В сердце лета.

Август, 2012. Стоило календарю преодолеть черту и оповестить, что наступил последний месяц лета, Стайлз ощутил странную, небывалую тоску. Рано или поздно лето съедается осенью, которая пускает повсюду желтую лихорадку; подходят к концу школьные каникулы, и Стайлз, вроде как, к этому привык. Но казалось, что в этот раз, вместе с тремя месяцами ускользает, прямо из его рук, что-то еще – легкое, неуловимое, как леер воздушного змея. Шли двадцатые числа, и теперь Стайлз особенно сильно чувствовал схожесть августа с вечером воскресенья. Он нетерпеливо жмет несколько раз на заедающую кнопку лифта верхнего этажа и ждет, когда за ним закроются огромные железные двери. Дерек вернулся в город вчера вечером, о чем сразу же сообщил. Но когда Стайлз видит, как он открывает перед ним тяжелую дверь лофта и улыбается в проеме, то любовно, с ноткой удивления и вопроса в голосе, произносит: - Ты здесь. Август ему не нравился еще по той причине, что Дерек часто отсутствовал. Недельный отпуск, который тот взял ближе к концу июля, пролетел незаметно. В эти дни они много бродили, разговаривали и читали, устраивали подобие пикников под куполом деревьев, когда позволяла погода, и часто занимались любовью. Стайлз смог уговорить Дерека искупаться вместе с ним и разок сигануть с тарзанки («Надо же, она выдержала твою тушку, Дерек!», «Нет, не стоит пробовать снова!»). Потом последовали непонятные для Стайлза слеты, конференции в других городах и осеннее планирование. Лето трещало по швам. - Конечно, я здесь, - от Дерека веет теплом. Стайлз делает к нему два шага и, удерживая руки вдоль туловища, с шумным вздохом укладывает голову ему на грудь, выражая этим жестом все, что вертелось внутри. Дерек с готовностью прижимает его к себе за плечи одной рукой и целует в висок. За эти несколько месяцев он так привык к Стайлзу и полюбил – именно полюбил - его присутствие в своей жизни, что в течение почти двухнедельной разлуки он время от времени испытывал приступы непривычной, несвойственной ему в обычные дни хандры. Сейчас, после перелетов, транспорта, долгих и выматывающих переговоров, он удивительным образом чувствует себя в порядке, стоя с ним на сквозняке, лижущем пятки. - Мне написал Скотт, - Стайлз нарушает устоявшуюся на несколько мгновений тишину. - Все забито, они с трудом протиснулись, - он понятливо отстраняется, давая Дереку возможность закрыть неподдающуюся дверь. – И машину некуда ставить. - Странно, это же салют. Здесь сложно не найти свободного места. - В прошлом году не было такого ажиотажа, а в этом организаторы запарились, обещали устроить целое шоу, - Стайлз бредет следом за Дереком в кухонную зону и усаживается за барную стойку. – Есть попить? Дерек кивнул и достал из холодильника упаковку персикового сока. После того, как Стайлз стал постоянным гостем в его квартире, в запасе всегда стоял его любимый персиковый сок. Дереку было несложно. О тонкостях сегодняшнего фейерверка – фейерверка, который устраивался каждый год под конец лета уже на протяжении пяти лет – он был неплохо осведомлен. Три дня назад вышел предпоследний августовский номер, где на первой полосе было помещено интервью с мистером Финниганом, одним из главных организаторов шоу. Он радостно отзывался о том, что мероприятие прижилось в городе и стало некой традицией, говорил о его целях и о сюрпризах, ожидающих жителей в этом году. По его словам, фейерверк будет сопровождать музыка, и краски на небе сложатся в единую историю. Дерек хмыкнул. Неудивительно, что все стремятся увидеть салют «в первых рядах». Он облокотился на стойку с противоположной стороны и наблюдал, как жадно пьет Стайлз. - Не торопись. А Скотт с кем? - С командой по лакроссу, - Стайлз фыркнул. – Если бы ты не вернулся к сегодняшнему дню, я бы тёрся вместе с ними. Я не против, но меня не очень радует перспектива проводить вечер в компании с Уиттмором. Да, о сегодняшнем дне они договорились еще перед отъездом Дерека две недели назад. Ставший традиционным салют был хорошим поводом провести вместе время и оставить доброе и красочное впечатление об уходящем лете. Но любопытство людей в этот раз было действительно велико, толпа должна была собраться знатная, так что портить себе настроение, в случае чего, не хотелось. Дерек помолчал. - На самом деле, нам не обязательно ехать. - Эй, я тоже соскучился по тебе! – Стайлз вскинул руки. - Но я все-таки сначала хочу посмотреть салют, - кажется, он сказал что-то не то, потому что Дерек взглянул на него со скепсисом и совсем немного – с осуждением. – Или что?.. Дерек указал пальцем вверх: - Выход на крышу. - А, - Стайлз застенчиво почесал подбородок и бросил взгляд на просторное окно во всю стену. Его осенило: – О-о! Мы точно увидим? - Точно. Возможно, даже услышим, - он убрал пакет с остатками обратно. В прошлом году Дереку не удалось увидеть салют в северной долине, которая год за годом выступала смотровой площадкой для этого события (ему очень повезло возиться в девять вечера с протекающей трубой в ванной). Но зато обнаружил, что его квартира расположена настолько удачно – и географически, и по высоте этажа, - что яркими красками фейерверков можно полюбоваться и из дома. - Я за! Значит, у нас есть, - Стайлз посмотрел на экран смартфона и покивал головой, прикидывая, - минут сорок, чтобы заготовить вкусняшки и обустроить уютное гнездышко. Блин, это же настоящая романтика! Возьмем по пиву, Дерек? Ладно, я понял, пить на крыше не очень умно. Занудство. Дерек усмехается: скорее всего, позже они действительно выпьют бутылочку-другую пива – почему бы и нет? - но пока он решает об этом умолчать. Сейчас, когда он смотрит на восторженно болтающего Стайлза, в клетчатой рубашке и в глупой футболке с говорящей химической формулой, в голову закрадываются определенные мысли. Примерно полчаса времени вполне достаточно, верно? Дерек заходит ему за спину, и у Стайлза вдоль позвоночника пробегает дрожь, когда он неожиданно целует в затылок и зарывается носом в его отросшие за лето волосы. - Я тебя правильно понимаю?.. – спрашивает он и разворачивается на барном стуле, неловко ударяясь коленками о бедра Дерека. – Я ведь так и знал! - Ты очень смышленый, - тот упирается руками в столешницу позади Стайлза и склоняется к его шее. – И изобразить из себя недовольного у тебя не получится. Наверное, Стайлзу хотелось бы перестать так остро реагировать на прикосновения Дерека - это повторяется с ним из раза в раз, несмотря на постоянную близость. Вот и сейчас он шумно выдыхает, стоит губам коснуться местечка, где шея переходит в плечо, и с готовностью цепляется пальцами за майку Дерека. - Думаешь, успеем? – беспокоится Стайлз (ему действительно хотелось оценить салют) и пытается поймать взгляд зеленых глаз. Дерека ему тоже очень, очень хотелось. Но Дерек неопределенно пожимает плечами. Пожалуй, тянуть время действительно не стоило, поэтому он поступает очень разумно, когда подхватывает Стайлза под бедра и бережно несет его в соседнюю комнату, где им будет удобнее. Они все успеют.

*

- О, я уже что-то слышу! Стайлз вылезает на крышу следом за Дереком и топчется рядом с ним, пока он раскладывает для них два стула и расправляет небольшой плед из гостиной на случай похолодания. Но воздух был теплым, прогретым за день, так что пока он им точно не понадобится. - Стайлз, ты можешь не дергаться? Тут и так не очень много места. Признаваться себе в этом не хочется, но восемнадцатый этаж внушает Дереку отдаленное беспокойство. Поэтому он стремится скорее усадить Стайлза на место, чтобы тот восторженно не егозил вокруг, и устраивается в соседнем стуле. Из района северной долины глухо доносится приветствие и посторонний шум. Подробно, разумеется, разобрать ничего не получается, но можно понять, что представление скоро начнется. Стайлз заранее открывает пачку Принглс с паприкой, словно бегун, замерший в позе «приготовиться». - Нет, Дерек, - он шлепает его по ладони, которая тянется к чипсам. – Еще не началось. Дерек вскинул брови: - Это мои чипсы, ты взял их из моего шкафчика. - Ну, это очень мелочно! Смирять Стайлза недовольным взглядом оказалось бесполезно – тот увлеченно следил за безмятежным сейчас небом. Ну да, какая, в целом, разница. Дереку все равно достанется его порция. Тем более что недавний шум вдалеке снова повторился. Оставалось чуть-чуть. Ждать и вправду долго не пришлось. Недалеко, кажется, почти над ними, вспыхнул первый золотистый бутон фейерверка. Сбоку от Дерека раздался довольный писк – Стайлз нагнулся поближе, увлеченно ловя взглядом посыпавшиеся разноцветные искры, и Дерек тоже обратил свое внимание наверх. Вечерний небосвод озарился приветственным светом: бутоны начали раскрываться один за другим, переливаясь теплыми оттенками. Это было бурное, хаотичное вступление, словно каждый взлетающий ввысь всплеск аплодировал собравшимся внизу людям. - Блин, жалко, что не слышно. - Если будешь меньше хрустеть, то, возможно, что-нибудь и услышишь, - Дерек успел урвать себе небольшую часть чипсов и пропустить мимо ушей передразнивание Стайлза. Организаторы не подвели: в отдалении, еле различимо, действительно играла музыка. Но и так можно было понять, что фейерверки следуют друг за другом в определенном идейном порядке, сплетаясь между собой в затейливые узоры. Без музыкального сопровождения было смотреть немного обидно, но при этом Дереку нравилось, как они смогли обустроиться: с комфортом и в уединении от шумной толпы. - Как ты скатался в Эл-Эй? – спросил Стайлз, не отрывавшийся от своего занятия – салюта и чипсов. - Что-то между «продуктивно» и «что я здесь забыл?», - хмыкнул Дерек и сунул руку в банку, которую пододвинул к нему Стайлз. – Ладно, это было неплохо. Но мне комфортнее сидеть в своей редакции и заниматься делом. К тому же, слеты за этот месяц меня вымотали. - До сентября отправишься еще куда-то? - Нет, не должен. Стайлз что-то одобрительно пробормотал – новый взрыв салюта приглушил его – и устроил голову у Дерека на плече. - Пересекся с редактором одного нью-йоркского издания. Был очень удивлен, надо сказать, - Дерек отвел руку назад и уже привычно принялся массировать Стайлзу шею. Тот замурлыкал. – Виделись с ним около года назад на похожем слете. Получил от него предложение по работе. - В Нью-Йорке? – Дерек почувствовал, как под пальцами напряглась шея. Вновь раздался звонкий тар-тар-ра-рам. - В Нью-Йорке. Пока я никуда не планирую двигаться из Бикон Хиллс. Но предложение заманчивое, признаю. Ему нравилось, когда Стайлз делал так: утыкался в него лбом и терся, немного бодая. Натурально ластился и показывал, что он здесь, у него под боком. В ответ Дерек скользнул подушечками пальцев к нежной коже за ухом и, не сдержавшись, пощекотал Стайлза почти под самым подбородком. Это вызвало шебуршания с его стороны, и он снова ровно прилег на плечо, любуясь голубыми и фиолетовыми сейчас вспышками. Небесная бездна жадно поглощала распускавшиеся соцветия, но не справлялась - те прибывали снова и снова. Они сидели какое-то время молча, позволяя каждому разноцветному залпу вставить свое слово. - Я останусь у тебя сегодня? – спросил Стайлз немного погодя и приподнял голову, чтобы посмотреть на Дерека. - Шериф в ночную? – он попробовал выковырнуть свободной рукой остатки чипсов, но у него не вышло. Кажется, Стайлз все подмел. И когда успел? - Он уехал на рыбалку на выходные, Дэрил и Пэрриш его соблазнили, - усмехнулся Стайлз. – Так что-о… Можно никуда не вскакивать с утра. - Это мне подходит. Дерек наклонился к Стайлзу и коротко поцеловал, скрепляя их договоренность. Стремительно, друг за другом, взрывались большие и маленькие шары света, пурпурного, лазурного, игристо-желтого цвета. Салют набирал обороты, по ощущениям приближаясь к своей кульминации. Стайлзу показалось, что небо на доли секунды превратилось в пестрое поле, на котором расцвели пионы, васильки, белые лилии – возможно, так и было задумано. Залп – и по полотну неба расплескались медовые подтеки. Еще – выступили салатовые кляксы, по цвету схожие с молодой июньской травой. Стайлз вздрогнул. Перед его глазами, такими же яркими вспышками, проносилось лето 2012 года. Он снова почувствовал это – леер воздушного змея, рвущийся из его рук в свободный полет.

Теперь все идет обратным ходом. Как в кино, когда фильм пускают задом наперед — люди выскакивают из воды на трамплин. Наступает сентябрь, закрываешь окошко, которое открыл в июне, снимаешь теннисные туфли, которые надел тогда же, и влезаешь в тяжеленные башмаки, которые тогда забросил. Теперь люди скорей прячутся в дом, будто кукушки обратно в часы, когда прокукуют время. Только что на верандах было полно народу и все трещали, как сороки. И сразу двери захлопнулись, никаких разговоров не слыхать, только листья с деревьев так и падают. ¹

На мгновение, Стайлз словно оказался на месте Дугласа – или Тома, - которые стоят в конце лета перед витриной одной из лавок и с неудовольствием оглядывают выставленные на ней предметы к новому учебному году. Он усмехнулся своим мыслям – школа, надо признать, не сильно заботила его сейчас, - и взглянул на профиль Дерека. Тот накинул самый краешек пледа себе на голые плечи и даже не думал о том, что крутилось в голове у Стайлза. Какое сильное он оказал на него влияние за этот небольшой летний период. Казалось, что на его сосредоточенном щетинистом лице мелькали последние бледные цветные отблески. Вскоре, в долине пронеслось эхо от заключительной вспышки. - Кажется, закончилось, - протянул Дерек. Небо было спокойным, только кое-где остались густые точки дыма, напоминающие о только что прошедшем салюте. - Наверное, закончилось, - не сразу согласился Стайлз.