Один шаг до счастья.

*** «Сколько времени я нахожусь в этом омуте страха? Мне надоело чувствовать бесконечную боль, я больше не хочу жить. Просто пожалуйста, закончите мои муки» Она, вся грязная и окровавленная, беспомощно лежала на ледяном полу, глядя своими пустыми глазами в самую настоящую бездну ужаса. Голова и тело не слушаются, вечная агония и адская боль разносится по телу, которое онемело после многочисленных ударов. Гнев, злость – давно ушли и осталось лишь самое настоящие отчаяние. Мольбы о помощи и пощаде не работали. Все вопросы были заданы, и ответа на них не существует, как и личности Эмили. А сколько времени прошло с ее исчезновения? Какой день? Месяц? Год? Она не знает что будет дальше и даже не надеется на следующее пробуждение. Даже, скорее всего, мечтает больше не проснуться. А он лишь издевается, извращено смакуя ее боль и страдания. Приходит и заново уничтожает, каждый раз по разному. Ему нравится когда она плачет от боли, ему нравится когда она забивается от страха в угол темного помещения, надеясь на спасение. Но спасения больше не будет, она сама выбрала свою участь, она сама посягнула на ЕГО территорию, чего не следовало делать. Теперь пусть расплачивается по полной. Ему нравится смотреть и чувствовать ее страх. Ему нравится чувствовать векторами ее тело и проникать сквозь грудную клетку. Теплая, живая кровь стекает по его щупальцам, каждый раз будто проникая в него самого, напитывая той же самой бурей эмоций, которых ему не хватает. Он питается ей полностью. Проникая ночью в разум, избавляет хоть от малейших мыслей о сне. Вечные галлюцинации и паника, вечный ужас. Он ожидает… Он крадется сзади и хватает за волосы, он бьет ее о стены, ломает ей руки и ноги, делает что захочет. Она его игрушка. Она его кукла и ничего не может быть интереснее, как убивать малейшие надежды о будущем у человека, что буквально вчера не годовал о том, что бессмертен. Который буквально вчера строил планы и думал что выбрался от плохой жизни. Это экзотика. Это нечто завораживающее, заставляющее приходить к ней снова и снова, чтобы утопить свое эго в ее бесконечных слезах. Вот и на этот раз он пришел к ней, глядя на то, как в глазах читалась лишь… Пустота? Она лежала, и смотрела сквозь него. Будто в помещения никого не было. Круги под ее глазами были темны, огонек надежды испарился и лишь безэмоциональное лицо в последний раз глянуло на его морду. Долгое молчание и тишина накаляли обстановку, но Слендермен не двинулся. Ему было интересно. Неужели он наконец сломал это существо? Сломал окончательно и бесповоротно…. Она вдохнула пыльный воздух, собралась с мыслями и встала. Немного пошатнувшись, еле передвигая ноги подошла к нему в упор, схватила за галстук тонкими, серыми пальцами и сорвала этот алый предмет его гардероба с тонкой шеи, перебравшись к пуговицам на пиджаке, хотела было и их разорвать. Пока холодный вектор не схватил хилую ручонку. – Я и не думал что ты на столько быстро сойдешь с ума. Тем не менее спрошу, что ты делаешь, чертовка? – глухой бас разнесся в висках, растворяясь болью в голове Эмили. Она молчала, смотрела стеклянными глазами на безликого, чувствуя, как вектор сжимает ее руку. Запястье предательски хрустнуло, но она не подала никакого вида, что ей больно. Лишь так же тихо, так же глупо смотрела в его бездну. Ей хотелось так же: чувствовать лишь величие. – Ты можешь убивать меня раз за разом, но запомни, что теперь ты не сможешь упиваться душевными страданиями. Она сама не знает для чего это было. Просто захотелось самостоятельно потрогать его, будто в поисках утопии и еще больше обволакивающего безразличия.

Она больше ничего не чувствует.