Ангельские перья.

Ведьма и чёрный кот. Эта пара была неразлучна с начала веков. Люди забывали, что фамилиарами могли быть и иные животные, лишь изредка припоминая мудрых сов, но ведьмы не злились — всё-таки, это лишь люди. Куда им вникать в тонкости того, что находится за гранью их понимания. А вот Ангела злилась. Правда, на себя и только на себя, потому что на ведьму она совсем не походила. И чёрт бы с ним, если только внешностью, дело ведь было совсем в другом. Циглер была ведьмой, настоящей, умелой, постигающей азы призыва мёртвых к жизни. Это была магия особого толка, и она многое прошла для того, чтобы достигнуть этого, но, рука об руку с её поводом для гордости, ходила и позорная тайна: за столько лет жизни Ангела так и не смогла призвать себе фамилиара. Искусственные фамилиары высоко ценились в волшебных кругах: их можно было призвать только своими силами, без постороннего вмешательства, и для этого требовалась недюжинная сила духа и концентрация. Такие спутники были показателем высокой ступени владения своими силами. Но двенадцать провалившихся попыток разглядеть за завесой потустороннего мира хоть один силуэт, который мог бы направить её дальше, ясно давали понять: чего-то не хватало. — Может быть, хоть в этот раз, — устало вытерев лоб тыльной стороной ладони, Циглер склонилась над магическим шаром, вглядываясь в хрусталь. Мутный дым клубился внутри, выкручивая спирали, но она не могла разглядеть ничего. Пока на периферии зрения в клубах серого дыма не мелькнул белый хвост. Ангела замерла, боясь поверить собственной удаче, но хвост промелькнул вновь, и она осторожно, больше всего на свете боясь, что и в этот раз не сможет придать ему облик, потянула за тонкие ниточки силы. И магия охотно отозвалась, формируя… кролика? Небольшой белоснежный зверек молнией промчался мимо и едва успел затормозить перед стенкой. И он был не кроликом, а песцом. Кажется. — Что за?.. — вполне человеческим голосом пробормотал кажется-песец, — где мышь? И где я?.. Он обернулся и наконец увидел шокированную Ангелу с единственной связной мыслью в голове: так не должно быть! Он не должен говорить, это же обычное животное… точнее, дух в виде подходящего ей животного… но все равно не должен! Однако, он говорил. И мало того, что говорил, так ещё и смотрел на ведьму почти что в упор, с упрёком, как будто это Ангела угнала мышь прямо у него из-под носа. Циглер очнулась лишь через несколько мгновений, нервным движением сметая со стола разложенные руны в мешочек, чтобы у духа была возможность выйти в этот мир и не споткнуться в первые же секунды. Ей всё ещё слабо верилось в то, что происходящее действительно было правдой, а не просто сном. — Если всё действительно сложилось, то Вы на перепутье миров, — кивнула Ангела, неосознанно обращаясь к песцу на «Вы» — то ли из глубокого уважения, то ли из боязни, что фривольное обращение его спугнёт. Теперь дело было за малым: нужно было пригласить фамилиара в свой мир, и если он согласится, значит, она наконец-то смогла достигнуть цели. Осознание того, в каком же шатком положении всё сейчас находится, заставило её сердце биться чаще. Ведьма сняла с руки высокую перчатку и робко протянула ладонь к завесе между мирами. Примет или нет? Укусит? Пошлёт к чёрту? — Но можете выйти в мой мир, если считаете это правильным. — Что? Какой твой мир, какое перепутье… — зверек странно наморщил мордочку, оскалив клыки. Ангела инстинктивно попятилась, только через пару секунд понимая, что это была не угроза, а недоумение. Нет, так фамилиары себя точно не ведут! Что же она призвала? Но отступать было поздно, так что она повторила чуть тверже: — Вы выйдете ко мне? — Да куда выйду? Я же прямо тут! Кажется, заклинанию было достаточно этого рассерженного возгласа: запечатление состоялось. У нее теперь есть фамилиар. Но какой-то очень неправильный. — Это ведь ты меня сюда переместила. А назад можешь? — фамилиар продолжал доказывать свою неправильность. Он что, не чувствует их связи? — Я могу, но… ты же фамилиар! Почему ты хочешь уйти? — Так ты ведьма! — кажется, зверь совсем ее не слушал, — тогда ты точно можешь. Погоди, фамилиар?! Но я не могу быть твоим фамилиаром. Я же оборотень. Я бы обернулся, но ты понимаешь, вся эта проблема со штанами… — О, это не проблема вовсе. И действительно, хватило лишь пары взмахов пальцев — и из воздуха материализовался требуемый предмет. Ангела протянула его фамилиару и из приличия отвернулась, всё ещё скромно подавая ему руку на случай, если понадобится помощь в переходе между мирами. Через пару мгновений комнату озарила вспышка света. Перед Циглер, не самой удачливой из ведьм, стоял самый настоящий оборотень, которого высшие силы почему-то посчитали подходящим для этой роли. Вообще-то, обычно фамилиары не превращали в людей ни при каких условиях, а оборотни существовали отдельно от ведьм, не пересекаясь с ними ни при каких условиях. Но Ангела Циглер, самая удачливая из ведьм, кажется, использовала свою тринадцатую попытку и предпочитала остановиться на этом. В конце концов, оборотни обычно тоже не находились по ту сторону их измерения. Но это — уже совсем иная история.