Теорема синусов, косинусов и Раскольникова.

Когда мы заходим в дом Кострова, сразу напрашивается вывод, что мы зря опоздали к началу вечеринки. Полный дом подростков — не самое страшное, а вот то, что большинство уже изрядно пьяны — это страшно. Такое ощущение, что тут собралась вся молодёжь города, потому что я сомневаюсь, что в лицее учится столько старшеклассников. Громкая музыка долбит по ушам. Я уже пожалела, что не взяла с собой ничего от головной боли. Лиля покидает нас в тот момент, когда какой-то парень подкрадывается к ней сзади и потом страстно целует. Романова только усмехается и берет меня за руку. Мы проталкиваемся сквозь толпу, я пару раз получаю шлепки по заднице и нервно дергаюсь. Оказавшись на кухне, где было значительно меньшее количество людей, я облегченно выдыхаю. — Итак, — начинает Лиза и встаёт напротив стола, на котором уже выставлены бутылки с алкоголем. — Начнём с чего полегче? Или уже можно переходить к главному? Она осматривает каждую бутылку, вертя её в руках, а затем направляет свой взор на меня. — Я не знаю, — неуверенно протягиваю я. — Это обязательно? Мы же уже выпили немного. — Если ты хочешь почувствовать вкус молодости, то тебе придётся пробовать. Так ты станешь раскованнее. Хмурюсь и еле заметно киваю. — Отлично, — восклицает Романова. — На сегодня я твой сенсей. Запомни два правила: первое и самое главное, никогда и ни у кого не бери бухло. Неизвестно, что могли туда подсыпать. Поняла? Снова киваю. Интересно, к ней это тоже относится? Усмехаюсь собственным мыслям. — Второе, не понижай градус. Повышать можно, понижать нет. Начинаешь с малого, типа, пива, заканчиваешь крепким алкоголем. Для начала советую мешать с газировкой, либо запивать водой. Ром мы уже опробовали, давай теперь бахнем водочки, для прямой походочки. — Так сразу? — понимаю, что вряд ли смогу себя контролировать, если перейду к водке. Терпеть не могу её запах. — Не бойся, сделаем тебе отвертку, — Романова подмигивает и одной рукой берет в руки водку, а другой апельсиновый сок. Я внимательно наблюдаю за тем, как умело девушка наполняет наши стаканы. Опьянения после рома я не чувствую, как и той уверенности, что была до того, как мы приехали. — Держи, — Лиза протягивает мне коктейль и я забираю его из ее рук. — Давай, за тебя, зубрилка. — И за тебя, Лизун, — после моих слов она смешно морщится и мы обе отпиваем из своих стаканов. Чувствую сначала только сок, а потом горло слегка обжигает привкус водки. Дальше всё проходит так легко. Мы выпиваем, Лиза тащит меня танцевать, и я поддаюсь ей. Потому что уже хорошо, уже не страшно. Мы двигаемся в такт музыке и я полностью растворяюсь в ней. Не знаю, как выгляжу со стороны, да и это не имеет значения. Пару раз к нам пытаются подкатить какие-то бухие парни, но Романова сразу их отправляет в соседское село на дискотеку. Мне весело с ней. Несмотря на её тяжелый характер, на шуточки, которые меня бесят, сейчас мне весело с ней. Когда мы обе выдыхаемся, то поднимаемся наверх. По пути нам встречаются парочки, достаточно выпившие и готовые к совокуплению. Они буквально пожирают друг друга, пока ищут свободную комнату. Комнат всего четыре и сегодня явно не всем удастся заняться сексом на удобной кровати. Романова ищет балкон и победно улыбается, когда наконец находит его. — Будешь? — она протягивает мне сигарету и я не медля забираю её. Никогда не курила. Попробовала один единственный раз и тут же пропало всё желание сделать это ещё. Но сегодня я хочу делать всё, что раньше было под запретом. Смотрю как Лиза делает затяжку и выпускает клубни дыма. Я подношу к губам сигарету и тоже затягиваюсь, совсем слегка. Тут же начинаю кашлять и на глаза накатываются слезы. — Это с непривычки, — хмыкает Романова. И я делаю ещё одну затяжку. Уже лучше. Тело мгновенно расслабляется и меня начинает немного пошатывать. Дальше продолжать не могу, поэтому сигарета просто тлеет. — Почему ты решила помочь мне? — вдруг спрашиваю я, смотря на девушку. — Грехи замаливаю, — она усмехается. — Почему бы мне не помочь? Я мастерски умею пить, курить и дебоширить. К тому же, всему есть цена. Моя — помощь с парочкой тошнотворных уроков. Я улыбаюсь. Это не сложно для меня. Я и раньше ей помогала, но сейчас это будет для меня как долг, который я должна отдать. — Можно вопрос? — Ты уже задала, — снова хмыкает. — Ты когда-нибудь влюблялась? — в трезвом состоянии не спросила бы. Кишка тонка. — Ну, было, — как-то легко протягивает Лиза, а потом отпивает ром из бутылки, которую успела зацепить по пути на балкон. — И что ты чувствовала? Это было...взаимно? — внимательно изучаю реакцию девушки. — Чувствовала желание летать и блевать одновременно. Мы были вместе всего ничего, но натерпелась я сполна. Хорошо сдержалась, чтоб не разбить ему голову на прощанье. Она улыбается, но я вижу в её глазах печаль. — И как вы расстались? — Кузнецова, что у тебя за поток вопросов постоянный? — без капли злости и раздражения спрашивает девушка. — Укатил он, учиться в свой долбанный Питер. Все уши прожужжал, что хочет выбраться из этого дерьма и попасть в хорошее место. Как видишь, наши отношения его не остановили, а встречаться на расстоянии – удел идиотов. — Тебе было больно? — я вновь задаю вопрос после недолгого молчания. Лиза устремила полный раздражения взгляд на меня, и я прикусила язык. Точно говорят, язык мой – враг мой. — Я довольно быстро пришла в норму. Знаешь, я даже благодарна ему, что мы расстались. Сейчас я не ищу отношений, потому что не вижу в них никакого смысла, — с этими словами она докурила вторую сигарету. Я понимающе кивнула. Она сломана. Это было понятно без слов. — С чего вдруг такой вопрос то? Влюбилась что ли? Я улыбнулась. Влюбилась ли я? Да, вокруг всё изменилось с его появления в моей жизни. Я стала по-другому смотреть на мир. Пару раз я представляла, что было бы, если б я была старше, и мы встретились при каких-то других обстоятельствах? Я думала о нем, часто думала. Только вот, это жизнь, в которой нет места романам между преподавателем и учеником. И я это понимала, потому что так правильно. Он взрослый мужчина, а я ещё юная девушка. Наши пути разошлись бы, как у Лизы и её бывшего возлюбленного. Только Лиза сильная, она легко справилась, а что было бы со мной... — Так ты ответишь? — возвращает мое внимание Романова. — Я не знаю, можно ли это назвать любовью. Скорее симпатия, — улыбаюсь я. — Поверь, такая симпатия к математику у половины наших представительниц женского пола, — усмехается девушка, а я краснею. — Почему сразу Игорь Александро...? — Брось, — перебивает Лиза. — Думаешь, я не замечаю твоих вздохов на его уроках? Или то, что ты вызвалась на олимпиаду, хотя никогда не старалась принять участие, когда была Еленка. — Это ничего не значит, — отвечаю я. — Как скажешь. Я забираю у девушки ром и делаю несколько глотков. Горло жжёт, но мне нужно успокоиться и убрать из головы образ Раскольникова. Интересно, что он сейчас делает? Наверняка отдыхает от непутевых учеников. Возможно, смотрит какой-нибудь фильм. Возможно, не один... Становится неприятно от своих же мыслей. Несколько минут мы сидели молча. Каждая в своих мыслях. Одновременно чужие, но в то же время близкие. Подруги ли мы? Нет. Она подталкивает меня к изменениям в жизни, я помогаю ей с учебой. Взаимопомощь и ничего большего. У Лизы своя тусовка, в которой мне нет места. Внутрь мы заходим только когда уже начинаем замерзать. Меня пошатывает и в глазах мутнеет, но я все ещё в трезвом рассудке. Лиза покидает меня после звонка отца, коротко бросив: — Жди здесь, я скоро вернусь. По её напряжённому состоянию понятно, что разговор не из приятных. Интересно, как она умудряется вести себя как ни в чем не бывало, когда в её семье такая ужасная ситуация? Что она чувствует? Винит ли брата? Определённо, нет. Слишком сильно любит. Семья – есть семья, нет и не будет никого ближе. Становится грустно от собственных мыслей. Интересно, долго будут продолжаться такие отношения между родителями? Что будет со мной, если они разведутся? Что будет с мамой? Нужно избавиться от навязчивых мыслей о разрушении семьи, слишком часто они стали посещать мою голову. Романова оставила меня на кухне, нам обеим показалось это место более менее спокойным. Но мне становится страшно, когда тяжелая мужская рука ложится мне на плечо, а затем другая рука на талию. — Эй, кошечка, скучаешь? Сердце пропускает несколько громких ударов. С трепетом и надеждой оборачиваюсь к знакомому «Скучаешь?», но тут же меня окатывает волной разочарования вперемешку с отвращением. Какой-то парень, который намного выше меня, с самодовольной, до жути противной улыбкой, трогает меня. В нос ударяет запах перегара. Но это не самое страшное. Хуже всего выглядят его глаза, совершенно стеклянные красные глаза. Несложно догадаться, что только алкоголем тут не обошлось. Как назло на кухне никого, кроме меня и этого наркомана. Скидываю руки наглеца и отхожу в сторону, попутно ища на столе предметы для защиты. Пустая бутылка из-под спиртного подходит лучше всего, поэтому я, не долго колеблясь, хватаю её. — Ну ты че, шлюшка, — заплетающимся языком молвит парень, медленно надвигаясь в мою сторону. — Как будто ты не для этого сюда пришла. — Ещё хоть шаг сделаешь в мою сторону, и я разобью тебе голову, — шиплю я, выставив руку с бутылкой вперёд. — Ты этого не сделаешь. Вообще, не будь такой занудой. Я дам тебе волшебное средство и тебе станет хорошо. — Заткнись, — голос ни капли не дрожит, зато дрожит рука. Музыка слишком громкая, вряд ли сумею до кого-либо докричаться. Всё бы ничего, но я не хотела бы быть изнасилованной каким-то торчком на своей первой вечеринке. Единственная проблема в том, что вряд ли он почувствует какую-то боль. Будет три варианта развития событий: либо его вырубит, либо убьёт, либо ничего он не почувствует и я попрощаюсь со своей девственностью. Сердце бешено колотиться и мир вокруг словно замирает. Парень смеётся. Просто заливается. Но я не слышу. От страха и адреналина заложило уши. — Эй, что тут творится? Оборачиваюсь на знакомый голос и звуки окружающего мира возвращаются. Диана. И парень из параллели – Горка. Имени не помню, но знаю, что он в лицейской сборной по баскетболу. — Ань, что-то случилось? — брюнетка подходит ко мне и с опаской смотрит на торчка. — Да мы просто хотели поразвлечься, — с потерянной улыбкой говорит парень. — Ну пойдём, развлечемся, — Горка, который даже выше этого паренька, за плечо уводит его из кухни. Я успокаиваюсь и со вздохом ставлю бутылку на стол. — Всё в порядке? Он ничего тебе не сделал? — Самойлова осматривает меня, мягко придерживая за плечи. — Просто напугал, — по телу пробегает холодок от воспоминания красных потерянных глаз. — Спасибо. — Да мне-то не за что. Ты почему тут одна? Где твоя подружка недалекая? — Она отошла, — неловко произношу я. — И она мне не подружка. — И бросила тебя здесь одну? — изогнув бровь спрашивает одноклассница. — Мы там поиграть с ребятами решили. Вот пришли бутылку взять. Судя по всему, вовремя зашли. Я киваю, поджав губы и выдавливая из себя улыбку. Интересно, что Горка сделает с этим парнем? Изобьет? Или может вышвырнет из дома? Второй вариант более реальный. Парень, несмотря на рост, был довольно худощав и накурен, чтобы противостоять крепкому баскетболисту. — Не хочешь с нами? Отвлечешься, — спрашивает девушка, останавливаясь у дверного проема с бутылкой в руках. Лиза сказала ждать здесь. Но я ведь не собака, чтобы слушаться. К тому же, здесь небезопасно, а игра и правда немного отвлечёт от неприятной ситуации. Соглашаюсь, на что Диана мягко улыбается, и мы идём прочь с злосчастной кухни. От опьянения не осталось и следа. Странно, я думала, что буду валяться в отключке после водки с соком. Мы идём в гостиную. На двух диванчиках уже располагаются ребята. Они, кстати, тоже выглядят вполне трезвыми, что не может меня не радовать. На столике между диванчиками стоит несколько бутылок. Тут и пиво, и вино, и виски. Непонятно, зачем им понадобилось ещё и шампанское. Знакомых, среди сидящих, не так много. Диана, Горка, который уже спокойно попивал пиво и разговаривал с каким-то парнем, Тёма и его друг Паша Вайнштейн, он тоже в команде по баскетболу. Ещё двух девушек и парня я не знала, а одного видела в лицее. Собственно, это и был хозяин вечеринки – Саша Костров. — Ребят, — начинает Диана, когда мы вплотную подходим к диванам. — Это Аня, она будет с нами играть. — Привет, — в унисон здороваются девушки. Близняшки Даша и Маша. — Салют, Анютка. Выглядишь шикарно, — говорит Паша, и Артём кивает в знак согласия. — Привет, я Илья, — протягивает руку парень, сидящий рядом с Дашей, и я пожимаю её. — Меня не знать стыдно, благодаря мне вы здесь, — смеётся Саша, и я киваю. Поздоровавшись со всеми в ответ, мы с Дианой усаживаемся между Горкой и Тёмой. Паша пересаживается в кресло. — Что ты сделал с тем парнем? — шёпотом спрашиваю я у Горки. — Да ничего. Вывел на улицу, там его дружки и подобрали. Киваю, удовлетворённая ответом. — Итак, — начинает Вайнштейн. — Играем в «Я никогда не...». Напоминаю правила. Один говорит, к примеру, я никогда не смотрел порно. Те, кто это делал выпивают. С каждым кругом увеличивается количество глотков. Играем по часовой. Я начинаю. Я никогда не танцевал голым. Диана, Даша и Илья отпивают по глотку с бутылки вина. Очередь Тёмы. — Я никогда не смотрел «Титаник». Бутылка по очереди проходит по кругу. Даже я делаю глоток и приятный вкус вина обволакивает горло. — Серьезно? — усмехается Панфилов, глядя как его лучший друг Паша отпивает вино. Тот только пожимает плечами в ответ. — Я никогда не водила машину, — продолжает Диана. Не пьём только мы с Дашей. Наступает моя очередь. — Я никогда не прогуливала уроки, — выпаливаю первое, что приходит в голову и смущаюсь, когда все удивляются, а затем по очереди пьют. Игра была безобидной и мне даже понравилось. Но с каждым кругом становилось все сложнее. Ребята затрагивали темы учебы и я постоянно выпивала, под их удивленные возгласы. Мы постепенно пьянели, а игра становилась пошлее. «Я никогда не делал кунилингус, не занималась сексом втроём, не дрочил в общественном месте» и т.д. Я почти не пила, но выпитого до этого было достаточно, чтобы меня унесло восвояси, потому что я уже активно прижималась к Горке, а он, в свою очередь, поглаживал меня по коленке. В глазах всё плыло, и я не отдавала отчёт о своих действиях. Мне просто нравилось сидеть в компании, обниматься с таким же пьяным баскетболистом, выпивать. Я забылась. Мне было плевать на время, на то, что мама, возможно, хватилась меня. Главное, сейчас мне очень хорошо. Вот только веселье продлилось недолго. — Какого хера? — слышу разъяренный голос Романовой, а затем вижу её саму. Взгляд девушки тут же падает на руку сидящего рядом со мной парня, чьи руки уже находились у меня под юбкой. — Клешни свои убрал от нее. Лиза хватает меня за руку и выдергивает с дивана. Я еле устаиваю на ногах. — Че ты опять развыкобеливалась, Романова? — морщится Диана, которая была более менее трезвой, нежели я. — Мы без тебя прекрасно отдыхали. — Сама шалавься, а её не надо под своих дружков подкладывать, — психует Лиза, с ненавистью смотря на Самойлову. — Завали. — Девоч-чки, тссс, — запинаясь молвит Костёр. — Это м-моя вечеринка. Парней н-на всех х-хватит. — Завали, — одновременно затыкают его Лиза и Диана. Дальше уже не слышу что происходит. Ушли окончательно закладывает, в глазах темнеет. И тут мой желудок не справляется с количеством выпитого алкоголя. Секунда, и меня скручивает рвотный позыв, а на чьих-то штанах остаются кусочки крабового салата, который я съела перед вечеринкой. В следующее мгновение мне в лицо ударяет холодный ветер, а на плечи падает куртка. Становится легче, но пока все, что я успеваю ухватить взглядом — это асфальт. Мы на улице. Слышу голос Романовой, что-то говорящий мне, но не могу разобрать слов. Тело ватное и почти не слушается меня. Останавливаемся через какое-то время, и меня снова тянет вырвать. Чувствую, как чьи-то руки собирают мои волосы. Слышу голоса и понимаю, что говорящих двое. Затем меня снова вырывает прямо на землю. Так плохо я себя никогда не чувствовала. Желудок будто выворачивало наизнанку. — Ну что, довольна? — наконец появляется возможность разобрать слова. — Чем ты думала, идиотка? — Откуда я знала, что она первый раз? — второй голос принадлежит Диане. — Хватит отчитывать. Что с ней делать? — Такси вызывай, тупица. — У меня нет денег, — фыркает Самойлова. — Дерьмо, у меня тоже, — вздыхает Лиза и хватка на волосах ослабляется. — Эй, приём! Ты как? — П-плохо, — всё, что я могу ответить. — Пей давай, — Диана подносит к моим губам бутылку с водой. — Проблюешься, легче станет. Холодная вода приятно растекается внутри, но затем меня снова выворачивает. Не в силах стоять на ногах, я опускаюсь на четвереньки. — Аккуратнее, — руки Романовой придерживают мою голову, чтобы я не наблевала на саму себя. — Дерьмо, как же ты так. Следующие минут двадцать проходят также. Я пью и блюю, пью и снова блюю. Но вот легче не становится ни капли и разум не проясняется. Корю себя за то, что нарушила второе правило: «не понижать градус». Слышу визг тормозящей машины. — Вот черт, его здесь только не хватало, — Романова отпускает мои волосы и заслоняет меня спиной. — Вечер добрый, Игорь Саныч. Сердце пропускает несколько ударов и меня снова с громким звуком выворачивает. Дерьмо! Правильно Лиза всегда говорит. Хуже ситуации не придумаешь. — Что там у вас? — слышу голос математика и шаги. — Кузнецова? Его тон полон недоумения и удивления. Поднимаю свой взгляд на мужчину, который стоит в метре от меня. — З-здрасьте, — неловко произношу я, давя новый рвотный позыв. — Что случилось? — он присаживается на корточки и взволнованно смотрит мне в глаза, от чего я сразу же смущаюсь. Дерьмо. — Ты отравилась? — Алкогольное отравление, — произносит Самойлова и я готова сейчас же прибить её за это. — Не знал, что ты пьёшь, — ухмыляется Раскольников, но все также взволновано смотрит. — Это с непривычки, — бросает Лиза и в следующее мгновение поднимает меня на ноги. — Я отвезу вас по домам, — встаёт мужчина и берет меня под руку. Лицо багровеет, а тело бросает в жар. Странно, но Лиза не возникает по этому поводу. Он усаживает нас на заднее сидение своего Форда. Салон кожаный в бежевом цвете, и если меня стошнит по дороге, то я уеду из страны и сменю имя. Не могу ничего говорить, во рту неприятный привкус переваренной еды вперемешку с алкоголем. Просто молчу, наблюдая за учителем, который садится на место водителя. В обычной одежде он выглядит так по-юношески. Чёрная кожанка создаёт образ плохого парня, но это ему к лицу. Он перехватывает мой взгляд в зеркале, когда я наблюдаю за ним и я отвожу глаза. Диана с нами не поехала, наверное, ещё не закончила свои дела на вечеринке, поэтому в машине нас было трое. — Аню отвезти первой? — Мы едем ко мне, — холодно заключает Лиза и говорит мужчине адрес, на что он просто кивает. — Как к тебе? Мать меня придушит, — шепчу я сидящей рядом девушке. — В таком состоянии точно придушит. Тебе лучше переночевать у меня, — спокойно произносит Романова и я соглашаюсь. Весь путь до дома девушки я борюсь со сном. Раскольников периодически бросает на нас взгляд и спрашивает, все ли в порядке. Лиза отвечает за меня. Она успокаивающе поглаживает мою голову. На очередном светофоре сон все же одолевает меня. Последнее, что я помню, это как тёплые мужские руки подхватывают меня, а в нос ударяет приятный запах мужского парфюма. Утыкаюсь носом в шею мужчины и вновь проваливаюсь в темноту.