солнечные внутренности

— ты шел куда-то? этот голос давно не ломает. кажется, этот голос его заставил харкать одуванчиками и вылечил. руслан задумчив, прищуривает свои глаза, смотря только юлику в глаза. ищет-ищет-ищет ответы. — нет, – юлик сглотнул горькую слюну, — ой, то есть, да. шел. я шел, — поджимает нижнюю губу, — к тебе. руслан замолчал. у вас тоже каждый день так совпадает? — я...– сбитое дыхание нервному юлику мешает говорить, — хотел что-то сказать. — я тоже. вроде как. — вроде как? руслана как будто обманули. как будто кто-то заставил думать и хотеть, а когда желанное сбылось, он перестал, ему отключили свет. почему юлик такой...обычный? — юлик? что ты хотел сказать? — нам давно нужно было расставить по полкам все, что свалилось в кучу. первое, что я хочу сказать, так это то, что ты мне помог, – вздох, — спасибо. — о, да, кстати, тебе тоже. огромное. бабочки умирают? — я здоров. теперь точно. — да? это лучше, чем умереть. — странное сравнение. нет, те речи, которые были заготовлены, не забыты. их просто не хочется говорить. — ты что-то ещё хотел? холод пробирает до пальцев. почему в животе ничего не пархает и не мешает? почему дышать так легко? почему глаза руслана просто карие? без этого не хочется бояться, думать и мечтать. нет. мечтать-мечтать-мечтать. в голове рождаются ужасные мысли, которые не хочется озвучивать даже самому себе. — те встречи на берегу...они...запомнились, боюсь, навсегда. – юлик говорит все, что хотел, но не хочет. — боишься? руслан удивлен, наверное, неприятно удивлен. юлик ходил с ним из-за жалости? он начал думать, что и вправду кому-то нужен. такой жалкий. онешко увидел в глазах руслана разочарование и понял. он сморозил чушь, обидев парня. — ну да. боюсь, что они прекратились. навсегда. хотелось продолжить. руслан успокаивается совсем немного. юлик же не лицемер? — я сегодня не могу. давай здесь. — хорошо. — юлик? почему ты ходил со мной на берег? вопрос кажется странным. наверное, это момент, чтобы признаться в своих чувствах. сейчас? — я люблю...гулять и хорошую компанию. где-то хрустит палочка надежды. она, кстати, была из стали. — я – хорошая компания? прекрасная, чудесная, родная, худощавая, кофейная, глубокая и самая милая. — да. наверное. мы говорим не то, что хотим сказать, никому не навязывая свое мнение. мы стараемся говорить то, что понравится нашему собеседнику. если мы будем говорить больше того, что у нас на уме, люди будут считать вас странными, но открытыми. — слушай. тебе тоже спасибо, — руслан не волнуется, он думает, что лучше сказать, — благодаря тебе, я поговорил с мамой и сегодня даже познакомлюсь с ее ухажёром. тот вечер...он был очень душевный. если бы не ты, я не собрался бы. — я тоже много чего нужного сказал своим близким людям. ты меня подтолкнул. обычно руслан такой...самый-самый. а сегодня...руслан такой...тушенцов. — очень рад за тебя, правда. ты счастлив? я – да. это все ты. ты мне помог. он счастлив? пока нет. ведь самое главное ещё не сказано. — да, почти. — почти? — нужно кое-что договорить. — я слушаю. — мне казалось...что я влюбился, — молчание. молчание, которое не ломает. не ломает-ломает-ломает, — в тебя. руслан поджимает губу. казалось? так, влюбился или нет? зачем он это говорит? зечем руслан молчит? зачем смотрит только на пуговицы весенней куртки юлика? ему никогда не говорили такого. его кто-то любит кроме мамы? а он любит юлика? а юлик принял его настоящим? — руслан? я нравлюсь тебе? нет. это взгляд говорит за руслана. нет. почему не больно? — не знаю. ты очень хороший. – руслана должно подтолкнуть. кто его подталкивал? юлик. что его подтолкнет сейчас? не юлик. смотрит юлику в глаза, окунаясь. и они его толкают, толкают на неизвестную дорогу, которую сейчас и проверит, закрывает глаза, открывает рот и...— ты такой бледный, мягкий и теплый. в тебя хочется зарываться, нюхать. очень милый и одновременно странный. хах, я обычно подхожу к тебе, а ты убегал, такой хороший, бледный... юлик молчит, он не знает, что ответить. он просто дышит, делая вздох за вздохом. глаза слезятся. от холодного ветра в лицо. от обиды на самого себя, на свои глупые чувства. — я лгу тебе. ужасно лгу. — юлик? ты о чем? — два месяца. два месяца я был влюблен в тебя, – всхлип, — думал только о тебе. ещё тогда. помнишь? мы сидели на ящиках, смеялись, а ты к нам подошел и попросил сигарету. на щеке была грязь, лохматые волосы, тату на худой руке, которая была протянута в надежде. в такого я влюбился, по такому я мучался. любил-любил-любил. очень больно, очень трудно. реки слез, реки крови от порезов, реки обещаний. убегал, потому что боялся заговорить. даша. она была со мной. только она. спасибо ей, да и тебе... — юлик, я... — ты не поверишь мне, но сейчас...— он поднимает красные глаза и смотрит в всё ещё блестящие, жаркие, родные глаза. всё ещё худые, прекрасные руки, все тот же руслан, все тот же самый-самый, — ни-че-го! пустота! – все падает, хрустит, ломается, рушится, затапливает, гложет, режет, стреляет, рубит, — пустота, руслан, пустота! все рухнуло в две секунды. кажется, ничего нет. только слезы. юлик зарывается в свои руки, пряча свои реки горя и разочарования и мечтает-мечтает-мечтает, что это вовсе не его руки. и правда. чужие руки падают ему на плечи, тело трясет и уже точно хуй пойми от чего, и уже нахуй не нужно знать. чужие руки сжимают запястья, чужие руки прижимают к себе. руслан трогает плечи, не понимая, почему юлик ни теплый и ни холодный? почему лицо такого здорового цвета? почему он, как все? — юлик?! слышишь меня? так бывает! так, блять, бывает! ты потрясающий, бледный и теплый. ты не должен плакать. мучения и невзаимные чувства прошли! и это хорошо. — это, — всхлип, — очень странно. — все будет хорошо. пустота, не значит плохо. — прости-прости-прости меня. — не за что. это ты меня прости. я заставил тебя мучаться и столько пролить своих слез. ведь ты этого не заслужил. такой бледный, такой теплый. они оба бы простояли так целую вечность. почему юлик плачет? теперь должно быть легко. ведь сейчас ничего не давит. ни цветы, ни кровь, ни руслан. — руслан? мне пора идти. — пока. они нехотя расцепляются и отдаляются. кажется, навсегда. — пока. – говорит юлик, начиная пятиться назад. — прости меня. — и ты меня. — мы будем видеться и общаться? — не знаю. прости. нет, не будут. и юлик постарается над этим. и юлик будет переживать из-за этого. руслан не отпускает, руслан всё ещё тянет свои руки, которые хватают, душат, заставляют лить слезы, но юлик идёт, пытаясь забыть. смириться нельзя, невозможно. он не думает, не вспоминает, он плачет. теперь только потому, что не любит руслана. не любит своего мальчика, который дышал бы ему в шею, говорил приятные слова и грел руки в его. ведь ему так же холодно. он такой же. такой же болезненный, весь в крови и одуванчиках, ему тоже больно. а юлик просто парень, который перелюбил. он не врет. он выкручивается. не думает, а только плачет. почему? хорошо ведь. почему плохо от того, что хорошо? потому что нихуя не хорошо. потому что, хорошо — это не плохо. идти сложно. но ещё сложнее не любить человека, которого любишь. но ещё сложнее признаться в собственном проигрыше. он проиграл. кто выиграл? никто. все проиграли, всем теперь не легко. это все одуванчики, это все весна. это все руслан, это все юлик. любит-не любит. нельзя забыть. нельзя смириться. можно только рыдать, но очень-очень-очень тихо. тебя не слышно. тебя никто не услышит. смирись. любимый цветок руслана – одуванчик. а юлика — руслан. уже не страшно. уже не больно. просто пусто. пус-то-та. — юлик? как все прошло? почему твои гла... никак. ничего нет. — он сказал нет? это я сказал нет. — почему ты молчишь? потому что нет голоса. потому что внутри пусто. парень подбегает к даше, зарывается в ее волосы. кричит-кричит-кричит. это плохо. плохо-плохо-плохо. — почему? чт... — ничего нет! все пусто! голос сорван, внутри сломлен, но не больно. ему вырезали чувства. все прошло под наркозом. его наркоз — руслан. — не кричи, милый... — я его не люблю! не люблю-не люблю-не люблю! внутри даши тоже все падает, разбиваясь об остатки надежды. самой, как казалось, крепкой надежды. — что ты такое говоришь?.. она не верит. она любит и все ещё надеется. — все пусто. — я пришел. — что-то случилось? руслан? кто этот парень? кто этот парень? это самый прекрасный парень. — знакомый... — почему он кричал? просто он запутался и испугался. — не знаю, правда. не знаю. — все хорошо? — да-да. — вечер в силе? — да. нет-нет-нет. это вечер слишком пустой. юлик слишком пустой. мир слишком пустой-пустой-пустой. — ты уверен? даша смотрит в глаза, она ждёт отрицательного ответа. — да. сердца ёкает, ком обиды подходит к горлу. — почему так? — мне бы кто объяснил. — но одуванчиков и крови больше нет. — потому что меня отпустило. я его больше не люблю. на щеках давно нет слез. кажется, это новая жизнь. — все с чистого листа? — задаёт вопрос блондинка. — точно. заново. и правда. нет никого руслана, никаких одуванчиков и крови. нет обиды, слез, тяжести, кома, любви, сворочивающей все тело. есть только желание поскорее начать. начать жить по-другому. заново. — жень. знакомься, мой сын – руслан. — приятно познакомиться, очень много слышал. — взаимно. женя похож на хорошего человека. руслан обязательно постарается найти с ним общий язык. обязательно сделает так, как не делал никогда. потому что он научился кое-чему важному. или его научил он? имя того, кого никогда не забудет. теплый отпечаток на сердце от теплого мальчика. — попьем чай? — онешко, ты уже третий чай просишь. тебе недостаточно? — а чем заниматься ещё? мне легко. мучаться надоело. поэтому идём пить чай. — убедил. евгений рассказывает истории о службе на корабле, которые они с матерью внимательно слушают. руслан редко что-либо комментирует, поэтому просто слушает. кажется, это счастье. вот она – новая жизнь с новым счастьем. юлик зовёт мать за стол, наливает ей кружку малинового чая. шмыгая носом, он рассказывает о школе и даше. мать его даже хвалит. даже допивает чай. даже треплет его по волосам и идёт спать. наверное, так и выглядит другая жизнь с совершенно другими людьми. они помогли друг другу, научив жить. жить так, как никогда даже не пытались. если вам выпадает шанс, берите. даже не задумывайтесь. если что-то важное, как вам казалось, не случилось, значит, вам это не нужно. берите от жизни все, что предлагают. рано или поздно, вам это понадобится. в эти секунды настоящего счастья юлик и руслан понимают смысл всех слов, что им сказали. всех действий и мыслей. руслан, в чем смысл жизни? одни меняют других. учат, разучивают и ставят в нужное русло. не важно, плохое или хорошее. это твой путь, это твоя жизнь. юлик? ты любишь руслана? он любит новую жизнь, в которой руслану быть не обязательно. только сейчас юлик понимает, что без руслана этого всего бы не было. одуванчиков, крови, берега, речки, порезов, шуток, объяснений, неловкостей, сигарет, любви-любви-любви, боли, плохого, хорошего, холодной зимы, бесконечного стука сердца, мамы, даши и счастья-счастья-счастья. руслан понимает, что все сделал верно. любимый цветок руслана – одуванчик. а юлика – руслан.