Огонь на двоих

«Привет, мой милый Аанг! Легко сказать: «Я отдам за тебя жизнь!» Труднее исполнить. И мы рисковали ради друг друга не раз. Но, выходит куда сложнее, вместо подвига, ежедневно делать простые вещи — сдерживать своё раздражение, не обижаться, прощать… Ты обижен? Я пишу тебе уже которое письмо и не получаю ответа. Знай, что больше писать не буду. Решай сам — когда… и хочешь ли вообще ко мне вернуться. Сначала ты хотел «немного остыть и дать нашим чувствам передышку», а потом, когда мы уже собрались с братом в дорогу, все обсудили и приготовили, позвал снова с собой. Стихия перемен! Ну, ты же знаешь как я скучала по дому… Конечно, я выбрала встречу с Родиной. Признаюсь, заметила обиду в твоих глазах. Но вспомни, ты сам дал тот условный знак. Я на Южном Полюсе, жду тебя, как и договаривались в ту самую ночь, что нам не забыть уже никогда. Может тебя, испугало мое поведение в Суперлуние? Но ты, же знаешь: я тогда была сама не своя. Ты прости. Не буду больше принуждать к соитию. Сам решай, когда будешь готов к большей близости. Но знай… Я хочу мужчину, а не мальчика. Такого, чтобы «Я за неё любого порву». Чтобы со спиной, той, которая «каменная» и решениями взвешенными. Чтобы если говорит, то по делу и правильно. Чтобы слушать умел и с легкостью выносил все мои разговоры «о возвышенном». Чтобы рот мне прикрывал лишь одним взглядом. Чтобы цветы мне дарил без повода. Когда домой приходил, то целовал, прижимая обеими руками мою голову. Чтобы чай мне делал обязательно с молоком и солью по своему рецепту — мне понравилось, не помню как название, у Кочевников слишком сложный диалект для меня. Чтобы ревновал, но слегка. Без фанатизма. Чтобы ценил и оберегал. Чтобы называл «Моя милая» и «Моя конфетка». Чтобы проблемы мои делил, а не создавал новые. А еще обязательно детей любил и хотел семью. Я вроде бы и не многого прошу, просто, чтобы был моим до кончиков пальцев. Чтобы, может, не самым идеальным был Аватаром, но мелькал в моих мыслях с завидным постоянством. Чтобы хотелось стирать тебе носки и стоять у костра часами, готовя овощной бульон. А потом умиляться, сидя напротив за столом, теребя волосы руками, и смотреть как ты, мой любимый мужчина с охотой уплетаешь ужин за обе щеки. Родить тебе сына и дочку. Я приму в свою жизнь мужчину, а не мальчика. Взрослей там поскорее… /// твоя Катара»       Азула дочитала и смяла очередное письмо. «Аанг никогда не получит его. Вот и хорошо, что последнее! Меньше работы с проверкой почты. Хотя с этой Мерзкой Дурой лучше держать ухо востро. Так просто от него не отстанет!»       Азула выпустила нагретый воздух из ноздрей. Ночь была довольно прохладной для Страны Огня. А после долгого пребывания в подземных переходах столицы хотелось согреться. Аанг был прав, шелка Страны Огня скорее охлаждали тело, чем грели. Но им было достаточно этого в жарком климате, в отличии от Кочевников обитавших среди продуваемых всеми ветрами гор.        Она зажала бумажный лист меж пальцев и любовалась, как огонь пожирает корявые строчки этой деревенщины. «Не буду больше принуждать к соитию…» — повторила Азула строки из письма. И усмехнулась, сделав вывод: — Принуждала, значит?! А он сопротивлялся? Вот ведь какой! Так Аанг реально девственник? Строчки сгорали в огне. Она облизнулась, оскалив небольшие клычки. — «Сам решай, когда будешь готов к большей близости…» — повторила она следующую строку. — Больше трех лет потратили впустую?! Вот я такого не допущу. Ты не получишь его, Дурёха! Даже если вернется, то не мальчиком точно! Как тебе такая маленькая месть?!       Азула оскалилась в ухмылке. Поднялась и направилась к апартаментам Аватара. Она должна пойти туда, не дожидаясь следующей ночи. Не давая жертве время на раздумья. Пусть не выспалась. Пусть ничего не ела. Да и мутило что-то, если честно, бесконечно подступала тошнота. — Гадские несносные кухарки! — она выругалась почти шепотом, но гулкое эхо подземных лабиринтов подхватило её реплику. Она постаралась вести себя тише, но внутренне возмущалась: «Наверняка всё из-за их неумения, совсем от рук отбились, готовят мерзко, в рот не возьмешь, хотя вот, когда прочитала про какой-то фирменный рецепт чая с молоком и солью — вдруг его захотелось». Азула остановилась, раздумывая не заглянуть ли на кухню по пути. В желудке заурчало. Может хоть лимонное пироженное или мясной рулетик? Или всё сразу? Трапезничать по ночам — такого с ней раньше не было. Просто и режимом таким не жила. Нервно потерла поясницу, мысленно добавив: «Ещё и эта тянущая боль в спине! Чувствую себя просто отвратительно неповоротливой!»       Она оглянулась и отпятила ягодицы. К своему неудовольствию заметила, что пышнее стала не только грудь. «Может он такие и любит? Точно одно — у худышки Катары таких форм нет. Одно лишь достоинство у дурочки — длинноногая. Не конфетка, а лапша пучеглазая! Шлюшка! Ксо яро!»       Общение с «сестричками» давало свой эффект — её сквернословие возросло в разы. «Да и какая разница, какие у Аанга вкусы, свой инстинкт он уже выказал. Тем более во сне к утру процесс будет природным, он будет в боевой готовности. Аватар глаза не успеет продрать, как окажется оседланным. По доброй воле он и с невестой в интимные отношения не вступает, видите ли!» Такая игра ей по вкусу. Доминировать и подчинять. Но она еще раз прикинула возможные перспективы. Вариант «Брать напором» рискован, но с эффектом неожиданности может сработать. Сейчас на рассвете. Если позже — может ускользнуть. Вариант «Играть» пока откладывается, потому что корзинка осталась в его комнате»       При воспоминаниях о корзинке Азула закусила губу: «О, Агни! Надеюсь, приличный мальчик не опустился до того, чтоб рыться в моей корзине?!»       Обдумывая план действий, она завернула за поворот и была застигнута врасплох стонами и возней в спальне Аватара. «Опоздала!» — пронеслось в голове.       Азула примкнула глазом к щели в потайной двери, затаив дыхание. — Эу… а-а… — доносились из комнаты возгласы Аанга. Он лежал полуголым, распростертым на кровати, семеня розовыми пятками и извиваясь. — Не ори так! Разбудил половину замка! Что обо мне девчата подумают? — возмущалась Тай Ли, сидящая там же на кровати. — И не крутись, а то вот ткну не туда. Обмякнешь как кукла. И буду творить с тобой, что захочу… Азула раскрыла рот в негодовании. У бывшей подруги было явное преимущество. — О Духи, я думал ты сохранишь обещание, данное Аватару: только массаж и не более?! — нотки волнения были и в голосе Аанга. — Ладно, ладно… — самодовольно усмехнулась Тай Ли. — Успокойся. Твоя аура так сияет сейчас, что ты можешь вспыхнуть. А в таком состоянии с тобой никто не совладает. — Да, это правда. Так что поосторожнее… — Охохо! — театрально с горечью вздохнула Тай Ли.       Азула вздохнула с облегчением. — Ты точно Мистер Недотрога… теперь не отвертишься… — хихикнула массажистка. — Эх… Мой зловещий план разрушен в основании этим обещанием… «У Тай Ли был план? И в чем же он состоял?!» — мысленно возмутилась Азула. И ей казалось, что план подруги подозрительно схож с ее собственным. — Эхехех! Теперь я останусь в рядах Киоши навечно, — вздохнула Тай Ли, словно подтверждая подозрения Азулы. Продолжила с укором: — Ты поломал мою судьбу, дрянной мальчишка. — Эй! — возмутился Аанг на эту реплику. Но Тай лишь хихихнула, смяла посильнее его пальцами и продолжила театрально причитать. — А я ведь почти купилась на твою сияющую ауру. Из кучи поклонников выбрала тебя, почти свою копию… Говорят, чем больше похожи, тем крепче союз… — Ай, что? Оу-у… Не, ну поаккуратней можно?! У меня спина слишком чувствительная… — Поворачивайся тогда… — Чтоб разбудить вторую половину замка? И что о тебе девчата подумают? — А ты не подкалывай. Что поделать, не у всех воинов Киоши есть мужчины. Знаешь, как девчонки Суюки ревнуют?! — Не знаю. Но. Ай-я-яй, какие девочки ревнивые у вас! — поддразнил Аанг. — Твое наследие Аватар! Что развели там на острове Киоши, заслуга твоего прошлого… — дала резонный ответ воительница. Азула понимала на что намекает Тай Ли. Аватар Киоши имела роман с женщиной, как и весь отряд потом в целом, копируя своего лидера. — Ты теперь тоже… в их рядах? — спросил Аанг. — Почти, — усмехнулась Тай Ли. — Точнее всегда и была такой. — А как же Сокка? Ты же ему все время глазки строила. Он мне рассказывал. Или вы его всем отрядом обожаете? «Что за заявления?» — мысленно возмутилась Азула, пропуская мимо ушей болтовню про Сокку. — «В смысле и была?» Подобное не укладывалось в ее голове. Азула всегда завидовала популярности подруги среди противоположного пола. И такой поворот показался ей совершенно неожиданным. И как та могла утверждать подобное, приставая даже к Сокке? Неужели Тай реально настолько «всеядна», как и все воительницы отряда Киоши? — Я готова к отношениям и с тобой. Тебя не смущает моя «двойственность»? — Тай взяла руку Аанга и приложила к своему сердцу. — Меня смущает… Что ты, Тай Ли, уже переоделась в свой легкомысленный розовый наряд. Но не твои вкусы. Да, Тай Ли всегда одевалась вызывающе. Слишком короткие шаровары, слишком обнаженный живот, обтягивающий грудь топ. Азула даже помнила его на ощупь. И шелковистость материи и соблазнительную упругость… Пришлось отбросить эти вдруг нахлынувшие ностальгические воспоминания, потому как… — Я так и предполагала, потому с готовностью открылась тебе. Ты такая «душка». Ха-ха. Мягкий… как подушка. Не возражаешь, присяду?! — не дождавшись ответа, сидевшая на краю кровати девица забралась с ногами в постель и уселась прямо на Аанга. Да ещё начала подпрыгивать и размахивать руками, как заправская наездница в цирке. — Оу-у, упругие булки… — Тай Ли, что ты творишь? — вскинулся под ней Аватар. И Азуле хотелось выкрикнуть то же самое. — Просто хотела улучшить кровообращение… — невинно моргая длиннющими пушистыми ресницами заявила Тай Ли. — И массаж так удобнее делать! Аанг с иронией взглянул такими же серыми глазами с длиннющими пушистыми ресницами. Она кокетливо пожала плечами. — Ладно, ладно… признаюсь, булки — это самая выдающаяся часть твоей фигуры. Люблю такие. Не у каждой девчонки знаешь ли есть. У Мэй вот, к примеру, нет. У Азулы самые шикарные… Тай вздохнула, погрустнев на минутку. А потом легкомысленно хохотнула, словно сметая накатившую тень и обсыпая всё вокруг бисеринками своего заливистого хохота. — Ты же сам не захотел прилечь лицом меж моих бедер… — она похлопала себя по ляжкам, на что Аанг невыразительно хмыкнул. — Тут нет массажного стола. А сбоку сидеть неудобно. — Я мог бы сделать массажный стол из камня, если бы ты не приставала с объятиями. — Массаж начинают с головы! — Но не губами же… — заливисто засмеялся Аватар. — А ты не боишься, что если я уткнусь лицом меж твоих чресел, вдруг проснётся во мне мое наследие и явится сама Киоши? Такое бывало со мной. — Ой, ты меня прямо заинтриговал… Всё ценнее, как Спутник Жизни с каждым мигом. — Что ты сказала? — Заинтриговал говорю… — Нет потом… — Ну, бабушка так выражалась. Любимая её поговорка. — А кем была твоя бабушка? — спросил как-то напряженно Аанг. — Циркачкой, знамо дело. В кого бы мы с сёстрами уродились? Знаменитая эквилибристка. — Эквилибристка? — Ну, да… Воздушная Акробатка…. Была гвоздём программы. Дед как увидел, сразу влюбился. Женился, несмотря на разницу в происхождении. Простая циркачка без роду без племени. Выросла в цирке. А он был даже более приближен ко двору, чем мой отец сейчас. Слыл сильным магом Огня. — А ты ведь не маг. — Увы, потом в нашей семье перестали рождаться маги. Отец говорит: «Проклятое семя! Ни одного наследника династии Огня, все девочки как на подбор. На одно лицо. И все в бабушку — все сестры. Тай Лин, Тай Лат, Тай Лао, Тай Лю, Тай Лам, Тай Ву.» — Шесть? — Да. Как чайный сервиз. Аанг рассмеялся. Тай Ли же было не до смеха. — Я седьмая. Всё повторяют друг за другом. Я хотела быть индивидуальностью… — она горько вздохнула. — Эхех. Я убежала из дома и стала циркачкой, как меня и дразнили. — Интересно. Забавный способ. — Но все мои сестры тоже явились в цирк и теперь — «Летающие Тай-сестры». — Ого! У вас прямо цирковая династия. И как к этому относится аристократия? Вы же из высшего круга… — Мои дяди были на службе у правительства. Какой-то важный отряд. Но я их много-много лет не видела. Лишь помню, что и они похожи как двойняшки. — В важный отряд взяли не магов? — Не знаю. Главное, что и от нашей семьи кто-то военные. — Ммм. — А я вот теперь тоже… примкнула к Воинам Киоши. Хоть здесь и носят одинаковую форму и макияж, но снимая одежду и смывая краску — я остаюсь собой. А не сервизной чашкой или «цирковым уродом».       Тай Ли закатила к потолку свои огромные серые глазищи, скривила миловидное личико, поправила густую копну каштановых волос. Азула и не замечала прежде, как много черт отличали её бывшую подругу от черноволосой и янтароглазой нации Огня. «Полукровка?!»       Аанг развернулся со своей невероятной гибкостью, даже учитывая, что девушка продолжала восседать на нём, смерил ее внимательным взглядом. Казалось, что он мыслит подобно Азуле. Но вслух он ничего не произнес. — Ты так смотришь… Мы правда, очень похожи с тобой, — обычно болтливая Тай Ли начала расстягивать слова, словно сама была поглощена какой-то мыслью. — Я бы решила, что ты мой возможный потерянный брат. Аанг изогнул брови, его губы дрогнули в улыбке. Азула едва не рассмеялась глупости своей подруги. — Если бы не знала, что ты на сотню лет старше… — добавила Тай со смехом, видимо и сама припоминая, что по сути Аанг даже из другой эпохи, ведь сто лет провел замороженным в айсберге, пока его не нашли там Сокка с Катарой. Возможно, только этот столетний ледяной плен и спас мальчика от геноцида, постигшего всю его нацию. Её едва начавшийся смешок, тут же стих. — Но может тогда родня?!       На минуту в комнате воцарилось задумчивое молчание. Которое было нарушено чересчур наигранной легкомысленно-веселой репликой Тай Ли. — А ты, правда, можешь как Киоши? Ну, это…меж моих чресел… как ты выразился.       Аанг заметно разрумянился. — Кхм…. — прочистил он горло. — Минуту назад, ты чуть не приписала меня себе в родню… Что же до Киоши… Как ни крути, но у всех Аватаров есть что-то общее. — Правда? Вот девчата в восторге будут! — Ты лучше не рассказывай никому… — его уши покраснели. — А, может, ты мне массажик сделаешь? — Тай навалилась на Аанга, шепча ему в ухо. Но этот шепот был настолько громким, что и Азула могла его различить. — Не прижимайся к спине… Я же просил… — А что с ней? Почему она такая чувствительная? — Ну во-первых — шрам… — Упс… Извини… — Во вторых после тренировок Гиацо… — А кто это? — Мой Учитель! — Какой-то мужик прижимался к тебе? Забавно. Всегда думала, что есть в тебе что-то двойственное… — Нет! Ты неправильно поняла! Я должен чувствовать легчайшие потоки ветра спиной и затылком, чтоб вовремя ускользнуть от атаки сзади. — С молнией Азулы не помогло… — заключила Тай Ли, вздохнув. — Ах! Кстати об Азуле… — Да-да. Я как раз хотел поговорить с тобой на эту непростую тему. Ты ведь дружила с ней с самого детства. Тай Ли кивнула. — Я думаю ты гораздо умнее, чем кажешься. Ваше трио было, действительно, потрясающей командой. И мне нужно подтвердить или опровергнуть некоторые аспекты… Тай Ли расплылась в легкомысленной улыбке, но тут же постаралась натянуть серьёзное лицо. Внимательно уставилась на собеседника. Аанг нахмурился. — Знаешь, я так и не уснул, как ты ушла, много размышлял о ней. Ведь Азула, по сути, ничем не хуже Зуко. Даже напротив полно плюсов. Но та ситуация, что сложилась в её семье, была просто гнетущей. Он вздохнул. Она сложила миниатюрные ладошки в замочек. — Как я понял, жизнь Урсы была паутиной расчетливой лжи и правды, сотканной для защиты жизней тех, о ком она заботилась. Можно сказать, Урсу похитили из её семьи и заставили выйти замуж за Озая против воли… Её роль была сведена к тому, чтобы быть словно просто племенной кобылой для будущих поколений огненных лордов геноцида. Тай Ли прикусила губу. Аанг продолжил. — Для Озая Урса — это скорее собственность, чем партнёр или человек. Он превратил её в Дворцовую Узницу, полностью изолировав от родителей, запрещая ей когда-либо говорить о своём родном городе, и даже попытался устроить убийство её бывшего жениха просто назло ей. Тай Ли ойкнула и кивнула. — Таких подробностей даже я не знала. В детстве не сильно обращаешь на такое внимание. Но если вспомнить и поразмыслить — всё сходится. — Чтобы привести в порядок мир, мы должны прежде всего привести в порядок нацию; чтобы привести в порядок нацию, мы должны прежде всего привести в порядок семью; чтобы привести в порядок семью; мы должны прежде всего развивать нашу личную жизнь; мы должны прежде всего привести в порядок наши сердца! — назидательно продолжил Аанг, как истинный гуру. Тай Ли согласилась. Аанг покачал головой. — Зуко же поместил свою сестру в психлечебницу, заключил в тюрьму своего отца. Эти запутанные отношения родителей. Дележка детей. Использование их для своих разборок. Я не знаю, как должно быть в семье. Я вырос в Храме. Но чувствую, что такого быть не должно. — Да, не должно. — В семье Катары точно такого нет. Даже у Тоф. — В моей тоже. Аанг почесал бритую голову. — Если отбросить искаженную логику обидчика, то очевидно, что Озай использовал обоих детей в качестве заложников за хорошее поведение Урсы. Тай Ли кивнула, добавив своей информации: — Азула считает, что мать не любила её. Но это то, во что её заставили поверить. Я так считаю. — Согласен. Поскольку Азула была вундеркиндом, Озай мог с гордостью считать её продолжением самого себя. — Он отдавал ей предпочтение, оскорбляя её мать и брата, гарантируя её преданность ему. Он поощрял Азулу запугивать своего старшего брата! — сообщила Тай. — Выходит, он убедил, что мать не любит её, и неспособность Урсы дисциплинировать или общаться с Азулой является убедительным подкреплением, а отказ Урсы от Азулы — решающим аргументом. — Да. Своим оскорблением Лорд Озай показал Азуле, насколько беспомощна была её мать, — выражение лица Тай утратило любой намек на наивность. — При том сделал это до такой степени, что Азула всё ещё одержима бессилием своей матери годы спустя, — растроенно промолвил Аанг. — Лорд Озай требовал от Азулы совершенства, и его уважение к ней зависело от степени этого совершенства, — добавила Тай. — Но сколько бы принцесса не отрицала, она имеет скрытую внутреннюю веру в то, что её мать все же любила её. Тай Ли вздохнула: — Охохо. Не знаю так ли это. Но хочется верить. Аанг произнес очередную мудрость: — Тяжело жить, когда не чувствуешь себя любимой. Не получаешь порции Любви. Особенно от близких. Тай Ли качнула головой в знак согласия. Минута тишины, когда каждый обдумывал сказанное, вдруг прервалась отчаянной фразой Аанга: — Но если она поверит, что её мать действительно любит её до сих пор, тогда ей придётся бросить вызов всему остальному, что она знает о своих отношениях с отцом и о своей собственной личности. — Правда? Об этом я не думала. — Это невероятно опасно для Азулы. Для её шаткого психического здоровья! — заключил Аанг и Тай Ли нервно поднесла руки ко рту, покусывая ногти. — Вот Зуко удалось вовремя поддержать. Сначала это делал Айро, потом пришлось нам. Но Азулу… — Да всё так. Ещё и я её предала… — огромные глаза Тай Ли наполнились слезами, она прикрыла их ладошками. — Хотя говорила ей, что она самая лучшая девушка на свете…       Послышались всхлипы, переходящие в рыдания. Аанг видимо, как-то успокаивал Тай Ли. Азула отвернулась и закрыла глаза удерживая собственные слезы. О, духи насколько она стала слезливее. Что с ней вообще творится последнее время?! — Знаешь, а я ведь говорила это от всего сердца! Я правда так считала… — послышался голос Тай Ли. — И просто испугалась, когда они с Мэй начали ссориться. Я знала, что выбрала бы Азулу. Знала… Но поняла, что, в результате этого выбора Мэй погибнет. Принцесса не простила бы ей. Азула осознавала, что Тай мыслила верно. — Поэтому, спасая Мэй и предавая Азулу, в итоге я спасала нас всех троих. Мэй от смерти… Азулу от самой себя. В тот момент её ци и аура были просто в ужасном состоянии! — Ты сказала, что спасла троих. — Азулу от себя… — выдавила Тай, пропуская волосы меж пальцев и сдавливая виски. — Ясно… — Я скучаю по ней… — выпалила бывшая подруга и в сердечке Азулы защемило. — Ну, вы были друзьями… — Больше, Аанги, больше… — девушка в розовом потерла виски и низко, насколько позволяла её природная гибкость, склонилась и прошептала. — Я только боялась… признаться даже себе. Я боялась. Признаться ей. Я боялась, что чувства будут ответны. Я боялась справедливо… Раздались нервные всхлипы. — Чего? Всхлипы усилились. И тут Тай Ли выдала: — Не гоже наследной принцессе иметь отношения с девушками! Особенно с такой полукровкой, как я! Особенно в Стране Огня, где сотни лет подобное противозаконно и строго порицается!        Чувства Азулы смешались настолько, что её мутило. Как?! Зачем?! Почему?! Тай Ли правда любит её больше, чем подругу? И было ли хоть что-то у самой Азулы к этой девушке? Что-то большее, чем удовольствие от её объятий, восхищенных взглядов, реплик и похвал? Что-то большее чем зависть к её гибкости, прыткости и невероятной убойной мощи ци-блока, работающей против даже великих магов, к категории которых относила и себя? Только ради желания обладать этим она держала Тай Ли при себе? Простила ли её сейчас? Или ещё больше стала бояться быть рядом с ней, зная о истинной природе её чувств? Тай Ли встречалась с парнями и при этом всегда любила её? Почему она такая? — на тысячи вопросов, предстояло дать ответ. Там в своём укромном уголке. Может даже выплакаться… Хотелось убежать, но ноги не слушались. Она просто сползла по стене, больше не прислушиваясь. Но фразы доносились до неё. — Мэй рассказала мне, что Лорд Огня Созин был просто в бешенстве, когда узнал, о романе своей сестры Зейсан с кочевницей Риошон, ещё о её намерении создать тройной союз с известным Мастером Воздуха, его политическим противником. «Ничего себе вести!» — Азула повела бровью. А так ли она хорошо знала историю своей страны? Что там отрыла эта Мэй — книжный червь? Но Азула вдруг вспомнила игру на ракушках, где были любовные строки из книги Зейсан, ранее принадлежавшей Риошон. Всё встало на свои места. — Да, я видел в подземелье замка заблокированные тайные проходы Созина, когда искал кемурикаге, — подтвердил Аанг. — Там много скрытой информации о прошлом страны. То, что Созин посчитал порочащим его славу или неуместным. — Созин вымарал любые намеки на нетрадиционную любовь. Меня бы казнили, если бы узнали о моих чувствах к принцессе! — Тай рыдала. — В моём народе такое не порицалось… — спокойно сказал Аанг, словно не перед ним только что было совершено признание в тяжких, греховных чувствах. — Любовь — основа нашей жизни и принимает различные формы. — Может потому и уничтожили Воздушных Кочевников с таким остервенением… — Тай Ли, всхлипывая, отозвалась срывающимся на плачь голосом. Потом без всякой легкомысленности и наигранности добавила весьма рассудительно: — Думаешь, много людей сотню лет назад, готовы были пойти против самого Аватара, убить его возрождающегося среди других народов? Аанг покачал головой. Тай Ли добавила: — Аватара, которому поклонялись, как Воплощению Божества, воздвигая Храмы в его честь?! Думаю, нет. А Воздушных Кочевников превратившихся из монахов в распутников — чем не повод, после принятия подобного закона? — Да уж… Тройной союз у принцессы Огня — Зейсан, а виноваты во всем лишь Воздушные Кочевники?! Лишь они распутники? — Аанг покачал неодобрительно головой, добавив: — Как верно подметила Мэй, у Зуко весьма странные и забавные предки. Тай Ли всхлипнула. — Да прибавь сюда страх перед народом, что так непонятен и недосягаем в своих Храмах, среди которого все маги до единого. — Ну да… — И даже беззубый малолетний карапуз с леденцом, мог бы одним взмахом руки остановить их дыхание, перенаправить огонь в лицо нападающего, заставить захлебнуться его собственным пламенем, добавив воздушным потоком мощи горению. Аанг распахнул глаза. Он сам так поступил с Озаем при его попытке атаковать с близкого расстояния. Тай Ли меж тем продолжала излагать горестные мысли: — Ты не поверишь, но дети были самыми страшными в тех битвах. Она говорила так, словно сама была частью этого. — Бабушка говорила… Для них чужая жизнь не была так священна, как для выхоленных взрослых монахов, чьи умы были скованы их философией не хуже самых крепких цепей. А дети… увидев смерть, кровь, горящие кучи плоти вокруг себя… Они переставали себя сдерживать. Оставаясь вечным страхом в памяти Огненной Нации…       Азула даже не верила своим ушам. Эту речь произнесла её бывшая подруга? Её глупышка Тай Ли? Эта беззаботная веселушка? Маски были сброшены. И она поняла, что разбиралась в людях недостаточно хорошо. — Как жаль, Тай Ли, что мы не подружились с тобой раньше. Не встретились до того, как я влюбился в Катару… — Прости, Аанги. Теперь, после этих откровений… Мне нужно отдохнуть… Восстановить равновесие. Обдумать всё. — Уверена? — Может с такими взглядами на отношения и любовь, мне самое место среди Отряда Киоши. — Хм… — усомнился Аанг, но она прикрыла его рот рукой. Тай Ли вздохнула, добавив: — Эх! Но даже с ними я не была настолько откровенна. И ты будешь лучше любой подружки. — Ммм? — промычал Аанг под ее рукой на такое высказывание. — Все останется как есть, раз уж пообещала только массаж, — с некоторым сожалением подвела черту Тай Ли и наигранно козырнула: — Обещания надо сдерживать. Может она ожидала его уговоров, но он согласился. — Конечно, Тай Ли. Мы ещё могли бы заняться духовными практиками. Тебе стало бы легче… Ее настроение резко изменилось. — Знаешь, Аанги. Ты странный человек, со странной аурой. Ещё вчера ты был каким-то чудом для меня. Потом я думала соблазнить тебя. А теперь ты мне словно брат, очень близкий, нужный, родной. Он улыбнулся. Она пояснила: — И вроде мне нравится быть с тобой рядом, общаться, прикасаться, можно даже сказать… Она сделала интригующую паузу. — Что… люблю тебя сегодня больше чем вчера. Но как брата…       Аанг сначала расцвел улыбкой, а потом резко взгрустнул и вздохнул. — Ты не поверишь, но не первая в этом. И, кажется, не последняя…       Азула усмехнулась про себя: «Будь ты хоть трижды мне родственником. Это тебя не спасет… Поверь!»