ХоукиАмеллы

      Дайлен медленно приоткрыл глаза, хотел удостовериться, что Истязания закончились, он не горит, а Мышь, на самом деле, просто ушёл. Если бы он только знал, как это сложно. Согласился бы, но подготовился куда лучше. Всё-таки усмирение пугало его гораздо больше, чем демоны. Хотя на практике они оказались не настолько страшными, как он думал.       Йован стоял около кровати, Дайлен ожидал увидеть его, но не одного и не так близко. Он весь трясся от нетерпения, и притворяться спящим больше не было смысла.       — С тобой всё в порядке? — сразу же спросил Йован.       — Думаю… — Дайлен поднялся на локтях. — А почему ты один?       Йован растерянно заозирался по сторонам, принялся заламывать пальцы. Дайлен заподозрил неладное.       — Где она? — он рывком встал с кровати.       — На Истязаниях.       В груди защемило, храмовники даже не дали им поговорить, отправили следом за ним. К чему спешка? Он мог бы поделиться всем, что видел в Тени, чтобы ей было легче. Не то чтобы Солона не могла постоять за себя, но всё же. Ему было бы гораздо спокойнее, зная, что он сделал что-то полезное для неё.       — Она справится, — затараторил Йован. — Она сильнее нас вместе взятых…       Дайлен скривился. Солона была сильна в стихиях, созидание же совершенно иной профиль. Йован не сосредотачивался на чём-то одном, поэтому для его стихийной магии слова звучали верно, но в остальном… С такой же уверенностью он мог сравнить перо и меч. Стихии слишком грубо, просто, в то время как созидание — тонкая работа, работа незаурядного ума.       — Давай сменим тему.       — На что похожи Истязания? — неуверенно пробормотал Йован.       — На… — Дайлен замер, понимая, что не должен рассказывать никому, даже родной сестре. — Это сложно, прости, я не могу говорить.       — Я уже так долго в учениках, — Йован поник. — А Нерии всего восемнадцать, но она уже прошла Истязания быстрее всех в Круге.       — Потому что оказалась в родной стихии.       Дайлен вспомнил, как её уводили пару дней назад. Она совсем не боялась, даже воодушевилась, улыбалась, а как вернулась, стала сама на себя не похожа. Или слишком похожа, как будто все её черты характера многократно обострились. Она точно не стала одержимой, но Истязания её изменили. Один вопрос, надолго ли?       — Не знаешь, почему Истязания стали проводить так часто?       — Может… из-за войны на юге? В Башне сейчас Серый Страж, ищет рекрута.       Дайлен оживился, посмотрел по сторонам, в общей комнате помимо них были ещё несколько учениц, они заметили его взгляд и подмигнули. Он поспешно отвернулся. Страшное дело — сплетни. Половина девушек в Круге считала его потрясающим любовником, только вот, никогда и ни с кем у него ничего не было. Андерс пустил слух, а Дайлен боялся опровергать, чтобы не превращаться из желанного трофея во всеобщее посмешище. Но и подтверждать тоже не торопился, знал, что реальность окажется совсем не такой, какой её описывали.       — Думаешь, Ирвинг планирует выдвинуть кандидатуру Солоны? — Йован прервал его размышления.       — Скорее всего, может… может, и Нерию посоветует.       «Кого угодно, кроме меня».       — Меня хотят усмирить.       Дайлен замер, кажется, даже рот забыл закрыть, настолько не ожидал подобного заявления.       — Ты уверен? — он кое-как выдавил из себя слова.       Йован кивнул, обхватил себя руками и повернул голову.       — Меня не вызывают на Истязания.       — Не только, есть ученики старше тебя, просто ты пока не готов, — Дайлен попытался ободряюще улыбнуться. — Ты себя накручиваешь. Вот и всё.       Йован поджал губы, он и правда любил воспринимать всё куда хуже, чем было на самом деле, но в этот раз, превзошёл самого себя.       — Ирвинг тебя звал, — вздохнул Йован, садясь на кровать. — Поговорим позже?       Дайлен кивнул и быстрым шагом покинул комнату. По пути то и дело встречались ученики и ученицы, некоторые одобрительно улыбались, поздравляли, некоторые смотрели с хитрой ухмылкой. Хотелось как можно быстрее переехать на этажи магов. На очередном повороте Дайлен замер, две ученицы обсуждали… его.       — Он всю ночь спал, видела? Его губы, — она томно вздохнула. — Такие вздёрнутые, знала бы ты, что он ими вытворяет!       Дайлен навострил уши, ему и самому стало интересно послушать, что он вытворяет. Он прижался к колонне, стараясь быть незаметным.       — Такой гладкий, бледный, с виду и не скажешь, но, честное слово! Когда он этими губами опустился в самый низ, я словно села на трон Создателя…       — Тише! Услышат ещё, — одёрнула её вторая ученица.       Она лишь шикнула, отмахиваясь.       — Ну и вот, потом он берёт свой… понимаешь, да? В руки, руки светятся, а потом он показал мне такие огромные чудеса! Я и не думала, что это… может менять размер.       Дайлен зажал рот рукой. Щёки, уши и ладони горели огнём. Что она несла, как можно… как вообще…отвратительно!       — Завидую, — с грустью сказала вторая ученица.       — Может, и тебе повезёт, он мужчина изысканных вкусов. Аристократ. Жаль, что переедет. Но главное, сука-Солона скоро нас покинет.       — Не говори так…       — И что она сделает? Я не виновата, что она мнит себя королевой. Даже не знаю, рассказала бы, чем они занимались с Калленом в часовне, да только Дайлен попросил этого не делать, такой добрый.       Дайлен унял дрожь и вышел из укрытия, попытался придать шагам всю твёрдость, на которую был способен. Девушки тут же замолкли и начали его разглядывать. Он бросил ленивый взгляд на обеих, затем демонстративно нахмурил брови.       — Привет, — бросил он второй ученице. — Ирвинг у себя?       Она зарделась, вдавливая голову в плечи, губы тронула смущённая улыбка.       — Да…       Боковым зрением он видел, как сплетница стушевалась и постепенно начала кусать губы. Поделом, ей повезло, что Солона не слышала. Тем более ничем таким они не занимались, она всего-лишь была тайно влюблена.       — Спасибо. — Дайлен коснулся виска, демонстративно призывая волшебный огонёк. — Увидимся.       Он надеялся, что не увидятся, но в Круге подобное было невозможно. Ему было жаль, что он стал поводом для демонстрации чужого статуса, но встречаться из жалости было неправильно. Нужно было решить этот вопрос позже, пока его идеальный образ не лопнул под собственным весом.       «Огромные чудеса», — пронеслось в голове, благо Дайлен уже перешагнул порог библиотеки.       Нет, может он и был таким, Дайлен не сравнивал, не горел желанием рассматривать чужие… да и свой рассматривать…       — Создатель, — обречённо выдохнул он.       «Трон Создателя, — пронеслось следом. — Аристократ».       Вряд ли аристократы стали бы всю жизнь сидеть взаперти, имея огромную силу и никакой возможности использовать её ради общего блага. Нет, они тоже сидели взаперти, просто по-другому. И проблемы… сплетен им были не чужды. Но в любом случае Солона гораздо больше оправдывала их происхождение. А Дайлен... не думал, что его действительно так воспринимают. Он ведь и палец о палец не ударил ради статуса, ученики всё сделали за него.       Он коснулся губ, продолжая идти вдоль стеллажей, губы как губы, ничего особенного. На что надеялся Мышь когда пытался играть с его гордыней? Дайлена даже внимание учениц не прельщало, что уж говорить о других высотах. Стоило спросить у Нерии, видела ли она его на своих Истязаниях. И у Солоны… она точно не купится на его речи. Даже близко не подпустит, скорее всего бродит сейчас в Тени одна, гордо, но не горделиво. Разве что самую малость. Совсем немного.       Недалеко Старший Чародей проводил практическое занятие по стихийной магии. Дайлен притормозил, завороженно наблюдая, как пламя жаровни поднимается и опускается его волей. Ученик попытался повторить, но потерпел неудачу, испугался и загорелся. Дайлен рефлекторно вскинул руки, посылая в его сторону целительный заряд. Благо, что Чародей успел потушить пламя. Потряхивая руками, он перевёл взгляд с ученика на Дайлена.       — Спасибо.       Дайлен кивнул, подошёл к испуганному ученику и призвал шарик света.       — Знаешь, может быть, огонь это не твоё, но с этим, — он покрутил шарик на ладони, — творить магию легче, успокаивает.       Особенно, когда пламя не желает подчиняться ни в первый, ни в сотый раз. Дайлен сам удивлялся тому, как долго не терял надежды и пытался его покорить. Пока Винн не посоветовала попробовать то, к чему у него была бо́льшая предрасположенность. И он был благодарен ей за это. Всё-таки созидание порой открывало совершенно неведомые горизонты, стоило лишь поэкспериментировать. Но даже оно не могло ничего расширить внутри или увеличить снаружи.       — Кажется, Ирвинг тебя ждал, — напомнил Старший Чародей.       — Да, как раз туда и направляюсь.       Дайлен немного приврал, уже на этаже магов он разговорился со стариком, что готовил комнату для Дункана, того самого Серого Стража. Он так сожалел об упущенной возможности пополнить их ряды. Дайлен даже призадумался, хотел ли он стать Стражем? Возможно, это был единственный шанс покинуть Круг и вернуться на свободу. Но это значило, что он бросит Солону, хоть она и сама оставила мечты о мире в детстве и смирилась с порядком вещей, но всё же у них не было никого кроме друг друга. А за стенами… был дом и мама.       Дайлен тяжело сглотнул, пытаясь унять бешеный стук сердца, попрощался и ушёл. Уже на подходе в кабинет до него донеслись громкие возгласы Ирвинга и Грегора. Когда он вошёл, Дункан прервал их и все трое молча уставились на Дайлена.       — Дайлен! Проходи, — поприветствовал Ирвинг.       Дункан бросил быстрый удивлённый взгляд на Ирвинга, а затем оглядел Дайлена. Оценивающе. Скорее всего, ожидал увидеть кого-то другого, с такими же чёрными волосами, с такой же фамилией Амелл, но с голубыми глазами и женщину. Неудивительно, в бою против порождений тьмы пламя справится куда лучше комьев грязи, рун и фантомных ос.       — Здравствуйте, — Дайлен учтиво наклонил голову. — Почему вы вызвали Солону так скоро? Я хотел поговорить с ней перед Истязаниями.       — Мальчик мой, в этом нет нужды, — Ирвинг перевёл взгляд на Дункана. — Вы уже совсем скоро увидитесь.       — И всё же…       — Познакомься с Дунканом, — перебил Ирвинг, Грегор тем временем удалился.       — Я слышал… о причинах и цели вашего визита. И мне бы хотелось…       — Мальчик мой, сегодня у тебя великий день, — он вновь не дал договорить, Дайлен скрестил руки на груди в ответ на его пренебрежение. — Позволь вручить тебе это.       Ирвинг указал на свой стол, на котором лежала мантия мага, посох, кольцо и груда книг. Дайлен медленно подошёл и принялся изучать обновки, заметил несколько трактатов по магии крови краем глаза.       — Благодарю, — равнодушно ответил Дайлен.       — Твоя филактерия отправлена в Денерим и теперь ты признанный маг Круга.       «Признанный кем угодно, кроме тебя», — подумал Дайлен.       — Простите, филактерия? — спросил Дункан.       «Поводок».       — У всех учеников, когда они только появляются в башне, берут немного крови и хранят её в специальных сосудах.       — Чтобы выследить мага если он станет отступником, — продолжил Дункан.       Ирвинг кивнул в ответ. Дайлен стоял неподвижно, он не совсем понимал зачем позвали его.       — Я могу…       — Отдохни, позанимайся в библиотеке. Весь день в твоём распоряжении.       — Если вы не против, я вернусь к себе, — Дункан сделал шаг.       — Но перед этим, ты не мог бы сопроводить Дункана в его комнату?       — Да, так и сделаю.       Выходил из кабинета Дайлен уже в подавленном состоянии. Возможно, если бы он меньше слушал Андерса, то не попал бы в немилость Ирвинга. Он так боялся его выпускать. Думал, что Дайлен начнёт резать ладони как только выйдет за порог? Нет, конечно он бы не стал, но магия есть магия, важно только то, в каких она руках и какие цели преследует.       — Спасибо за то, что пошёл со мной. Компания мне по душе, — сказал Дункан за его спиной.       — У меня не было выбора, — Дайлен хмыкнул. — И как вам? Моя сестра?       — Сестра? — Дункан сделал паузу, а затем расхохотался. — Наслышан о её успехах. Но Ирвинг отзывался и о тебе. Чуть меньше.       Дайлен был уверен, что Дункан утаивает настоящую разницу, чтобы не обострять ситуацию.       — Она более лояльна к Кругу, нежели я, поэтому Ирвинг не боится её отпускать. А меня нет, он не говорил про мою тягу к… новому? Нет, он не может не ценить мои успехи, но… мои взгляды его настораживают, очевидно. То, как он не дал мне вставить слово, видели? Но это не важно, насколько я знаю, Стражи не возвращаются в Круг, так что, я не уверен, что она бы хотела.       — А ты? — Дункан поравнялся с Дайленом.       Уходить по одному казалось неправильным, но просить взять их обоих было слишком эгоистично.       — Может быть.       Но что толку от разговоров, если они уже сделали свой выбор. Дайлен указал на дверь покоев и попрощался с Дунканом. Сам пошёл к себе. Хотелось побыть в новой комнате, где было гораздо больше личного пространства. Где можно было спокойно переодеться. За этим делом его и застал Йован.       — Ты уже поговорил с Ирвингом? — спросил он, касаясь плеча.       Дайлен вздрогнул, закончил возиться с застёжками, прежде чем неуверенно обернулся.       — Ты мог бы… не делать так? Я только что от него.       — Нам надо поговорить, — прошептал Йован. — О том, что мы обсуждали утром.       — Почему шёпотом?       Йован шикнул.       — Я… просто не хочу, чтобы нас подслушали. Нам нужно найти другое место.       — Всё хорошо? — тихо спросил Дайлен.       — У меня неприятности… Я объясню. — он мотнул головой в сторону. — Идём со мной, пожалуйста.       Дайлен неспешно зашагал следом. Спиной почувствовал чей-то взгляд, но не стал разворачиваться. Надеялся, что это не связано с его репутацией. Йован привёл его в часовню, в которой их уже ждала… послушница. Он приблизился к ней и тепло улыбнулся.       — Здесь вроде безопасно.       Дайлен охнул, странные у него представления о безопасности.       — Отлично, — он неуверенно покосился на послушницу. — Что стряслось?       — Это Лили.       — Оу. Прости, я думал… неважно.       Он сомневался в существовании Лили, учитывая, что о них за месяц не начали судачить в общежитии. И это только месяц с момента, как Йован упомянул её. Кто знает, сколько церковных обетов они успели нарушить за всё это время.       — Что-то ещё, да? Что-то кроме вашего романа?       Йован тяжело вздохнул. Как будто собирался с силами.       — Я знаю почему меня не собираются вызывать на Истязания… они хотят меня усмирить. Они отберут у меня всё, что у меня только есть… мечты, надежды, страхи, любовь к Лили. Всё…       — Ты знал? — Дайлен кашлянул, пытаясь убрать ком в горле. — Ещё утром?       — Догадывался. — Йован нахмурился.       — Я видела документ на столе у Грегора. — Лили коснулась его руки. — С подписью Ирвинга. Он предписывает провести ритуал над Йованом.       Колени подкосились от услышанного. Нет, так не должно быть. За что?       — Что вы собираетесь делать? — Дайлен обхватил себя руками.       — Сбежать. Только сперва, уничтожить мою филактерию. Нам нужна твоя помощь, — страдальчески изрёк Йован.       — Хорошо.       Пока они объясняли план, Дайлен старался прийти в себя, то и дело озирался по сторонам, пытаясь убедиться, что никто не подслушивает. Может быть, это было слишком рискованно, но куда лучше, чем позволить храмовникам усмирить Йована. Тем более Андерс сбегал шесть раз, или семь… Возможно, Йовану окажется достаточно одной попытки.       — Скоро вернусь.       Дайлен вышел из часовни. Сердце колотилось без остановки. Он бросил взгляд в сторону кабинета Ирвинга, потоптался на месте, но решил не тянуть.       — Надеюсь, ты проводил Дункана до его комнаты? — спросил Ирвинг с порога.       — Да, — Дайлен облизнул пересохшие губы. — Почему Йована хотят усмирить?       — А откуда он это знает? — Ирвинг скрестил руки на груди. — Вероятно, от юной послушницы, за которой он волочится.       Дайлен приоткрыл рот в немом вопросе, но Ирвинг опередил.       — А ты думаешь, я этого не знал? Я не стал бы Старшим Чародеем, если б не умел видеть и слышать всё, что творится вокруг, — холодно процедил он.       — Так это правда?       — Боюсь, что да, — смягчил тон Ирвинг. — Грегор сказал, что у него есть свидетель, что Йован применял магию крови. Больше я не могу ничего сказать.       Свидетели. Эти идиоты только и делают, что плетут своими грязными языками всякую чушь. Он же не совсем рехнулся, чтобы провернуть подобное в стенах Круга. Он же, он же… это же не повод лишать его чувств.       — Если б это зависело от меня, всё могло быть иначе. Но Церковь… — Ирвинг окончательно смягчился. — Мне очень жаль, мальчик мой, но Йован будет усмирён.       — Вы уверены в свидетелях Грегора? И книги на вашем столе, о магии крови, я ведь тоже могу увидеть то, как вы её практикуете…       — Придержи язык, — резко прервал Ирвинг. — Быть может, когда-нибудь ты взглянешь на этот случай моими глазами.       — Когда-нибудь, обязательно, когда стану цепным церковным псом, — гневно выплюнул Дайлен, покидая кабинет.       Ирвинг возмущённо вздохнул в спину, но Дайлену было всё равно. Они даже не удосужились проверить свои подозрения, наверняка был способ и не один. Да плевать им было на учеников, на магов, на всех. Они и на Истязания отправляли без оружия и подготовки, ещё и запрещали о них рассказывать.       Овейн, кажется, заметил гневные нотки в его голосе, но воздержался от комментариев. Бездушно пояснил, что огненный жезл нельзя получить без разрешения на использование. Проклятый огонь.       Уже в библиотеке Дайлен притирался к Старшему Чародею Суини, всё никак не мог начать разговор. Сначала пришлось рассматривать книги, иногда вздыхать, изображать заинтересованность, пока старик не сжалился и не завёл разговор сам. Начал с фальшивого неузнавания, эта шутка перестала быть смешной уже во второй раз. Но он всё время делал вид, что видел Дайлена впервые.       — Не могли бы… подписать? — Дайлен с глупой ухмылкой и невинными глазами протянул документ как бы невзначай.       Чародей Суини прищурился, на секунду показалось, что он что-то заподозрил, но нет.       — Помню, ты уже просил эту штуку, лет… пятнадцать назад, — протянул Суини. — Надеюсь, в этот раз причина иная?       Дайлен почувствовал, как щёки заливает краска, а голова непроизвольно опускается. Хватило же ума попросить огненный жезл, чтобы сжечь башню. Да, ему было всего восемь, но… чем он думал?       — Знаешь, — продолжил Суини. — Другие маги чего только с ним не делали, — он скрипуче рассмеялся. — Прожигали друг другу дырки в штанах! А один продырявил стену женской спальни.       Он смеялся, а Дайлену стало не по себе, уголки губ дрожали, но он пытался держать улыбку на месте. Нет, в подглядывании не было ничего смешного. Дайлен представил, как Суини сам пялится в стену и… чуть не стошнило. Нет, он бы не стал. Скорее всего.       — Но ты-то такой ерундой не занимаешься? Передумал сжигать Круг?       — Да, — Дайлен сам удивился, как тихо и неуверенно прозвучал его голос.       — Я подпишу, но ты пообещай что прожжешь дырку во-он тому храмовнику. — Он замер с пером в руках. — В штанах.       — Спасибо, я… постараюсь.       Дайлен возвращался в часовню, думал о том, что теоретически он собирается сжечь Круг. Частично. Он никогда не мог представить, что Йован послужит катализатором исполнения его детской мечты.       — Идём, — шепнул Дайлен, высовываясь из дверного проёма.       На первый этаж пускались по очереди, сначала Дайлен, затем Йован и только потом Лили. К счастью нежелательное внимание временно обошло его стороной, но он всё равно ходил кругами около входа в подвал, пытаясь высмотреть возможную слежку.       — Йован… — Дайлен попытался его успокоить, чтобы успокоиться самому. — Это же неправда?       — Конечно нет! — он всплеснул руками и ещё пуще заозирался.       Дайлен хмуро кивнул. Да, он верил, но что если… всё пойдёт не по плану, если их поймают то, усмирят обоих. Нет… не поймают.       В подвале оказалось до безумия холодно. Дайлен трясущимся руками вскинул жезл перед первой дверью. Ему казалось, что он не сработает, но нет, всего через мгновение вспышка пламени расплавила замок. Он вытянул свободную ладонь, но из неё привычно вырвался лишь шарик света. Дайлен с хмурой усмешкой погасил пламя жезла, проходя дальше.       Вторая дверь гасила магию. Огонёк, приблизившись к ней, растворился, а пламя из жезла словно рассыпалось, не долетая до ручки. На ощупь дверь оказалось ледяной, пальцами Дайлен ощутил вибрацию и то, как мана медленно всасывается в поверхность.       Однако был другой путь, не такой короткий, пришлось повозиться с замками, часовыми и духами стражами, а ещё с глубинными охотниками. Дайлен никогда раньше не спускался в хранилище, поэтому осматривал каждый уголок в надежде найти что-нибудь интересное и пытался не слишком увлекаться огненным жезлом. С ним сражаться было куда легче, особенно когда воздух после битвы становился теплее. Временно. В следующих комнатах и коридорах их снова встречал дикий холод.       — Твоя комната… — Йован подал голос.       — Моя комната? — Дайлен сбавил шаг.       — На этаже магов, вы теперь соседи…       Дайлен обернулся, глядя на нервную улыбку Йована.       — Мы?       — Ты и Нерия, её покои через стенку.       — И? — Дайлен приподнял бровь.       — Ну-у… она на тебя смотрела, когда мы уходили. Ты же слышал… нет, она говорила, что это неправда, но, кажется… правда.       Дайлен пожал плечами: если бы Нерия действительно была влюблена, о чём судачили несколько месяцев назад, не стала бы отпираться, когда он прямо спросил об этом. А что до её взгляда в спину… да мало ли причин, чтобы посмотреть вслед своему другу? Может… она всего-то хотела сказать что-то важное или личное, но не решилась?       — Сплетни, — отрезал Дайлен.       Йован не стал спорить. Так и шли в тишине до главного хранилища. Как только Дайлен переступил порог, глаза мигом забегали вокруг: столько древних артефактов, книги, зелья, сундуки, статуи. Особенно фигура с крыльями, оплетённая собственными щупальцами-конечностями. Любопытно. Слева, в другом краю, стояла статуя… трёхголового глубинного охотника? Дайлен медленно отправился к ней, перед этим заглянул в сундук. Внутри оказался посох: его деревянные и металлические части слились воедино, так, что не отличить где кончается одно и начинается другое.       — Время… — напомнил Йован.       — Да-да. — Дайлен достал посох и закрепил на спину.       В паре шагов от охотника, стояла ещё одна статуя. Дайлен почувствовал, как каменная поверхность… дышит?       — Приветствую вас, — изрекла статуя.       Дайлен чуть оддёрнул голову, но остался на месте.       — Дыхание Создателя! Она что-то сказала? — Йован позади сделал шаг назад.       — Я душа и дух Эленай Зиновиа, супруги и советницы архонта Валериуса. Я была покарана за то, что предсказала падение своего мужа — меня прокляли превратив в камень, — сказала она, и её слова шли из всей поверхности камня.       Дайлен никогда не слышал об этом, об архонте и об Эленай, видимо, события, о которых она говорила, произошли тысячелетия назад.       — Архонта Валериуса? — уточнил он.       — «Так стоять же тебе до скончания веков на пороге моей великой твердыни, — сказал он, — и повторять свою ложь всем, кто идёт мимо…» — она продолжила громче. — Но потом архонт познал смерть от рук своих врагов, а его некогда горделивая крепость рассыпалась в прах — как я и предсказывала.       Как любопытно и ужасно… он обрёк её на бессмертие в толще камня, а теперь она стояла в подвале Кинлоха, где не было никого. Тысячи лет. И простоит столько же, когда Круг превратится в пыль. Одна.       — Это тевинтерская статуя! — завопила Лили. — Не слушайте её! Она несёт зло!       — Но… — Дайлен не обратил никакого внимания на её выпад. — Как? Ты жива?       — Не обо мне бы тебе печалиться, дитя. Меня обратили в камень, неподвластный времени и чувствам. И камень сей ещё увидит, как вернётся Создатель, дабы вновь разжечь свои огни.       По спине и ладоням прошёл холодок.       — Что это значит? — спросил он севшим голосом.       — Звучное пустословие, которое, быть может, не значит вообще ничего. — Йован попытался напустить в голос побольше таинственности. — Я тоже так умею: солнце возьмётся тьмой, трепещите! А потом придёт рассвет…       — Прошу вас, не говорите больше с ней, — испуганно пролепетала Лили.       Дайлен нервно сглотнул, статуя больше не дышала. Но её слова глубоко отозвались внутри. Если трон Создателя пуст, значит, он ушёл, а если он ушёл, то куда? И что будет, если он вернётся? Но куда хуже, что будет, если он вернётся, а на его троне сидит толпа местных учениц?.. Дайлен нервно хохотнул и осмотрелся.       — Йован… помоги сдвинуть шкаф.       Вдвоём, они медленно попытались поднять шкаф, но он был слишком тяжёлым, велик риск надорвать спину. Поэтому Дайлен слегка увеличил их мышечные способности, благодаря магии. Он не так часто практиковался, не было нужных ситуаций или подопытных. Но заклинание сработало идеально, шкаф оказался уже не таким тяжёлым, как раньше.       За ним оказался замурованный проём, а напротив слишком удачно расположилась скульптура собаки. Дайлен ощутил, как его силы увеличивались рядом с ней, поэтому молниеносно сообразил. Он вставил жезл в пасть статуи и тот яркой вспышкой снёс стену. Дайлен надеялся, что наверху никто не услышал грохота.       Отряхивая пыль, они вошли в хранилище филактерий, вокруг лежали сугробы и клубился ледяной туман. Очень некстати сломался огненный жезл. Но Йован тоже мог вызывать огонь, а Дайлен создавать грязь, так что… с часовыми справились тем же способом. Только воздух не нагрелся, скорее всего магия хранилища, иначе кровь в филактериях давно бы свернулась.       Дойдя до своей филактерии, Йован разбил её. Дайлен заметил, как его плечи приподнялись, а из движений исчезла прежняя нервозность. Но это ведь хорошо, теперь он свободен и жив. Теперь ему не нужно бояться каждого вздоха.       Осталось совсем немного, сбежать, хотя Дайлен не был уверен, как именно Йован обойдёт храмовников у входа… Выйдя из подвала, сердце пропустило удар. Грегор, Ирвинг и десяток храмовников шли им на встречу. Йован напрягся.       — Значит, ты был прав, Ирвинг, — холодно произнёс Грегор, пока Дайлен пытался унять дрожь.       — Г-грегор, — подала голос Лили.       — Адепт в сговоре с магом крови. Не ожидал от тебя, Лили, — он сместил взгляд на Дайлена. — А ты от Истязаний отойти не успел, как уже плюёшь в лицо Кругу.       — Ты меня разочаровал. Ты мог бы рассказать мне, что знаешь об их сговоре, и не сказал, — в голосе Ирвинга сквозило сожаление.       «Я уже давно тебя разочаровал, к чему игра на публику?» — подумал Дайлен, стискивая зубы.       — Да плевать вам на магов! Вы перед Церковью на задних лапках бегаете!       — Не стоит, — Дайлен положил руку ему на плечо и слегка сжал: они были не в том положении, чтобы дерзить. Пусть он и был прав.       — Довольно! — Грегор дал знак храмовникам. — Маг крови приговаривается к смерти, адепт примет обеты и отправится в Эонар.       Дайлен в ужасе отпрянул назад. Тюрьма для магов, её же там… это хуже, чем смерть…       — Нет! — Йован достал маленький нож из кармана мантии. — Вы её не тронете!       Йован отточенным движением рассёк свою ладонь. Его кровь потоками хлынула из раны и заполнила пространство вокруг, а затем он вскинул руки, сбивая с ног всех, кто был впереди. Столько силы…       Он бросил взгляд на Лили, но она отступила, Дайлен стоял не шелохнувшись. Ирвинг был прав, Йован был магом крови, он обманул, знал, что Дайлен поможет и всё равно обманул.       — Как ты мог? — Лили накрыла лицо ладонями.       — Я думал, что если буду больше знать, стану лучшим магом, — дрожащим голосом произнёс Йован.       — Это зло, Йован, магия крови уродует людей… меняет их…       — Я собираюсь её забросить…       — Ты шутишь? — крикнул Дайлен. — Да как у тебя ума хватило практиковаться в башне? Ты нас обманул! Я же… я же…       «Идиот, который решил помочь другу».       — Я не хочу тебя больше знать, малефикар, — последнее слово прозвучало со всей возможной ненавистью, на которую Лили была способна.       Йован отступил, ошарашенно оглядел их, но спустя мгновенье развернулся и бросился наутёк. Дайлен попытался унять дрожь, но не мог. Он помог ему сбежать, их поймали, всё кончено.       Дайлен на негнущихся ногах подошёл к Ирвингу, тот постепенно приходил в сознание. В голове промелькнула мысль о том, что он был прав, и Дайлен уже не мог от неё отмахнуться. Он совершил ошибку, его доброта сыграла с ним злую шутку.       — Ты в порядке? — Ирвинг попытался встать. — Где Грегор?       — Я знал… Магия крови. — Грегор оказался расторопнее и уже стоял на ногах. — Но чтобы повергнуть столь многих… Не думал, что он обладает такой силой…       — Не могу поверить. — Дайлен пытался не смотреть Ирвингу в глаза, пока ладонями направлял в его тело целительный поток.       — Мы не ожидали такого поворота событий. Ты в порядке, Грегор? — Ирвинг встал на ноги.       — Могло быть и похуже. Если бы мне позволили вмешаться раньше, этого бы не случилось! — рявкнул Грегор. — Где девушка?       Лили совсем сжалась, она нехотя вышла вперёд, хоть и продолжила дрожать всем телом.       — Я… Я здесь, сэр.       — Вы помогли магу крови! — Грегор ткнул пальцем в Дайлена, а затем указал на храмовников. — Посмотрите на бедолаг, которых он ранил!       — Это вы заставили его так поступить, — желваки Дайлена заходили ходуном. — Если бы вы не пытались его усмирить…       — Может, стоило погладить его по голове?! — Грегор раскраснелся.       — Командор… — вмешалась Лили. — Я… Я согрешила. Я стала сообщницей мага крови.       Грегор резко махнул рукой.       — Уберите её с глаз моих!       Лили покорно склонила голову и позволила храмовникам увести себя. Дайлен в ужасе наблюдал за происходящим. Йован обрёк её на это, но почему Дайлен чувствовал свою вину?       — Но ты! Ты ведь знаешь, с какой целью создаются хранилища, — Грегор перестал кричать, но говорил всё ещё громко. — Некоторые артефакты заперты в надёжном месте потому что иначе нельзя!       — Ты взял из хранилища что-нибудь ценное? — сказал Ирвинг, косясь за спину Дайлена.       Дайлен, стараясь держать лицо, медленно достал посох. Ирвинг забрал его, а его губы сжались в тонкую линию.       — Так значит, перечень твоих прегрешений пополнится упоминанием о воровстве? — Он покачал головой, Дайлен мечтал провалиться сквозь землю. — Я верну его на место, если ты не возражаешь.       В голове одна за одной, как осы, проносились мысли. Он собственными руками уничтожил всё, чего добивался чужими. Его ума не хватило, чтобы заглушить сердце. Его благие намерения, стали его палачом. Он считал себя умнее всех, а теперь Ирвинг ткнул его носом в собственные ошибки, как котёнка.       — Своими нелепыми выходками ты выставил Круг на посмешище! — продолжал Грегор. — И что нам с тобой делать?       — Что хотите, — безжизненным голосом начал Дайлен. — Только… пожалуйста, не трогайте её.       Грегор задумался, мышцы на его лице постепенно расслабились. Он не был спокоен, но уже не злился так, как прежде. Скорее всего, Солоне ничего не грозило, но… кто знает этих храмовников?       — Командор, позвольте я скажу… — Дункан приблизился широкими шагами. — Я не только набираю в королевскую армию магов. Мне так же поручено искать добровольцев, желающих пополнить ряды Серых Стражей.       Виски запульсировали. Дайлен попытался унять приступ смеха. Безумие. О каком желании шла речь, у него не было выбора. Ко всему прочему, он лишил выбора и Солону.       — Дункан, он помогал малефикару. Пренебрёг правилами Круга, — настоял Ирвинг.       «И поэтому ты желаешь мне смерти за то, что разочаровал тебя», — Дайлен глубоко вдохнул.       — Он представляет угрозу. Для всех нас, — Грегор скрестил руки на груди.       — Он один из тех немногих, кто рискует всем ради друга. Я настаиваю на своём решении. Я беру его на службу.       Земля начала уходить из-под ног. Он покинет Круг навсегда, станет Стражем.       — Нет! Я не позволю, чтобы это сошло ему с рук!       — Грегор, мы нуждаемся в магах. И в нём тоже. Этот мир заполонили существа куда более опасные, чем маги крови, и ты это знаешь, — Дункан положил руку на плечо Дайлена и крепко сжал. — Я беру его под свою опеку и отныне несу ответственность за его поступки.       Грегор сделал шаг вперёд, пристально осмотрел на Дайлена прежде, чем заговорил.       — Маг крови скрылся, а его сообщник не только избежит наказания, но даже получит награду, став Серым Стражем! Неужели наши законы утратили силу? И вместо достойных ты выбираешь подобных?       — Довольно, — отрезал Ирвинг. — Дункан сделал свой выбор.       — Значит, я стану Серым Стражем? — неуверенно спросил Дайлен.       — Да, гордись этим, мальчик мой. Ты ещё не понимаешь, как тебе повезло.       — Я могу попрощаться? — с мольбой в голосе спросил Дайлен.       Ирвинг некоторое время смотрел на него, казалось, что он сжалится. Дайлен хотел в это верить.       — Нет, — он покачал головой. — Но не стоит переживать, с ней всё будет хорошо, она прошла Истязания.       — Идём, — Дункан подтолкнул его к выходу.       Дайлен послушался, он не осознал, что всё происходило по-настоящему, даже когда главные двери открылись и воды озера Каленхад показались так близко, а ледяной ветер начал щекотать шею. Мысли в голове замерзали с каждым мгновением, пока не осталась одна самая яркая, как маяк:       «Свобода».