Please Stay Forever With Me

В эту субботу Микки вместе с детьми приехал в диспетчерский гараж, чтобы занести Йену обед. — Здравствуйте, Мисс Сью, — поздоровалась Майла, продолжая следить за Киланом, который оглядывался в поисках Йена, извиваясь на руках у Микки. — Привет, Мэй! — ответила Сью, улыбаясь маленькой брюнетке. — Твоему папе пришлось сменить форму, он выйдет через минутку, — сообщила она, улыбаясь Микки, который пытался держать очень возбужденного Килана под контролем. — А я думала, что он мамин сынок. — Обычно — да; но всю эту чертову неделю он фанатеет от Йена, — Микки вздохнул, подкидывая Килана на бедре. — Килан Локсли, хватит, — сказал Микки своим властным родительским тоном, заставив того прекратить попытки вырваться из его хватки. Смех Йена заставил его семью обернуться, наблюдая, как тот застегивает рабочую рубашку. — Все еще в папочкином настроении, маленький монстр? — спросил Йен, беря Килана на руки. — Но ведь мама был твоим любимцем? — Лю мама, лю папа, — Килан хихикнул, забираясь на плечи к Йену. — Куфать! — крикнул он, держась за шею Йена. — Полагаю, это означает, что монстр голоден, — Йен рассмеялся, глядя, как Майла спокойно берет Микки за руку, чтобы они могли прогуляться до маленького парка. — Галлагер! Кто-то оставил это для тебя! — крикнула Рита, входя в гараж и протягивая Йену запечатанный конверт. — Сказал, что тебе нужно забрать его прямо сейчас. Йен кивнул, несмотря на свое замешательство, и последовал за Микки, пока Килан все еще сидел у него на плечах. — Собираешься открыть его? — спросил Микки, когда они закончили обедать, а дети убежали играть в песочнице. — Я даже не знаю, кто бы мог послать мне это гребаное письмо; все те, с кем я общаюсь, просто звонят или пишут, — сказал Йен и вскрыл конверт, обнаружив незнакомый почерк. «Йен, Тревор рассказал мне о твоей маме, прими мои соболезнования. Я надеюсь, что ты был достаточно умён, чтобы полностью вычеркнуть Калеба из своей жизни до того, как это случилось, ведь, опираясь на собственный опыт, могу сказать, что он не заботится ни о ком; он может убедить тебя в этом, но на деле же его волнует только он сам. Тревор рассказал мне о твоем муже, и он выглядит как парень, который будет рядом с тобой, несмотря ни на что, в отличие от того ублюдка, на которого я по глупости потратил два года. Такие люди, как он, напоминают мне парней из тех песен, которые играют в сраных хипстерских кофейнях: «Your Mouth Is Poison, Your Mouth Is Wine» («Твой рот — яд, твой рот — вино») или что-то в этом роде. Говорит и делает ядовитое дерьмо, но кажется все это таким сладким. Я думаю, что цель моего письма состоит в том, чтобы напомнить тебе всегда держаться за то хорошее, что есть в твоей жизни, и не позволяйте мудакам с красивыми речами сомневаться в этом. Сочувствую твоей утрате, Майк.» — Я тот парень, с которым ему изменил бойфренд, а он мне, блядь, советы даёт, — Сказал Йен с невеселым смешком. — Теперь я выгляжу еще большим засранцем, чем раньше. — Нет, думаю, это просто означает, что тот мудак довольно часто выкидывал подобное дерьмо, — поправился Микки, положив голову на плечо Йена. — Хотя мне чертовски нравится, как это звучит, — пошутил он. — Потому что это правда, детка, — он поцеловал Микки в лоб. — Я оставлю это себе; напоминание о том, как я знатно проебался. Микки кивнул, продолжая молча сидеть и смотреть, как Майла помогает Килану построить замок из песка. — Когда-нибудь у нас будет ещё один малыш, — пообещал он Микки, будто прочитав мысли брюнета. — Прошло уже несколько месяцев с… и все ещё ничего даже после третьего раза, — прошептал Микки, продолжая наблюдать за детьми. — Интересно, может, это, блядь, какое-то космическое наказание за то, что я не сказал тебе о ребенке. — Эй, ты сделал то, что считал лучшим для нас обоих; нет ничего такого, за что тебя, блядь, следовало бы наказывать, — сказал Йен, опускаясь на колени перед Микки. — Мы сделаем это; может быть, это займет какое-то время, но у нас будет еще один ребенок. — Ангел должен был быть здесь, — несчастно сказал Микки. Он увидел растерянное выражение на лице Йена. — По-украински это значит Ангел. — Ангел… Наверное, у нас уже есть имя, а? — спросил Йен, пытаясь заставить Микки снова посмотреть на него. — Как бы чертовски больно ни было осознавать, что мы не можем быть с ними, смотреть, как они растут, тогда была просто не наша очередь любить их. Микки посмотрел поверх головы Йена на двух детей, смеющихся и играющих. — Но сейчас? Сейчас это наше время, детка. — Мы сделаем это, — повторил Микки, глядя, как Килан со смехом опрокидывает замок из песка. — Это наше время. Йен наклонился и поцеловал Микки в колено. Хотя Микки все еще волновался, он надеялся, что когда-нибудь у них родится еще один ребенок.