Лед и пламя

- Значит, ты так и не скажешь мне с кем у тебя свиданка? - интересуется Тэхен, пока он, вооружившись расческой, орудует на голове Пака. Чимин закрывает глаза и вздыхает от заданного вопроса, что был уже озвучен не одну сотню раз. - Тэ, я не могу тебе сейчас рассказать. Пока не могу. - с виноватыми глазами произносит Чимин, а Тэхен только закатывает глаза в ответ. - Прости. - Я думал, что у нас нет друг от друга никаких секретов. - Пойми, это касается не только меня, но и другого человека. Если я расскажу, то, возможно, он очень рассердится. - на самом деле, Чимин понятия не имеет, как бы отреагировал Юнги, если бы Пак решил раскрыть их связь. Но что-то подсказывает рыжеволосому, что делать этого сейчас не стоит. Да и для себя Пак так до конца и не выяснил, что же между ними теперь за отношения. Кто знает, какие изменения мог претерпеть Мин с момента их последнего разговора. - Хорошо. - сдается Тэхен. - Но спрошу в последний раз. Этот кто-то - точно не Хосок? - Нет. Это не Хосок. - Тогда я в замешательстве. - задумчиво произносит Ким. - С кем ты мог замутить, что я не заметил этого. - хмыкает он. - Надеюсь, ты не собираешься долго скрывать этого Мистера Икс. А то я начну следить за тобой... все, готово! - Тэхен разворачивает Пака к зеркалу. Тот осматривает свои аккуратно уложенные рыжие волосы, дотрагивается пальцами до челки и немного разделяет ее, но Тэхен быстро бьет его по рукам. - Не трогай ничего. Так тебе намного лучше. - Пак опускает руки, давая возможность Тэхену обратно поправить ему челку. - Во сколько у вас встреча? - Эммм... я не знаю. - Тэхен расширяет свои глаза, впадая в ступор, и Пак спешит добавить. - Он должен с минуты на минуту прислать сообщение с местом и временем. - Теперь все стало еще страннее. Чимин, это точно ни какой нибудь маньяк? Я волнуюсь. В случае чего я даже не знаю где тебя искать. - Если ты пообещаешь мне, что не будешь за нами следить, то я скажу тебе место. - Обещаю. Только будь аккуратнее. И если что, то сразу звони мне. Я и Чонгук ему наваляем. - Уверен, ничего такого не случится. - Пак в последний раз осматривает себя в отражении зеркала и встает. Одергивает черную водолазку и скользит глазами по своим ногам, что были обтянуты тканью черных джинсов, которые, к слову, всучил ему Тэхен. - Они не сильно обтягивают меня? - Они не обтягивают, а подчеркивают твою фигуру, это во-первых, а во-вторых, они очень тебе идут. Уверен, что твой "Мистер Инкогнито" оценит. Ну и твой орех просто божественен в этих джинсах, так что... - Еще одно слово про мой орех, и я за себя не ручаюсь. - Пак тычет расческой в Тэхена, угрожая, а последний, смеясь, поднимает руки.. - Я серьезно. - Я понял, больше не буду. - заверяет Тэ, и как раз в эту самую секунду телефон Пака вибрирует на столе. У Чимина резко учащается пульс. 20.00 Парк Ханган.       Такое короткое послание и ничего более. Слово ему назначили деловую встречу, а не... Мост за большой ивой. И не опаздывай. - приходит вслед через пару секунд.       У Пака чешутся руки ответить, но, вместо этого, он засовывает телефон подальше в карман джинсов. Тем временем Тэхен стоит у него за спиной и сгорает от любопытства. - Парк Ханган. В 8 вечера. - произносит Пак.       Тэхен проверяет время на своем мобильном. - Почти семь. До этого парка добираться на автобусе минут двадцать, а пешком и вовсе все сорок. Вызовем тебе такси. А пока садись, я тебе еще немного глаза подрисую. - Это еще зачем? - Что бы твой инкогнито сдох от твоей красоты. - Тэхен давит на плечи Чимина, вынуждая того упасть на стул. - Только не малюй меня, как девку. - умоляет Чимин. - Да я легонько, не волнуйся. - клятвенно заверяет Тэхен, и Чимин по своей глупости верит ему.

***

      Пак со всех ног спешит к парку, на ходу пытаясь пригладить встрепанные волосы. Уже почти половина девятого - он крупно оплошал. Юнги ведь просил не опаздывать. Не удивительно, если Пак не застанет его уже там. Все таки Тэхен перестарался. Очень. Пак кое-как смог отмыть разукрашенные глаза от, внимание, водостойкой подводки, которую Ким стащил у своей мамы. И еще потом на такси попал в жуткую пробку. В общем, все одно к одному.       Пак, оказавшись, наконец-то, в парке, крутит головой по сторонам, пытаясь сообразить куда ему нужно идти. Потом замечает вдалеке большую иву и неподалеку мостик, на котором ни души. Пак натягивает на ладони рукава водолазки и, с грустным ликом, шагает в нужном направлении.       Мост пустует. Рядом расположившуюся иву треплет ветер, гоняет по парку сухую листву, затем перекидывается на волосы Чимина, устраивая там беспорядок. Пак наваливается на парапет моста, свешивает руки и наблюдает за тем, как потоки воды размеренно накатывают и скрываются под мостом. Чимин думает, что время, как и эта вода, утекла прямо из под его носа, не оставляя и шанса. Пак жмурится, проклиная себя за то, что такой неудачник. - Кажется, я просил тебя не опаздывать?! - неожиданно раздается позади него.       Пак резко разворачивается на голос. Перед ним Юнги со стаканчиком кофе в руке и недовольным взглядом. Он отпивает кофе, не отрываясь от Чимина, скользит глазами по его лицу, шее, спускается ниже, на ноги. - Отличные джинсы. - отмечает Юнги с ухмылкой, не переставая терроризировать взглядом округлые бедра.       Пак натягивает ниже водолазку и чувствует, как жар мгновенно охватывает его лицо. Чертов Тэхен. - С-спасибо. Прости, что я заставил тебя ждать. Это все... я попал в пробку. Прости. - с сожалением произносит Чимин. Юнги молчит, о чем-то, видимо, думая. Рыжеволосому совсем не по себе. - На колени. - вдруг произносит Юнги, загоняя Чимина этим в угол. Пак округляет глаза. - Ч-что? - Ты хочешь извиниться? - Пак кивает. - Тогда на колени и извиняйся. - Юнги делает еще один глоток кофе. Его лицо максимально невозмутимое и серьезное. А Чимина словно окатывают ледяной водой. Обидно. Юнги все такой же как и был. Может, все то, что было до, было всего лишь розыгрышем. В груди больно колет. Пак, прикусив щеку изнутри, разворачивается, чтобы уйти отсюда подальше. Сбегает быстро по ступенькам вниз, чувствуя, как пелена уже застилает глаза. И Пак ненавидит эти слезы, которые не в состоянии сдержать. - Да стой же ты. - его быстро нагоняют и останавливают, схватив за руку. - Чего ты такой впечатлительный-то? Я же пошутил. Повернись. - Юнги хватает его за плечи и разворачивает к себе лицом, но Пак отворачивается, не давая блондину взглянуть на себя. - Ты плачешь что ли? Ну ты Господи... да повернись ты сюда, глупая рыжая лиса. - ему все таки удается развернуть голову Пака на себя. Последний сразу же принимается ладошками стирать слезы с глаз. Юнги перехватывает его ладони своими, сжимает крепко. - Ладно, эту шутку ты не оценил. Я облажался. Признаю. Ну а ты чего сразу в слезы? - Потому что ты идиот! - шмыгает носом Пак. Юнги мягко смеется. - И шутки твои идиотские. - Абсолютно верно. - Юнги делает шаг, становясь ближе. - Я подумал, что ты позвал меня сюда, чтобы поиздеваться надо мной. - Возможно, еще некоторое время назад я бы с легкостью это сделал, но не сейчас. - и еще на шаг ближе, почти впритык. У Чимина перехватывает дыхание. - А сейчас что случилось тогда? - Ты случился. - Юнги мягко целует его в уголок губ и отстраняется. - Пошли, куплю тебе кофе, а то у тебя уже нос холодный. Еще замерзнешь и умрешь прямо тут. - Ты волнуешься за меня? - улыбается Чимин. - Нет. Просто потом не хочу тащить твой труп на себе. - закатывает глаза Юнги и хватает Чимина за ладонь, утаскивая его за собой.

***

      Они колесят по всему парку, пьют горячий кофе, потом сидят на лавочке под широкой ивой. Они не многословны, но и в этой полнейшей тишине им комфортно друг с другом. Даже не верится, что в прошлом между ними был разлад.       Оранжевый лист срывается в дерева и летит прямиком на Чиминову голову. Юнги замечает это. Тянется к застывшему Чимину, снимает лист, задумчиво смотрит на него, а потом втыкает его Чимину за ухо. Пак смущенно улыбается, аккуратно трогая за ухом пальцами. - Красиво? - Чертовски. Хочешь сфотографирую, посмотришь? - О нет, не нужно. - но Юнги уже встает напротив него и достает телефон из кармана. - Сиди, не рыпайся. - он ловит Пака в объектив камеры. - приподними подбородок и чуть-чуть влево... вот так замри. - раздается щелчок камеры. - Все. - протягивает телефон с фотографией Чимину в руки. Пак смотрит и мысленно ужасается со своих растрепанных волос на фотографии, даже не сразу замечая пестрый листик за своим ухом. Он принимается поправлять рыжую шевелюру рукой, приглаживает челку. Юнги скептически смотрит на него. - Встань. - Чимин послушно поднимается, опуская руки вдоль тела. Мин поправляет запутавшиеся рыжие локоны, пальцами проводит по затылку. Глазами впивается в пухлые губы, что находятся в нескольких сантиметрах от его собственных. Юнги слишком обезумел, чтобы все чаще сдерживаться. Тем более когда перед тобой так соблазнительно, хоть и от волнения, проводят языком по губам.       Юнги наклоняется ближе, почти дышит одним с ним воздухом. - Тут же люди. - лепечет Чимин. - Да плевать на них. - и Пак вспоминает тот случай, когда после школы Чонгук целовал Тэхена посреди людной улицы, а сам Пак тайно завидовал им белой завистью, потому что хотел так же. Чтобы целовали, не боясь осуждения со стороны. И, похоже, желания действительно имеют свойство исполнятся.       Чимин первый прижимается к миновым губам. Целует несмело, захватывает губы в плен и дышит обрывисто, ожидая ответных действий, а то как-то страшно стало, что Юнги ни как не принимает участия. Но долго ждать не приходится. Блондин одной рукой обхватывает талию и крепко прижимает к себе, а второй обнимает за шею. Целует напористо, чувственно, с особой страстью. Эти губы хочется целовать до бесконечности долго. Чимин шире открывает рот, позволяя Юнги пустить в ход язык. Они сплетаются в безумном танце, становясь единым целым. Все замерло вокруг, даже ветер перестал сотрясать деревья. А Чимин цепляется руками за чужие плечи, обнимает, прижимаясь всем телом.       А Юнги в эту самую минуту понимает, что уже не сможет без этих губ. Без этих обнимающих его рук. Без этих надоедливых рыжих волос, что прямо сейчас лезут ему в глаза. Не сможет без самого Чимина.       Юнги бесповоротно принимает все свои чувства.       Он любит Чимина.       Впервые в жизни он смог признаться себе в этом. Впервые он смог кого-то полюбить. - Замерз? - спрашивает Юнги, отстранившись от рыжеволосого. У обоих губы налились кровью и щеки заалели. - Не очень. Мне даже жарко стало. - улыбается Чимин.       Юнги переплетает их пальцы. - Значит, еще погуляем? - Да, давай. И... - Чимин замолкает, резко передумав озвучивать свое предложение. Юнги точно не станет вместе с ним кормить лебедей. - И... что "и"? Говори давай. - Да нет, ничего такого. Забудь. - Говори, что ты хотел. Иначе... сейчас выведу в самое людное место и ты пожалеешь. - Что ты сделаешь? - приподнимает одну бровь Чимин. Ему смешно от того, какой у Юнги в этом момент комичный вид. - Поцелую. При всех. - Пак смеется, прикрывая рот ладошкой. А Юнги рычит, хватает за его руку, - И не говори, что я тебя не предупреждал. - и тащит по направлению к главной площади - сердцу парка - где людей столько, что яблоку упасть негде. И тут Чимин начинает паниковать. - Прекрати, Юнги. Остановись. - Мин выводит его прямиком в центр. На них, точнее, на их сцепленные руки странно косятся все мимо проходящие люди, а Чимин готов провалиться сквозь землю со стыда. Но это еще не все. - Иди сюда. - блондин хватает Пака за ворот водолазки и рывком притягивает к себе. Чимин изо всех сил упирается кулаками ему в грудь. - Ты сумасшедший! - кричит Чимин и, собрав все свои силы в кучку, толкает Мина, а сам, освободившись от цепких рук, дает деру. Он несется со всех ног, пересекает тропинку, чуть не сбивая какую-то девушку с собакой, и устремляется дальше, туда, где людей почти нет - небольшой травянистый берег у паркового пруда.       И какое-то сумасшествие, потому что Юнги вдруг догоняет его, обхватывает со спины за талию, отрывает от земли, заставляя Чимина завизжать чуть ли не на весь парк, а потом валит на землю и нависает сверху.       Чимин вдруг начинает издавать какие-то странные похрюкивающие звуки, похожие на рыдания, и Юнги тут же быстро убирает с его лица рыжие растрепавшиеся волосы, но вместо покрасневших глаз и слез натыкается на широкую улыбку в пол лица. - Ах ты противная рыжая лиса. - Юнги кусает его за нос, от чего Чимин смеется еще сильнее. - Я думал ты опять ревешь, а ты тут зубы скалишь, паршивец. - и впивается губами в шею. Чимин ахает от неожиданности, но тут же подставляется, наклоняет голову в сторону, давая Юнги больше пространства для ласк, и тает под этими губами.       Мин с особым удовольствием покрывает поцелуями нежную кожу, кусает, оставляя отметины, потом губами ведет дорожку вверх, целует подбородок, скулы и, наконец-то, прижимается к мягким губам. Они целуются, упиваются друг другом, валяясь на траве, в окружении десятков, окрасившихся в разные оттенки осени, деревьев. Просто сцена из романтической дорамы.

***

      Спустя нескольких сотен горячих поцелуев, они оторвались друг от друга, все таки уже не лето, что бы вот так валяться на холодной земле. Поэтому Чимин, охватив руками колени, сидит на юнгиевой толстовке и ждет, когда Мин вернется к нему с обещанным кофе, а пока он сидит и наслаждается осенними пейзажами и разлившимся перед ним прудом.       Но все настолько хорошо идет, что Чимину страшно становится от той мысли, если все это разом вдруг оборвется. Но Юнги развеивает эти глупые мысли своим появлением. Вручает стаканчик с кофе ему и подсаживается ближе, прижимаясь к плечу и свободной рукой приобнимает за талию. Так теплее. - Уже темнеет. - хмыкает Юнги. - Да и холодно становится, может домой пойдем? - Давай сначала кофе допьем? - Как скажешь.       Чимин прикрывает глаза, когда горячий напиток приятно растекается внутри него, согревая. Вокруг тишина, только свинцовое небо нависло над ними, неся за собой начало ночи. Сколько они в этом парке уже - Пак даже не знает. Потерял счет времени. Возможно, сейчас тот самый момент, чтобы все, наконец-то, прояснить.       Чимин двумя руками держит перед собой стаканчик, собирается с мыслями, делая глубокий вдох, и отваживается: - Юнги? - Мин вопросительно поворачивает на него голову. - А мы теперь... вместе? - Чимину титанических сил стоило задать этот вопрос. Он даже чувствует, как у него запульсировали виски от волнения. - Просто ты ничего не говоришь об этом, и мне стало немного страшно от этой недосказанности. - Знаешь, все так странно получилось, - начинает Юнги. - С самого начала слепо тебя ненавидел, а сейчас ослеп от своих чувств к тебе. - безумно бьющиеся сердце Чимина пропускает удар, заставляя своего хозяина от неожиданности охнуть. - Знаешь, я... никогда бы не подумал, что скажу тебе это, но... ты нравишься мне. Я был не справедлив по отношению к тебе с самого начала, теперь я понял, каким я был лохом. - Юнги хмыкает, смолкая на секунду. - Теперь же я не представляю себе жизни, если в ней не будет тебя. - Чимин слушает его с раскрытым ртом и просто готов расплакаться прямо тут от накативших чувств. Бедное сердце готово разочароваться в клочья в его груди от того, с каким теплом на него смотрит Блондин. Это именно тот момент, ради которого стоило родиться и жить. - Готов стать моим на веки вечные?       Ответ давно уже всем известен. Горящий взгляд Чимина все говорит за него. - Ты мне тоже нравишься. - робко произносит Пак со смущенной улыбкой. - И я хочу быть с тобой. - Иди сюда, - Юнги тянет его в свои объятия, предварительно поставив пустые стаканчики из под кофе на землю. Зарывается носом в мягкие волосы и чувствует себя запредельно счастливым. За какие заслуги всевышний послал ему это рыжее чудо? - Значит, согласен со мной встречаться? - Чимин думает, что это глупый и лишний вопрос, потому что все уже очевидно. - Согласен. - Умница. - и целует. Совсем ласково и трепетно. Так, от чего у Пака даже сидя начинают трястись коленки. Или это от холода? - Все, идем. Не хочу, чтобы моего без пяти минут парня потом свалила с ног пневмония. - Юнги встает и за собой тянет Чимина. Поднимает с земли свою толстовку, отряхивает ее от травы и земли и заставляет рыжеволосого укутаться в нее.       Они покидают парк держась за руки, оба дохрена счастливые и довольные проведенным вечером. Стоит ли это счастье пройденных семь кругов ада? Определенно да!

***

      Едва Чимин только переступает порог дома, как Юнги тут же прижимает его собой к стене и принимается целовать, пробираясь оледеневшими руками под водолазку. Они спотыкаются через чью-то разбросанную на полу обувь, чуть не валятся на пол, потом чуть не сваливают вешалку с куртками, благо Юнги успевает вовремя ее подхватить, иначе грохот стоял бы на весь дом. Юнги, как голодный волк, мучает его губы, водит руками по телу, но ему все мало. Чимин очень надеется, что их родители уже давно спят, и они не спалят их в этом коридоре. - Бля, какой ты афигенный. - хрипит Юнги, покрывая чиминову шею поцелуями. - И какого хрена я лишал себя такого удовольствия все это время? Идиот! - Юнги, это не самое подходящее место. - прерывает его Чимин. - Вдруг кто из родителей спустится, а мы тут... - Пошли ко мне в комнату тогда. - это не вопрос, потому что Мин хватает его за руку и уже тащит за собой наверх. - К тебе? - Ну да, я тебя сегодня не отпущу. - Изрекает Юнги, а Пак почти давится воздухом, потому что взгляд у того чернее ночи. Ему немного не по себе, но он все же следует вслед за ним по лестнице.       У них не хватило ума включить свет в коридоре, поэтому они на ощупь по стенам ищут нужную комнату, но вот незадача - они совсем забыли, что у одной из стен стоит большая расписная ваза, на которую они благополучно в темноте и налетают. Та гремит по полу, разбиваясь и парни чувствуют себя грабителями, которых вот-вот поймают с поличным. - Вот черт! - заключает Юнги, замечая, как в самой дальней комнате загорается свет. - Что здесь случилось? - взволнованная Виен выбегает из комнаты в халате, включает свет и замирает, складывая руки на груди. Осматривает место преступления с поджатыми губами и впивается взглядом в сына. - Чимин, ты почему еще не спишь? Уже почти час ночи. Где тебя носило? - Мы с Юнги... - Мы делали совместный проект у моего друга. - прерывает его блондин, незаметно для Виен положив руку на его поясницу. - Только засиделись немного, за временем не уследили. - Проект они делали... - недовольно повторяет она. - Ты можешь сидеть у своего друга хоть до утра, но Чимин до одиннадцати вечера должен быть дома, а не ошиваться не пойми где и не пойми с кем.       Чимин и думать не думал, что его мама рассердится так изо того, что он поздно пришел домой. Впервые в жизни. - Мама, прости, в следующий раз я буду внимательнее. - заверяет ее Пак. - Вашему сыну не десять лет. - Юнги делает шаг вперед, загораживая уже своего парня от сурового взгляда. - Зачем вы его так ограничиваете? И тем более с ним был я. - Юнги, пожалуйста, не спорь со мной. Я просто не хочу, чтобы мой сын шел по твоим стопам. - Моим стопам?.. - Мам, мы поняли тебя. Давай поговорим об этом завтра. - Нет, Чимин, погоди. - тут Юнги задели за душу. - По каким таким моим стопам? - Ты сам все прекрасно понимаешь. Я не хочу, чтобы мой сын начал гулять днями и ночами на пролет, забывая об учебе, как это происходит с тобой. Потом начнется алкоголь, сигареты, а у него, между прочим, экзамены. - Ну чего вы тут застряли? - Джихен с помятой от подушки щекой выползает из спальни, зевает и сонно лупает глазами. - Что тут опять? - Полюбуйся, твой сын моего сына таскает не пойми где ночами, а теперь еще и спорит со мной. - Юнги фыркает, а Чимин виновато стоит рядышком. - Ну чего ты распереживалась? Они большие мальчики, ничего плохо не случится. Пошли спать. - он целует Виен в щеку и утаскивает обратно в спальню, по дороге машет за спиной рукой Юнги и Чимину, мол, идите спать, я разберусь. - Мы еще вернемся к этому разговору. - обещает та, прежде чем за ней закрывается дверь. - Пиздец! - заключает Юнги, взъерошив руками волосы. - Я такого не ожидал совсем. - не весело произносит Чимин. Он вообще в шоке от только что произошедшего. Его мама так рьяно пыталась запятнать Юнги перед ним. Ничего ведь страшного не произошло, если так так разобраться. Может еще забудется все до утра. - Ладно, пошли. - Чимин не успевает даже одуматься, как его уже впихивают в спальню и за его спиной захлопывается дверь. А потом в следующее мгновение, даже не включая свет, подхватывают за пояс и валят на кровать. - А если моя мама решит проверить, в комнате я или нет? - Чимин лежит под Юнги, держась руками за его плечи. В темноте не видно, но можно и так догадаться, что Мин закатывает глаза, перед тем как неожиданно для Чимина прикусить его кожу над ключицей. - Значит нам хана. В особенности мне, конечно, это ведь я тебя тут развращаю.       Чимин ничего не отвечает только потому, что его уже во всю целуют. Юнги мастерски раздвигает его ноги, чтобы потом устроиться между ними, задирает водолазку вверх, а потом и вовсе снимает. Принимается целовать горячее под ним тело, накрывает чувствительные горошинки сосков губами и Чимин судорожно выдыхает воздух сквозь стиснутые зубы. Ему так хорошо сейчас. Ни одно существующие наслаждение не сравнится с этим. А Юнги тем временем ведет губами ниже, целует живот, обводит языком ямочку пупка. Чимин не сдерживается, потому что слишком, все слишком, и издает стон, тут же накрывая рот ладошкой, потому что слишком громко. - Нет, мой хороший, так не пойдет. - шепчет где-то у уха Юнги, а потом прикусывает за мочку. - Я хочу чтобы ты стонал подо мной. Не сдерживайся. Я хочу слышать, как тебе хорошо. - а потом без предупреждения ловко ныряет рукой в его джинсы. - Мгм... Юнгх... - Чимин задыхается, когда Юнги начинает медленно водить рукой по его органу. - Ах... - он всхлипывает, падая на головой на подушку и послностью растворяется в охватившем его удовольствии. - Вот так, маленький мой. - шепчет Мин, ускоряя движения. Чимин до крови прикусывает губы, в которые следом впивается и блондин. Пак заглушает свои стоны в их поцелуе, ластится к Юнги, позволяет, хоть и частично, но завладеть ему своим телом.       Дыхание рыжеволосого учащается, каждая мышца натягивается как струна. Пак скулит и подрагивает всем телом, чувствуя скорую разрядку. - Давай, - Юнги ни на минуту не сбавляет скорость. Наоборот плотнее охватывает чиминов член. - Кончи для меня, детка. - и Чимин взрывается.       Его бьет сильная дрожь, его стон - это полу-плачь, он до синяков стискивает руки на плечах Юнги и прижимает к себе. Это слишком потрясающе, чтобы быть реальностью, думает Пак где-то на задворках своего опьяненного сознания.       Он обмякает на подушки с закрытыми глазами, стирает ладошкой струящийся со лба пот и дышит загнанно. Это что-то, думает он.       А Юнги думает, что еще секунда и он богу душу отдаст, ибо в штанах давление адское. Он накрывает свой пах рукой, думая, что ему делать: бежать в ванную или что? Но поверх его руки ложится вторая, и Юнги чуть только от этого чуть не спускает в штаны. Тем временем Чимин оглаживает выпирающее достоинство, а затем дрожащей рукой тянется к ремню, и тут все без слов понятно становится.       Юнги помогает ему справится с ремнем, после хватает за руку и направляет в свои штаны. Пак несмело обхватывает его член, совершает первые скользящие движения, а Юнги уже на грани. Даже стыдно как-то на душе становится за это. - Т-тебе хорошо? - шепчет Чимин, плавно лаская чужой член. Для него это все впервые. Это так волнительно и так страшно сразу. Он хочет, чтобы Юнги тоже получил максимум удовольствия от этого процесса. - Боги... не останавливайся только. - рычит Мин, стиснув зубы. - Быстрее чуть-чуть... да, вот так, детка... смелее, он не укусит тебя.       Чимин принимает во внимание все, что только что ему было сказано, и принимается смелее надрачивать своему парню, чем отправляет того прямиком на небеса. Пусть Чимин и не достаточно опытен в этом, но эта искренность, отдача, осознание того, что в твоих штанах рука рыжего невинного мальчишки, от которого кроет еще хуже, чем от текилы, делает свое дело.       Юнги видит как взрываются галактики, когда его, как лавиной снежной, накрывает неописуемое чувство эйфории, и потом падает рядом у его бока. Целует притихшего парня во влажный висок. - Ты умница. - шепчет он. - Моя умница. - блондин снимает свою футболку, вытирает ею руки Пака и отбрасывает подальше.       Чимин что-то кряхтит совсем не разборчивое, а потом притихает в теплых объятиях. Засыпает, как младенец, уткнувшись в чужие ключицы носом. - Я люблю тебя. - совсем тихо шепчет Юнги и укрывает их обоих одеялом.