Вспышка

      — Обито еще нужно еще немного поучиться и тогда, наконец, смогу спокойно передать должность Хокаге ему, — приятным, спокойным и мягким голосом произнес Минато, допивая свой кофе. Кушина же неодобрительно посмотрела на чашку, поджимая губы, но промолчала — только этот напиток мог не дать уснуть мужу вечером, а позволить немного времени провести с семьей.       — Значит, он точно станет вашим приемником, сенсей? — принимая из рук Наруто чашку чая, спросил Какаши.       — Да, сейчас он один из сильнейших среди шиноби и из Учиха в частности. Его камуи невероятен, да и способности во много раз усилились, особенно в последнее время. Осталось только добавить ему усидчивости и убрать желание лезть вперед сломя голову, и все будет отлично, — улыбнулся Намиказе.       — В последнее время? — повторил Хатаке нахмурившись. Он явно что-то упустил.       — Да, Рин ведь беременна, — кивнул Минато. — Уже почти середина срока. Ты разве не знал? Обито носится с ней, как курица-наседка.       — Совсем как ты со мной, — вклинилась Кушина. — Какаши не мог знать о беременности Рин только потому, что когда они об этом рассказывали, он был на миссии, забыл?       — О, правда? — Минато смущенно потер затылок, неловко улыбаясь.       Хатаке просто кивнул, принимая это к сведению. Надо же, Рин беременна. То есть, его миссия это вполне важная причина, почему он не узнал об этом раньше, но ведь позже они с Обито виделись, а ему так и не сказали ничего.       — Ты уж прости, что такое спрашиваю, но тебе ведь тоже сейчас кто-то нравится, верно, Какаши? — Кушина заинтересованно подалась вперед, наваливаясь на стол едва ли не всем корпусом и отчаянно стараясь не засыпать Хатаке вопросами.       — Ч-что? — от неожиданности он не знал, что сказать. Нравится? Нет, не правда! Это было куда сильнее, чем простая симпатия, во много, много раз сильнее. Он был…       Черт возьми, он в нее не влюблен и точка!       — Можешь даже не отнекиваться, тебя выдают глаза, — тепло улыбнулась Кушина, грея руки о чашку чая.       — Я не уверен, — уклончиво ответил Какаши, отводя взгляд уже, наверное, в сотый раз за этот вечер.       — Мам, пап, ребята звали на прогулку, так что я ушла! Вернусь ближе к полуночи — Сай обещал салюты, — Наруто возникла в дверном проеме неожиданно и даже слишком вовремя, переманивая на себя все внимание родителей.       — И кто будет? — Минато хоть и говорил спокойно, но в голосе чувствовалось напряжение.       — Почти все наши. Только Ино-Шика-Чо на миссии, так что без них на этот раз, — пожала плечами Наруто и махнула рукой на прощание. — Я ушла!       Минута тишины закончилась, как только громыхнула входная дверь, а сквозь приоткрытое окно раздался негромкий напев девушки. Интересно, с каких пор она еще и поет? Хоть и немного фальшиво.       — Тебе стоит поменьше о ней переживать, — успокаивающе погладив мужа по плечу, произнесла Кушина. — Наруто точно может за себя постоять. Она куда сильнее, чем ты думаешь.       — Знаю, но все же…       — Простите, я не уверен, можно ли об этом спросить, но все же… Почему от Наруто иногда исходит чакра Девятихвостого?       Это волновало его с того самого дня, как он ощутил ее. Настолько, что он перебил на полуслове своего же сэнсея. С того момента, как в кабинете Ибики она оглушила их с Морино этой смертоносной Ки.       Минато и Кушина переглянулись. Так, как это делали только пары, которые давно знали друг друга, где доверяют и знают даже самые страшные секреты. Так, как никогда и ни с кем не переглядывался Какаши. И это значило только одно — тогда ему это не показалось. Наруто действительно каким-то образом обладала силой Кьюби. Вот только джинчуурики ведь была ее мать, так каким же образом?..       — Этого не знает никто, Какаши, — начала Кушина, расправляя плечи. — Даже Хирузен. Поэтому никому ни слова, договорились?       Какаши молча кивнул, готовый выслушать эту историю.       — Наруто — джинчуурики Кьюби, — негромко произнес Минато. — И прежде, чем ты спросишь, скажу, что Кушина тоже его джинчуурики.       — Но… — это же было не возможно. Нереально. В мире не может быть два Девятихвостых.       — После того, как во время родов печать не выдержала и биджу вырвался из меня, я ослабла. Настолько, что не смогла бы вновь удержать всю его мощь в своем теле. И тогда Минато разделил Кьюби — часть его силы были вновь запечатаны во мне, а часть в Наруто. Вот и весь секрет. Теперь в Конохе два джинчуурики, — твёрдо произнесла Узумаки, серьезно глядя в глаза среброволосого шиноби. — Никто в деревне на самом деле не знает, что биджу разделён на две половины и запечатан в нас двоих. Разница лишь в том, что Наруто со своим демоном дружит.       — Что значит «дружит»? — ничего не понимая переспросил Какаши, с трудом улавливая смысл услышанного.       — Официально Наруто обучалась в Кумо полгода, чтобы освоить техники воды, все же из-за Кушины это ее вторая стихия, — несколько уставшим голосом ответил Минато, запустив пятерню в и без того растрепанные волосы. — Но на деле она училась контролировать силу Кьюби.       — Значит, у нас никто не в курсе, что Нару джинчуурики, а Стране Молний об этом известно? — возмущённо воскликнул Хатаке.       — Там об этом знают только два человека — Югито Нии и Киллер Би. Вообще-то, именно Югито и предложила обучить Наруто, — как-то неловко усмехнулась Кушина и прежде, чем Какаши задал следующий вопрос, продолжила. — Наруто действительно изначально отправлялась в Кумокагуре с целью улучшения навыков контроля воды, с Мизукаге мы так и не смогли договориться. Это своего рода был договор о мире между Конохой, Узушио и Кумо — они нам несколько новых техник, а мы им печати.       — Вот только Наруто так заговорила всем зубы, что Югито раскрыла секрет Деревни Скрытого Облака — они умеют контролировать биджу, — перехватил нить повествования Хокаге. — Би ощутил в Наруто чакру хвостатого, Югито предложила обучение взамен на ещё пару техник, и в результате теперь наша дочь прекрасно владеет силой Кьюби.       — То есть… — Какаши пытался осмыслить все услышанное.       Наруто — джинчуурики, которая умеет использовать силу Лиса и контролировать его. Она владеет техниками ветра и воды. Великолепный мастер печатей. А это значит…       — Она теперь сильнейшее оружие Конохи? — недоверчиво произнёс Какаши, пытаясь принять эту мысль.       — Боюсь, что да. И не только Конохи — всей Страны Огня, — грустно ответила Кушина, поморщившись при слове «оружие». — Она всегда стремилась стать сильной, чтобы в будущем занять должность Хокаге, сам ведь знаешь. И теперь ей это удалось.       Какаши пытался переварить услышанное. Этого просто не могло быть. Это не могло быть правдой. Не Наруто, не та хрупкая девчонка, которую нужно было постоянно вытаскивать из неприятностей, потому что ее пятая точка никогда не могла усидеть на одном месте дольше пары минут. Не та, кто в своё время даже простого иллюзорного клона создать не могла. Не та, кто вместо насилия будет применять слова. Разве такой человек может обладать столь большим могуществом?       И не только Наруто.       Его команда, его ученики стали сильнейшими в деревне. Сакура, которая после экзамена на чуунина, вытребовала себе должность ученицы Цунаде, теперь могла крошить камни голыми руками. Саске, которого заметил Орочимару, и теперь обучал без устали вот уже больше четырёх лет, а клан Учиха дополнял и усиливал способности его шарингана… Эта парочка стали монстрами среди своих сверстников, а тут ещё и Наруто…       Что он такого сделал в своей жизни, что его ученики во много раз превзошли не только его, как своего учителя, но и всех, кто вообще с ними занимался? Как такое вообще было возможно?       Какаши подавил тяжелый вздох. Вокруг него было так много выдающихся людей, по сравнению с которыми он сейчас начинал чувствовать себя полным ничтожеством. Ничтожеством, который засматривается на свою названную сестру.       Так и не поднимая взгляд, твердо уверенный в том, что в таком случае родители Наруто сразу все поймут, Какаши едва подавил тяжелый вздох. Ему срочно нужно найти себе женщину. Его возраста, а не кого-то, кто был бы младше его на больше десяти лет. А может, именно потому, что Нару младше, он и заметил ее? Старый извращенец.       Ему однозначно нужно поменьше читать Ича-Ича, потому что ничем хорошим это не закончится.       — Давайте отвлечемся от рассуждений о том, что наша Наруто теперь такая сильная, — хлопнула в ладоши Кушина, не давая Хатаке размышлять над его новой проблемой. — Итак, Какаши, тебе кто-то все же нравится?       А он то надеялся, что химе Узумаки забыла об этом! Видимо, не в этой жизни.       — Нет, я еще никого не встретил, — покачал головой Какаши, искренне надеясь, что такого ответа будет достаточно.       — Ой, да брось, я знаю тебя даже дольше, чем свою дочь! — махнула рукой Кушина, вновь подаваясь вперед, будто желая вытребовать все ответы. И если понадобится — силой.       — Я не уверен, что мне кто-то действительно может нравиться, — в итоге произнес Хатаке. От аловолосой бестии никогда нельзя было избавиться так просто, так что лучшим решением было отвечать на ее вопросы. Уклончиво, обходя скользкие темы, кто именно привлекает его внимание, но отвечать.       — Почему? — Кушина была так удивлена, что вновь переглянулась с Минато, неосознанно мучая этим сребровласого. Это их понимание на каком-то высшем, нереальном уровне, резало по живому.       — Вряд ли это возможно в моем возрасте, — полуправдой ответил Какаши, глядя в чашку с чаем. Он невесомо провёл пальцами там, где касалась фарфора рука Наруто, и мысленно дал себе оплеуху — он становится каким-то помешанным.       Кушина совершенно внезапно и абсолютно неженственно фыркнула, демонстрируя свое отношение к столь странному аргументу. Ками, это был самый странный довод, который она когда-либо слышала, но, судя по всему, Какаши искренне в него верил. Конечно, наверняка истинный повод был абсолютно другим. Это могло быть что угодно, но точно не то, что он стар для любви. Это ведь даже звучало как бред.       — Брось, Какаши, — весело рассмеялся Минато, — влюбиться в любом возрасте никогда не поздно. Джирайя вон влюбляется едва ли не каждый месяц в кого-то нового, а он старше тебя в два раза!       — Может, это она младше? — неожиданно спросила Кушина, мягко, по-матерински улыбаясь и прекратив давить на сидящего перед ней мужчину.       Чаем Какаши благополучно подавился. Он ведь ничего не сказал, даже намёка не подал, что Наруто его привлекает, но она…       Так, стоп! Хатаке мысленно перевёл дыхание. Никто не говорил о Наруто, Кушина только предположила, что девушка, небезразличная ему, младше. Она ни слова не сказала о том, что это ее дочь. И он никак не давал им заподозрить это. Вот только паника все равно проскользнула в сердце, а разум теперь подкидывал все больше и больше вариантов того, как отреагируют сенсей с супругой на то, что его тянет к их дочери.       — О, так значит, младше! — почему-то восторженно приняла эту новость Кушина, ерзая на месте от нетерпения и цепким взглядом сопровождая каждое движение Какаши. — Что ж, тогда понимаю, почему ты так напряжён. Но все равно не вижу в этом проблемы.       Какаши поднял недоуменный взгляд на Кушину, которая казалась сейчас такой искренне верящей в то, что говорила, что Хатаке даже растерялся на мгновение. Вот только совесть, никогда не спящая в нем, в очередной раз решила показаться, снова приливной волной накрыв мужчину осознанием, что его тянет как магнитом к дочери людей, напротив которых он сейчас сидел.       — В этом… нет… проблемы? — с трудом прохрипел Какаши, ставя так и не выпитую чашку чая на стол.       — Во всяком случае я не вижу, — пожала плечами Кушина и пристроилась под боком мужа.       Какаши правда не хотел, но воображение явно было против. И именно поэтому подсунуло ему картинку того, как он мог бы сидеть вот так вечером с чашкой в руке, а Наруто бы доверчиво прижималась к нему и ластилась.       Он быстро закрыл глаза, стараясь не думать об этом. Псих. Он становился просто ненормальным, и от осознания этого было ещё хуже. В разы хуже. Неужели он становился каким-то помешанным? Одним из тех странных и чекнутых ребят, которые сходят с ума от неразделённых чувств?       И снова досада на самого себя холодным ливнем прошлась по разгоряченному сердцу.       Он ничего не чувствует к Наруто. Да, его тянет к ней, да, она привлекает его, но Ками!.. он не может испытывать к ней никаких глубоких чувств! Потому что не умеет, а она точно заслуживает лучшего.       — Простите, но я, пожалуй, пойду, — поднимаясь на ноги, произнёс Какаши и поклонился. Если он задержится здесь ещё хотя бы на немного, то точно либо выдаст себя, либо… Что ещё он не знал, но был уверен, что ничего хорошего из этого бы не вышло.       — Ох, ну ладно, — с трудночитаемой интонацией произнес Минато поднимаясь с дивана вслед за учеником. — Был рад увидеть тебя не только по долгу службы. Заходи вот так вечерами.       Какаши снова поклонился и медленно, пока его не начали уговаривать, чтобы он остался, но при этом не торопясь, чтобы это не выглядело странно, направился на выход. И уже стоя в дверях услышал на удивление серьезный и уверенный голос Кушины:       — Не стоит бояться своих чувств. И того, что она младше. Уверена, она полюбит тебя так же, как и ты ее.       Хатаке рассеянно кивнул и, не оборачиваясь, покинул дом. Ему срочно нужно проветриться.       Ноги сами занесли его на один из тех кто холмов, на которых обычно встречались подростки и молодёжь, и где когда-то сидел с друзьями и он. Компания Наруто (какая ирония! Он хотел избежать с ней встречи, но не вышло) нетерпеливо ожидала, когда же Сай закончит смешивать краски и начнёт запускать в небо разноцветные фейерверки. Хатаке они не видели — плотно стоящие деревья надежно прятали его от их взглядов, а чакра была скрыта уже автоматически.       — Эй, слушай, я все хотела у тебя спросить, — Какаши вздрогнул, услышав голос Сакуры так близко. Девушка сидела в обнимку с Саске и сверлила взглядом Наруто, которая подкидывала ветки в небольшой костёр.       — М? — задумчиво протянула Намиказе-Узумаки.       — Ты правда никогда не видела лица Какаши-сенсея?       Наруто замялась. Он видел, как она недовольно поджала губы, а потом обреченно вздохнула, словно хотела в чём-то сознаться.       — Вообще-то когда-то видела, но совсем не помню, — сокрушенно покачала головой джинчуурики. — Мне было семь, мы собирались в академию, а Какаши должен был меня отвести, потому что папа уже давно был на работе, а маму вызвали встречать делегацию из Узушио. В какой-то момент я просто разозлилась, что родителей нет и сорвалась на нии-сана. И пока злилась и била его, а он никак не реагировал, я случайно стянула с него маску. И была в таком шоке, что ничего не запомнила.       Последнее Наруто буркнула с такой обидой и злостью, что остальные члены команды рассмеялись. Какаши невольно улыбнулся. Он помнил тот день, когда она действительно разбушевалась, швыряла игрушки по всей комнате, а потом принялась молотить его по груди своими маленькими кулачками. И в какой-то момент действительно сняла с него маску. Вот только шок у неё точно прошёл быстро, потому что уже через секунду, когда Хатаке ещё не успел очнуться, она восторженно прошептала:       — Вау…       Именно этот короткий возглас и вывел его из задумчивости и заставил быстро натянуть маску обратно на лицо.       Он уже хотел уходить, чтобы не портить веселье ребятам, как вопрос Саске заставил его застыть и напрячься всем телом.       — А мне вот ещё что интересно. Ты была в Кумо и Узушио, но так и не нашла себе парня?       — Нуу, нет, не нашла, — отчего-то покраснев, протянула Наруто.       — Но кто-то тебе все же нравится? — хитрый голос Харуно пригвоздил Какаши к месту.       — Да, — покраснев ещё больше, кивнула Наруто и смущённо улыбнулась. — Не смейтесь! Даже такие как я в итоге влюбляются!       — Так этот кто-то не просто тебе нравится, ты его любишь?! — восторженный возглас Сакуры разнесся по всей их компании, притягивая заинтересованные взгляды и шепотки.       — Ой, да ладно! Я, конечно, не эталон женственности, но все же девушка, и это вполне нормально, что я все же влюбилась! — неловко рассмеялась Узумаки, рассеянно дёргая себя за хвостики.       Дальше Какаши не стал слушать. Сердце ухнуло куда-то вниз и не желало возвращаться обратно. Вместо этого жгучая волна ненависти поднялась из самых глубин сердца и грозила вот-вот прорваться наружу.       Кто?       В кого влюблена Наруто?       Ревность, которую Какаши никогда прежде не испытывал, давила и требовала выхода, чтобы мужчина мог немедленно узнать имя того, кто дорог Наруто. Чтобы найти и уничтожить, доказать, что он — не достоин, или же наоборот — убедиться, что только тот парень и может быть с Намиказе-Узумаки. Но вместо того, чтобы все выпытать здесь и сейчас, Хатаке заставил себя бесшумно скрыться с места, где он стал невольным свидетелем подростковых откровений.       И лишь одна мысль отчётливо билась в его голове.       Кажется, он все же любит Наруто.