Шелком по лезвию

      Поднявшись из подвала, Налия направилась по коридору по направлению к балкону. Кресс молча следовал за ней, стараясь не строить предположений. Будь что будет.       — Ну вот, мы здесь, — Налия на секунду подставила лицо вечернему прохладному ветру. Он колыхнул ее волосы и растрепал косы. — Мне очень нужно…кое-что тебе предложить.       — Я весь во внимании, — Кресс взял девушку за руку. Она выдержала паузу, подбирая слова и собираясь с мыслями.       — Мой папа мертв, землям нужен новый лорд. Я не могу унаследовать этот титул, я должна выйти замуж и лордом станет мой муж. Я бы очень хотела попросить тебя…об этом. И как можно скорее.       — Эм, — опешил Кресс, — я даже не знаю, что сказать на это. Быть лордом, управлять поместьем? А как же Имоэн, которую нужно найти?       — Обязательно, я отдам все золото, что найду, чтоб оплатить взятку той воровской гильдии, — зачастила Налия, — но дослушай меня до конца. Никто же не думал, что папа мертв, и теперь еще одна проблема встала очень остро. Ему в свое время была просто необходима помощь и поддержка лорда Роеналла, влиятельной шишки из Совета Шестерых. За помощь и поддержку он пообещал выдать меня замуж за его мерзкого сынка Изайю, когда я достигну брачного возраста. Видимо, папа был сильно пьян, когда пообещал это. Он очень разочаровался в своем решении и, как мог, оттягивал этот момент. Но сейчас Изайя точно вспомнит об обещании и не упустит случай заграбастать мое поместье.       — Я понял, мол, отца больше нет, и его обещания не имеют силы, ты к этому ведешь? — перебил Кресс.       — Я хочу заключить с тобой брак, — Налия так сжала плащ Кресса, что чуть не порвала, — и объявить тебя новым лордом ДеАрнис. Мы обвенчаемся в нашей часовне, завтра же направимся в Аскатлу в Совет Шестерых для решения всех юридических тонкостей…       — Подожди, подожди, — Кресс почувствовал, как рубаха под доспехом прилипла к спине. — Ты предлагаешь брак по расчету, чтобы я в дальнейшем защищал твои земли? Ведь со мной тоже может произойти, — он запнулся, и, чуть помолчав, закончил: — что угодно.       — Нет, не по расчету, а настоящий, — прошептала Налия, обнимая ассасина крепче. — Или…хотя бы фиктивный. Только не… Изайя.       — Я хочу тебе помочь. Ты же посвятишь меня в тонкости дворянской жизни? — Кресс так разрядил обстановку, что Налия аж рассмеялась.       — Значит, ты согласен?       — Да, — Кресс задумчиво посмотрел в небо. Сколько раз уже он спасал девушек, но чтобы так?       — Мне сейчас надо отдать кое-какие распоряжения, — Налия выпрямилась. — Значит, я посылаю за священником в ближайшую деревню?       — Так и будет, — коротко ответил Кресс. И как же он так легко на это согласился? Неужели и впрямь виной этому романтические чувства? Управлять замком, быть официальным лордом? Все это казалось каким-то туманным и далеким, а вот сочувствие…       — Ты самый лучший. Я не думала, что я это скажу, но я полюбила тебя.       Последние слова словно окатили ледяной водой. Вот так, значит, все гораздо серьезнее. Сколько бед свалилось на бедную девушку, раз она так с легкостью доверяется и открывается тому, с кем почти не знакома. Или же как раз это повод сблизится? Послать навязчивого кавалера, того, про которого рассказывала? По лицу Кресса поползли судороги. Нечто подсказывало, что это только начало истории, в которой очень много вопросов.       «Видимо, и я тебя», — подумал ассасин, глядя на то, как Налия уже спешит вниз.

***

      Даже и не верилось, что еще буквально пару часов назад поместье являло собой место жестокой бойни. Нигде не наблюдалось ни грязи, ни крови; даже поломанная мебель была наспех починена и поставлена на места. На стенах гирляндами светлячков ярко полыхали факелы, обслуга то и дело носилась туда-сюда, переговариваясь меж собой и наводя порядок на праздник.       — Милорд, а мы вас везде ищем, — за мыслями и блужданиями по коридорам Кресс и не заметил, как вышел из тени. Иначе Дейлсон обнаружить его не мог.       — Предположим, ты меня нашел, — ассасин развернулся к почтительно склонившему пред ним голову слуге. — Ну?       — Для вас приготовили ванну и чистую одежду для церемонии. Прошу вас следовать за мной.       Кресс устало нахмурился и молча выполнил указание. Все происходит так быстро только тогда, когда человек действительно сильно желает осуществления задуманного. Этому заставили научиться во Вратах Балдура. Воспоминания заставили тепло улыбнуться — да уж, вот когда была настоящая учеба. Не то, что нудные уроки в Кенделкипе, с которых мальчишка-непоседа только и норовил убежать. Придумать очередную отговорку, чтоб не сидеть за зубрежкой свитков и не слушать теории нудного и скучного учителя фехтования. Куда интереснее было с Имоэн стащить из библиотеки книги, к которым их не допускали, как-то собрания трудов некромантов или же любовные романы. Не менее весело они развлекались, втихаря попивая эль из бочек в таверне. Уинтроп пару раз ловил юных воришек за шивороты, но все же, по-доброму усмехаясь в бороду, ни разу не сдал их приемному отцу.       Эти мысли об Имоэн навеяли приступ ностальгии и еще более сильное желание как можно быстрее за ней отправиться. Сколько еще будут длиться эти формальности? Кресс сделал жест слугам, что они свободны и, скинув доспех и одежду, погрузился в приготовленную для него ванну с ароматным маслом. Ассасин блаженно прикрыл глаза, ныряя в воду с головой. Жизнь в путешествиях заставляет забыть такие простые и приятные вещи, что случаются нечасто.       «Эта идея с праздником и свадьбой мне начинает нравиться все больше и больше», — подумал Кресс, наблюдая, как его волосы в воде вновь становятся золотистыми. С них отваливались комки грязи и запекшейся крови. Заканчивать с купанием так не хотелось.

***

      — А тебе идет! — радостно воскликнула Налия, увидев Кресса после того, как слуги поработали над его образом. Привычное воровское темное одеяние сменили плащ из зеленого восточного шелка и такого же цвета пояс и наручи, расшитые вышивкой. Над прической ассасина слуги также потрудились на славу, аккуратно заплетя косы и оставив свисать несколько локонов, что падали на плечи.       — Ты издеваешься? — Кресс недовольно чихнул от резкого запаха туалетной воды, которой его облили уж чересчур щедро.       — Нет, просто это так…необычно, видеть тебя в таком наряде, что носят местные пижоны, — смутилась Налия.       — Словно ничего и не изменилось, и ты выходишь замуж за одного из них? Так, давай уже поскорее разберемся с этими официальностями. Где остальные? — Кресс перевел тему, увидев, как девушка чуть ли не готова расплакаться.       — Некоторые вещи я изменить не в силе. Таковы традиции, что свадьба должна быть именно такой, с этими пышностями. И да, папа должен был вывести меня к жениху. Раз его нет…       Грустную речь перебил вежливый стук в дверь. На пороге появилась служанка и поклонилась, сложив руки на груди.       — Миледи, — почтенно обратилась она, — и…милорд. Священник прибыл, гости в сборе. Осмелюсь сказать, что не хватает только вас.       — Спасибо. Ты свободна.       Сохранив официальное выражение лица перед уходящей прислугой, Налия сжала кулачки и расплакалась, как только та удалилась. Кресс осмотрелся по сторонам, словно ища поддержку в окружающих его витражах и гобеленах. В некоторых ситуациях лучше промолчать.       — Идем, милый, — Налия взяла его за руку. — Что-то я сильно поддалась эмоциям, а ведь предстоит такой серьёзный шаг. О, папа, почему же ты не дожил до этого момента?       Кресс обнял рыдающую девушку. Меняются имена, места, обстоятельства. Только вот смысл всегда один и тот же. Когда они выбирались из подземелья с Джахейрой, то наткнулись на труп ее мужа Халида, которого убили уже довольно давно. Похожая ситуация. Эти же, свойственные женщинам, слезы и горе, которые ничего не изменят. Или же это сентиментальность и ностальгия?       Только вот что-то изменилось в восприятии. Тогда Кресс лишь хмыкнул и даже немного утомился от стенаний друидки.       — Не время плакать, — ассасин попытался подобрать самые мягкие слова и тон. — Я сам потерял приемного отца из-за ублюдка, но эти боль и ярость лишь сделали меня сильнее, заставив многому научиться и пройти огромный путь, чтоб поймать Саревока. Не поверишь — я едва мог срезать кошелек и воспользоваться простецкой отмычкой. Реальная жизнь оказалась не тем, где утащить стаканчик вина или бесшумно подкрасться к одному из библиотекарей и напугать его — всего лишь забава.       — Понимаю, — Налия утерла слезы.       — У нас еще будет время для разговоров, — ласково сказал Кресс, — а сейчас нас все ждут.

***

      Часовня с големами на втором этаже поместья тоже претерпела изменения. Сломанные колонны были наспех занавешены тканями и усеяны факелами, как ветки обезьянами. Сами големы застыли в выключенном состоянии и взирали своими каменными лицами на собравшихся людей. Домашняя обслуга, стража, парочка маленьких лордов-соседей с семьями, кое-кто из деревенской «знати». Тут же были и Корган с Аэри — все близкие со стороны жениха. Дварф начистил доспех и расчесал бороду, Аэри же казалось грустной и бледной, хоть и нежно-розовое платье должно было придать свежести ее образу.       — Ну что, Кресс, поздравить тебя или посочувствовать? — Корган радостно потер руки. — В любом случае мы празднуем нашу победу и твое становление лордом этих краев! Выпьем же за бравого парня!       — Кресс, — тихо позвала Аэри, — в-ведь это все ради того, чтобы спасти Налию и защитить ее имущество, п-правда?       Ассасин лишь смерил эльфийку взглядом и отвернулся. Не много ли она себе позволяет и в каких розовых мечтах живет? Под них, вестимо, ей подобрали это платье.       — А где же тетушка? — Налия испуганно бегала глазами по собравшимся.       — Ей нездоровится, миледи, — почтительно ответил подошедший к ней пожилой дворецкий. Он кашлянул в седеющую бороду и продолжил:       — Леди Дельсию хватил бы удар, узнай она, что вы задумали. Мы решили…не тревожить ее. Делайте, что должны.       — Вы правы, — согласилась Налия. — Так и будет. Итак, начнем?       От своего последнего приказа она почувствовала, как сердце прилипло к позвоночнику. По спине побежал холодок. Пора привыкать к этому, вот какая она — взрослая и самостоятельная жизнь, где только ты принимаешь решения. Это не папино золото многодетным матерям раздавать.       Посреди зала установили подобие алтаря с двумя чашами на нем и приготовленными кольцами. Около терся тип в старой кожанке, кое-как починенной веревками. Из-под его черного плаща, расшитого блестящими нитями, как молниями, выглядывала булава, от которой исходило слабое магическое свечение. Мужчина резко подбоченился на хозяйский тон.       — Миледи, я рад скрепить ваш союз, — священник громко икнул и выпрямился, хлопнув себя по груди.       Налия скривилась, увидев на его шее Символ молний. Жрец Талоса, кому могло прийти в голову привести именно его? Просто плевок в память отца, прихожанина бога Утренней зари, Латандера. Но в этой ситуации выбирать не приходилось.       — Идите сюда, берите чаши, — командовал парадом священник. Он чуть качнулся и запнулся о ножку алтаря. — Все под контролем, гром вас разрази.       Сердце заколотилось в разы быстрее. Как же хотелось смачно пнуть эту пьяную деревенщину с грацией раненого гнолла. Это насколько нужно не уважать дом, куда тебя пригласили совершить таинство бракосочетания.       — А теперь… — священник взял кольца и протянул руки к новобрачным. — Что? — он недовольно начал трезветь под ледяным взглядом серо-зеленых глаз Кресса.       — Послушай, друг, — ассасин снова стал спокоен, как запечатанная магией дверь. — В твоих интересах не паясничать и провести церемонию как можно быстрее. Не гневи меня.       — Ха, Талос любит тех, кто славит Хаос и не пробивает себе дорогу! — резко вскрикнул священник, соединяя руки Налии и Кресса. — Берите кольца, и да скует вас небесный кузнец, владыка Бури, навеки. То, что расплавила молния и остудил дождь — станет единым. Также, как и вы, навечно теперь одно целое. Устами моими говорит сам Талос!       Священник прикоснулся к своему амулету и запел молитву, прерываясь на страшный рык, похожий на раскаты грома. Кресса и Налию окутало голубоватое свечение, пока они обменялись кольцами и слились в поцелуе.       Через пару минут фантом молнии развеялся, священник вышел из транса, возвращаясь обратно в свое приподнятое состояние.       — Все, мы муж и жена. Ну и чего ждем? Идемте есть и пить! Эй, дворецкий, ну-ка распорядись, чтоб представителя…       — Друг, я тебе что сказал? — отчеканил Кресс, прижимая к себе дрожащую Налию. Бедняжка тряслась, как промокшая кошка, то ли от волнения, то ли от гаммы новых ощущений. — А вообще, ты прав. Все ли готово? Я и сам голоден, как кобольд.       — Конечно, милорд, — тут же материализовался дворецкий. — Гости уже спускаются в обеденную залу.       — Этому, — Кресс подмигнул в сторону священника, — налить вина, дать жареного цыпленка и закатить спать. Он же на ногах не стоит.       — Все будет исполнено, милорд.       — Милорд, — Налия поигралась пряжкой на роскошном плаще Кресса, отчего он сердито зашипел. — Теперь ты мой муж, и мой титул переходит к тебе автоматически, лорд ДеАрниз.       — Могу назвать много причин, почему я это сделал, — ассасин задумчиво рассматривал на своем пальце обручальное кольцо с фамильным гербом, — но уж точно не ради твоих земель.       — Нам предстоит еще много формальностей, милый. Только теперь я перестаю этого так бояться.       — Утро вечера мудренее. Идем уже праздновать нашу свадьбу. Налия расплылась в улыбке и вложила руку в ладонь Кресса.

***

      Пир удался на славу. Корган вовсю отплясывал с местными девицами, так и рассказывая им о своих подвигах. Священник, еще принявший на грудь, пытался как можно ближе познакомиться с Крессом. Мастерство не пропьешь, учуял он в ассасине божественную метку.       — Как я рад, сын Баала, гром разрази. Ты ведь только представь, как меня благословил…       — Послушай, теперь я лорд этих земель и хозяин сего поместья, — не выдержал Кресс. — Так что молчи в моем доме!       — Парень ты мне нравишься все больше и больше, — захохотал священник, открывая объятия. Та только Кресс уже исчез в тенях и оказался в другом углу зала. Налия старалась казаться веселой и даже участвовала в игрищах, устроенных для разрядки атмосферы. Кресс тоже решил, что унывать в день собственной свадьбы не стоит и с удовольствием присоединился к игре в кости.       — Милый, — спустя некоторое время его позвала Налия. — Я иду спать.       — Так, подожди, — Кресс ловко подскочил и обнял ее. — Идем вместе, нам еще есть, о чем поговорить.

***

      Пара поднялась в приготовленную для них спальню. Кресс аж фыркнул — такие покои он видел только в гостиницах, что стоили баснословных денег. Хозяева некоторых заведений не хотели ударить в грязь лицом перед проезжающими мимо важными птицами и шли на разные ухищрения, как-то ванна в комнате или же перины, наполненные лепестками Хлондетских яблонь. Поэтому надраивали свои особые комнаты до блеска и скрипа, и пытались придать им богатый вид. Только порою забавно это получалось, как-то потрёпанному воробушку бантик привязать.       Комната, что приготовили для молодоженов, оказалась именно такой. Даже балдахин над кроватью, который заботливо отряхнули от пыли, выглядел как седло на корове. Вот зачем он в этих пошарпанных стенах, видавших еще битвы богов? Никак не походит на то, что тут заморачивались с ремонтом.       Налия устало села перед зеркалом, около которого горели свечи, и презрительно скинула свадебную мантию. Оставшись в нижнем платье, она начала расплетать косы и снимать украшения.       — Вот зачем это все? Это ожерелье, словно из тарелок. Безвкусица. Высокая мода. Кресс улыбнулся. Он впервые видел Налию без доспеха, который она не снимала в пути. Может, эта атмосфера спальни не так уж плоха и разбавит походную романтику? Надо же, в углу даже стоял сервированный стол с легкими закусками, фруктами и напитками.       — С удовольствием последую твоему примеру, — Кресс аж выдохнул, стянув с себя уже надоевшие за пару часов роскошные тряпки. — Эх, я рассчитывал на большее, хоть бы какой турнир по стрельбе провели или же фестиваль выпивки. Чуть не умер от скуки. Я так тебя теперь понимаю, почему ты убежала от этого дворянского общества.       — Если бы все было так просто, милый, — Налия налила себе вина и снова село за зеркало. — Мне предстоит столько всего уладить с тетушкой, а этот Изайя еще вытреплет меня, как виверна кролика. Нужно будет завтра снова ехать в Аскатлу, договариваться в Совете Шести о твоих правах… — по ее щеке вновь покатилась слеза. — Боюсь, так и пройдет наш медовый месяц.       — Все решим по мере поступления, — Кресс приблизился к девушке и присел перед ней. То ли вино, то ли очередной приступ нежности дали о себе знать теплом, разлившимся по телу. Вкупе с вполне естественным мужским возбуждением.       — Папочка, как же мне тебя не хватает. Кто же теперь…       — Я, — Кресс сказал, как отрезал, зарываясь носом в волосы Налии и медленно спускаясь поцелуем по шее. — Теперь я буду о тебе заботиться и хранить тебя от беды. Я, твой муж.       — Думаю, папа был бы счастлив, что мы познакомились, — Налия тяжело задышала, разомлев от ласки, — ведь всегда хотел для меня… — она резко прервалась и закинула голову назад, томно прикрыв глаза.       Кресс тем временем распахнул на Налии сорочку и вовсю ласкал языком стремительно набухающие соски.       — Продолжай, да…да, — Налия чуть прогнула спину и раздвинула ноги, предвкушая то редкое удовольствие, которым не особо-то баловали ее прежние любовники. Кресса же не нужно было ни уговаривать, ни намекать ему ни на что. Он нежно и жадно нисходил поцелуем все ниже, пока не достиг точки, что благословила сама Суна.       Спустя пару минут Налия так обмякла, что чуть не упала с кресла. Кресс подхватил ее на руки и понес на кровать.       — Это было так волшебно, — прошептала Налия, растягиваясь на перине.       Кресс лег рядом и нежно обнял ее. Вроде же все, как и раньше — хрупкое, разгорячённое, лилейное женское тело, коих были десятки. Почему же хочется прижать ее к себе и никуда не отпускать?       — Я люблю тебя.       Фраза повисла в воздухе, словно время остановилось. Налия широко распахнула глаза и приподнялась на локте. Кресс на секунду смутился, но тут же взял себя в руки. Неужели он это сказал?       — Правда?       — Я рад, когда делаю тебя счастливой. Постараюсь…       Налия запрыгнула на Кресса сверху и припала к его губам с таким неистовством, что заложило уши. Сколько же можно уже откладывать самое главное? Ассасин скользнул пальцами по бедрам Налии, плавно приближая их к себе, после одним резким движением вошел в нее.       Слияние в экстазе напомнило сладость истомы, что дает черный лотос. Скромница с виду, Налия оказалась более чем опытной и раскрепощенной женщиной, владеющей искусством любви. Кресс даже и не знал, ревновать ее к этим «учителям» или же сказать им спасибо. Или, может, это особые заклинания магов или специфика школы Очарования, которую так любила изучать Имоэн? Она шутила же в свое время, что от ухажеров точно не будет отбоя с такими навыками. Или же Налия действительно настолько доверилась, что позволяет практически все? Кресс обрывками задумывался об этом, снова и снова ныряя в водоворот нежности и страстных поцелуев. Плевать, что будет дальше, сколько придется пройти трудностей и пролить крови. Да хоть самого Демогоргона грохнуть. Теперь есть ради чего жить и идти дальше. Сколько об этом писали в романах о любви, как жизнь мужчины переворачивается с появлением на его пути роковой женщины. А ведь Кресс лишь смеялся, списывая это на богатую фантазию и щедрость на эпитеты. Нет, теперь он понял, о чем была речь.

***

      Глубокую ночь практически не нарушали звуки, что слышны каждому. Праздник уже давно закончился, шум пира давно стих. Налия уже как несколько минут сладко посапывала на плече Кресса. Как же долго они проговорили, сколько узнали друг о друге, сколько построили планов. Ассасин устроился поудобнее и тоже намеревался отойти ко сну, как естественная нужда предательски напомнила о себе. Кресс аккуратно встал, укрыв Налию одеялом, накинул плащ и вышел в коридор.       Какой же бесценный опыт и прилив сил он получил от осознания того, что рядом любимая и родная женщина. Даже движения стали более точными, а слух — острее. Нужно хорошо выспаться, а завтра с новыми силами браться за все насущные дела. Сделав свои дела, ассасин уже собирался возвращаться, как его острые уши уловили тихий плач где-то в районе кухни. Ведомый любопытством, Кресс направился туда.       — В чем дело? — спросил он, надеясь увидеть кого-то из служанок. Однако же около потухшего очага сидела Аэри, закрыв лицо руками.       — К-Кресс, — эльфийка выпрямилась и вздрогнула. — Ты п-пришел. Я хочу п-поговорить с тобой.       — Это не может подождать до завтра? — лениво спросил ассасин, покосившись на остатки жареных цыплят с каштанами.       — Я х-отела спросить н-наедине, — всхлипнула Аэри. — Этот брак, ты ведь его з-заключил только из желания п-помочь Налии, он же фиктивный, п-правда?       Кресс фыркнул и оторвал крылышко от остывшего жареного цыпленка. Вот ведь женщины! Почему некоторые из них вызывают лишь желание отмахнуться от них и предаваться в их обществе лишь обжорству?       — Почему ты задаешь мне такие вопросы? Какое тебе дело?       — Я т-так хотела сблизиться с тобой, чтоб мы стали…д-друзьями, у меня их б-было так мало. В-вот и хотелось б-больше общаться с т-тобой…       — Прекрати, — перебил Кресс. — Мы уже говорили об этом вчера ночью. Ты же хочешь стать сильнее, мудрее. Так учись и становись.       — Конечно, т-ты прав, — Аэри встала. Словно невзначай ее мантия распахнулась, обнажая наготу. — Я доверяю т-тебе и буду п-прилежно учиться, чтоб приносить пользу. Но, — она подошла ближе, — я еще и хотела п-познать любовь. У н-нас могло ли получиться?       Кресс молчал, доедая свой ночной перекус. Не будь он так удовлетворен, может быть бы, и повелся. Но сейчас вид голой эльфийки не вызывал ничего, кроме смеха. Неужели она так ничего и не поняла?       — Х-хоть один раз, — продолжала Аэри. — Или же я у-уродлива и ты не хочешь меня? Такая глупая, ноющая. Никто и никогда меня не захочет.       — Аэри, прекрати эти глупости.       — И-извини. Я просто хотела…       — Хватит! Я сегодня женился! Женился, понимаешь? На женщине, которая мне нравится! Что тебе еще не понятно и чего ты хочешь? Никто не держит тебя около меня. Если тебе плохо, ты всегда можешь вернуться в цирк!       Аэри снова села у очага и заплакала, да так горько, что и злоба улетучилась. Да и Налия вряд ли одобрит такие методы.       — Иди спать, — смягчился Кресс. — Найдется тот, кто полюбит тебя. Но, это буду не я.       — Х-хорошо. Ж-желаю вам счастья.       Не слыша дальнейших истерик и не разбирая дороги, ассасин буквально в пару прыжков снова оказался в спальне. Забравшись под одеяло и обняв Налию, он уснул, буквально уронив голову на подушку. Насыщенный и колоритный выдался денек, а уж его окончание и вообще добило.