Ангельские перья.

Двери закрываются перед ней одна за другой. В Европе мало кто хочет связываться с бывшими агентами — они достаточно нашумели перед закрытием Overwatch. Образ Ангела — маска, крепко приклеившаяся к её лицу, отдирается только с кожей. Ангела закрывает глаза. Мысленно представляет себе чёрный длинный коридор, сбоку — ровный ряд окон, в которых горит свет. Многие гаснут, стоит ей лишь посмотреть на них. Другие гаснут только тогда, когда она в них заглядывает — это медицинские центры, чаще всего частные, где девушки на первом этаже, с острыми, отглаженными улыбками, неделю водят её за нос, говоря, что главный врач сегодня уехал по срочным делам, поэтому не может провести собеседование, которое лично назначил, но, может быть, удача улыбнётся ей завтра. Удача скрывает лицо за гладкой белой маской, но Циглер чувствует — за ней настоящий хищный оскал. И шагает дальше. Она открывает глаза. До посадки на рейс в Египет остаётся ещё полчаса, и Ангела, не спавшая всю ночь в отеле, потому что собственные мысли слишком громко гудели фоном, будто надоедливая старая лампочка, покупает кофе за заоблачную цену, совсем не сопоставимую с качеством. Делает это скорее по привычке, чем из надобности. Окна продолжают гаснуть одно за другим. Она ведь больше ничего не хочет, кроме того, чтобы в этом мире люди жили спокойно и мирно, хотя бы один век. И ничего не умеет, кроме медицины и разработок в этой сфере. Это нормально: в конце концов, на эту область ушла вся её жизнь. Но если здесь ей ничего не будет светить, то… Ей хочется развернуться и разбить пару стёкол. А затем лечь на пол и свернуться клубком. Не двигаться в надежде на то, что кто-то подберёт и пристроит туда, где её таланту найдут применение. Где она будет полезна. Но это лишь секундная слабость. Жизнь достаточно проста: двигайся или окажешься на обочине. Циглер сминает пустой стаканчик и выкидывает его. У девушки, проверяющей её билет и паспорт, улыбка отглаженная и острая, и на секунду ей кажется — даже это окно погаснет. Ангела успокаивается только тогда, когда самолёт взлетает, и забывается недолгим тревожным сном. Ей снится чёрный длинный коридор, сбоку — ровный ряд окон, в которых горит свет. За её спиной — с десяток погасших. А ещё ей снится, что в следующем окне свет почему-то горит чуть ярче.