Под снежной луной

Тэйлор. Даже странно, но последние две ночи мне удавалось заснуть в полной тишине: ни криков, ни слезных истерик из соседнего дома не доносилось. Неужели у Браунов все наладилось? Пребывая в отличном расположении духа, я далеко не сразу заметил, что впереди шёл Олби. Надо бы уж как-нибудь нам познакомиться. А то учимся в одном классе, живём в соседних домах, а не сказали друг другу и полслова. Хотя стоило только встретиться с ним взглядом, как тут же бросило в дрожь. Все же было в нем что-то такое опасное. Следующая неделя практически ничем не отличалась от предыдущей: дом-школа-бассейн-дом. И везде на глаза попадался этот странный блондин. Я обнаружил, что слишком часто на него натыкаюсь в столовой или в любом другом уголке школы, а о бассейне уже и не говорю. Видимо, постоянно думая о нашем соседстве и несостоявшемся знакомстве, я перестал замечать других людей, и не сразу обратил внимание на что-то говорящего Леона. Парень решил, что мне нужно развеяться и собирался потащить меня на какую-то вечеринку, на что я ответил категорическим отказом и отправился в бассейн. Конечно, повеселиться, иногда, это совсем неплохо. Но меня все же куда больше прельщала возможность поплавать, нежели веселиться в компании малознакомых людей. Всю тренировку двое парней ни с того ни с сего задирали Брауна. Он привычно игнорировал всех и вся. Я тоже решил не вмешиваться, полагая, что эта парочка, не встретив ответной реакции, все же отстанет от блондина. Но не тут-то было. Уже переодевшись и направившись к выходу, в смотровое окно, которое выходило прямо в бассейн, увидел, как Арнольд и Сэм намеренно провоцируют Олби на драку, толкая в грудь и что-то озлобленно шипя сквозь зубы прямо ему в лицо. Недолго думая, я помчался к ним. Все-таки, это как-то нечестно, двое на одного. Да один Сэм, гора мышц по сравнению с Брауном. Распахнув дверь в бассейн, я замер на месте: Арнольд с разбитым в кровь носом в испуге жался спиной к стене, а Олби, тот самый хрупкий светловолосый парень, пытался утопить в бассейне Сэма! Прямо в одежде я бросился в воду и в одно мгновение оказался рядом с ними. Все мои попытки отцепить Брауна от несчастного парня, который еще пытался бороться, находясь полностью под водой, не увенчались успехом. Стальная хватка рук поражала, да и весь его вид, откровенно пугал: непроницаемое лицо, широко распахнутые глаза, лишенный всяких эмоций взгляд. - Олби, отпусти! - закричал, чтобы он услышал сквозь шум брызг. - Ты же убьешь его! Сила этого парня поражала. Меня, как якобы охотника на оборотней, с детства готовил отец, и на собственную физическую форму жаловаться еще не приходилось. В драках мне не было равных, в Майами я мог дать сто очков вперед любому, кто осмелится подойти, пару раз приходилось даже драться против нескольких человек, причем, еще и выйти победителем. Сейчас же не хватало силы справиться с одним, пусть и озверевшим парнем, который меньше, и с виду явно слабее меня. Продолжая трясти Олби, звал его по имени, но Браун, словно в каком-то трансе, не обращал на меня никакого внимания. Наконец, блондин ослабил хватку, а перепуганный до смерти Сэм вынырнул на поверхность, жадно хватая воздух ртом и кашляя. - Что, черт возьми, с тобой происходит?! - Заорал я на Олби, который, судя по растерянному взгляду, только сейчас осознал, что чуть не убил человека. Он что, это серьезно? - Уилсон, помоги мне! - крикнул я парню, который всё так же сидел у стены, затравленно наблюдая за происходящим. Медленно поднявшись, он подошел к бортику и взял под руки ослабевшего Сэма, которого я пытался вытащить из воды. За это время Олби успел вылезти из бассейна и уйти. Усевшись на скамейку, я целых пять минут выжимал свою мокрую насквозь одежду, и пытался прийти в себя. Наплевав на то, что находился в школе, я закурил. Мои руки немного подрагивали, поэтому зажигалка сработала не сразу. Что, черт возьми, это было?! Не знаю, сколько еще просидел, смотря на гладь воды и выкуривая сигарету за сигаретой, но до меня уже не доносились напуганные голоса Арнольда и Сэма. Они ушли. Зайдя в раздевалку, чтобы взять из шкафчика полотенце, я услышал, как в душевой лилась вода. Эти кретины что, решили еще после всего этого душ принять?! Сам не знаю, какого черта, но пошел туда и обнаружил в одной из кабинок Брауна. Он сидел на полу, обняв колени руками, и всхлипывал. Я потянулся к крану, чтобы выключить душ, и вдруг обнаружил, что вода ледяная. - Ты что, совсем, рехнулся? – Возмутился я, поворачивая кран с горячей водой. - Не хватало еще воспаление легких получить. Парень не обращал на меня никакого внимания, продолжая плакать и заметно дрожать. Повинуясь какому-то спонтанному порыву, я сел рядом и приобнял его за плечи. Не знаю, сколько он просидел под ледяным душем, но его кожа оказалась на удивление горячей. Прижал Олби к себе, прекрасно понимая, что как-то это все неправильно. Это ведь не его пытались убить, а жалость испытываю именно к нему. - Я не хотел, - повторял он, цепляясь за меня длинными тонкими пальцами и утыкаясь лицом в мое плечо. - Не хотел. В его голосе было столько боли и сожаления, что невольно пришлось ему поверить. Ничего не говоря, я начал гладить Брауна по мокрым спутанным волосам, от которых приятно пахло какими-то травами. Истерика продолжалась еще около десяти минут, затем я велел Олби одеться, а сам позвонил отцу и попросил за нами приехать - не идти же мне домой в мокрой одежде, а Брауну - с мокрой головой. Браун даже не сопротивлялся моим указаниям; он делал все, о чем я просил, не проронив ни слова. Олби. Этого просто не могло случиться! Не могло! Почему? Этот парень ведь едва не захлебнулся! Такого еще не было. Нет, я прекрасно понимал, что делаю, но остановиться просто не мог. Хотелось, чтобы меня просто оставили в покое. А они не успокаивались, нападали снова и снова. И к чему это привело. Хотя для меня это ни в коем случае не служит оправданием. О боже, поверить не могу! Я не вижу ничего вокруг, кажется, парень, наш новый сосед, тянет меня за собой в коридор. Плевать. В себя прихожу только от громкого оклика: - Олби, что случилось? Арни. Упираюсь взглядом в пол, не решившись посмотреть в его, без сомнения, обеспокоенное лицо. У него немного сбито дыхание, видимо, бежал. Мне было невыносимо стыдно. Своим поведением я подставил в первую очередь его. Нельзя впутывать сюда брата. - Я… Тебе не о чем волноваться. - Дурак ты. «Не о чем волноваться», конечно. Отец, наверное, уже приехал. Его вызвали. Воздуха не хватало, по телу прошла волна неприятной дрожи. Я хотел лишь одного: чтобы все это не коснулось мамы и Арни. Что бы там ни было, это мое наказание, заслуженное. - Тогда не иди рядом со мной, – в конце концов, с трудом выдавил из себя. - Нет, ты точно дурак, – но он все же отстал на несколько шагов. А у соседа, который шел рядом со мной, такой вид, будто в его голове роится по меньшей мере добрая сотня вопросов. Но вывалить их на меня он не успел. И хорошо, сомневаюсь, что смог бы адекватно на них ответить. Мы, наконец, вышли. Отец был уже у школы, он стоял возле машины, скрестив руки на груди, и смотрел в нашу сторону. Мне стало по-настоящему плохо, страшно, стыдно. Настолько, что начало мутить. Я пошел еще быстрее, уходя от Арни и Тэйлора. Остановился лишь возле отца, не решаясь подходить к нему вплотную. Неподалеку стоял незнакомый мужчина, видимо, отец нашего соседа. Сам парень тоже подошел ближе, я так и чувствовал его любопытные взгляды. Папа сам сделал шаг вперед и тихо прошипел сквозь зубы: - Это перешло всякие границы! Что ты себе позволяешь? А если бы никто не вмешался? Небрежная, хлесткая пощечина обожгла щеку. Я невольно прижал к ней ладонь. Впервые отец проявил чувства на людях. Было даже страшно думать о том, что случится дома. Сзади раздался торопливый топот ног, Арни подбежал и почти закричал: - Отец, перестань! Ты же прекрасно знаешь, что Олби ни в чем не виноват! Как ты можешь?! И вообще, они сами на него кидаются! Брат ни к кому сам не лезет, держится от всех в стороне! Чего еще ты от него хочешь? Отец не ответил. Даже не поднимая глаз, я знал, что он смотрел на Арни. Это молчание просто невыносимо. Зачем брат вмешался? Так он сделал только хуже нам обоим. И отец прав. Я действительно перешел все границы. - Вот как? Так, может, хочешь взять пример со старшего брата? – Такой холодный голос. Арни любимый ребенок в семье, но нарушил запрет отца насчет общения со мной. Причем в открытую. Боюсь, так просто ему это с рук не сойдет. - Нет, конечно. Но Олби все равно не виноват, – смущенно проворчал брат в ответ. Хорошо, весь запал у него пропал. Губы искривила невольная, горькая усмешка. Как бы он меня не оправдывал, правда от этого не изменится. Я настолько потерял над собой контроль, что чуть не утопил человека! - Дома все обсудим, – вздохнул отец, подходя к брату. Решившись чуть приподнять взгляд от земли, вижу, что он мягко погладил его по голове. Облегченный вздох вырвался помимо воли, кажется, все обошлось. – Садитесь в машину. Я послушно забрался на заднее сидение, Арни сел спереди. Мы молчали. Заметив, что отец подошел к нашим соседям, видимо, извиниться за меня и поблагодарить Тэйлора, едва слышно прошептал брату: - Арни, пожалуйста, попытайся удержать маму. Я не хочу, чтобы они снова из-за меня ссорились. - О чем ты говоришь? Не выдумывай глупостей! Ты не заслужил подобного обращения! Руки сильно дрожали, не хотел этого говорить, но удержать в себе не могу: - Заслужил! Я его чуть не убил! Понимаешь? – Голос сорвался, слезы застряли в горле противным комком. Мне стало душно, от ненависти, отвращения к самому себе. - Нет, ты бы смог остановиться. Пусть и в последний момент, но смог бы. Я тебя слишком хорошо знаю, брат. Ты не убийца, – тихо, но крайне серьезно отозвался Арни. – Знаешь, мне кажется, тебе нужно немного уверенности в самом себе. Хотя бы совсем капельку. Ты должен хоть как-то считаться с собственными желаниями. - Желания? Я записался в спортивную секцию. И что из этого вышло? Брат тяжело вздохнул: - Ладно, я понял. С тобой сейчас бесполезно говорить. Отец уже подошел к машине, и я ничего не ответил. Да и нечего сказать. Вся дорога до дома прошла в полном молчании. Мне страшно…