Сломанный Ангел.

— Что?! Почему я?! Я не хочу! — разнёсся по огромному залу громкий вопль. — Пойми, у него большое будущее! Ему нужен сильный ангел-хранитель! — усталый старческий голос. — Отправь Великобританию! Он тоже сильный ангел! — Великобритания сейчас занят, у него другой подопечный! — Францию? — не хотел сдаваться мужчина с огромными белоснежными крыльями. — Я бы отправил, ты знаешь, я бы не стал тебя дёргать просто так. Я в курсе твоей… Непростой ситуации, но… К этому парню отправили сильного демона. Очень сильного. Франция с ним не справится, он слишком… Мягкий. — Не говори, что это… — Да, Третий Рейх. — Я не хочу его видеть! Мы с ним поубиваем друг друга! — недовольно цыкнув, СССР поправил на голове слегка съехавшую земную ушанку, раздражённо дёрнул крылом, достал из глубокого кармана своего пальто сигарету с зажигалкой и закурил. — Союз, не здесь! Ты в зале Архангелов, что ты себе позволяешь?! — Так, давай ты успокоишься, отправишь к этому парню, кто он вообще такой? Кого-нибудь другого, а я пойду домой и там буду курить? — Только ты можешь работать с Рейхом. — Италия?.. — отчаявшись, предложил коммунист. — Ты помнишь, что стало с его отцом? — Да-да, об этом всем ангелам прожужжали уши, он связался с Рейхом и стал демоном, как и Японская Империя, я помню… Отец. — Вот именно, мы не можем сейчас терять ангелов, они и так в дефиците. — Поэтому вы решили отправить дефектного ангела? — Ты преувеличиваешь… — Да не могу я! — сорвался на крик СССР, — Не могу! После того случая… Не могу… — Поздно. В архивах ты уже значишься ангелом-хранителем Российской Федерации. Советую тебе поторопиться, Третий Рейх уже на Земле. — Р-России? — выдохнул коммунист и закашлялся, — Твою мать!       Раскрыв крылья, он в пару взмахов покинул зал Архангелов и отца в частности. Нет, это надо же, он пристрелил Российскую Империю, а он до Архангела дослужился и теперь вертит сыном, как хочет! Правда, он ничего не помнит о своей земной жизни… И смерти своей не помнит. Так и положено, ангелы или демоны, все, занимая свои посты после смерти, забывали свою прошлую жизнь — она им ни к чему. Все, кроме СССР. Он не спроста назвал себя дефектным ангелом… Он единственный помнил свою прежнюю жизнь, каждый день, каждую смерть. Он помнит и их с Третьим Рейхом кровопролитную войну, хочет это забыть, но не может. Ему сложно находиться с этой нацистской мразью рядом, душу греет лишь то, что в той войне он всё же одолел его. И он не оставит своего сына с этим демоном, тут Российская Империя был прав, только он сможет справиться с этим нацистом.       Стоило Союзу покинуть Город Ангелов, как вокруг его руки обвязалась полупрозрачная нить и потянулась к земле. СССР хмыкнул. Ну да, нить, связывающая его с подопечным, чтобы не потерялся. Тяжело вздохнув, коммунист снял с головы ушанку, чтобы не потерять и сложив крылья, полетел камнем вниз. Он любил такие полёты, опасные и резкие. Падать тысячи километров вниз, а после, резко раскрыв крылья, подлететь вверх от толчка и медленно спланировать вниз. Остальные ангелы крутили пальцами у виска, глядя на такое.       Встав на ноги, он надел ушанку и пошёл по нити в свой старый дом, где сейчас обитал его сын. Уже на подходе к зданию он услышал крики и грохот. Кажется, Россия снова поцапался с Украиной. Прикрыв глаза, он раздражённо потёр переносицу и вошёл в дом. — Тварь! Не прощу тебе этого! — заорал украинец и швырнул в брата тарелкой. — Крым всегда принадлежал мне! Успокойся уже, а?! — прорычал в ответ тот, уворачиваясь от «снаряда». — Ну ты чего тарелкой, как баба истеричная, кидаешь? — раздался сверху хриплый ехидный голос, — Давай чем-нибудь потяжелее… Вон, пуфик кинь. — Я и не сомневался, что это твоих рук дело, — проводив взглядом кинувшегося на русского Украину, процедил Союз. — Ты?! — взвыл Рейх и, покачнувшись на люстре, на которой сидел, рухнул вниз, совершив какой-то очень сложный кульбит, — Почему ты?! — Чтоб тебе скучно не было, — СССР взмахнул крылом и в воздухе зависли маленькие серебристые искорки. Взмахом руки он разнёс их по всему помещению, они оседали всюду, на мебель, взбешённого демона и парней, — Спокойно, ребята. Ничего смертельного не произошло. Вы — братья, не забывайте об этом, — обняв Украину и Россию крыльями, прошептал ангел.       Глаза обоих словно посветлели. Отпрянув друг от друга, они в ужасе посмотрели на свои руки. — П-прости, не понимаю, что на меня нашло, — пробормотал русский. — Неважно, — отрезал украинец, — Мне плевать. Бывай.       Развернувшись, парень ушёл из дома, громко хлопнув дверью напоследок. Оставшись в одиночестве, Россия громко выругался и пошёл на кухню. Открыв шкафчик, он достал оттуда бутылку водки. — Хорошая идея, парень. Алкоголизм — это круто, — довольно оскалился Рейх и, подойдя к севшему за стол Федерации, прикоснулся к его лбу. По лицу парня пробежали чёрные искры, а глаза словно помутнели. — Слышь, руки-то свои при себе держи, — рявкнул коммунист. — Не лезь, сейчас моя очередь развлекаться, — усмехнулся демон, — Хороший парень. Много боли, есть с чем поработать.       Ангел промолчал. Недружелюбно глянув на собеседника, он отошёл к тяжёлой старой тумбе, на которой лицевой стороной вниз лежала фоторамка с их семейным фото.       Союз помнит свои последние минуты. Как он сидел, разбирая бумаги, как резко закружилась голова, как его руки и он сам начали превращаться в пыль. Как со стола упала и разбилась кружка, а на шум прибежал Россия. Страх и непонимание в его глазах, полный отчаянья крик: «Отец!», как сын кинулся к нему, этот отчаянный рывок, но он не успел… Сознание коммуниста затопили боль и тьма, он потерял опору под собой и словно начал падать в бездонную яму. Потом яркая слепящая вспышка и чей-то смутно знакомый голос: — Добро пожаловать в Город Ангелов! Отныне ты ангел-хранитель!       И полное непонимание происходящего… — Что это? — прервал воспоминания СССР голос Рейха. Союз и не заметил, как демон подошёл к нему, — Как интересно… — Не трогай! — ледяным тоном приказал ангел, схватив тянущуюся к рамке руку немца. — Ой, какие мы грозные! — вырвав свою конечность, издевательски рассмеялся тот.       Скривившись, коммунист брезгливо вытер руки о своё бежевое пальто. Да, выглядел он тоже не как среднестатистический ангел. Никаких белых одеяний, что сначала всех возмутило, только его старая земная одежда. Тёплый свитер, ушанка с красной звездой, тяжёлые ботинки и пальто.       Сознание услужливо подкинуло воспоминания о подлом и мерзком предательстве немца, некогда бывшего его другом. Страшные дни войны, эти четыре кровопролитных года, которые по сей день преследуют его в кошмарах. Как же рад был Союз, когда понял, что всё закончилось, что немец мёртв, пристрелился, как жалкий трус, оставив сына одного разбираться с последствиями своей деятельности. Но вот он снова стоит рядом с этой тварью. Чем же он это заслужил? — Я не понял, это что? — ворвался в сознание ангела голос Рейха, — Это как?       А в руках он держал фоторамку, откуда на него смотрел улыбающийся Союз в окружении своих детей.