Пять раз, когда Питер извинялся перед Тони

— Ты опоздал. — Ах да, извините, мистер Старк. Я бы позвонил, но забыл зарядить телефон вчера вечером, так что, когда я утром пошел в школу, у меня было около пятидесяти двух процентов заряда, и я подумал, что этого хватит, ведь пятьдесят два процента — это больше половины, и значит, все будет в порядке, верно? Но… я ошибся. Он просто вырубился, — быстро проговорил Питер, входя в мастерскую Тони, снимая рюкзак и вытаскивая костюм Паука. Тони смахнул голографическую схему, над которой работал, чтобы кинуть на парня довольно строгий взгляд. — И что же тебя так сильно задержало, что ты решил потратить мое драгоценное время, опоздав на полтора часа на нашу встречу? Питер смущенно потер затылок, избегая смотреть Тони в глаза. — Меня наказали в школе. — Наказали, — повторил Тони. — Да. — Почему? — О, я просто снова уснул в классе… в четвертый или пятый раз, но это не так уж и важно, а у вас самолет в Париж в восемь вечера, верно? Нам лучше заняться костюмом, — быстро сказал он, поворачиваясь спиной к Тони, чтобы положить костюм на стол в другом конце комнаты, — так что я подумал, может быть, мы сможем усилить защиту… — О нет, ты так просто не отделаешься, — сказал Тони, подходя к Питеру и поворачивая его, чтобы посмотреть ему в глаза. — Ты же знаешь, что Хэппи присылает мне копии твоих отчетов, верно? Твои оценки падают. Питер застонал. — И вы туда же… — Ты слишком умен, чтобы получить тройку по английскому. Кроме того, ни у одного из моих стажеров не должно быть троек в табеле успеваемости. Может, это как-то связано с твоим «засыпанием в классе»? — Просто в последнее время я плохо сплю, вот и все. — Как долго ты патрулируешь? Питер задумчиво потер затылок — нервный жест, который Тони недавно тоже перенял. — До… часа… но я все равно не смог бы заснуть, если бы был дома, а так я мог заняться полезным делом, верно? И вы знаете, что в последнее время в Куинсе наблюдается рост преступности… — С которыми полиция прекрасно справляется, — отрезал Тони. — Не в этом дело! Я не могу спать, вот в чем проблема! — воскликнул Питер, падая на стул и в отчаянии проводя руками по волосам. Он сосредоточил свой взгляд на кафельном полу, отказываясь смотреть на Тони, и его голос стал более отчаянным. — Просто… мне снятся кошмары. — Насчет Тумса? — спросил Тони, садясь рядом с ним, и если бы Питер не знал его лучше, то описал бы голос мужчины как… ну, не мягкий, но более деликатный. Но точно не злой. — Тумс, потом то, как тону в Гудзоне, а потом вижу, как все люди, которых я люблю, умирают из-за меня… Тони положил руку Питеру на плечо, и, наконец, подросток поднял глаза, которые подозрительно заслезились. — Послушай, малыш. Я знаю, что сейчас это вряд ли поможет, но я прошел через гораздо больше дерьма, чем ты, в моей жизни, и… сейчас все становится лучше. Это чувство никогда не проходит полностью, но становится лучше, и ты будешь спать нормально. Просто нужно время.  — Спасибо, — пробормотал Питер и шмыгнул носом. Тони опустил руку, когда парень потянулся, чтобы вытереть глаза. Этот разговор начинал казаться чем-то средним между искренним и неловким, и обе эти вещи были полностью вне зоны комфорта Тони. Но он все равно продолжал. — И иногда… помогает, когда ты выговариваешься… Питер никому не рассказывал подробности того, что случилось с ним ночью, когда он столкнулся с Тумсом. Но зато теперь почти каждую ночь он переживал это в своих снах: сокрушительную боль от сотен фунтов бетонных частей на нем, ледяную воду и горячую кровь. Паника охватывала его полностью, когда он понимал, что за ним никто не придет. Его легкие горели все сильнее и сильнее, когда он уже больше не мог делать вздох, а потом он просыпался и все еще чувствовал это, он все еще хватал воздух ртом. Все это продолжалось и, боже, он чувствовал себя таким одиноким. Он не думал, что сможет когда-нибудь об этом рассказать, но, может быть, если бы он просто сказал Тони… — Я знаю кое-кого, с кем ты можешь поговорить, если хочешь, — продолжил Тони, и что-то тяжелое сдавило грудь Питера. Ох. — Она знает все о супергероях, отлично справляется с тем, что делает, и полностью заслуживает доверия. Иногда эта терапия помогает. Я могу дать тебе ее визитку… — Спасибо, мистер Старк, — сказал он, — но я не могу. Моя личность, я просто… — Я понимаю, — перебил Тони, но все же вытащил карточку из бумажника и протянул ее. — Просто возьми на случай, если передумаешь. Питер взял карточку и сунул в карман. — Мистер Старк, со мной все будет в порядке, — он и сам не был уверен, что верит в это, но все равно сказал. — Я знаю, малыш, — твердо сказал Тони. После этого они работали молча. Пока Питер возился с веб-шутерами, Тони работал над костюмом, и единственным звуком в мастерской была тихая музыка, которую Тони включил на заднем плане. Поглощенный своим занятием, Тони отвлекся от костюма только, услышав мягкий стук, когда что-то ударилось о стол. Он повернул голову и увидел, что Питер лежит на нем, положив голову на руки, в которых все еще держал один из своих веб-шутеров и отвертку, и тихо посапывает. На лице Тони появилась легкая улыбка, и он вытащил телефон, чтобы сфотографировать ребенка. Может, потом он сможет использовать это в качестве компромата и шантажировать пацана? Он поднялся со своего табурета, вытащил инструменты из рук Питера и осторожно поднял мальчика на руки. Тот факт, что Питер не проснулся сразу же от его прикосновения, свидетельствовал о том, насколько он устал. Тони отнес его в угол мастерской, положил на диван, стянул со спинки потертое старое одеяло и накрыл им мальчика. Он проверил телефон. Была только четверть восьмого. Тони скоро придется уехать, но малышу, очевидно, сон был необходим. Он быстро написал тете Мэй, что Питер останется на ночь, потом Хэппи, чтобы он позаботился о ребенке и отвез его в школу утром. Тони посмотрел на спящего Питера, выглядевшего намного младше, чем обычно. — Господи, этот парень меня убьет, — подумал Тони.

***

В ту ночь Питеру не снились кошмары. На следующее утро он проснулся от будильника на телефоне, который так и не включил. Он лежал на диване Тони Старка, свернувшись калачиком, завернувшись в одеяло. А на подлокотнике дивана лежала записка: Твой комендантский час в одиннадцать. Если ты пойдешь сегодня патрулировать после школы, я лично пошлю один из своих костюмов, чтобы притащить твою задницу домой. Теплое чувство вспыхнуло в груди Питера, когда он прочитал записку. Он знал, что кошмары вернутся. Но сейчас, именно в этот момент, он действительно чувствовал себя хорошо.