Под снежной луной

Тэйлор. А он все-таки очень интересный, этот Олби Браун. Было в нем что-то завораживающее: то ли грациозность, с которой он двигался по темной комнате, то ли эта видимая хрупкость, за которой скрывалась недюжинная физическая сила. Но больше всего очаровывали глаза, отливающие золотом в отблесках пламени. Наверное, довольно странно для парня рассуждать о привлекательности другого, но я довольно давно понял, что мне нравятся представители обоих полов, хотя от длительных отношений что с девчонками, что с парнями предпочитал воздерживаться. Кстати, родителям я рассказал все практически сразу же, на что они лишь пожали плечами и сказали, что им, в общем-то, без разницы, лишь бы меня все устраивало. А потом мама провела со мной лекцию о безопасном сексе, которая заставила меня отчаянно краснеть и желать провалиться сквозь землю от стыда. А вот у Лиззи случилась истерика, когда она узнала – видите ли, испугалась, что у меня возникнет желание отбивать у нее поклонников. На это она получила лишь усмешку – как говорится, ни с одним из ее ухажеров я бы на одном поле… Постепенно она успокоилась, и эта тема была в нашей семье закрыта, да и не было поводов для обсуждения. Интересно, а что думает Олби насчет этого? - И часто такое случается? – поинтересовался я, чтобы развеять, наконец, эту тишину. - Нередко, - задумчиво кивнул он. - Мда, весело тут у вас. В Майами максимум пробки может выбить. Олби в ответ лишь пожал плечами, после чего мы принялись болтать обо всем на свете, а я с удовлетворением ловил появившуюся на его губах легкую улыбку. Она делала его еще привлекательнее, особенно в такой, в некотором роде интимной, обстановке. - …Лайла, вообще, клевая девчонка, она бы тебе понравилась. И целуется классно, жаль, что я не могу воспринимать ее больше, чем отличного друга… - Я ни разу не целовался, - явно смутившись, отозвался он. - Да ладно! – искренне удивился я. Да уж, Олби, видимо, совсем редкий экземпляр, ни за что не поверю, что никто не покушался на его «честь», все же Браун довольно привлекательный парень. Хотя, учитывая размер городка и его отношения со сверстничками… - Правда. Как-то не задумывался, у меня ведь даже друзей никогда не было. - Ужас, никогда бы не подумал, что парень в шестнадцать лет ни разу ни с кем не целовался. Слушай, у тебя есть карты? – поинтересовался я, мысленно усмехнувшись. Все же лучший способ получить желаемое, а в данный момент – возможность коснуться Брауна, это выиграть в карты. Мда, и откуда у меня все это? - Есть, - он посмотрел на меня, явно удивившись такой резкой смене темы, но встал и достал из стола колоду в потрепанной коробке. - Надеюсь, ты умеешь играть в холдем? – поинтересовался я, перемешивая карты, на что Олби кивнул. – Вот и отлично, играем три партии, если выиграешь – я выполню любое твое желание, если проиграешь – с тебя поцелуй. Ну да, подлости мне не занимать, а еще наглости, если судить по изменившемуся в лице однокласснику. Он долго колебался, но в конце концов согласился с такими условиями. Первая партия началась. Когда я еще жил в Майами, мы с Лайлой часто развлекались подобным образом, загадывая порой друг другу совершенно безумные желания. Причем эта несносная девчонка мастерки умела мухлевать, отчего я очень часто попадал в дурацкие ситуации. Но сейчас я был благодарен этой бестии, благодаря которой сразу понял, что у Олби просто нет шансов. Но первую партию все же проиграл, чтобы полюбоваться азартным блеском в его глазах. Оказывается, и он может увлечься чем-то, когда немного расслабится. Впрочем, отдавать победу я не собирался, поэтому вторая и третья партия закончились в мою пользу. - Ну что, карточный долг это святое, - хмыкнул я. – Когда отдавать будешь? Он медленно краснел, старательно отводя взгляд в сторону и тихо, запинаясь, ответил: - Сейчас. Грамотное решение, да и чего тянуть. Внутренний голос лишь противно намекнул, что я та еще скотина, совращающая чуть ли не невинного младенца. Но это всего лишь небольшой поцелуй. Я подсел к Олби. От неожиданности он даже попытался отодвинуться, но я успел обхватить его запястья и потянуть обратно на себя. Он застыл на месте, глядя на меня широко распахнутыми глазами. - Эй… - понизив голос до шепота, позвал очевидно находящегося в прострации парня. После чего, очарованный взглядом золотистых глаз, осторожно провел кончиками пальцев по его щеке, обвел подбородок и контур губ. – Ты очень милый, Олби… Он вздрогнул, но так и продолжал смотреть прямо мне в глаза. Склонившись ниже, я невесомо коснулся его губ, только чтобы ощутить их вкус, и, дождавшись тихого, но довольно нервного вздоха со стороны Олби, сделал поцелуй чуть настойчивей. Ладонь непроизвольно легла на талию, скользнула под свитер, пальцы второй запутались в светлых волосах. Он был по-прежнему очень напряжен, прерывисто дышал, но отстраниться не пытался. Только сильно вздрогнул, когда я коснулся кожи на спине. Она оказалась очень горячей. Впрочем, на эту странность я предпочел не обратить внимания, продолжая скользить по губам Брауна, очерчивать их контур языком. В общем-то, это уже явно не входило под понятие «желание выигравшей стороны», так как я увлекся, попросту не желая выпускать его из своих объятий. - Хватит, - дрожащим голосом в конце концов остановил он меня. Я усмехнулся про себя, хотя и был немного расстроен таким резким окончанием нашего поцелуя. Поэтому быстро склонился и легко коснулся его губ снова, прикусив нижнюю, и сразу же отстранился. - Вот теперь хватит, - улыбнулся я Олби. Олби. Это, правда, нормально? Вот так запросто поцеловать парня, на спор? Думаю, нет. И, конечно, ненормально чувствовать приятное тепло, волнами распространяющееся по телу, возбуждение. Если Тэйлор заметит, точно сгорю со стыда. Уверен, для него это просто шутка. Я не знал, о чем думать, ни одна мысль не задерживалась в голове надолго. Так не должно быть. Не может поцелуй с парнем вызывать такие ощущения! Наверное. Хотя произошедшее только что говорит об обратном. Больше всего мне хотелось остаться одному и подумать. Я никогда не думал, что мне может понравиться парень. Мне всегда казалось это странным. Впервые возникло такое настойчивое желание поделиться с кем-то, но с кем? Тэю я точно ничего не скажу. - Эй, - позвал он, слегка потрепав за плечо. – Вернись на землю, друг мой. - А, прости... - я почувствовал себя еще хуже. Больше всего мне хотелось выскочить из комнаты и закрыться где-нибудь, лучше всего - в ванной. - Ни за что не прощу, - улыбнулся Тэйлор, скользнув ладонью вниз по позвоночнику. – Вот уж не думал, что от моего поцелуя можно впасть в подобие комы. Неужели все так плохо? Совершенно не понимая, что делаю, я резко выпрямился, отстраняясь от него подальше. Но желание было совсем иным, подвинуться поближе, вновь ощутить прикосновение. Как же стыдно! Не выдержав, я скомкано буркнул какое-то оправдание и, вскочив в один миг, буквально вылетел из комнаты.. Сердце колотилось в груди словно сумасшедшее, казалось, что все тело горит, а низ живота тянуло от возбуждения. Изнутри поднималась паника - нет, не хочу так реагировать на парня! Более того, единственного, кого я впервые могу назвать другом. Стараясь двигаться как можно быстрее и тише, я дошел до ванной. Вода была ледяной. Несколько раз плеснув ее себе в лицо, понял, что не помогло. Бесполезно, мысли все так же путались, а тело горело. Стон бессилия сам собой вырвался сквозь зубы. Не думая, не контролируя собственные действия, желая хоть как-то унять жар, скользнул рукой вниз, через джинсы коснувшись собственного члена. Как стыдно! Заниматься этим, когда совсем рядом находится тот, кто подобную реакцию вызвал. Если сосредоточиться на моей комнате, то я смогу услышать малейшее его движение, а если постараться еще больше, дыхание. Выбрасывая из головы вспыхивающие одну за другой соблазнительные мысли, я расстегнул молнию и приспустил джинсы вместе с бельем, коснулся уже обнаженной кожи. Приятное, какое-то терпкое, пробирающее до костей тепло, даже стыд перед ним отступил на второй план. Все мысли вылетели из головы, стало совершенно без разницы, где я. Оперевшись о ванну, я двигал рукой, сжимая свой член, и прислушивался к малейшим шорохам в моей комнате. Я сам не понял, когда услышал его дыхание, но все остальное перестало иметь значение. Как будто он стоял прямо за моей спиной. Стоило только представить и разрядка не заставила себя долго ждать. Перед глазами на миг потемнело, все тело наполнила приятная тяжесть. Судорожным движением открыв воду, я все так же стоял, безуспешно пытаясь восстановить дыхание. Только что я кончил, думая о Тэйлоре. Не знаю, как после этого смотреть ему в глаза. Тэйлор. Совесть все-таки встрепенулась, когда Олби исчез за дверью. Ну вот, кажется, я окончательно поверг в ступор этого странного парня своими выходками, особенно поцелуем. Ну не виноват же я, в конце концов, что Браун такой забавно-милый и довольно симпатичный? Да и вообще, что такого произошло? Ну, поцеловались, тем более завуалировано, карточный долг это святое. Ну и что, если мне действительно этого хотелось? Он ведь мог и не соглашаться, а сразу дать в морду, чтоб глупостей не болтал. Так нет, согласился же, и особого отвращения на его лице вроде не было. Пока Олби не было, я медленно обвел взглядом его комнату, с трудом пытаясь разглядеть в отблесках свечей непритязательную обстановку. Довольно скромно, по-спартански, можно сказать. Впрочем я и сам не питал слабости к различным украшательствам своего жилища – койка есть, и ладно. Внимание привлекала фотография, где Олби еще совсем ребенок стоял рядом с братом, а их обнимал высокий подтянутый мужчина. Видимо, это и есть Браун-старший, которого я видел издалека, вот только на фотографии он выглядел действительно любящим отцом, а не жестоким тираном. И нельзя было даже подумать, что ему ничего не стоит запереть на холодном чердаке своего сына. Ненавижу таких уродов. От раздумий меня отвлек поворот дверной ручки. Олби зашел в комнату как-то странно, боком. Парень был явно до сих пор смущен и старался на меня даже не смотреть. Ну и чего он так жмется? - Все нормально? – вежливо поинтересовался я, хотя мой воспаленный мозг уже подготовил неслабую речь на тему излишнего пуританства и впечатлительности у отдельных личностей. Он отчаянно покраснел и выдавил: - Да. Но тут в нем что-то изменилось, он, словно к чему-то прислушался и уже по-другому, напряженно произнес: - Тэйлор, прости, но тебе пора домой. Отец уже подъезжает к дому. Не хочу, чтобы вы встречались. У него что, вместо ушей НАТОвские локаторы? Но интересоваться времени не было, и встречаться с его отцом желания действительно не возникало. Ляпну еще чего-нибудь по глупости, а парню потом снова терпеть ругань и крики, а может и чего похуже. Олби явно нервничал, когда провожал меня до двери. Когда я уже подходил к дому, увидел, как к ним подъехала машина. Невольно скрипнул зубами, увидев силуэт Брауна-старшего, выходящего из автомобиля. С трудом поборов в себе желание вернуться и как минимум забрать оттуда Олби, а как максимум набить морду этому "родителю", вошел в свой родной дом.