Под снежной луной

Олби. Я проснулся резко, с одной единственной мыслью, которая так и крутилась в голове: нужно возвращаться домой, пока не поздно. Темнота не мешала видеть, что Тэйлор спит, отвернувшись к стене. Странный парень. Зачем он полез помогать, ничего обо мне не зная? Это так непривычно. Где-то в глубине души мне хотелось верить, что мы сможем подружиться, но я знал, что это невозможно. Мне уже стыдно оттого, что на его доброту пришлось отвечать ложью. В доме стояла тишина, но другая, отличная от той, что присуща нашему. Она не давила, не заставляла старательно прислушиваться, вздрагивать от каждого шороха. Нет, здесь иная атмосфера. Тепло, которое заставляло расслабиться, забыть обо всех проблемах и почувствовать себя обычным, нормальным. Часы показывали два часа ночи, пора. Нехотя поднявшись, я как можно тише подошел к окну и аккуратно открыл. Холодный ветер тут же ворвался внутрь, забирая тепло. Бросив быстрый взгляд и убедившись, что Тэйлор спит, я выскользнул наружу, в последний момент вспомнив, что вся одежда осталась в комнате. Но возвращаться обратно было бы опасно, да и до нашего дома бегом меньше минуты. Плотно закрыв створку окна, спрыгнул вниз, в снег. Холод тут же забрался под кофту. Я со всех ног кинулся к окну чердака, настороженно оглядывая округу. К счастью, рядом никого не было, а то пришлось бы прятаться и мерзнуть. Хорошо, что у нас температура тела гораздо выше человеческой, как и скорость передвижения, кстати. Иначе я бы застыл. На чердаке было ненамного теплей, чем на улице, а серебряный ошейник внушал даже большее отвращение, чем раньше. Но пришлось спуститься в свою комнату, снять остатки теплой одежды, с отвращением натянуть легкую футболку и шорты, в которых меня оставлял отец. Но самым тяжелым было другое – вновь застегнуть ненавистный ошейник на собственной шее. Кожу тут же обожгло, недолгий перерыв закончился. Но меня волновало другое. Что подумает Тэйлор, когда увидит, что меня нет? Что мне сказать, когда увижу его в следующий раз? Приятные мысли, приправленные слабой надеждой на то, что даже у меня может появиться друг. Но есть у случившегося сегодня и плохая сторона. Страшно представить, что будет, если отец как-то догадается о произошедшем. Сложно предположить, чем это может закончиться… Тэйлор. Очередной день жизни в этом царстве холода начался привычным противным писком будильника, который я до сих пор не разбил лишь потому, что мне его подарила Лайла. С трудом разлепив глаза, я потянулся и лишь после этого обратил внимание, что Олби нет в комнате. Вот ведь придурок, все-таки ушел обратно, к своему папашке-садисту! Впрочем, а мне до этого какое дело? Если он не хочет принимать помощь, не могу же я заставить его это делать? Вполне хватило и того, что посреди ночи в мороз полез к нему на чердак. Хотя, кого я пытался обмануть? Меня действительно беспокоил этот Браун, да и вообще было огромное желание хорошенько вправить ему мозг. Школа встретила привычным гулом, веселым смехом девчонок в уголках и обсуждением свежих сплетен, которые мне, к слову, были совсем неинтересны. Куда важнее для меня было увидеть Брауна, чтобы убедиться, что с ним все в порядке. Олби вошел в класс перед самым звонком и, даже не посмотрев в мою сторону, сел на свое место. Уж не знаю, что произошло после того, как он удрал из моей комнаты, но поговорить с ним определенно стоило. Как оказалось, у Олби были совсем другие планы на этот счет. Весь день он старательно избегал меня, обходя стороной, и старался не встречаться со мной взглядом. Нет, ну что за детский сад! - Эй, Тейлор! – услышал я голос Леона. – Ты обедать собираешься или так и будешь курить на морозе? Прислушавшись к собственному желудку и осознав, что, в общем-то совсем не против перекусить, я кивнул однокласснику. А в столовой уже разворачивалось интересное действо. Сэм откровенно наезжал на Олби, уже, видимо, забыв, как его пытались утопить в бассейне. Браун сжимал кулаки и не поднимал глаз от пола, но было видно, что его уже начало трясти от злости. - О, снова этот Браун разборки устроил, - хмыкнул за моей спиной Леон, за что мне сразу же захотелось заехать ему в нос. Неужели никто не замечал, что вина Олби состояла лишь в том, что он отвечал на подначки соответствующими приемами? Ну уж нет, что-то я не горел желанием снова выслушивать крики из соседнего дома, а потом лезть в его окно, чтобы вытащить из цепей… - Какие-то проблемы? – подскочив к «разговаривающим», я встал между ними. - Этот придурок не смотрит, куда идет! – вызывающе отозвался Сэм, демонстративно показав пятно на своей рубашке. – И вообще, тебя вроде как не касаются наши разборки, Уильямс. - Я в состоянии решить, что меня касается, а что нет. Надеюсь, ты не забыл, что плавать тебе на дне бассейна, если бы я не вмешался в «ваши разборки»? Олби вздрогнул и бросил на меня быстрый взгляд, но тут же снова опустил глаза. Сэм покраснел: - И с чего это ты решил вступиться за этого ненормального? Повторяю, наши дела тебя не касаются! - Это я повторяю для невнимательных – я сам решаю, во что вмешиваться, а во что нет. Думаю, я мало похож на ботаника, которого можно просто запугать. Просто советую отвалить от Брауна по хорошему и, желательно, навсегда. - Ты сам же об этом пожалеешь, когда окажешься в больнице! Он невменяемый! – фыркнул Сэм и, развернувшись на 90 градусов, ушел. - Скорее это у тебя мозг атрофировался за ненадобностью, - буркнул я и резко развернулся к Олби. – Чего встал? Бери свой сэндвич и пошли отсюда, если не хочешь снова попасться директору. Он кивнул, все также не глядя в мою сторону и, взяв тарелку, привычно направился к своему столу. Вздохнув, я направился за ним и сел рядом. - Может объяснишь, какого черта ты избегаешь меня весь день? Олби. Я просто не знал, как себя вести и пытался его избегать. А в итоге Тэйлор снова мне помог. Неопределенно пожав плечами, я продолжил избегать смотреть ему в глаза. Мне было стыдно, но… как нужно вести себя? Тэйлор продолжил сверлить меня взглядом, ожидая ответа, и в конце концов я со вздохом признался: - Ты странный. Безо всякой причины пытаешься вытащить меня из проблемных ситуаций. Зачем? - Я уже говорил, что питаю слабость к несправедливо обиженным. Но, если такой ответ тебя не устроит, скажу так – ты единственный, кто кажется мне умнее этих идиотов с отмороженным мозгом. Или ты предпочел бы, чтобы я присоединился к тому же Сэму и наравне с ними стал бы доставать тебя? Я невольно передернулся от такого предложения. - Нет, конечно! Мне не нравятся эти стычки. - Ну тогда, может быть, мне стоило просто смотреть на последующую драку, а затем прислушиваться к концерту за своими окнами. Ты меня, конечно, извини, Олби, но ежедневное карабканье по водосточной трубе твоего дома – не главная цель моего приезда сюда. - Вот этого делать точно не надо! Пожалуйста, если отец узнает, станет лишь хуже… - потеряв всякий аппетит, я отложил вилку и с тревогой вгляделся в лицо Тэйлора, понимая, что он действительно может залезть и во второй раз. - Вот и я так подумал, поэтому и вмешался, - усмехнулся Тэйлор. – Впрочем, ты можешь пригласить меня домой, познакомить с родителями и представить в лучшем свете, чтобы я имел возможность заходить к тебе через дверь. Я даже подавился соком, который как раз собирался пить. - П-познакомить? Не думаю, что стоит. - Почему нет? – невинно пожал он плечами. – Я бы показал себя с лучшей стороны. Почему-то слабо верилось, что Тэйлор станет молчать. Всегда плохо разбирался в людях, но он мне показался очень импульсивным. С другой стороны, думаю, мама бы обрадовалась, если бы из школы со мной пришел… друг. - Только если ты пообещаешь ничего не говорить отцу, - в конце концов сдался я. - Я вообще предпочел бы общаться с ним как можно меньше, так что можешь не беспокоиться, - снова пожал он плечами. - А теперь давай серьезно. Я сделаю вид, что совсем не обиделся на то, что ты ушел, не попрощавшись, через окно, да еще и без верхней одежды. Думаю, было бы куда вежливей, если бы ты попрощался. - Не хотел тебя будить. Я ушел посреди ночи. А про одежду просто забыл. - Ладно, - отмахнулся Тейлор. – Спишу все на шок и переизбыток эмоций. И еще, у меня к тебе предложение – может, будет лучше, если ты сядешь со мной? - Ну, я не против. - Вот и договорились, - улыбнулся он. Тэйлор. К моему, неизвестно с чего взявшемуся, удовольствию, к Олби больше лезть не пытались, особенно после того, как увидели, что я сел рядом с ним. На уроке по зарубежной литературе, который преподавал пожилой и донельзя скучный учитель, имя которого невозможно было выговорить с первого раза, я протянул Брауну наушник из моего плеера. За что получил укоризненный взгляд с его стороны, но уже спустя пять минут немых препирательств и едва ли не храпа со стороны учительского стола он согласился, чему я был очень рад. Меня абсолютно не волновали странные взгляды со стороны одноклассников, которые явно не могли понять с чего вдруг мне взбрело в голову защищать Олби в столовой, да еще и садиться рядом с ним. За окном уже совсем стемнело, а на окнах прорисовались ледяные узоры. Ну вот, опять по холодрыге тащиться домой. - Ну что, так пригласишь меня к себе или все же посидим у меня? – поинтересовался я у Олби, когда мы уже одевались у своих шкафчиков. Он демонстративно тяжело вздохнул: - Я так понимаю, выбора ты мне не оставляешь? Все равно вечер пройдет в твоем обществе? - Неужели тебе настолько неприятно мое общество, мой юный северный друг? – хохотнул я, оборачивая шею толстым полосатым шарфом, заботливо связанным мамой. - Да нет, приятно, - он резко стал серьезным, даже более того, напряженным. - Ладно, идем. Только обещай не говорить ничего лишнего. - Не буду, не волнуйся. Я, вообще, сама тактичность. Он недоверчиво покосился на меня, но ничего не сказал. Еще раз тяжело вздохнув, парень развернулся и бросил через плечо: - Идем? Я кивнул и, поплотнее закутавшись в одежду, предвкушая мороз на улице, поравнялся с Олби. Едва мы вышли из школы, в лицо ударил ледяной ветер, отчего мне тут же захотелось вернуться обратно, даже если снова придется сидеть на уроке зарубежной литературы. - И как люди добровольно живут в таком климате. Здесь же заледенеть за минуту - раз плюнуть, - буркнул я сквозь шарф. Олби только фыркнул и ускорил шаг. Метель усиливалась, и холодный ветер уже вовсю носил по широким улицам колючий снег. Никогда еще не добирался до дома так быстро. Уже почти свернув к родной двери, вспомнил, что собирался погостить у Брауна. - Может, пойдем ко мне? - предложил я. – В моей семье в такую погоду разрешается выпить бурбон даже детям до восемнадцати лет. Но Браун только покачал головой: - Нет, я домой. Хочешь, пойдем ко мне, нет... - Окей, я все еще хочу познакомиться с тобой поближе, – согласился я, хотя не сумел сдержать разочарованного вздоха. Все же бурбон хорошая вещь… Олби. Это было так непривычно и волнующе, идти домой не одному, вместе с другом. Но одновременно волнение отличалось от привычного мне. В этот раз не было страшно, ну, разве что самую малость. В основном, мне было приятно, я не мог поверить, что кто-то отнесся ко мне нормально, захотел подружиться, да еще так настойчиво. Так что когда открывал входную дверь, руки тряслись от предвкушения, а заходя, умудрился споткнуться о порог, едва не растянувшись. На шум из кухни выглянула мама: - Олби, в чем дело? Ой, ты не один? Это твой друг? И тут я понял, что не знаю, что ответить. Я считал его другом, а он? Но и молчать было нельзя, так что, запнувшись, ответил: - Да, это Тейлор. Они с родителями живут по-соседству, - было такое ощущение, будто я украл эту дружбу, назвав вещи не своими именами. - Рада с тобой познакомиться, Тейлор, - тут же улыбнулась мама. - Проходите, проходите, сейчас налью чай. Арни пока нет, а отец задержится на работе, так что посидим пока втроем. Я едва сдержал облегченный вздох, когда узнал, что отца нет. Сразу стал чувствовать себя менее скованно. Обернувшись к Тею, шепнул одними губами: - Идем. Посмотреть ему в глаза я так и не решился. - У вас замечательный сын, - лучезарно улыбнувшись, проговорил Тейлор, когда разделся и мы прошли на кухню. – Если честно, не надеялся, что смогу подружиться здесь с кем-либо. - Да, ты прав, Олби замечательный, - наливая чай, согласилась мама. А я не знал, куда деваться от смущения. Однако она на этом не остановилась: - Я знаю, он не слишком разговорчив, но зато очень отзывчивый и добрый. - Мама! - щеки уже вовсю горели. Нельзя же так расхваливать, да еще при Тэе. - Еще бы самоуверенности побольше, - кивнул Тейлор, улыбаясь. Не зная, куда деваться, я соскочил со стула, на который успел сесть и, взяв поднос, составил на него уже налитый чай и вазочку с печеньем. - Мам, мы у меня в комнате посидим. - Конечно, конечно, идите. Кивнув Тею, я повел его наверх. Он послушно поплелся следом, едва не наступая на пятки. - Надеюсь, ты на меня не обиделся? – поинтересовался он, когда мы были у дверей моей комнаты. - За что? - удивился, открывая дверь и заходя внутрь. - Ну за то, что навязываю тебе свою дружбу, лезу в твою жизнь, за то, что говорил на кухне. Похоже, тебе не очень комфортно в моем обществе. Как я уже говорил, не могу смотреть на страдания других людей, тем более тех, кто этого не заслуживает. Он странный парень, но кажется, действительно не против дружбы со мной. Почему-то сразу стало легче. Улыбнувшись, я поставил поднос на компьютерный стол. - Все хорошо, на самом деле. Всегда хотел хоть с кем-то подружиться. Пойдем пить чай? Не успел Тэйлор взять в руки чашку, как свет в комнате потух, она погрузилась в полную темноту. Единственным источником света остался лишь снег за окном, отражающий отблески далекого северного сияния. Первого в этом году. За окном завывал ветер, из-за снега мало что было видно. Ему, наверное, плохо видно, это мне тьма не помеха. Осторожно обойдя замершего Тейлора, я достал из шкафа свечи и спички. Они, в общем-то, были не нужны, но мне всегда нравилось смотреть за язычками пламени, они завораживали не меньше, чем лунный свет в ясную ночь. И сейчас я как никогда радовался этому запасу. Зажечь свечи было делом двух минут, расставить по комнате – еще немного времени. И только после этого я подумал, что до дома Тею лучше не идти, о чем и поспешил сказать: - Прости, но тебе лучше у меня остаться. Родители будут сильно волноваться, если не позвонишь? Сомневаюсь, что сотовые работают. - Не волнуйся, они уже знают, что я у одноклассника. Думаю, они догадаются, что в такую погоду для меня выйти на улицу – это что-то из разряда фантастики. Вот ведь... Значит, от моего ответа действительно мало что зависело, он бы все равно пошел. И почему-то меня это радует.