Blood

— Кейго Таками. Хизаши вздрогнул и повернулся, как и его собеседник. В дверях стоял Акай и внимательно смотрел на них. — Господин Айзава Шота отказал гостям в требовании, чтобы зал обслуживал Хизаши Ямада, и твой хозяин любезно предложил тебя в качестве кандидата, так что готовься — скоро закончатся танцы и начнётся обед. Всем кормящим просьба проследовать в другую комнату на сбор крови. Все засуетились, зашевелились и засобирались. Кейго улыбнулся Ямаде, прошептав одними губами: «Я уверен, у господина Айзавы был повод для такого решения» — и ушёл. Ямада же сглотнул, отправляясь в соседнюю комнату, где у них соберут кровь, чтобы подать её в качестве десерта. Это… было крайне неуважительно. Даже Хизаши за этот месяц ясно понял, что отказать остальным в обслуживании своим слугой на таких пирах среди вампиров считается чем-то крайне оскорбительным. Тем самым хозяин даёт понять, что они не достойны того, чтобы им угождал лучший слуга, который является самым близким из всех подчиненных. Хизаши усердно готовился целый месяц, а Шота… просто отставил его? Он так боится за него или… так ему не доверяет? Если так, почему хотя бы не предупредил? Ямада сглотнул, тихо присаживаясь на одно из мест, прямо напротив столов, за низким, до его талии, забором. Он видит, как с кухни выходит Кейго, помогая слугам разносить бокалы, складывать салфетки, расставлять столовые приборы. В груди что-то болезненно сжимается. Он должен быть на месте Таками, это его роль в том, чтобы разносить вино и еду, но Хизаши вынужден оставаться здесь, за изгородью. *** Айзава ходил по очень тонкому льду и прекрасно знал это. Он слышал, как шептались за его спиной после объявления. Шота думал над этим очень долго, и лишь в последний момент решился убрать Ямаду на второй план по многим причинам. Всё же тот был ещё не готов, Айзава не хотел лишних контактов чибаки с другими вампирами, да и малейшая ошибка наградила бы Хизаши постоянными насмешками среди слуг, а потому, прервав танцы, вампир выступил с заявлением о том, что ему нужен главный слуга, и поэтому, к глубочайшему сожалению, гостей он обслуживать на этом балу не будет. Он знал, что Немури прибыла без главного слуги, она вообще предпочитала путешествовать, задействуя минимум слуг, а главное, разных, чтобы ни у кого не могло сложиться абсолютно полной картины её действий. В этом зале на самом деле было очень мало тех, чьих слуг Шота согласился бы принять, и он уже мысленно проговаривал извинения за отказ, когда помощь пришла откуда не ждали. Энджи Тодороки. Айзава не мог сказать, какие именно отношения у него с этим родом, хотя знал, как много вампиров его презирают. Энджи преследовал свои цели и не боялся игнорировать мнение общества, а оно, в свою очередь, не оставалось в долгу. Они беседовали лишь пару раз, и Шота не мог сказать, что между ними дружеские отношения, скорее… честные деловые, без приторного притворства и яда. Хотя… после случая на главном королевском балу полгода назад, они немного пошатнулись из-за Немури. Неприятная оплошность, о которой до сих пор любят трепаться главные сплетники и сплетницы сливок общества. Ну да, Энджи был вынужден пропустить единственное появление королевских детей, официальное венчание на трон из-за бокала вина, который Немури случайно на него пролила. Но большинство считает, что это не случайность, что Каями терпеть не могут Тодороки, и они перетягивают род Айзавы на себя. Три главных рода, страсти, заговоры и интриги. А всё гораздо проще. Немури чуть подвыпила, не скоординировала движения и пролила вино на Эйджиро. Тот как раз искал повод уйти, и ушёл, так как все эти пиршества не для него, а выбора ему никто не даёт. Так что Немури сделала ему лишь одолжение, хотя разве двор проглотит такую серенькую версию? Время вернуться в настоящее. Шота с удовольствием взял слугу Тодороки. Тот похож на Ямаду, хорошо обучен и достаточно мил, как и полагается слугам. Наверное, один из самых идеальных вариантов. — Дамы и господа! — гулко разнёсся голос Айзавы. Музыка замолкла, а вампиры обернулись на лорда. — В честь такого торжественного события позвольте мне пригласить вас за стол, — двери отворились, слуги, незаметные для господ, действовали как всегда профессионально, по-другому и быть не могло. *** Хизаши недовольно наблюдал, как вампиры собираются за столом… столом, который он должен был сервировать. Это была его привилегия — улыбаться гостям и всё время быть неподалёку от Шоты. Но нет. Шота отказался от него и его услуг. Почему? Хизаши слишком плох для него? Нет… как назло вспомнились все ошибки, которые он совершал на генеральной репетиции от волнения, Шота тревожился: это важное мероприятие, а Ямада не имеет практики, Шота просто… не верил, что блондин справится? Обида начинала захлёстывать. Ямада наклонился, потирая виски. Не надо накручивать себя сейчас, он просто должен подождать и обсудить всё с Айзавой. У того явно была причина так поступить, всё же это значимая традиция. А вдруг… вдруг Айзава не хочет, чтобы Ямада видел его общение с другими вампирами? А если такой высокопоставленный вампир стыдится его? Шота в первую очередь лорд, он должен жениться на достойной партии, а не на нём — он лишь жалкий чибаки, их считают зверушками. Конечно, Ямада мог бы быть любовником Шоты, но… он не хочет так, он не может так. Ямада вздохнул. Хватит. Хватит. Они обо всём поговорят позже, вечером. Из мыслей его выдернули распахнувшиеся двери — начался праздничный ужин. Айзава, как и полагается хозяину дома, сидел во главе, справа расположился Неокори, как его права рука, слева — дядя Шоты. Последний говорил Хизаши держаться от него подальше. — Дамы и господа, — Айзава встал и поднял кубок. — Я знаю, что в нашем обществе есть много традиций, но в этом доме я хочу ввести еще одну, — Хизаши замер, глядя на прямую спину и уверенный вид Шоты — настоящий родословный вампир — его осанка, уверенный тон — всё говорило о позиции Айзавы в обществе. — Как вы все знаете, многие семьи плотно общаются между собой, и в моём случае я хочу подчеркнуть одну, которая ближе именно мне. Немури Каями, встаньте, будьте так любезны. Прозвучал мелодичный аккорд — из-за стола поднялась юная девушка с тёмно-синими волосами и в роскошном платье. Шары освещения автоматически приблизились к стоявшим, выделяя их на фоне других. Хизаши прикусил губу и нахмурился. Она сидит невероятно близко к Шоте, но при этом не является родственницей. Невеста? Может ли эта Немури вскоре стать невестой Шоты? Хизаши сжал руки в кулаки. Чёрт, нет. Нет! Шота не поступит с ним так! Правда? Сомнения пробирали, ведь вампир не давал чибаки никаких обещаний… — Позволь мне обменяться с тобой бокалами? — он подошёл к ней, предлагая свой кубок вина. — С удовольствием, мой лорд, это честь для меня, — она сделала реверанс и протянула его Шоте. Его Шоте. Хизаши казалось, что он сейчас задохнётся от возмущения. Хватит! Он уже достаточно накрутил себя. Просто стоит наблюдать за обедом. Вина текли рекой, стол ломился под великолепными угощениями. У Хизаши слюнки текли от вида хорошо прожаренного лебедя или кабана. А он не ел сегодня почти ничего… ничего, когда вечер закончится, он прокрадётся на кухню и поест с остальными слугами, а пока он будет пожирать глазами все те блюда, что постоянно выносились на стол господ. Ежедневные трапезы у Айзавы отличались строгостью и приятным, но не впечатляющим вкусом. Хизаши ещё тогда, впервые увидев такую роскошь, счёл ту еду пищей богов. Но теперь… теперь он видел нечто превосходящее в сотни раз. Мерзко сосало под ложечкой. Хизаши мотнул головой и перевёл взгляд на Шоту, тот о чем-то говорил с дядей, и, казалось, был напряжён. Что-то случилось? В этот момент один из лакеев госпожи, сидевшей где-то в центре стола, подал бокал вина именно лорду Айзаве. Шота вежливо улыбнулся и взял его. Ага, она угостила его господина каким-то вкусом вина. Так делают, чтобы понять, нравится ли оно, чтобы потом подарить. Вежливость или, как говорил Шота, хороший способ подмазаться. Он отпил и хотел уже благосклонно кивнуть, но в этот момент Неокори отвлек его, и Айзава младший отвернулся от дяди, который подозвал мальчишку и что-то сказал ему, после чего тот умчался. Госпожа всматривалась в лицо Айзавы, но кроме сосредоточенного взгляда не увидела никаких проявлений эмоций. Ямада не отрывался от них, внимательно следя за всем этим. И вдруг дядя Шоты, чьего имени Хизаши не запомнил — надо будет спросить у господина потом — повернулся и посмотрел ему в глаза; Хизаши ненатурально быстро отвернулся, делая вид, что заинтересован в той картине, украшавшей холодную стену, хотя понял — ему точно не поверили. Но разве вампира должно волновать, что чибаки смотрит на него? Нет… наверное… Хизаши вернул свой взгляд на Шоту, когда удостоверился, что дядя не смотрит на него. Тот опять говорит с Шотой, и, кажется, они спорят о чём-то. Они спорят… не из-за него? Нет. Хизаши, вокруг тебя не крутится весь мир! Дядя, скорее всего, тебя и не замечает! Ему надо просто успокоиться. В этот момент вернулся лакей, неся поднос с бокалом вина. Ох… дядя хочет подлизаться к Шоте? И Айзаве не много ли алкоголя? Шота смотрит на дядю и что-то говорит, но всё же принимает бокал, продолжая трапезу. Хизаши не нравится всё это… ничем хорошим подобное не закончится, это точно. Чибаки мрачно усмехнулся — чего ещё стоит ждать от незадавшегося вечера… на самом деле его действительно настораживает, что Шота пьёт так много. Шумные гости порядком действуют на нервы. В лёгком полумраке сложно разглядеть, что происходит вокруг. Айзаве через 10 минут вновь подают бокал от вампира в самом конце стола, и он снова выпивает. Хизаши решает просто посчитать, сколько его господин выпьет за вечер. И почему он не пьянеет? Он так много пьет всегда или вампиры просто не пьянеют и поэтому могут позволить себе это? Ямада хочет узнать. Но, в конечном счёте, Айзава подымается с места. — Дамы и господа, а теперь самая главная трапеза! Прошу кормящих вый- Он обрывается, заходясь кашлем, будто его начали душить, его лицо быстро белеет, хотя раньше Хизаши считал, что белее быть уже просто невозможно. Шота открывает и закрывает рот как рыба. — Господин! — Неокори подскакивает со своего места, а Айзава поднимает свои глаза, сталкиваясь с Хизаши взглядом, и Ямада видит в них панику. Но тут они закатываются, и он начинает падать, но его подхватывает учитель. Дежурный лекарь мигом оказывается у хозяина и, спустя минуту, поднимает голову. — Акай! — кричит он, — Запереть все двери, никто не покинет замок, пока мы не выясним, кто отравил лорда Айзаву!