Наркотик похоти

— Мина, — донесся его голос из кабинета. Я в это время сидела в смежной комнате, в нашей с ним комнате, если быть точнее. — Что, Ал? — я выглянула из-за резной двери. — Стол, как видишь, уже накрыт. Сегодня будет ужин. Важные персоны придут, главы фракций, — усмехнулся он и добавил, — я хочу, чтобы ты тоже поужинала с нами. — Конечно, в чем проблема, — Улыбнулась я ему. — Дресс-код? — Надень что-нибудь покороче, — он как-то многозначно улыбнулся. — Мы сядем там, в конце стола. — Почему там не трон? Разве не нужно себя как-то обозначить? Ты же правитель, как ни как. — Наличие трона в данном случае не определяет важности поста. У нас иная иерархия, не то что у вас там. Пару тысяч лет назад такой дурдом творился, ты, милая, себе и представить не можешь. — И не надо, — засмеялась я. — Пойду переоденусь. — Я тоже, — сказал он, играя с моими темными локонами.       Нутром чую, он что-то задумал. Ну, что ж, остается только наслаждаться всем, что меня окружает. Он сказал надеть платье покороче. Хм. Честно, что-то длинное я надевать и не собиралась. Сегодня было как-то слишком жарко для Подземного царства. Несмотря на то, что я уже год здесь и прекрасно адаптировалась к такой парилке, сегодня было невыносимо. Конечно, мой поступок был очень логичен: я взяла обтягивающее черное платье. Черное. В жару. Ну, что ж, посмотрим, что из этого выйдет. Надела, поняла, что смотрюсь в нем потрясающе. Колье идеально дополняет образ. Каблуки, в принципе, лишними тоже не будут, -подумала я, — и надела черные лакированные туфли-лодочки. Жарко. Надо бы волосы убрать в пучок. Черт! Все равно невыносимо, — думаю я. И тут меня посещает неплохая, как мне показалось, мысль: там полумрак, значит никто ничего не заметит, ну, кроме того, кому это заметить можно, так что, избавлюсь-ка я от лишнего нижнего белья. С каким наслаждением я сняла с себя эту ненужную ткань. Вслед за трусиками на пуф отправились и чулки. Ну, а зачем они? Лишь когда я проделала эту деликатную процедуру и посмотрела в зеркало, чтобы убедиться, что все в порядке, я увидела, что не все. Хотя, в принципе, это нельзя назвать беспорядком, однако, это возмутительно так бесцеремонно врываться в гардероб. В дверном проёме стоял Аид. Синие язычки пламени игриво танцевали на его голове. На нем был черный костюм (ну, хоть не я одна такая, хотя у него, когда он в обличии Бога, кожа и, в принципе, он весь гораздо холоднее), прекрасно подчеркивающий его идеальное тело, черная рубашка, неизменные часы. Он просто стоял и смотрел. Своим обычным раздевающим взглядом. Я так захотела почувствовать его внутри. О, сейчас это было бы божественно. И плевать на ужин. Вот же похотливое я создание. Думаю, меня за это накажут. Да, определенно. И опять подумала не о том. — Я вижу, ты уже готова, — произнес он, улыбаясь. — Ты как всегда прекрасна. Пойдем, они будут тут через пятнадцать минут. — Ааааал, — протянула я, закусив губу, — сколько пройдет этот ужин? — Долго. — недовольно отозвался он. Мм, не я одна этого жажду… Радует.       Мы уже подошли к двери в кабинет, как Аид неожиданно прижал меня к стене. Да кого я буду обманывать, говоря, что я этого не хотела. Он прижал обе мои руки к стене, второй провел по ноге и почти совсем задрал и так короткое платье. Прохладная рука. Приятно до безумия. В это же время его нога оказалась между моих двух. Гладкая костюмная ткань коснулась нежной кожи. Я тихо выдохнула. Муж наклонился к моему уху и прошептал: — Ты. Такая горячая, — он покрыл прохладными поцелуями шею. — Хочешь, я тебя немного помучаю? — Ну помучай, — тихо прошептала я. Он умудрялся еще и немного двигать ногой, пока целовал. Это меня знатно возбудило. — Это будет долго, но приятно. — Мне все равно, сколько это продлится, главное — конец, — я тихонько прикусила и оттянула его губу. — Сама напросилась, — наши языки сплелись в поцелуе. — Пойдем.       Я поправила немного растрепавшиеся волосы и платье, хотя, у меня было ощущение, что последнее я сделала напрасно. На длинном черном дубовом столе стояли потрясающе украшенные блюда с огня. Сумрак уже сгустился над дворцом Идолов, так что на столе стояли резные канделябры с пятью свечами. Мягкий голубой свет от огня рассеивал мглу. Длинная черная шелковая скатерть коснулась ноги, когда я шла. Интересно, что он задумал. Мы дошли до конца стола, где, как он уже показал, мы должны были сидеть. Там почему-то стоял лишь один стул. Аид развернул меня лицом к столу, сам оказался сзади, снова легко задрал платье, в то время как левая его рука была на моей шее. Муж целовал меня, покусывая губу. Я вздрогнула, когда он ввел в меня два пальца и застонала. Было всего пару минут до прихода этих демонов. Лучше бы они не приходили… Он вынул свои пальцы и провел рукой по моей ноге. Влажная. — Сейчас я принесу тебе стул, — выдохнул он мне в губы. — Жди меня так. Не оборачивайся. Непонятно откуда взявшийся в жару сквозняк проложил свой путь прямо между моих ног. В это время вернулся Ал. Он нес что-то, стул, насколько я могла увидеть краем глаза. — Вставать, когда они придут, не обязательно, так что наслаждайся, — тихо сказал он и пододвинул стул ко мне.       Интересно, что бы это значило. У меня, конечно были предположения, но я не хотела им верить, ибо пытка обещает быть долгой. — Присаживайся, — так же тихо произнес он, положив руки на мои плечи.       Я уже не сомневалась, что на стуле что-то было. Что ж, хорошо. Я стала медленно садиться. Мои предположения могли бы быть опровержены, но я наткнулась на что-то гладкое и твердое. Ммм, вот как этот хитрюга хочет меня помучать. Прекрасно. Я была сильно возбуждена, так что член легко проскользнул в меня и я села до конца. Живот внизу сладко потянуло. Приятно. Член был меньше, чем у мужа, но очень жилистый. И только теперь я осознала, что мне сидеть на этом удовольствии часа четыре. Ох, черт, надеюсь, эти черти уйдут пораньше, черт их подери. — Издеваешься? — спросила я, запрокинув голову, хотя прекрасно знала, что он именно это и делает. — Угу, — получила я ответ, в наличии которого даже не сомневалась.       Он провел большим пальцем по моим губам, поправил мои волосы и сел сам на соседний стул. Я поймала на себе его неизменный взгляд.       За тяжелыми дверями его кабинета послышались шаги, стук, и в помещении оказались где-то пятнадцать глав фракций. Мне было плевать, каких, меня сейчас интересовал лишь резиновый член, на котором я сидела и, чтобы эти существа поскорее уселись. Я впервые была рада длинной скатерти, которая прекрасно скрывала все прелести от чужих глаз. Демоны были одеты в строгие костюмы. Чуть красноватая кожа, горящие глаза. Среди них был и Фантом, который, увидев меня, учтиво кивнул.       Демоны представились и расселись. Теперь на меня смотрели шестнадцать пар глаз, владельцев которых, они сидели по бокам, до этого момента я не видела. Только Фантом, как заместитель моего мужа, сел напротив нас. Для начала эти главы фракций, будто мне назло, решили доложить Аиду, как обстоят дела в этих субъектах. В подробностях. Час, пошел второй. Как себя сдерживать? Я начала еле заметно двигать бедрами и работать мышцами, чтобы хоть как-то двигаться на члене. Наконец-то начали трапезу. Черт, как же долго. Видимо, у меня все на лице написано — Аид еле мог сдержать улыбку, когда я на него посмотрела. Конечно же, мне понадобилась солонка, и, разумеется, она стояла далеко от меня и еще дальше он какого-то там Ренга. Пришлось тянуться самой, и это была прекрасная возможность. О, это было приятно. Я выдохнула, с трудом сдержав невольный стон и медленно села обратно. Идет третий час. Эти черти снова что-то обсуждают. Что-то пошлое, какая-то животная страсть рвется из меня наружу. Еще немного и я готова была заняться этим прямо здесь и сейчас.       Снаружи послышались еле уловимые шаги. Кого, интересно, сюда несет. Мне уже плохо так сидеть. Еще и душно. Вот где сейчас тот сквозняк, который так хорошо погулял по моим ножкам и не только. В дверь постучали. — Да, — сказал Аид, заглушив всех остальных. В кабинет вошел Марк с чем-то блестящим и поставил это на стол Аиду. — Уважаемые присутствующие, извините, что прерываю…       Что он сказал, я так и не разобрала, но отчетливо услышала, что им всем нужно идти. Да! Марк, ты как раз вовремя. Демоны, конечно же, старались уходить по одному и максимально медленно. Что их тут держало, интересно. Стол был давно пуст. Наконец-то, спустя пятнадцать мучительно долгих минут, все они вымелись из кабинета! Марк подмигнул мне и вышел после них всех.       Аид встал со стула, запер входную дверь, сделал что-то с тем блестящим предметом, который принес Марк, и подошел ко мне. Я наконец-то смогла откинуться назад. Не сказать, чтобы самочувствие было прекрасное, но желания это не убавило. Он подошел ко мне спереди, наклонился и поцеловал. По-хозяйски так. Ммм, крышу сносит. Потом приобнял и помог подняться. Я застонала и сжала его руки. Стул был весь мокрый. Прекрасно, я даже не помню, как кончила. Плевать, я хочу… — Я хочу получить свою награду, — сказала я, пока оставляла засосы на его шее. — О, ты получишь ее сверх меры, — приглушенно засмеялся он, отстранил меня, и отошел к своему столу.       Блестяшкой, которую принес Марк, оказался небольшой золотой кубок. Там, судя по всему, было вино. Ал сделал несколько глотков и отдал мне полный на две трети сосуд. — Пей до дна, — прошептал он.       Я выпила. Немного странноватый привкус. Но меня это ничуть не смутило. Я села на стол и притянула Аида к себе. Кажется, он тоже оставил на мне засосы… Мне было все равно на шею. В данный момент меня сводила с ума его рука. Ал поднял меня на руки, вытянулся и пошел в спальню. Я наконец получу то, чего так ждала. Быстро разделись. Сейчас чуть прохладнее. Снова эти черные глаза. Ммм, а мы только начали. Сейчас опять меня мучать будет. Хотя, судя по всему, ему это тоже нелегко — он уже давно возбужден. Ну, почему-то я даже не сомневалась, что окажусь в накрепко привязанном состоянии, когда очнусь. На этот раз глаза мои были закрыты маской. Руки привязаны к столбику кровати. Снова шалил сквозняк… Ну где он там? Зачем меня еще мучать? И так три долгих часа…       Моего живота коснулось что-то холодное и мокрое. После этого прикосновения я почувствовала дыхание Аида у своего уха и шепот: — Ты вся горишь. Я остужу тебя немного. Аид лизнул мочку уха. Небольшая пауза, и холодные влажные поцелуи покрывают мою шею. У него лед во рту. — Ммм, — Простонала я и выгнулась, когда мокрая дорожка достигла набухшего соска. — Ты же поставил звуко… — Да, — он не дал мне договорить, заткнув поцелуем. Кубик остался таять на моем языке.       Стоит ли говорить, насколько меня возбудили его процедуры охлаждения внизу. Его язык проник в меня и начал обследовать пространство. Дыхание щекотало кожу. Чувствительность гораздо выше, чем при открытых глазах. Он ввел палец, второй, а язык продолжил шаловливо ходить туда-сюда, то и дело сопровождаясь легким прикусыванием. Волна сладостных конвульсий накрыла с головой. Думаю, стоны были очень громкими… Только одна угасла, как вторая, третья… А он все продолжал и продолжал ласкать, неумолимо и ммм… Животное желание секса уже грызло изнутри. Тут меня посетила одна мысль. Я выскользнула из-под него в виде летучих мышей и приняла свой прежний облик в углу. Рука сама потянулась к недавнему объекту ласк и продолжила дело язычка Ала. Тот остался лежать на кровати на боку. Болтались веревки, которыми я была привязана, валялась черная маска. Аид лишь усмехнулся, посмотрев на меня, и сел на край кровати. В его глазах тоже читалось желание. Это было заметно и по члену… — Что мы выпили? — произнесла я, прерывисто дыша. — Вино, — сказал муж, поднялся с кровати и направился ко мне. — А что было в вине? — Волшебная таблеточка, — ответил тот, прикусив мою губу. — Ах, значит тебя тоже можно помучать, — засмеялась я, снова выскользнув из-под Аида и оказавшись сзади него. Я поцеловала его, прикусывая нижнюю губу. На ней из-за клыков показались малюсенькие алые капельки. Я взяла член в свою руку. — Плохо, что я не смогу тебе отомстить сполна. Нет у меня твоих черных гипнотических глаз.       В ответ он лишь, улыбнулся, тяжело дыша. — Я думаю, ты и без них справишься, — сказал Аид.       Я поманила его за собой, к кровати. Наскоро зафиксировала его руки его же методом, хотя, малоэффективный способ — если Ал захочет, он влегкую порвет эти веревочки. Проделав эту процедуру, я спустилась с кровати, подложила под колени подушку и приступила к сладостной мести. Эта чертова таблетка неумолимо действует… Ах… Я провела языком по стволу и обхватила губами головку. Горячий, какой в том мире был. Всегда знала, что Аиду приносит наслаждение, когда я беру полностью. А с волшебным вином, думаю, будет вообще замечательно. Дышать трудно. Точнее, невозможно, когда его член в глотке. Он и так еле входит. Но это стоит того. Аид лежит, тяжело и прерывисто дыша в такт моим движениям. Мускулы напряжены, особенно, на руках. Он хочет освободиться? Вполне вероятно. Член начал пульсировать у меня во рту, и я сбавила амплитуду. Еще некоторое время быстрых неглубоких движений, и горячая, чуть солоноватая, сперма залила мой рот. С трудом проглотила такое количество. Аид чуть расслабился, а вот я нет: я продолжила свою пытку. Хотя, это еще кто кого пытал… Я-то выпила в два раза больше. Приходится еще и пытаться себя удовлетворить. Но это сможет сделать только Аид… Долго. И страстно.       Да, расслабился он, конечно. Вот мышцы снова напряглись, резкий рывок и он свободен от веревок. Бесполезная вещь. А я все сижу с его членом во рту. Комично, наверное, выгляжу так, сверху вниз. Но по его глазам этого не скажешь. В них читалось то же, что и в моих. Он прервал мои ласки, взял член в руку и провел головкой по моим губам. Аид приподнял меня и посадил на кровать. Слишком мягко сказано, учитывая обстоятельства. Скорее, бросил. Мне уже эта таблеточку крышу снесла. И парочку ниагар низвергла. Ну, теперь мы оба получим то, чего хотели. Ал немного притянул меня к себе, раздвинул ноги, наклонился ко мне. — Твоя месть удалась, — протянул он мне на ухо. — Я и не сомневалась, — ответила я.       Он был в таком положении, что член еле касался моей кожи. Да что ж ты медлишь, Бог мой?! — Давай, — выдохнула я и положила руки на его спину.       Он резко вошел на всю длину, и оба застонали. Кажется, я немного его расцарапала… Уже на первых двух тактах. Представила его с такой спиной. Так сексуально. Аид решил для начала взять малую частоту. Десерт будет жарким. И долгим. Он снова сделал резкий толчок и медленно вернулся обратно. Снова. И еще один. Такая романтичная атмосфера. Слово некорректное. Почти сумрак — спальня освещена лишь небольшим светильничком и огнем Аида. Последний немного щекочет мне шею. Он не обжигает, а, будто ласкает кожу. Я заглушаю стоны, уткнувшись в широкое плечо мужа, но не могу сдержаться и выгибаюсь назад. Выпускаю из себя все, что накопилось, пока Ал целует мою шею, чуть покусывая кожу. Горячий резкий выдох при каждом проникновении по темпу совпадает с моим стоном. Он все еще не ускоряется. Хочет окончательно свести меня с ума. Я уже готова была кончить, как Аид замер. Ну зачем?! Он как будто прочитал мои мысли и тихо засмеялся мне в ухо. Снова начал. — Да! Да! — вылетает у меня с громкими стонами.       Снова накатила волна оргазма. Сильная. После я кончила, а Аид чуть ускорился. Еще немного, и снова волна. На этот раз, у обоих.       Приятное тягучее ощущение внизу живота не отпускало, а вещество только усилило чувствительность. Кажется, кто-то решил показать мне, что он хозяин положения. Аид, не выходя из меня, немного поласкал набухшие соски, наклонился и прошептал: — Жарко? — Да, — кивнула я, закусив губу.       Ал прижал обе мои руки к кровати и взял из чаши несколько подтаявших кубиков. Положил на грудь по одному-два, оставшийся отправился ко мне на язычок. Снова продолжились игры с кубиком во время поцелуя, пока тот скользил между переплетенными языками. Аид снова начал двигаться. Быстрее, но более плавно. Второй рукой придерживал мою ногу. Я снова была готова кончить. Он это почувствовал, вышел и продолжил свое дело пальцами. Три пальца быстро ходили туда-сюда, и я быстро оказалась на пике наслаждения. Вся простынь уже была мокрая. К черту ее. Продолжим. После того, как я кончила, немного расслабилась. Но у мужа не было планов на передышку. Он перевернул меня на живот и поднял таз. После этого я получила смачный шлепок. Теперь у Аида появились планы. На очередную пытку. Сама не помню, как оказалась зафиксирована в этом положении. Наверное, опять черный гипноз. Аид аккуратно приподнял мою голову, буквально вжатую в простыни из-за крутого прогиба, и надел кляп. Теперь я даже кричать нормально не могу, а, судя по всему, мне захочется. Он сказал негромко: — Я думаю, ты не будешь сильно протестовать.       Я в ответ лишь кивнула. Он вошел. Резко и уверенно. Я застонала. — Мне просто очень хочется это сделать, — продолжил он и покинул мое лоно.       Я почувствовала его поцелуй там. Он куда-то ушел. Надеюсь, не за тем, о чем я подумала. Я сегодня один раз уже подумала, и мои опасения оправдались. Так и сейчас. Резкая боль почувствовалась на ягодице, сопровождаясь громким звуком. Я дернулась, а некуда — зафиксировал насмерть. Хотя, что это я. Я же этого хочу. Кого я буду обманывать, сообщая, что не хочу, чтобы он меня как следует наказал? А в таком положении, в каком я сейчас находилась, с широко раздвинутыми ногами… Я показалась себе такой доступной в этот момент, но это лишь сильнее меня возбудило. Вот же похотливая сучка. Ну, да, сучка, но только его. И меня более чем устраивало это доминирование. Так больше страсти. Ах! Ремень снова рассек воздух. Снова. Еще. Мне было больно. От каждого прикосновения раскаленной пряжки захватывало дух. Ремень жег кожу, насиловал мое тело, раздирая, подчиняя его себе, заставляя меня сжимать зубами кляп и впиваться ногтями в ладони. Еще удар, — и слеза потекла по моей щеке… И опять. Возможно, ударов двадцать. Нет, определенно больше. Намного. Страшно горела кожа, Аид остановился. Он провел прохладной рукой — Ал опустил ее в лед — по попе. Боль почти ушла. Я почувствовала на своих половых губах что-то твердое. Он что, ремнем это собирается сделать?! — Да, это тот самый ремень, — ответил он на мой заданный в голове вопрос, заметив недоумение на моем лице. — Чувствуешь, какой твердый?       Да, конечно, чувствую, черт возьми! Влага окутала кожаный предмет, и я с легкостью впустила его в себя. Аид вводил ремень нарочито медленно, глубоко, пока тот не упирался в матку, затем вынимал и снова вводил, сводя меня этим с ума, наслаждаясь моей беспомощностью и своей безграничной властью надо мной. Каждый раз, когда я была готова кончить, он не давал этого сделать, вынимая ремень. Я, конечно, могла снова выпорхнуть, высвободиться из этого сладкого, обжигающе болезненного плена, но оборвала эту мысль. Я немного мазохистка. Но, Бог мой, как я сейчас хочу почувствовать тебя в себе, слиться воедино телом и голосом. Ощущать твои резкие, уверенные движения, а после такие мягкие и ласкающие — услада для моей грешной души и тела. Он продолжал выматывать меня, доводить до пика и внезапно обрывать сладостную пытку. На этот раз, либо он не успел, либо Аиду так захотелось, я кончила. Ал сжал мои ягодицы и одним резким движением насадил меня на свой член. Больновато, но сейчас это было для меня лучшей наградой. Он наклонился и приподнял мой корпус настолько, насколько позволяла фиксация рук. Отстегнул кляп. Я выдохнула. — Прошу, продолжай, — прошептала я, безуспешно стараясь двигаться на его члене. — Нет. Назови мне число. — Нет, Ал, — умоляюще протянула я, — сколько уже пыток? Хватит. Просто продолжай. — Это последняя, — Его глаза горели. — Давай, назови мне число, Мина. Я сделаю это, и мы оба получим то, чего хотим, и как хотим. Назовешь, меньше, чем я сочту приемлемым, я награжу тебя большим, поверь, намного большим числом. — Ал! Прекрати! — Ты ж моя ненасытная, — Он начал разговаривать со мной, как с ребенком, вот только играя, как со взрослой. — Не говори мне, что ты этого не хочешь. Я же тебя знаю…       Он медленно провел руками по спине, все еще оставаясь во мне, нарочно не двигая тазом. От его еле чувствуемых касаний побежали мурашки. Аид продолжил: — Ты же противишься только для виду. Я же прав, м? Это последняя. Поверь, я хочу этого не меньше. Но запретный плод сладок, — он начал медленно из меня выходить и снова резко насадил на себя. — Тридцать, — со стоном выдохнула я.       Аид был прав. Я испытываю наслаждение от этого. Был бы на его месте другой, убила бы. Но он. Это другое дело.       Кажется, он был согласен с названным количеством. Хотя, сложно судить. Кляп снова оказался на мне. Аид снова нарочито медленно покинул мое тело, поводил головкой по коже и отдалился. Послышался свист рассекаемого воздуха, и снова на коже горела красная полоса от ремня. Еще одна, параллельная той. Мощный удар чуть рассек кожу. Засаднило, но регенерация быстро сделала свое дело. Кажется, это его немного раздосадовало, ибо следующий удар задел и самое пикантное место. Я снова безуспешно дернулась, забыв, что накрепко привязана. Половина ударов миновала. Осталось еще пятнадцать. Ремень снова окончил свой путь на моих губах. Хорошо, хоть удар был мягче. Остальными Аид неумолимо осыпал мои ноги и попу. Последний удар был самым сильным. Я вскрикнула, но безуспешно, потому до боли сжала кляп зубами.       Пытка закончилась, а вот освобождать меня никто не собирался. Аид опять резко насадил меня на свой член и претворил в жизнь обещанную награду. Ммм, никто, кроме него, оттрахать так не сможет. Живот распирало тягучей приятной болью. Снова нахлынула волна оргазма и истома разошлась по всему телу, вскружила мне голову. Я сжимала насколько это было возможно, внутренние мышцы, чтобы еще сильнее обострить ощущения. Не только свои, но и его. Досадно было, на самом деле. Мне так хотелось кричать от наслаждения, даже из-за того, что мы, наконец-то, получили это. Аиду тоже нелегко сдерживать себя: дыхание резкое, прерывистое, слышны стоны, которые он, зачем-то, контролирует. Наши тела будто вибрируют с каждой секундой все сильнее и сильнее. И снова вещество усилило эффект. Оба были не здесь. Мой разум, будто в экстазе. Мы оба там. Только вдвоем. Его амплитуда дарит всему телу тягучее приятное ощущение, будто коньяк, обжигающий, в холодный день рядом с ним пью. Это мой наркотик. И этот наркотик похоти, и жесткой в том числе, стал неотъемлемой частью наших жизней, физическим выражением любви. Кто-то говорит, что это невозможно, это просто секс и ничего более. Только не у нас с Аидом. Оба прекрасно знаем, что ни один из нас не позволил бы вот так вот жестко играть друг с другом. А если бы и позволил, сомневаюсь, что это был бы чистой воды симбиоз. Без этого наркотика наша жизнь уже не так вкусна и сочна. Обоих еще теснее связал оргазм. Я кончила, окончательно провалившись в иное измерение. Да, я под кайфом. Кляп все еще затыкает мне рот, не дает стонать или кричать. Хотя и не нужно показывать ему, что мне до ужаса хорошо. Аид сам это прекрасно знает. Не предполагаю, сколько времени прошло. Много, наверное. Но сейчас мне всего было мало. Аид сбавил обороты, по видимому, сейчас он тоже кончит. Наконец-то отстегнул неудобные наручники, оставившие на коже красные отметины. Перевернул на спину, оставаясь во мне, но замерев. Его бледная кожа немного покраснела, синие язычки пламени танцевали бешеное танго, переливаясь, переплетаясь между собой. Оба немного перевели дыхание. Руки почему-то даже не тянулись отстегнуть кляп. Аид поднялся с кровати, даже не собираясь меня покидать. Я лишь прижалась к нему, уткнувшись в его плечо. Мне так не хотелось сейчас даже на минуту отпускать его тело. Наверное, я казалась сейчас такой маленькой на нем, высоком, мускулистом. Я подняла голову, посмотрела на него и улыбнулась.       Аид прильнул к моему уху, немного прикусил мочку и сказал: — Мышка моя, — сделал медленное движение тазом, придерживая меня за бедра, — твои клыки чертовски возбуждающе смотрятся на кляпе.       Я лишь выдохнула. — Отпусти меня, — засмеялся он, расстегнув кляп.       Я отлипла от него, и Аид поставил меня на пол. Кляп куда-то упал. Я опустилась на колени и обхватила губами его огромный член. Замерла. Он нетерпеливо посмотрел на меня, прищурившись. — Ммм, а ведь кое-кто так же делает, — улыбнулась я, выпустив член изо рта. — Действуй давай, — приглушенно засмеялся он.       Я, дразня его, еле касаясь провела кончиком языка по всему стволу. И еще раз. А потом, когда в его глазах уже читалось такое желание, что он готов был довольно грубо мне помочь, резко взяла его полностью. Эх, опять дышать нечем. Аид застонал. А я мокрая, хоть выжимай. Муж убрал с лица выбившиеся из пучка беспорядочные пряди. Еще пара движений, и рот снова окутала густая белая пелена. Я проглотила солоноватое семя и продолжила ласки, пока член снова не стал твердым, как камень. Лишь тогда выпустила. Я плюхнулась на кровать и ввела в себя пальцы. Эх, не то. У того, кто сейчас жадно наслаждался этим зрелищем, пальцы длиннее и толще и…       Аид стоял, облокотившись на столб кровати, скрестив руки на груди, и обследовал меня глазами. Скорее, не обследовал, а трахал… У него прямо дар. Я прекратила. Жажда… — Я за водой схожу, — встала я и протянула ему на ухо. — Угу, мне тоже захвати, пожалуйста, — он расстегнул мою заколку, и волосы упали на плечи.       Аид запустил пальцы в копну темных волос и немного помассировал. Как приятно. Мои руки лежали на его прессе. Твердый, напряжен. Я извернулась, улизнула из объятий, которые не хотела прерывать, и пошла за водой. Иначе, я ближайшие пару часов до туда не дойду… Уже глубокая ночь! «Да, действительно, волшебная… «, — подумала я о таблетке, пока наливала в бокалы прохладной живительной воды. Жидкость обволакивала ротовую полость, охлаждала изнутри разгоряченное тело, бодрила. Свечи почти догорели. Черный расплавленный воск обвил резные канделябры, капал на скатерть. Сквозняк заставлял нестойкое голубое пламя дрожать и извиваться.       Я и не заметила, как он подошел. Сначала почувствовала легкое дыхание, его рука потянулась за стоящим рядом бокалом. Аид был сзади. Несколько холодных капелек льдом обожгли спину и стекли вниз, проложив извилистые дорожки. Он еле ощущаемо сдвинул мои волосы на бок, наклонился к моей шее. Дыхание щекотало кожу. И не только дыхание. Аид поставил пустой бокал на стол, тем самым став ко мне еще ближе. Я что-то бессвязно прошептала, откинувшись на его плечо. В ответ он лишь нежно прикоснулся к моему лицу и одарил легким поцелуем. Он отвел руку от моей щеки. Губы еле касались моих. Его пальцы прошлись по моим рукам, еле задевая их, чем еще больше возбуждали. Побежали мурашки. Он провел руками по груди, заставив дернуться набухшие соски, по животу. И снова по телу и сознанию побежали мурашки. Аид водил туда-сюда членом между моих ног, пока не проскользнул внутрь. Я чуть было не обмякла на его руках. Языки сплелись в поцелуе. Этот шалун еще и умудрялся стимулировать клитор, окончательно делая меня беспомощной, заставляя полностью подчиняться его пальцам.       Он оторвался от моих губ и переместился к уху. — Я жду тебя, — прошептал Аид, медленно вышел из меня и удалился в комнату.       В горле снова пересохло. Я лишь сделала пару глотков и последовала за Аидом. Он полулежа ждал меня на кровати. Я подошла, присела рядом и стала нежно мастурбировать ему. Потом встала на колени прямо над членом, положив руки на плечи Аида. Тот снова смотрел на меня с вожделением. Я стала медленно садиться. Контрастно по сравнению с тем, что было полчаса назад. Он смотрел мне в глаза, не отрываясь. Мягкий, но похотливый взгляд словно окутывал непонятной никому наркотической пеленой сознание. Я села до конца, тихо выдохнув. Не отрываясь от его глаз, мерно и медленно двигаясь вверх-вниз, я снова погружалась в состояние экстаза. Погрузила руки в голубой огонь и провела по его голове. Язычки пламени мягко ласкали кожу, щекотали ее, еще больше возбуждая тело и сознание. Снова накатила волна, затрясло, и я прилипла к нему, как осиновый лист в дождливую погоду. Как я с дождливой погодой угадала… Я положила на его прохладное лицо свои горячие руки и впилась в его губы поцелуем. Он ответил не менее пламенно и страстно, одновременно помогая моим бедрам. Его дурманящие дух прикосновения к моей пылающей спине, ниже и еще ниже окончательно погрузили меня в состояние кайфа. — Да! Да! — вырывались у нас обоих стоны.       Теперь он играл с моими сосками, то чуть сжимая и оттягивая их, то лаская их языком и прикусывая. Я откинула голову назад и застонала. Снова обоих связал оргазм. И сладостный поцелуй заглушил наши стоны. Наши руки исследовали тела друг друга. Мне кажется, оба хорошо изучили анатомию своей любви: знали каждый мускул другого, а уж тем более, что он предпочитает в плену у страсти. Это знание позволяло нам достигать наивысшей точки наслаждения, точки невозврата, опробовав которую меньшее уже не так сладостно и прекрасно в наших глазах. Мне кажется, если я потеряю эту любовную наркотическую смесь, жизнь померкнет, как померк в моих глазах Донгранн. Знание — это грех. Наш грех — это похоть. Ну, для того мы и в Подземном, чтобы грешить. Оставим рай его хозяину, там нет жизни, там нет игр. Там нет греха.       Я кончила, почувствовав, что и он на подходе. И снова, ощутив его язык на своих половых губах.       Я провела языком по члену и взяла его в рот. Аид собрал мешавшие мне волосы и придерживал их сзади, еле сдерживая себя. Он кончил. Я слизала остатки спермы, которые не успела поймать, облизнула губы, улыбнулась, обнажив клыки, которые его так возбуждали. Он улыбнулся мне в ответ, притягивая к себе. Я много раз чувствовала себя плохой или хорошей девочкой. Но только после такого я чувствовала себя женщиной, притом, женщиной желанной, как никогда. После еще одного горячего поцелуя на меня напал сон. Я легла на него и вскоре задремала прямо так, голая, обняв своего любимого. Кажется, он тоже ненадолго уснул.       Недолгий живительный сон восстановил силы, но не стер все еще красневшие отметины с моих ягодиц. Не помню, что мне снилось.       Аид тихонько гладил мои волосы, пока я спала. Он встретил меня после пробуждения достаточно философской фразой. Но, черт возьми, такой заманчивой. — А может еще бокальчик?