Please Stay Forever With Me

Микки ждал в машине, пока Йен шел к двери симпатичного домика на окраине Нортсайда, где Майла провела ночь. Он не знал, как Майла отреагирует на новость о том, что она станет старшей сестрой, поэтому решил остался и подумать, как же рассказать об этом дочери. — Мама! — закричала Майла, обнимая его за шею, когда Йен помог ей забраться в машину. — Привет, малышка, — он засмеялся, похлопывая крошечную брюнетку по спинке. — Повеселилась? — Да. Я скучала по тебе и папочке, — Микки видел выражение полного обожания на лице Йена, когда он пристегивал девочку на детском кресле. — Мама Мии разрешила нам поиграть с ее братишкой, он ещё совсем крошечный. — Оу, правда? — спросил Йен, пристегивая ремень безопасности. — И как тебе? — Микки пропустил бы это мимо ушей, не знай он, что вскоре Майле придётся столкнуться с этим. — Он миленький, — сказала Майла с легкой улыбкой. — Малыши — это весело, — Микки тихо выдохнул, но Майла этого не заметила. — И теперь ты захотела иметь младшего братика или сестренку? — спросил Микки, надеясь услышать «да» от девочки на заднем сиденье, танцующей под какую-то дерьмовую попсовую песню, которая тихо играла из динамиков. — Чуть-чуть; дети хорошие, но мне нравится, когда у меня есть мама и папочка, — неужели она могла подумала, что если у них будет еще один ребенок, они перестанут любить ее? — Мы останемся твоими мамой и папой, принцесса, — сказал Йен дочери, глядя на нее в зеркало заднего вида. — Тебе просто будет с кем играть и кого любить. — Вы все еще будете любить меня? — робко спросила она. Микки повернулся, насколько мог, пристегнутый ремнем безопасности, и протянул Майле руку. — Мы всегда будем любить тебя, и ничто этого не изменит, — тихо сказал Микки, глядя прямо на дочь. — Мэй, у нас с папой будет твой маленький братик или сестренка, — Майла сжала руки. — Правда? — она не казалась расстроенной, просто ей было любопытно. — Могу я быть твоей помощницей, мама? — Микки одарил ее слезливой улыбкой; он даже не мог винить в этом гормоны, мягкий характер Майлы сделал это с ним. — Да, Мэй, — он повернулся, все еще не убирая руку, когда Майла играла с его пальцами на заднем сиденье, подпевая радио. Раньше он думал, что всё-таки сделал нечто хорошее, раз в его жизни появилась эта малышка. Теперь он понимает, что именно она показала ему, как нужно поступать, как любить, — так, как это делает Майла. — Она восприняла это лучше, чем я ожидал, — заметил Йен, когда они улеглись в постель. Майла периодически задавала вопросы о ребенке; как его зовут? На кого он будет похож? Понадобится ли ему помощь с домашним заданием? Микки и Йен сказали, что почти ничего не узнают, пока малыш не родится; объяснили, что не были уверены, понравится ли им имя, которое они выбрали для нее до того, как она не родилась и они не увидели ее. Ответили, что ее младший брат или сестра будет нуждаться в ее помощи большую часть жизни. — Надо было догадаться, девчонка слишком, блять, хороша, чтобы реагировать иначе, — пробормотал Микки, положив голову на сердце Йена. — Нет, думаю, она именно такая, какой и должна быть твоя малышка. Мы чертовски хорошо постарались, — Йен поцеловал Микки в макушку и нежно провел рукой по его спине. — Да. Постарались. А теперь заканчивай с этим гейским дерьмом и дай мне поспать, — Йен засмеялся, но кивнул, закрывая глаза. Микки не мог не согласиться с мужем: с Майлой они отлично справились. Хорошо бы, чтобы еще один их ребенок был таким же милым, но время покажет.