Да иди ты к черту!

Вечер следующего дня. Я стоял на кухне и резал овощи. Жрать хотелось невыносимо, я уж не говорю про то, что бы «кушать». Шеннон сидел рядом, попивая свой кофе и увлекаясь просмотром очередного малоизвестного старого фильма. Он любил открывать для себя что-то новое в этом плане, а новые,современные фильмы он не особо жаловал,говорил: "смысла в них нет". Вечер был спокойный и умиротворенный, дело катилось к закату и кухню заполняли розоватые лучики. Настроение было хорошее, и ничего не предвещало беды. Но с выводом я, конечно, поторопился. Через какое-то время,мы услышали скрежет ключа в замочной скважине. Сразу было понятно, что что-то произошло: всегда, когда сестра заходила в дом, она громко здоровалась или звала, проверяя, кто дома имеется. Сейчас молчит. Слыша знакомую легкую поступь, Ше прокричал ей, но девушка бросила сумку рядом с лестницей и поднялась наверх. Ее лица мы не видели, только спину. Шаги с каждой секундой становились тише, хлопнула дверь и что-то или кто-то грохнулся наверху. - Как ты думаешь, что-то случилось? – тихо спросил у меня брат, выключая телевизор. Я лишь неопределенно пожал плечами. – Пойду проверю. - Ты не думаешь, что стоит подождать немного? – прошептал я. Пусть стены у нас толстые, но всем известно, как люди не любят разговоры за спиной. Может Шеннон меня не услышал, а может, решил пренебречь моими словами, но он решительно направился наверх, громко поднимаясь по лестнице. Я сел за стол и прислушался. Не разобрав, что сказал ей Ше, предварительно постучав в дверь, до ушей донеслось скомканное хриплое ругательство и звук битого стекла. - В чем дело? – спросил я, как брат обратно пришел на кухню. С неопределенным лицом он вытаскивал осколки стекла из плеча, морщась и заливая белый ковер маленькими капельками крови. Вздохнув, я прошел в ванную для гостей, достал из верхнего шкафчика вату и сел напротив. - Ну, так в чем дело? - Сидит, плачет, рожа красная. В ответ на все мои попытки поинтересоваться, что случилось – швырнула вазу, чтобы не приставал. Хорошо, что в стену попала. - Стоп. Какую вазу? - Нет бы за брата побеспокоиться, - обижено пробурчал пострадавший и повысил голос, - Фиолетовая такая, прозрачная, которую нам несколько лет назад тетушка Роза на новоселье дарила. - Фу, - я скорчился, - никогда не любил эту вазу. И эту тетушку. Особенно,после ее маразма. - А в чем дело? – поинтересовался он, прикладывая к ранкам мокрую вату. - Ты не помнишь? Она с двухтысячного меня Гари называет. «Как ты мог так подорваться, ты же был хорошим актером, зачем тебе нужны эти наркотики…» - передразнил я ее, - «Констанс, посмотри, до чего докатился твой сын… бла-бла-бла». Мне кажется, она до сих пор думает, что я последний наркоман и кроме этого ничем не промышляю. Она еще очень удивилась, почему это у меня две руки, - хмыкнул я. - Если она еще жива, конечно. Ей сто лет в обед. - Ну,да, - равнодушно ответил я, - с истеричкой что делать будем? Шеннон посмотрел на меня испытывающим взглядом. До меня долго не могло дойти, что же он мне хочет сказать, пока он не показал глазами в потолок. - Что?! – громко воскликнул я, поняв, о чем идет речь. - Я туда не пойду. Не заставишь. Если она тебя послала, мне она все глаза раздерет. И не только глаза. Из окна вообще выкинет! - Палку не перегибай. - В ванной утопит, - я поднялся с места и попятился к выходу, - Снимет скальп и в него обернется, - Я залез на первую ступеньку, увидев сердитого,приближающегося брата, - ногу отрубит, череп проломит… - я не заметил, как Ше загнал меня на второй этаж и подтолкнул к ее комнате. Я ввалился туда с размаху и грохнулся на пол, как бомж какой-то. - Привет, - пробурчал я, поднявшись, ринулся к двери, но она уже была заперта снаружи. - Поговори! – крикнул Лето старший. - Отстаньте от меня. Пожалуйста. – прохрипела Фрэнсис и уткнулась лицом в подушку. «Шеннон все равно дверь не откроет» - с досадой подумал я и аккуратно сел на краешек кровати. - Может,расскажешь, что случилось? - Ты действительно хочешь знать? – сердито проворчала она. - Ну… да. - Лжешь, как дышишь. – в этот момент мой желудок провыл партию кита, и она удивленно подняла голову. Выглядела девушка, мягко сказать, неважно. - Этот придурок за стеной не выпустит меня, пока ты все не расскажешь. Выбор за тобой, - я скрестил руки на груди и окинул оценивающим взглядом. - Передай ему, что я говорить ничего не буду. А ты можешь прыгнуть из окна, жив останешься, здесь недалеко. - она повернулась ко мне спиной. Я вздохнул и лег на кровать. - Ты знаешь, что ведешь себя сейчас,как маленький ребенок? - Мне все равно. Я имею право вести себя так. Ты пока не запретил, - съязвила она. Это утомляло. А я все так же сильно хотел есть. Подумал, что какое-то время смогу питаться цветами, что стоят на подоконнике. Они, конечно, невкусные, но что поделать? Или попрошу, чтобы Кассандра привозила бы мне сэндвичи или салатики. А там сбегу как-нибудь. Идеально. - Что произошло? –чуть бодрее спросил я. Сдаваться так просто мы не собираемся. Она медлила. Повернулась и снова уткнулась лицом в подушку. - Из-за твоей выходки меня уволили, - я еле-еле расслышал слова девушки, но они поразили меня. Уволили?! Просто так? - Ты пыталась объяснить что-нибудь? – притихшим голосом спросил я. - Стали бы они меня слушать. Они не знают, чья я сестра. Наверно подумали бы, что это сделал маленький ребенок. Или что это плохо придуманная отговорка. Я думаю, второе более правдоподобно звучит. Там есть много людей, которые давно мечтали о моем увольнении. - Никто не знает, кто твои братья? – тихо спросил я. Почему-то я этому не удивлялся, но внутри кипело что-то неприятное. - Нет. Кое-кто шутил, будто бы мы с тобой похожи, да и фамилию мама мне оставила вашего отца. Но нет, никто даже не догадывается. И я не хочу. Я хочу добиться того, что смогу сама, а не за счет известности братьев. Я не хочу, чтобы за меня кто-то заступался. Я замолчал. Фрэнсис никогда не говорила нам об этом. Может, боялась задеть, может, стыдилась нас? Зачем она это рассказала? Теперь эти слова будут настырно вертеться в моей голове. Несмотря на это, я понимал, что она открыла что-то вроде «своей тайны». И это было для меня плохим предзнаменованием. Человек открывается, когда по-настоящему доверяет другому человеку. Она доверяет мне? Правда? Смешно, честное слово. Я ведь могу использовать это против нее. Голову посетила идея, и я хитро улыбнулся. Я знаю, как все исправить, и сделать так, чтобы она продолжала меня ненавидеть. - Голодна? – спросил я у девушки, а мой желудок сделал сальто-мортале и пробурчал так, что аж уши заложило. - Не совсем…но ты больше не выдержишь, - она усмехнулась и ушла в ванную, умылась и начала долбить в дверь, пока я продолжал сидеть на кровати и наблюдать за ее действиями. Так странно, но за такое короткое время она, кажется, совсем привыкла к этому дому. Я сам к нему привыкал пару месяцев и поэтому меня это удивляло. – Шеннон, все в порядке. Открой дверь! Шеннон! Молчание в ответ. Я начал стучать сильнее, ногами, руками, вдвоем – бесполезно. Чертыхаясь, открыл нараспашку окно и как-то умудрился выглянуть, вывесив половину своей тушки. Машины не было! - Он уехал! Этот… - у меня не было приличных слов, чтоб описать, кем я его считал в тот момент, - Он просто взял и уехал! Я… да я просто в шоке! Чтоб... Чтоб его… - возмущение перехлестнуло через край, я даже предложение закончить не мог. Сестра метнулась к окну, высунулась похлеще меня и с огромными глазами вернулась обратно. - Я… я поверить не могу. Я не знаю, сколько было времени на часах, когда я проснулся от сквозняка, скользящего по моей спине, но на улице было темным-темно. С трудом подняв отяжелевшую голову, я осмотрелся. Фрэнсис сжалась в комочек и уснула на кресле-мешке. Если честно, сколько бы раз не пытался вспомнить, откуда оно у нас, так и не смог. Скорее всего, Шеннон приволок, когда я уезжал куда-нибудь. Он мечтал о таком кресле с детства. А я развалился на кровати в позе звезды. Мда, наверное, веселое зрелище. Дверь была чуть приоткрыта, я тихонько сполз с постели и заковылял в сторону двери. С кухни пахло тушеными овощами, и мой живот свернуло от такого запаха. Остановившись около двери, я взглянул на сестру. Ее, конечно, и танк под окном не разбудит, но… Зачем-то я схватил с кровати одеяло и накрыл ее голые ноги. Спустившись на кухню, я подумал, что слишком устал, но своровав из сковородки тарелку овощей, больше не смог уснуть той ночью. _______________________________________________________________ Ребят, я хотела бы извиниться и есть за что. Первое - за то, что я так долго не выкладывала проду, хотя она была готова уже на следующий день. Ну, практически. Я сама не знаю почему, так вышло. Второе - моя дорогая бета сказала, что я начала писать намного хуже. Мне противно от самой себя. Надеюсь в скором времени исправиться. Я не хочу разочаровывать читателей. Не хочу, чтобы Вы подумали, будто кроме этого я ничего не представляю. Как не посмотришь - один бред. Пусть то, что было до этого писалось достаточно тяжело, но это было действительно приятно для меня. А здесь... Надеюсь, скоро станет по-другому. Люблю Вас. xo