На распутьях тьмы

Проехав через каменный мост, дилижанс остановился у трактира. Процветающая красивая деревушка, населенная простыми жителями — эти слова были явно не про Гамлет, так она называлась. Все было в корне иначе: гниющие постройки из дерева, вроде той же пивнушки, полуразрушенные дома, ни души на улице — все это придавало только мрачные оттенки этому месту. Даже звон колокола здешнего монастыря звучит как-то иначе. — Приехали, — сказал кучер. — Выходите. Из дилижанса вышла девушка, облаченная в потрепанную броню из кожи. За ее спиной красовался кацбальгер — одноручный клинок с S-образной гардой. Поправив свои огненно-рыжие волосы, она забрала из дилижанса свой шлем: прическа позволяла носить его так, что под ним не было видно волос, а маска прятала женское лицо. Девушка не скрывала таким образом свой пол, ибо ее фигура достаточно стройна и не похожа на мужскую, — маска не давала запачкать лицо кровью убитых ею врагов. — Ольма, приехали! Проснись! — девушка потянула своего товарища за ногу, докуда, собственно, она и доставала, спустившись на землю. Черноволосая девушка в обнимку со своим стальным шлемом приоткрыла глаза, посмотрела на зовущее ее лицо. — Давай, вылезай, пока кучер ругаться не начал! — звала ее огненно-рыжая, махая рукой в свою сторону. Девушка послушно выбралась из дилижанса, предварительно забрав свои меч и шлем. Облаченная в пластинчатую тяжелую броню Ольма надела на голову шлем, задрав забрало вверх, повесила за спину свой клеймор. — Филлис, это и есть Гамлет? — удивилась девушка, осмотревшись по сторонам. — Судя по месту, ловить тут нечего. Для чего мы сюда прибыли? — Недалеко от него есть поместье, под которым есть какие-то подземелья. Там уйма богатств и ценностей, но говорят, что оттуда часто не возвращаются... — Филлис оглянулась на Ольму. — Сколько раз мы слышали что-то подобное о других местах? Черноволосая подняла глаза вверх, будто считала, и, выдержав паузу, ответила: — Да много. Достаточно много... — Эй, девушки! — окликнул их кучер. — Обычно приключенцы в гильдию сразу идут, это соседнее здание от кузнеца. — Благодарю, — ответила ему огненно-рыжая. — Что ж, идём в гильдию...

***

Здание гильдии нашлось сразу. Мало того, что оно действительно находилось слева от кузнечной лавки, на ней красовался большой щит с двумя перекрещенными мечами (очевидно, это герб гильдии), по бокам от него висели два алых полотна, на каждом из которых изображен клинок, а нижняя часть была украшена позолоченной лентой. Наверное, гильдия — единственная не столь отвратительная постройка на фоне остальных... Только подойдя к парадному входу, Филлис чуть не оказалась убита дверью из-за выходящего из гильдии мужика: еще бы шаг-другой, и он бы расквасил этой дверью нос. Пререкаться и говорить ему, какой он невоспитанный мужлан, рыжая не стала, потому она просто вошла в здание вместе с подругой, подсознательно готовясь к тому, что ее может сбить с ног какой-нибудь другой искатель приключений. Внутри было довольно просторно: стены из камня были украшены такими же алыми полотнами, что и над входом. Девушек сразу же приметил какой-то старичок. — Эй, девочки! — крикнул он довольно громко для своего возраста: внешне он казался дряхловатым и хилым. — Ковыляйте сюда, хе-хе. Записывать вас буду. Ольма одернула Филлис за руку. — Он что, с нами заигрывает? — Я думаю, он нас зовет на регистрацию здесь, — ответила огненно-рыжая. — Думаю, девочками он нас назвал не по половому признаку, а потому, что мы действительно новенькие... Подойдя поближе, девушки детально разглядели старика. Он, как ранее было подмечено, действительно дряхловат, однако не опирался на трость, уверенно стоял на ногах и не щурился, когда смотрел — зрение, видимо, хорошее; волосы были седые и редкие, и Филлис сделала для себя вывод: бывший искатель приключений, как вариант. — Первый раз здесь, верно? — спросил он, окинув взглядом подруг. — Точно новенькие, не видел я вас. Представьтесь. — Разве по этикету не мужчина должен первым представляться даме? — подметила Ольма. — Барышня, в Гамлете негласно установлено равенство полов, — ответил старичок. — Перво-наперво, люди здесь друг другу боевые товарищи, неважно, мужчина ты или женщина, а уж кто первый представляется, здесь решает репутация. Девочки переглянулись. Черноволосая явно только что испытала испанский стыд. — В конце концов, я старше вас обеих в сумме, — рассмеялся было он. — Но раз вам так угодно... — Выдержал легкую паузу. — Равир. Администратор в этой гильдии, кхе, на полставочки, так сказать... — снова на секунду-другую замолчал. — Могу ли я теперь узнать ваши имена, юные леди? Девушка с кальцбальгером сделала шаг вперед и сняла шлем с маской. — Меня зовут Филлис. А мою подругу Ольма. Мы действительно новенькие, ваша память не подводит... — Угу, Филлис и Ольма, значится... — Равир записал имена на лист бумаги. — Что о себе расскажете? — Я прекрасно орудую одноручным мечом, — ответила Филлис, обнажив свой меч. — Ольма владеет тяжелыми двуручниками и бронёй. Более сокрушительна, но менее подвижна. — Ну, насколько вы хорошо сражаетесь, решит показательный бой, — хмыкнул Равир. — На его основе будет решаться, годны ли вы вообще сражаться и кому вас посоветовать в команду... — Что-то вроде экзамена, понятно, — угукнула Филлис. — Называйте это как хотите. — Старик сел на табурет и скрестил руки на груди. — Знали бы вы, сколько я пережил тут таких молодых и амбициозных, как вы... — Он достал из нагрудного кармашка трубку и мундштук, набил её табаком из одного кармана и подкурил от спички из другого. — Без обид, дамы, но... Чего вы сюда приперлись? В смысле... — Сделал затяг из трубки и пустил густой дым. — Вы же такие молодые. Вы в курсе, что это гиблое место? Из подземелий приключенцев дай боже вперед ногами вытащить, если остается чего вытаскивать. Ехали бы вы обратно следующим же дилижансом... — Мы приехали сюда ради наживы, как и все здешние герои, — хмыкнула Ольма. — Если мы здесь все-таки скопытимся, то такова воля судьбы... — Слышь, — крикнула вдруг Филлис на подругу, — помирать она вздумала, совсем что ли? — девушка ткнула пальцем в нагрудник Ольмы. — Не смей так говорить! Повисло неловкое молчание, один Равир затягивался в очередной раз из трубки. — Простите мою подругу, дед Равир, — извинялась Филлис. — Просто сложно заниматься чем-то другим, когда всю жизнь только и делаешь, что сражаешься... Старик затушил трубку, задумчиво цокнул. — В любом случае, не мне вас отговаривать. Кто знает, может вы именно те, кто избавит поместье от порождения зла... — Он щелкнул пальцами. — Ладно, теперь о ночлеге. Здесь, в подвале, сидит Цатин, она тоже когда-то была искательницей приключений. Сотня золотых за ночлежку, а еще за полтинник вас неплохо покормят. Места, конечно, не роскошь, но обычно тут, внизу, коротают новоприбывшие. — Спасибо за наводку, дед Равир, — поблагодарила Филлис и пожала ему руку. — А где лестница в подвал?

***

Администратор на полставочки сопроводил подруг до самой Цатин, перед этим любезно попросил не спрашивать ее, почему она оставила свои походы в подземелья. — Уложи этих двух дочек куда-нибудь, кхе, — сказал Равир женщине. На вид совершенно обыкновенная дама, лет тридцати, может чуть старше. Под платком можно было увидеть кудрявые волосы цвета каштана. — Друг мой, у тебя что ни девка — всё дочка, — возмущалась Цатин. — Возраст позволяет мне так выражаться, они ведь и правда годятся мне в дочки, — объяснился тот, а затем тише добавил: — Если не во внучки... Финансовое положение позволяло заплатить за ночлежку с кормежкой, Филлис выложила три сотни золотых, кудрявая не пересчитывая забрала их за прилавок. — За мной, покажу вам ночлежку, — повела она за собой подруг в свободную комнату, взяв перед этим уже горевшую свечку. В помещении было весьма уютно. Роскошью, как сказал Равир, не назвать уж точно: кровать, стол, пара стульев и деревянная посуда. Однако, несмотря на то, что комната находилась в подвале, в ней было сухо и тепло. — Единственное, что кровать одна, но рассчитана на двоих, — пояснила Цатин. — Вам принципиально две разных комнаты? — Нет, но тогда часть золота вы нам должны, — рассуждала Ольма. — Комната одна, а Филлис отдала за две. — Вы правы... — задумалась женщина. — Я принесу ваши деньги вместе с едой...

***

Вдоволь наевшись, девушки стали готовиться к отдыху, а если быть точнее — ко сну. Филлис помогла Ольме снять ее доспехи, и, казалось, подруга стала если не в два раза меньше, то в полтора уж точно. Раздеться самой огненно-рыжей не составило никакого труда. — Будешь стягивать одеяло на себя — укушу, — предупредила Филлис. — А я больше дерусь во сне, — парировала Ольма. — Зубы выбью, и кусаться будет нечем. Секундное молчание, а за ним хохот — Филлис явно оценила шутку. Они обе улеглись на набитый перьями матрац, накрылись одеялом, но чтобы его хватило, пришлось лечь друг к другу поближе. — Завтра будет новый день, — вздохнула Филлис. — Новый день, с новыми силами... И знала бы она ранее, что так сильно ошибалась...