроившемуся на земле Стайлзу. Его правая рука была закинута за голову, а бейсболка, застежкой вперед, натянута на лоб, чтобы немного спрятать глаза от пробивающегося сквозь зелень дуба солнца. День был теплый и ясный, а небо, словно матовое сейчас, окрасилось в цвет набухающей грозовой тучи. Однако на его ближайший километр не приходилось ни облачка. На щеках Стайлза играл солнечный блик, прыгал туда-сюда и подсвечивал родинки, словно прожектор. Если присмотреться, можно было увидеть, как они сплетаются в созвездия. Если прислушаться к самому себе, можно понять, что разливающемуся теплу в груди есть свое объяснение. - Грустно. Дерек опешил и мотнул головой. Поглощенный изучением блика на щеке Стайлза, он не заметил, как склонился на несколько дюймов ниже. Он вернулся в свое прежнее положение – сел ровно и прижался к теплой коре. - Что – грустно? - Стихотворение, - протянул он и, собравшись с силами, поднялся и сел, позволяя бейсболке свалиться на землю. Дерек взглянул на немного потрепанную обложку книги, как бы пытаясь припомнить, что он только что читал. Неуверенно пожал плечами: - Время берет свое. И лето заканчивается. - А сейчас только июнь! – Стайлз опрокинул голову на руки, которые пристроил на согнутых коленях, и смотрел на Дерека немного исподлобья. - Только июнь, - согласно повторил Дерек и тоже посмотрел на Стайлза. Они зависли на несколько секунд в тишине. В последние дни это случалось все чаще. Стайлз выдержал еще немножко и вскочил на ноги. Прилипшие травинки неприятно кололи открытые голени, и он принялся отряхиваться, пока Дерек отвлекся на небо. - Как бы дождь не начался, - задумчиво протянул он. - Да ну? Небо же чистое, - отозвался Стайлз, не отрываясь от своего занятия. - Да нет у тебя ничего уже, - бросив быстрый взгляд, отрезюмировал Дерек. - Цвет такой. За пару часов могут тучи собраться. - На озеро успеем! - Какое еще озеро? – удивился Дерек. - Ты же рассказывал, что восточнее вашего дома есть озеро. Я его еще не видел! Дерек вздохнул, учуяв в голосе Стайлза признаки навязчивой идеи. Озеро действительно было, примерно в миле от дома Хейлов. Он не ходил туда, наверное, с четырнадцати лет, но прекрасно помнил каждый поворот и тропинку - это место крепко сидело в воспоминаниях, окутанное радостью летних школьных каникул. Прикрыв от солнца глаза рукой, он посмотрел с надеждой на Стайлза снизу вверх: - Уверен, что хочешь идти именно сегодня? Путь неблизкий. В принципе, Дерек ожидал получить именно такой ответ. «Ну ты и лентяй, Дерек!». «Ты ведешь сидячий образ жизни, нужно больше двигаться!». «В смысле это не поможет моим щекам?!».

*

Пожалуй, затея была не так уж и плоха. Озеро располагалось ближе, чем Дерек предполагал. Так часто бывает в детстве, когда пройденный путь выглядит больше, чем есть на самом деле. Кажется, что ты обогнул половину земного шара, но нет! В почти тридцать лет ты понимаешь, что это всего лишь двадцать минут ходьбы. Дерек немного расстроился, увидев, как уменьшился водоем. Но, может быть, все дело в том же детском восприятии? - Тут так тихо, - восторженно проговорил Стайлз, понизив голос, словно боясь спугнуть атмосферу уединения. - В моей юности тут было больше народу, - вспомнил Дерек, впитывая глазами знакомые кусты, деревья, пологий склон. На старом тополе до сих пор ожидала веселья тарзанка, и это заставило Дерека улыбнуться. Стайлз смотрел с любопытством – было видно, что ему не терпится плюхнуться в воду. Он пожевал губы в заминке и стеснительно обернулся на Дерека, и тот все понял. - Иди-иди, этот лягушатник как раз для тебя. Стайлз закатил глаза. - Ну конечно. Старый зануда, - он показал Дереку язык, когда тот начал махать на него рукой, мол, иди уже, и потянул за подол футболки. Пока Стайлз раздевался, Дерек пристроился на теплой траве, уперся локтем одной руки в землю и открыл сборник на закладке. Прямо над строчками «Заметил ее он в окне,/Не ведая, что предпринять»² замаячил скачущий на одной ноге Стайлз. Дерек отвлекся на его шебуршания и, пряча свой интерес к происходящему за книгой, наблюдал, как тот пытается выпутать ногу из шорт. Надо было постараться, чтобы в них запутаться, но вскоре он справился с задачей, откинул предмет одежды к своей футболке и с криком «Аквамен встречает Бэтмана!» кинулся в воду. - Что, не рассчитал? – хохотнул Дерек, видя, как Стайлз, только что погрузившийся по самую шею, встал посреди озера и зябко схватился за плечи. - Она прохладная! – крикнул он обвинительно. – Блин… Дерек покачал головой. По периметру озера вперемешку росли столетние дубы, клены и пихты – вообще, Дерек не был уверен, к какому роду относились деревья, - которые отбрасывали на водоем большие кляксы теней. Может, поэтому вода здесь никогда не была такой теплой, как ожидал Стайлз? Тот, судя по всему, уже попривык к воде и резвился в свое удовольствие. Убедившись в этом, Дерек вернулся к чтению. Сосредоточиться, однако, на творчестве Фроста вышло не сразу. С берега доносились всплески и комментарии Стайлза. - И все-таки он тосковал, - читал Дерек себе под нос, - И рамы оконные тряс, - судя по звукам, Стайлз побежал к тополю с тарзанкой, - Чтоб роза не вздумала спать, - затишье, - Сейчас, когда здесь он как раз. Минуту спустя раздался бурный всплеск и оглушительное «Юху-у!». Дерек вскинулся, нашел взглядом Стайлза, который удачно зашел бомбочкой в воду и вынырнул, и снова опустил глаза в книгу. - Вот это да! – подбежал Стайлз через несколько минут и плюхнулся на колени рядом с Дереком. – Какой же ты гадкий, что не идешь вместе со мной! Со Стайлза капала вода, и Дерек предусмотрительно отодвинул книгу подальше. Карие глаза горели от восторга, ресницы слиплись от влаги, а щеки привлекательно раскраснелись. Он глубоко дышал после прыжка и беготни туда-сюда, его грудь ходила ходуном. Может быть, именно поэтому, поддавшись настроению и возбужденному, восторженному состоянию, Стайлз резко наклонился и горячо приник губами к Дереку. Он прижимался к нему, глупо и отчаянно, как целуют дети, как целуют первую любовь. Стайлз знал, что такое целоваться – у него был опыт аж с двумя девушками, так что он уже мог похвастаться своим мастерством. Только не сейчас. Не сейчас, когда все впервые дрожит и горит в груди. - С ума сошел, - хрипло произносит Дерек, когда их губы разъединяются. – С ума сошел, да? Стайлз сидел абсолютно ошалевший и… улыбался. Он не до конца понимал, что только что произошло – адреналин играл внутри, по туловищу распространялся трепет. Покорно сложив руки на коленях, он смотрел на Дерека широко распахнутыми глазами и все так же тянул уголки губ вверх. Дерек выглядел взъерошенным и застигнутым врасплох, как когда-то в редакции. Он выпрямился и обхватил лицо Стайлза руками. - Ты понимаешь?.. – снова начал Дерек и сдался под обезоруживающей улыбкой. Он начал осыпать лицо Стайлза хаотичными поцелуями, целовать вздернутый нос, линию бровей, веки, горящие насыщенным розовым сейчас щеки и родинки, которые совсем недавно целовал солнечный блик. Соцветия родинок на щеках привели его к другим соцветиям – на шее, и Дерек принялся с упоением, но при этом мягко и осторожно, изучать ее губами. Наверное, это он сошел с ума, потому что оторваться от Стайлза, влажного, взъерошенного его же усилиями, не получалось. Он держал его за талию, ласкал ключицу и игнорировал волны возбуждения, охватывающие тело. Но Стайлз прервал его. Вывернулся ланью из его рук, как из лап охотника, и сам полез целоваться, уже по-настоящему. - Накупался? – негромко спросил Дерек, когда они оторвались друг от друга. - Ага, - счастливо протянул Стайлз. Между их лицами была пара дюймов. Оба глубоко дышали, взволнованные, немного обескураженные, но, бесспорно, очень довольные. Стайлз облизнул губы и, столкнувшись с Дереком взглядом, снова полез к нему, но был тут же остановлен. - Эй, мы так до вечера тут просидим, - улыбнулся Дерек, но Стайлза аргумент не впечатлил. – Ну да, а ты и не против. Он позволил Стайлзу утянуть его в еще один поцелуй. В этот раз они действовали неспешно – изучали друг друга, мягко сталкивались языками и давали себе возможность хоть немного освободиться от груза нежности друг к другу, которая накопилась у них за месяц. - Так, ну все, - сдался Дерек и поднялся на ноги. – Одевайся. - Занудное занудство, - лаконично прокомментировал Стайлз, но остался сидеть на месте. Он неловко оглянулся и, не поднимаясь, потянулся в сторону за своей футболкой и шортами. Его глаза стыдливо бегали вокруг, а щеки, кажется, стали совсем свекольными. Дерек усмехнулся, прекрасно понимая причину его стеснения, и деликатно отвернулся, делая вид, что изучает пейзаж. Со своим возбуждением он уже смог совладать. - А я был прав, - Дерек указал взглядом на небо. – Тучи собираются. - В таком случае, тебе нужно вести колонку с прогнозом погоды, - хмыкнул Стайлз, обуваясь. Осуждающего взгляда Дерека он не увидел, потому что был занят битвой со шнурками. – Успеем добраться? - Успеем, - Дерек убедился, что Стайлз готов идти дальше, и повел его вверх по тропе. – До моего дома точно дойдем. - Мы идем к тебе? – он не сделал и десяти шагов, как остановился, уставившись на Дерека. Тот пожал плечами: - Время обеда. И, возможно, нам придется переждать непогоду. - Ну да, конечно. Но… твоя семья? Они не будут возражать? А Кора? Стайлз помнил откровения Дерека о том, что Кора, его младшая сестра, сейчас переживает непростой период. Именно из-за нее он оказался в Нью-Йорке в день их знакомства – приезжал поддержать и помочь собрать вещи, чтобы она вернулась домой и отдохнула здесь, с семьей. У нее был непростой характер: Кора отличалась вспыльчивостью и раздражительностью, а после расставания с молодым человеком и неудач в работе сделалась и вовсе замкнутой. Стайлз волновался, что может внести бо́льшую смуту. - Очень мило, что ты переживаешь, но ей полезно общаться с новыми людьми, - Дерек поймал Стайлза, который теперь неловко семенил рядом, и ласково обхватил его сзади за шею. – Моей семье будет интересно на тебя посмотреть. - Ох, ну признайся тогда, что это просто смотрины, ты хочешь меня всем представить. Стайлз восхищенно заохал, когда в ответ Дерек сильнее сжал его шею, и покорно пошел рядом, позволяя сильной руке уводить его дальше в лес. Дождь застал их дома, во время подготовки к большому семейному обеду. Крупные капли активно барабанили по окнам и новым деревянным ставням, но дождю было не под силу перекричать гул довольных голосов. Стайлз занимался с Шерил, младшей дочкой Лоры, держал ее на руках и слушал возмущения о том, что кукла Дарси не хочет дружить с игрушечным волком Хьюго, пока ее мама приводила себя в порядок после возни в саду. Когда они подошли к дому, Лора, старшая сестра Дерека, высаживала вокруг крыльца цветы. Она была первой, с кем познакомился Стайлз. Талия, радушно встретив их, ушла на второй этаж позвать Кору, а Дерек помогал в столовой зоне расставлять приборы. Под ногами мешался дядя Питер. В своей особой, ехидной манере он дергал Стайлза, выспрашивая об учебе и Дереке. Дерек только усмехался, наслаждаясь перепалкой – Стайлз неплохо держал удар и осаждал Питера в ответ. В груди разливалось тепло от домашнего уюта, привычных криков, которые заполняли весь дом, и того, что в хоре домашних голосов звучал голос Стайлза. Он был уверен, что обед продлится до самого вечера. Стайлзу позвонит шериф, чтобы узнать, где он и как у него дела, а тот будет нервно тараторить в трубку. Непогода пробуйствует до темноты, и Дерек отвезет Стайлза домой. И, возможно, снова поцелует в машине. Определенно точно поцелует в машине.

...Теряются наши слова на ветру, А песням не внемлет лес, И струи, которых вовек не утру, Льются на нас с небес. На запад пойдем - а что там найдем? Потонем, поди, в пути. На голой груди пусть пляшут дожди, Пусть капли гремят в горсти! Но ветер с востока ворвался сюда, А море вернуться должно Туда, где когда-то, бог знает, когда, Безбрежно шумело оно. С той давней поры не видали миры Любви - вплоть до этого дня. Пади же стремглав, меж молний и трав, И в ливень люби меня.