Я помню запах гиацинта...

Случайность. Одна лишь случайность может предопределить дальнейший исход событий. Случайность — это судьба, в каком-то смысле. Ее нельзя изменить. Даже если вернешься в прошлое, что, по сути, невозможно. Был вечер, насколько я помню. Да, все началось вечером 11 апреля. Все произошло в баре «Одинокий волк». Сам бар располагался на первом этаже многоэтажки на задворках района Мапо. Это был мрачноватый район, каждый день там или убивали, или насиловали несколько человек, так что сирены полицейских машин не умолкали целыми днями и постепенно превратились в обыденный фоновый шум этого места. Внутри бар напоминал одну из тех американских пивнушек, где устраивали разборки и били стаканы друг другу об головы. Но это был лишь внешний вид. В одном из углов этого бара стояла стойка, за которой умело разливал очередную порцию пива бармен. За столиками сидела пара тройка посетителей: все-таки был полдень и в это время мало кто приходил в этот бар, частыми посетителями оставались алкаши и завсегдатаи. Другое дело вечер или ночь: в это время суток бар был полон неадекватных пьяниц и людей, уставших от жизни. Они чаще всего распивали соджу. По выходным и в пятницу бар наполнялся офисными планктонами, которые швырялись тостами и без устали наклюкивались до беспамятства, постоянно смешивая сомэк. В этом баре было всего несколько работников. Два бармена, которые сменяли друг друга по очереди, один из них также подрабатывал официантом; один уборщик и менеджер, который очень редко вылазил из своей коморки. Ах да, есть еще хозяин этого ада, но он оставался для всех работников загадкой и темой для сплетен, потому что его видел только менеджер и лишь один раз, казалось, будто его и вовсе не существует. Так вот, основой моей истории будет один из барменов – тот самый, который подрабатывает официантом время от времени. Ему было около 21 на вид. Он достаточно высок и хорошо сложен. Его слегка отросшие темные волосы всегда лежали упрямо, но казалось, будто так и надо. И эта легкая небрежность дополняла его слегка загадочный образ. На его именном бейдже было написано имя Чон, и, хотя для всех было очевидным, что это не его настоящее имя, раскрывать истинное он не собирался. Но, в силу моей воли, я раскрою его имя. Его звали Чон Чонгук. Сразу складывается пазл? У него всегда были проблемы с воображением. Было около 9 вечера. Обычно в это время бар заполнен посетителями, но не сегодня. Впрочем, никого это не насторожило, ведь чем меньше посетителей, тем меньше работы. В бар зашел одинокий молодой парень, внешность которого разглядеть было достаточно трудно из-за шарфа, которым он обмотал своё лицо. Незнакомец устроился за столиком в углу, куда почти не падал свет и подозвал официанта. – Черт. Снова странный посетитель. Надеюсь, он не закажет «Секс на пляже» с кровью девственницы, как тот, что был на прошлой неделе. – Не думаю, Чон. В нашем районе, конечно, много странных придурков, но по одному на каждую неделю уже явный перебор даже здесь. – Возможно, ты прав, – Гук слегка кивнул. – Ты должен идти. Я не хочу разгневанных клиентов, крушащих все вокруг. Нам тогда придется расплачиваться самолично, а у меня долг еще с прошлого раза висит, – откликнулся ЧимЧим и подтолкнул Чона рукой к столику. Чонгук настороженно прошел к столику в дальнем углу бара. Он с любопытством и подозрением рассматривал клиента, однако лица почти не было видно из-за тени, что падала на его глаза. В нос Чону ударил пряный шоколадный запах. – Что будете заказывать? – с обидой спросил Чон. Ему не понравилось, что этот парень не показывает своего лица. – Это, – ответил тот, протягивая меню и указывая длинными тонкими пальцами на Бренди. «Какой у него бархатный голос», – пронеслось в голове у Гука, и он, узнав заказ, сразу же ушел к барной стойке. – Этот парень заказал Бренди. – Редко у нас такое заказывают. Видно приезжий. – Возможно. А вообще он какой-то странный. – Что ты имеешь ввиду? – Он почти ничего не сказал, не поднимал голову, сел в углу, где ничего не видно.Да еще и одет странно для весны. – Это верно, но у каждого свои причуды. Не делает странных заказов и не буянит – и на том спасибо. – Это уж верно. Через некоторое время Чон подошел к столику в углу и отдал заказ. – Ваш бренди. Парень напротив просто кивнул в ответ, а по телу официанта пробежали мурашки. Чону казалась странной такая реакция на голос и действия этого парня. Он в тот же момент возненавидел и испугался этого посетителя, хотя до этого он никого и ничто так не боялся. Весь вечер Гук бросал взгляды на этот столик, однако увидеть толком ничего не выходило. Чонгук с каждым разом все больше и больше настораживался, так как парень сидел словно обездвиженный. В один момент, когда его отвлекла кучка пьяных посетителей, он увел взгляд от клиента с бренди и на время забыл про него. Спустя несколько минут он опомнился и взглянул в тот угол, однако там никого не было. Чон подошел к столику и забрал чаевые.

Спустя несколько часов.

– Чон, я домой. Когда уйдут уборщики закроешь все, ладно? – Да помню я, помню. Иди, Чим. После того, как ушли уборщики, Чон стоял и пересчитывал свою выручку за день. Вышло не густо, но достаточно, чтобы к концу недели собрать необходимую сумму. Когда Гук пересчитывал деньги, он заметил небольшой кусочек бумаги, на котором был написан номер телефона. «Наверное это оставил тот парень», – промелькнуло в голове у Гука. – «Хотя нет, вряд ли. С чего бы какому-то странному парню оставлять мне свой номер телефона. Это, наверное, кто-то ошибся». С этими мыслями Чонгук выключил свет в баре и закрыл помещение на ключ. Уже было за полночь. Гук привык уходить в это время с работы, да и его это не напрягало. Дома его никто не ждал, хотя если считать дядю, который постоянно пьет, то ему вообще домой не хотелось. А опасного района он не боялся: у него был черный пояс по тхэквондо как раз для таких случаев. Чон зашел в прощелину между домами, еще один поворот – и он около своего дома. Он неожиданно услышал приближающиеся шаги, звонкий звук, блеск ножа и когтей перед своим лицом и темнота. Последняя мысль Чона была неожиданностью для него самого: «Только бы оставил записку с номером»…