Пять раз, когда Питер извинялся перед Тони

— Эй, Карен… зн’ешь, почему я назвал тебя Карен? — спросил Питер, сворачивая в переулки Куинса. Холодный воздух резко контрастировал с теплым, туманным ощущением в голове. — Нет, Питер. Почему? — проговорил ИскИн в костюме. — Губка Боб, — сказал Питер. — В… в честь той компьютерной леди в «Губке Бобе», жены планктона. Ты когда-нибудь смотрела Губку Боба, Карен? — Нет, но я могу загрузить информацию о нем в свою систему, — она сделала паузу. — Информация загружена. Карен кажется разумной программой. — Так и есть. Она очень умна, — объяснил Питер, направляясь к следующему зданию, — так же, как и ты. — Я польщена, — сказала она, и было удивительно, насколько искренне звучал ее голос. Тони запрограммировал ее безупречно. — Карен, все расплывается. И здания движутся. — Ты сейчас пьян, Питер. Возможно, летать на паутине не такая уж хорошая идея. — Нет, нет, я в п’рядке… ауч! — он пискнул, когда влетел лицом в высотное здание. Шок заставил его потерять контроль над своей паутиной, и он полетел вниз. — Инициирую протокол радионяни. Звоню Тони Старку. — Что?! Карен, нет, нет, я в п’рядке, остановись… — Эй, шкет, что случилось? — спросил Тони, и на дисплее костюма Питера показалось изображение лица Тони. Его голос звучал рассеянно, и Питер услышал, как на заднем плане тихо играет музыка. Должно быть, он работал над чем-то в своей мастерской. — О, привет, мистер Сссстарк, я не хотел звонить вам, извините, пока… — пробормотал Питер, пытаясь вспомнить, как вешать трубку в этом костюме. Нужно было нажать на кнопку или? Он уже не помнил… — Ты в порядке? Ты не ударился головой или что-то в этом роде? Я не вижу информации про сотрясение мозга… — Нет, нет, все х’рошо, просто надо идти… — завтра у него, наверняка, появится парочка синяков, но сейчас это не имело значения, потому что Тони все еще был на линии. И как, черт возьми, повесить трубку в этой штуковине? — Погоди, ты что, пьян? — недоверчиво переспросил Тони, и через секунду музыка на заднем плане смолкла. — Как мне повесить трубку? — Карен, уровень алкоголя? — Содержание алкоголя в крови в настоящее время — сто сорок шесть промилле, — ответил компьютер в костюме. — Карен! — возмущенно замычал Питер. — Где ты сейчас? — Я не… — А, ладно, забудь, я только что узнал твое местоположение по маячку в костюме. Оставайся на месте, ты меня понял? — Но… — Вызов завершен, — объявила Карен, и, конечно же, Тони первым сбросил звонок. Он попытался встать и пошевелиться, потому что по тону голоса, которым говорил его наставник перед тем, как повесить трубку, он понял, что если останется там, то ему не поздоровится. Но как только он начал подниматься, волна тошноты накрыла его с такой силой, что он вновь упал на землю. Он с трудом сглотнул, пытаясь прогнать это чувство. Да, он был пьян, но, возможно, у него были на то причины. Может быть, ему до сих пор снятся кошмары о тоннах бетона и стали, обрушивающихся на него сверху, а потом он просыпается, не в силах дышать. А может быть, у него почти однажды случился приступ паники в душе, потому что ему казалось, что стены смыкаются вокруг него, и брызги захлестывают его. И, может быть, когда Флэш вызвал его на соревнование по выпивке на той вечеринке, он подумал, что это может быть прекрасной возможностью, наконец, забыться хотя бы ненадолго. Но объяснять все это Тони совершенно не хотелось. В этот момент перед ним приземлился костюм Железного Человека. Не говоря ни слова, он подхватил Питера на руки и снова помчался в пентхаус, который, как Питер знал, стал новым местом жительства Тони с тех пор, как тот продал башню. Полет, хотя и был ровным, все же укачал Питера, а тошнота вновь накатила с удвоенной силой. Питер закрыл глаза и заставил себя не думать об этом. Вскоре они приземлились на балконе пентхауса, и Питера поставили на ноги. Через несколько секунд Тони Старк сам плавно вышел из костюма, как всегда спокойный, с самым разочарованным выражением лица, какое только можно себе представить. — Снимай маску. Посмотри на меня, — приказал он. Питер снял ее после секундного замешательства, и в следующий момент его вырвало на ботинки Тони. Для той части его разума, которая не думала о таких вещах, как последствия, это было похоже на победу. Тони раздраженно скинул туфли и оставил их на балконе, а сам повел Питера внутрь и толкнул его на диван. — О чем ты думал? — крикнул он. — Эй, — вступил в оборону Питер. — Вы же сами хотели, чтобы я был больше похож на нормального подростка! — он подчеркнул фразу воздушными кавычками. — Я имел в виду видеоигры и фаст-фуд, посиделки с друзьями или свидания, или что-то в этом роде, а не запои! Ради Бога, тебе же пятнадцать! — Как и половине людей на той вечеринке! Почему вы так остро реагируете? Тони прищурился. — Я сделаю вид, что ты этого не говорил. — Вы в моем возрасте вели себя куда хуже! — возразил Питер. Тони был печально известен своими подростковыми выходками, даже Питер слышал о них. Это был удар ниже пояса, и он знал это. Но алкоголь решил, что это хорошая идея. И к тому же, что еще он мог сказать? Этот мужчина был совершенно несправедлив к нему. Руки Тони сжались в кулаки, костяшки побелели. — Ты прав. В твоем возрасте я вел себя хуже, — резко сказал он. — Но ты должен быть лучше меня. Ты должен нести хоть какую-то ответственность. — Это не так уж важно! — Это чертовски важно! Слушай, парень, мне плевать, если ты захочешь выпить пива с друзьями. Черт, мне плевать, если у вас там будет что-то покрепче пива, пока ты не делаешь глупостей. Но нет, ты напился и вышел в костюме патрулировать. Ты хоть представляешь, как это безрассудно? Что именно ты планировал делать? Питер открыл рот, чтобы ответить. — Нет, не отвечай, мне все равно, что ты планировал. Потому что вот что случилось бы: ты попытался бы остановить обычное преступление. Какой-то мелкий воришка, подозрительный парень, загнавший женщину в угол в переулке. Он вытаскивает пистолет или нож, а твоя реакция замедлена из-за алкоголя, поэтому ты не останавливаешь преступление. А он причиняет вред тебе, или кому-то еще, потенциально смертельный. А если бы ты просто захотел немного полетать? Ты уже был на земле, когда я нашел тебя, и все, что нужно, это случайно выпущенная из рук паутина на высоте тридцатого этажа. Ты мог серьезно пораниться, и что бы случилось, если бы ты потерял сознание где-нибудь в костюме? Любой смог бы найти тебя, узнать твою личность, и тогда все кончено. Ты вообще думал об этом? — Нет, — ответил Питер, все его сопротивление исчезло. — Конечно нет, — сказал Тони со страдальческим вздохом. Он устало провел рукой по лицу. — Вы снова заберете мой костюм? — тихо спросил Питер, когда эта мысль внезапно пришла ему в голову. Он подтянул колени к груди и уткнулся в них подбородком. Выражение лица Тони слегка смягчилось. — Нет, я знаю наказание получше, чем это. А именно: твое похмелье с утра. Это будет достаточным наказанием, и я попрошу Пятницу прислать тебе запись этого разговора, потому что я сомневаюсь, что ты запомнишь большую часть этого, а я не хочу повторяться. — Простите меня. — Просто… — он снова вздохнул, — просто не делай этого снова, ладно, малыш?

***

Питер не помнил, как он добрался домой в таком состоянии, не потревожив тетю Мэй. Но на следующее утро он действительно проснулся с раскалывающейся головной болью, не дающей забыть о случившемся. По привычке он сразу же потянулся к прикроватному столику, чтобы проверить время на телефоне, но обнаружил рядом с ним пузырек аспирина. 9:46 утра ЖелезныйПапа (7:23): облажалсяпополной.mp3 ЖелезныйПапа (7: 24): И не забудь почистить мои ботинки от рвоты