Мой Альбатрос

Теперь за Санем следили во все глаза, практически ни на секунду не оставляя её одну. Мать с сестрой взяли оборону и держались до последнего. Лейла заставляла её выходить на улицу и гулять по набережной, они часто ездили к Игиту, который проходил реабилитацию в больнице. Лейла завозила ее в больницу, а сама шла по своим делам или приезжала на работу и улаживала дела, пока Игита не было. После, она забирала Санем домой. Санем нравилось проводить время с Игитом, но чувство вины притупляло все остальное. Парень не раз говорил ей, что она ни в чем не виновата, но она все равно чувствовала вину за то, что невыносимо любит человека, который совершил такое предательство. Мама же решила, что вылечить Санем помогут её кулинарные способности и целыми днями проводила на кухне, готовя девушке разнообразные вкусности. Санем была благодарна родителям и сестре за помощь, но не могла взять в толк почему они так всполошились, ведь она всего лишь поранила руку, вот и все. Изредка она ловила проникновенные взгляды отца, глаза которого сначала смотрели на нее строго и лишь потом наполнялись безграничной любовью. В тот день все было как в тумане, и она сама не могла понять, как такое произошло. Мама быстро вызвала скорую и позвонила отцу, который даже забыв закрыть магазин примчался домой. Когда приехала скорая уже весь район стоял на ушах. Мевкибе стоило больших усилий, чтобы не поползли слухи о Санем. Когда врач скорой помощи перевязала руку и вколола успокоительное, девушка заснула, но сквозь дрему она услышала, как врач советует родителям обратиться к психологу. Врач подумала, что она хотела покончить жизнь самоубийством, а ведь она всего лишь хотела освободиться от этой любви, от которой ей становилось все только хуже. Как-то она встала ночью попить воды и спускаясь по лестнице на кухню услышала, как в гостиной сестра тихо разговаривает с матерью. — Что говорит Эмре? — голос Мевкибе звучал приглушенно из-за двери. Санем остановилась у порога, прохладный пол холодил босые ноги. — Эмре везде искал Джана. Но только недавно получил от него сообщение. У него все хорошо. Он просит его не искать. Эмре говорит, что Джан больше не вернётся. Санем внезапно стало жарко. Как будто в комнате поднялась температура. Её дыхание участилось, а сердце забилось чаще. Они говорят о Джане, о её Альбатросе. -Эмре ещё что-нибудь сказал? — тихо проговорила мать. Санем пришлось приложить ухо к двери, чтобы хоть что-то услышать. — Да. Он уговаривал брата вернуться, компания прогорает, клиенты уходят. Мой муж не может справиться с этой проблемой. Он попросил Джана вернуться на один день и подписать бумаги о продаже компании. Агентство уйдёт на аукцион, все сотрудники уже подыскивают новое место работы. — А Джан что говорит? Он приедет? Лейла тяжело вздохнула, — мама, Джан ответил Эмре, что никогда в жизни не ступит на ту же землю по которой ходит Санем. — Сохрани Аллах нашу девочку, — пробормотала Мевкибе. Сначала Санем показалось что она ослышалась, что она не так что-то поняла. Джан, ее милый Джан не приедет? Она больше его никогда не увидит, не так ли? Ей стало не хватать воздуха. Она так и застыла возле двери опираясь на косяк. Ее уже не волновало, что мать с сестрой застукают ее за подслушиванием. Предательские слезы начали застилать глаза, а она ведь пообещала себе, что больше не будет плакать. Это он нарушил обещание ее не покидать, это он не захотел понять всю любовь Санем к нему, это он ревновал ее и навредил человеку. Все он, он, он…. Нельзя спорить о том, что и Санем принесла ему много бед, да, она обманывала его не раз. Но она его защищала, всегда защищала. Он был слишком горд, чтобы узнать ее по-настоящему, отдаться ей, принять ее. Все слова находились в той тетради, которую от сжег. Теперь слов не осталось. Осталось лишь сердце, которое все еще билось. Билось, хотя Его рядом больше не было. Каждая строчка из того дневника прожигала память Санем, она помнила все слова наизусть, на сетчатке ее глаз запечатлелась каждая страница. Иногда она мечтала все забыть. Выбить все воспоминания из своей головы, как будто этого никогда не было. Санем пыталась вызвать злость, пыталась вызвать в себе хоть какие-то эмоции. Но их не было. Только пустота и слезы, которые все еще капали из глаз.