Калейдоскоп

Деньги, деньги, деньги… Это слово манило и пугало Яо одновременно. Кажется, сейчас они были самым главными краеугольным камнем его жизни, тем, что так легко могло бы изменить его жизнь в лучшую сторону в любой из ее моментов. Если б у него были деньги, он не пошел бы в Лан Лин, не попал бы в самое пекло при Аннигиляции солнца, смог бы купить себе достойный меч, с ним бы обращались совсем иначе. И он был бы не столь жалким и не стоял бы сейчас на мосту, собирая остатки храбрости. …однажды Мэн Яо спас из рук клана Вень прекрасную девушку, Цинь Су. Она ему понравилось и главное – он ей. Это была любовь с первого взгляда. Цинь Су помнила Яо, хоть и не знала его имени. Она прокралась ночью к Яо в палатку, где он спал, и взяла с него обещание, что он вернется за ней и увезет ее с собой в Лан Лин. Цинь Су несколько лет ждала, отказывая всем женихам, прежде чем Яо, гонимый зовом сердца, вернулся за ней. Ему пришлось год работать без устали, прежде, чем он смог набрать денег на выкуп за нее. Так звучало начало этой истории для всех родных Цинь Су. На самом деле все случилось немного не так. Яо заглянул в Лао Линь по чистой случайности, пребывая в разбитых чувствах от того, что ему не удалось посидеть с названными братьями. К тому моменту родители Цинь Су как раз готовили ее к свадьбе с человеком, которого она совершенно не любила, за которого не хотела замуж. И тут , словно снег на голову, пришел Мэн Яо. Постучал в ворота ранним утром и спросил, как поживает глава Лао Линь Цинь и его семья. Этому нежданному гостю были рады. Удивительно, но его помнила и Цинь Су, видевшая его мельком, когда он нес ее на руках к отцу. Имени только его не знала. Весь день и вечер хозяева дома проявляли гостеприимство, потчевали и поили Яо вином. Ночевать он остался в поместье. Не отпускать же гостя, да еще не слишком трезвого на ночь глядя? Ночь была жаркой и лунной. Яо не спалось. Хмель потихоньку сходил. С ним же улетучились и остатки снов, странных снов о Лань Хуане, который звал, искал его, волновался, что Яо так и не пришел на встречу названных братьев… Яо резко сел в постели и вытер со лба пот. Ему срочно надо было остыть и проветрится. Яо не стал одеваться и, как был в нижних одеждах, через открытое окно выбрался в сад, где было куда свежее. Ночь была тихой, не слышно было даже цикад. От вина у Яо болела голова , но прохлада и тишина помогли боли улечься. Когда он уже готов был вернуться обратно в свою комнату, он услышал плач. Кто-то среди ночи плакал навзрыд. Яо пошел на звук. На подоконнике сидела девушка в одном белом ханьфу, что носят лишь под одеждой, прикрытая длинными распущенными волосами, и горько плакала. - Цинь Су ? - Яо не сразу признал ее, - Что случилось? От чего ты плачешь? - Мэн Яо, это ты? - она резко подняла склоненную к поджатым коленкам голову и попыталась утереть рукавом слезы, - Да, это я. Тебя кто-то обидел? - Нет… просто … я хочу покончить с собой…. - судя по голосу, решимости на столь страшный шаг девушке не хватило бы конечно. Но в голосе сквозило отчаянье. - Что за глупости ты говоришь, Цинь Су? Ты такая красавица ! У тебя такой достойный жених, скоро твоя свадьба… - Из-за свадьбы я и плачу. Я не люблю своего жениха – я боюсь его. - Может, не такой он плохой человек и со временем ты его полюбишь? - Нет. Это одноногий Вей… Он подлый человек, бьет своих наложниц и домочадцев, - Цинь Су была действительно в ужасе от перспектив своей жизни. - Твои родители об этом знают? - Да… Он дал ссуду нашему клану, которую мы не смогли погасить. После войны клан едва сводит концы с концами, новых учеников нет, а Лан Лин Цзинь не может нам помочь пережить это время… Он поставил условие, что простит долг, если я приду наложницей или второй женой в его дом…- Цинь Су спрыгнула с подоконника и вцепилась в Яо, - Пожалуйста, Мэн Яо, спаси мою жизнь еще раз! Я не хочу судьбы предыдущей жены этого человека! Мэн Яо чуть приобнял девушку, чувствуя, как она дрожит. - Ее судьба была столь страшной? - Он забил ее насмерть, когда она родила ему дочь, а не сына… - Яо аж присвистнул, - Я не хочу ее судьбы!.. - Отказать уже нельзя? - Родители приняли подарки, потому что Вей не оставил им выбора… Мэн Яо, что мне делать? – Он опять зарыдала, уткнувшись в его плечо. - А твой отец? Он же тебя так любит…Неужели он согласен? - Нет, но и повода отказать Вею нет. Отец мечтает от него избавиться, но … ко мне даже никто не сватался еще кроме него… - Прости… Я могу лишь предложить тебе бежать со мной среди ночи от такой судьбы. Я сейчас совсем не богат… - Яо вздохнул. Если б он был полноправным наследником Лан Лин Цзинь, то родители Цинь Су конечно предпочли бы выдать дочь за него или того, за кого он замолвит слово. Девушка поникла. - Цинь Су, ты же знаешь, что без твоего согласия тебя не выдадут замуж. - Мне нужна более веская причина. Яо, скажи отцу, что любишь меня, чтоб он хотя бы отложил свадьбу… Я знаю, что отец желает мне только счастья и благополучия, может это его остановит? – Цинь Су аккуратно приподнялась на носочки и коснулась его пересохших губ. Яо сначала не понял, что произошло. В саду был кто-то еще. - Что вы тут делаете? - раздался громкий мужской голос, - Цинь Су?! С кем это ты? Меньше всего Яо хотел, чтоб кто-то вообще увидел этот поцелуй. - Она с Мэн Яо, – он развернулся к Цинь Цан Е. Цинь Су спряталась ему за спину. - Что здесь происходит? - хозяин дома был растерян. Слуги сзади него несли фонари и свидетелей этой сцены было уже человек пять. Зато Яо в голову ударили остатки хмеля и смелось после этого поцелуя. - Я хотел, - Яо казалось, что он делает абсолютно правильную вещь, - сообщить вам, что пришел сюда не просто так, - вранье еще со времен пребывания в клане Вэнь давалось легко, слова лились словно вода, - Я помнил все эти годы вашу прекрасную дочь и решил признаться ей в своих чувствах. - Цинь Су, к несчастью, помолвлена, но положа руку на сердце, я не рад отдавать ее столь жестокому человеку. - Я знаю. Но ведь она еще не дала своего согласия жениху, не так ли? - Жених держит за горло весь клан. Он ссудил нам денег и потребовал вернуть их немедленно, гораздо раньше срока, иначе пустит нас всех по миру или отдать ему Цинь Су. В обмен на ее руку он простит половину долга, если мы будем считать это выкупом за невесту, – Яо даже опешил от такого поворота. Наглец же этот Вей! Цинь Су явно заслуживала кого-то лучшего. - Тогда я… - Цинь Су всхлипнула сзади, - перебью его выкуп! – Яо понятия не имел, где возьмет деньги. Цинь Су в ужасе вжалась ему в спину. Ох уж это крепкое вино из погребка Цинь Цан Е! - Мэн Яо, хитрый ты лис! – Цинь Цань Е улыбнулся, - Теперь понятно, от чего ты такой смурной был весь день! Что ж ты днем об этом не сказал, что так страстно любишь мою дочь? - Я боялся вашего гнева, господин Цинь … Я не выдержал и решил признаться, выяснив, что она помолвлена , - Яо слегка поклонился. - Ох и непростая задачка получается… - Цинь Цан Е почесал подбородок. Ситуация была ох какая сложная: просватанную девушку он застукал с другим. По-хорошему ему бы надо было держать дочь под замком после помолвки и не принимать других женихов, а после сегодняшнего происшествия и вовсе выгнать после этакую бесстыдницу, но … Вей ему нравился куда меньше, чем вежливый ,улыбчивый незлобливый Яо. Ссоры с Веем было не избежать, но любой отец хочет счастья своей дочери, чтоб ее любили и берегли. Вей уж точно был совсем не тем человеком. К тому же Яо пообещал помощь, найти эту немаленькую сумму. Если сказать Вею, что предложение от Яо поступило раньше, но он откладывал сватовство по каким-то причинам, то тут даже суд признает право Яо на невесту… - Я тоже люблю Мэн Яо и хотела бы всю жизнь провести с ним… - робко сказала Цинь Су из-за его спины. Яо дрожал. Помолвка Цинь Су была разрушена. - Значит, так тому и быть. Присылай сватов, Мэн Яо и обещай заботиться о Цинь Су. С господином Веем я договорюсь… - Как скажете, - Яо еще раз церемонно поклонился. Смысл ситуации до него еще не дошел. Так они постояли еще пару минути каждый из них ушел в свою опочивальню. Яо влез обратно в окно. Лишь коснувшись прохладной фарфоровой подушки он понял, что произошло, что за слова он произнес . Вообще он думал о семье и женитьбе, пора было остепеняться. Его ровесники почти все были семейными людьми. Может и Яо стоило, коль уж он так пытался быть обычным человеком? Цинь Су вполне себе хорошенькая и ему явно симпатизирует. Может хоть это потушит то пепелище в сердце, которое осталось от всех этих невысказанных чувств к Си Ченю? Может, Яо даже сможет делить с ней изредка ложе и у них появится ребенок? Надо только найти деньги на выкуп… С этими мыслями Яо провалился в странный тягучий сон. И сегодня ему снился Лань Си Чень. Они сидели на заднем дворе и полоскали в тазу в четыре руки белье. Яо учил его стирать…. Под утро Яо проснулся от того, что кто-то лег рядом с ним. Он хотел привычно пнуть Сюэ Яна, но вовремя вспомнил, что не дома. Рядом с ним лежала Цинь Су. На ее лице была немного испуганная улыбка: «Это единственное, чем я смогу тебя отблагодарить сейчас! Давай скрепим наш брак. Я обещаю тебе, что в будущем заработаю денег и верну тебе все.» Яо не ожидал от нее такой прыти. Все случилось как-то сумбурно и чрезвычайно быстро. Яо толком и не понял, понравилось ли это ему. Цинь Су, кажется, прочла немало подподушечных книг*. Она, видя его удивление, пояснила: «Когда ты меня спас, я уже день как была в плену. Солдаты не щадили никого… и ты не представляешь, как я тебе признательна за то, что ты унес меня из того ада!» Яо вздохнул. Прошлого не вернуть. Но как бы он много дал, чтоб прийти за этой девочкой на день раньше! Утром Яо проводили уже как жениха Цинь Су… Яо тогда вернулся домой, погруженный в тяжкие мысли. Не жениться он уже не мог. А следующая ночь окончательно привела в смятения его чувства, слегка утихшие со временем: к нему пришел именно то, кто владел его сердцем и они провели ночь наедине. К нему пришел Лань Си Чень. Пришел извиняться. Яо даже сначала не понял за что. Оказалось, что слуга у ворот переврал фамилию Яо, сказав вместо Мэн «Ман» и Си Чень не сразу догадался о ком идет речь. Выяснил все утром , расспросив слугу подробнее откуда был тот человек, что за вопрос у него к главе ордена Лань в столь поздний час и как выглядел этот проситель. Мин Цзюэ еще мучился похмельем, когда Лань Си Чень отправился в Лан Лин, иначе бы они непременно прибыли бы вместе. В башне Кои никто не знал, где Мэн Яо и как его найти,что крайне расстроило Лань Си Ченя. Он даже попытался выспросить хоть что-то у Сюэ Яна из Кайджоу, но тот так и не сказал, где живет Мэн Яо . «Вот врун!» - расхохотался сам Яо в ответ, - « Он тут частенько бывает!» Это смешок сильно разрядил атмосферу. Лань Си Чень уже не чувствовал себя таким расстроенным. Ведь сюда он пришел исключительно на удачу. Он отлично помнил этот крошечный домик, где не было места даже для второй постели. И помнил профиль Яо, который увидел в свете неяркого фонаря сквозь распахнутое в жару окно. Он был рад,что все таки нашел наконец своего Третьего брата. Они решили вспомнить те времена , когда Аннигиляция солнца вот-вот должна была начаться и Лань Си Чень жил в этом крошечном домике, скрываясь от клана Вень .Удивительно, но для них обоих это было самое счастливое время. Время, которое они попытались вернуть той ночью. Они легли спать рядом, как когда-то и болтали, словно опять стали теми юношами, еще не видевшими ужасов войны. Лань Си Чень поцеловал Яо. Тот поцелуй, которого они оба ждали столько лет, наконец случился. Яо дремал, повернувшись к Лань Хуаню и слегка улыбался во сне. Только вот сон не шел к Це У Цзюню. Его сердце было полно горечи. Видимо, это будет единственная ночь, которую они проведут вместе. И он решился сделать то, что никогда не должен был делать: слегка коснулся улыбки Яо. Единственной улыбки ,которую он хотел бы видеть каждый день и не мог себе позволить. Он всей душой желал, чтоб Яо не женился, остался с ним, но сам же пообещал ему денег на выкуп невесты… С этими печальными мыслями в полусне они целовались. Яо отвечал на этот поцелуй, ему, кажется, нравилось. А Лань Хуаня терзала мысль о том, не снится ли Яо его невеста? Эти чувства томились столько лет. Они перебродили, к ним подмешалась горечь ревности, неуверенность в том, что все так, как есть… «Лань Хуань…» - будто в ответ донеслось из темноты. И Лань Си Чень не смог удержать слезу, всхлипнул. Яо сильнее обнял его : «Ты чего? Что не так?» - «Все так, Яо, наконец все так… просто не бросай меня…» Их поцелуи становились все страстнее, теперь они целовали не только губы друг друга, а все, что могли найти в темноте: щеки, изгиб шеи, плечо, кисть, подтянутый живот, длинные музыкальные пальцы , отдающие на вкус чернилами кончики волос, нежную кожу на боку и внутри бедра. Яо будто стала тесна его одежда, а Си Чень и рад был помочь от нее избавиться. Воздух вокруг жаркий и тяжелый. Яо не понимает, как Лань Хуань всего в несколько прикосновений умудряется заставить его потерять голову от удовольствия. Яо никогда не думал, что что-то подобное может произойти в его жизни. Лань Хуань стонал под ним, требовал еще ласки, еще поцелуев, еще Яо… У Яо кружится от этого голова и счастливо екает сердце. Ощущения просто водопадом накрывают его. Это что-то невообразимое. Пот бусинками выступает на лбу, пока Лань Си Чень чуть сводит брови от боли. «Наверняка ему очень больно,» - думает Яо. В ордене Лань учат терпеть и превозмогать боль. Яо рад был бы ее вообще не причинять Лань Си Ченю, но тот сам захотел именно так. Яо позволил бы ему все, что тот бы пожелал. Лань Хуань захотел отдать себя и Яо с радостью и восторгом принял этот дар. В следующий раз – Яо знает это точно – он будет лежать под Лань Хуанем. Потому что ему хочется отдать себя Первому нефриту всего целиком. Все тело, сердце, душу. После они неспешно поливаются водой из бочки за домом. Лань Си Чень нежно протирает спину Яо полотенцем, помогает смыть пятна семени с живота и пот с лица. Яо приятна эта нежная забота. Перед сном Лань Си Чень все же одевается обратно. Ему не хочется, но привычки диктуют ,что так надо. Яо ложится спать совершенно голым, чтоб всей кожей чувствовать Лань Хуаня рядом. Они засыпают крепко обнявшись, даже скорее сплетясь телами, не смотря на жару. Яо разбудил шум и грохот ставен. Си Чень стоял с обнаженным мечом в том виде, в котором спал, у полуоткрытого окна. Шнурок на нижних штанах ослаб и они едва держались на бедрах. «Сюда пытался влезть грабитель, но я спугнул его…» - шепотом произнес Лань Си Чень, умудряясь оставаться величественным даже в таком виде. Сегодня его сердце так билось и рвалось на волю, чувства были в таком смятении, что ему так и не удалось уснуть. И кто знает , чем бы все это кончилось, будь он хоть чуть менее расслаблен… Вдруг бы Яо пострадал? «Спасибо!» - улыбается из кровати Яо. На лице Си Ченя серьезное, суровое выражение тает будто снег, сменяясь нежной улыбкой. За эту улыбку Си Чень готов даже убивать. Яо босиком прошел к окну, отворил ставню и выглянул. В рассветной дымке никого не было. На земле под окном валялось что-то небольшое и круглое. Приглядевшись, Яо понял, что это конфета. Еще были пятна крови. Кажется, Лань Си Чень ранил ночного визитера. Лань Си Чень медленно оделся. Некоторое время он подержал в руках лобную ленту, будто думая, завязать ее на себе или не стоит. Яо приподнялся на носочки, чтоб поцеловать его, а Лань Си Чень накинул ему эту ленту на шею, будто пытался удержать ей ускользающего Яо: « Я вернусь! Обязательно!» Через несколько дней Яо вновь ночевал не один. И в его постели спал вовсе не пахнущий кровью Чен Мэй… С того дня Сюэ Ян, приходивший к Яо как к себе домой, больше не появлялся и вроде вовсе исчез из Лан Лина. Говорят, Цзинь Гуань Шань рвал и метал по этому поводу, потому как Сюэ Ян оказался самым сильным из всех адептов темного пути, кого взяли под крыло в башне Кои. Яо лишь переживал за судьбу Чен Мея. Сюэ Ян был не из тех людей, что умирают от старости в своей постели. Позже был слух, что Сюэ Яна поймали и выдворили из Юн Мэна. Яо это отчасти успокоило. Значит, тот был ранен не серьезно. Лань Си Чень прилетал на мече поздней ночью и уходил, когда едва начинало светать. Иногда они болтали, иногда Яо спал на его плече, иногда они до одури целовались, так и не переходя к чему-то большему, иногда их ночи были столь страстными, что они оба утром вынуждены были прятать следы своих утех воротом ханьфу и полами одежд. Яо исполнил то, что так страстно желал все эти годы. Си Чень брал и отдавался с одинаковым огнем. Яо чувствовал себя наконец-то живым и счастливым. Лань Си Чень обещал помочь и со сватовством. Яо рассказал ему ,как все обстояло на самом деле. Глава Гу Су Лань не стал его осуждать за такой поступок, наоборот, счел это благородством. Умолчал Яо лишь о том, что Цинь Су куда раньше сватовства скрепила их брак. После страстных ночей в объятьях того, кого любишь Яо даже как-то позабыл об этом. Письма были посланы. Подарки отправлены. Серебро для выкупа Лань Си Чень действительно дал. И он хвалил Яо за столь благородный поступок. Только Яо казалось, что в глазах Цзе У Цзюня будто таится что-то еще, то ли боль, то ли ревность… Яо не заметил, как пролетело три месяца с лишком . Пора было ехать к Цинь Су… Историю с Веем решил судья. Ох, не стоило Вею бежать в суд! Неожиданно стало известно, что заполучить Цинь Су он пытался нарушив условия ссуды и угрожая. Так что этот процесс стоил ему не только денег, но и репутации. Цинь Су встретила Яо уже иной, чем он ее помнил. Ее лицо и живот начали округляться. Сватовство пришлось провести очень быстро, а свадьбу – прямо на следующий день. В их первую брачную ночь они не предавались страсти, а ехали в повозке в Лан Лин. Яо был грустен. Цинь Су задумчива. Они вдвоем убежали с собственной свадьбы, удрали из дома родителей Цинь Су. Им обоим все это казалось совсем неправильным. «Я же знаю, что ты так поступил из благородства, а не из любви ко мне. Я обещаю, что буду тебе хорошей женой и буду слушаться тебя. » «Спасибо. Только пообещай мне ,что не будешь на меня злиться за то, что я тебе не люблю. Я постараюсь быть тебе хорошим мужем и отцом нашему ребенку» Остаток ночи они ехали молча. Цинь Су дремала, Яо не спалось. Они и убежали от того ,что провести брачную ночь как супруги не смогли и не захотели. Цинь Су призналась, что боится, что ее дрожь в тот раз была вовсе не от страсти, а от страха. Яо сказал, что не собирается ее принуждать к чему-либо. На этом они и порешили. Тихонько вышли из задней двери и ушли по пустынной дороге в сторону Лан Лина. Им повезло, что по пути попались купцы, согласившиеся их немного подвезти. Яо боялся показать Цинь Су то место, где она теперь будет жить. По сравнению в усадьбой, где она росла, это и домом-то особо не назовешь. Но Цинь Су лишь приятно улыбнулась, переступая порог: «У тебя уютно!» Лань Си Чень после свадьбы стал куда реже его навещать. Да и у самого Яо практически не было времени на еще что-то. Он мог по пальцам одной руку пересчитать все вечера в этом году, когда он не падал от усталости, а Цинь Су не укрывала его одеялом прямо возле стола, за которым они ужинали. Семейная жизнь у них получилась на удивление приятной. Цинь Су обладала покладистым характером, не перечила Яо, не попрекала его маленьким заработком, держала дом в порядке даже когда живот начал ей мешать самой обуваться. Пока было можно она тоже выходила на заработки: продавала вышитые кошельки и пояса, которые у нее отлично получались. Со стороны все это выглядело как вполне хорошая семья. Лишь их супружеское ложе было холодным ,как ледяная пустыня. Цинь Су, как оказалось, сохранила очень много плохих воспоминаний о плене и этот аспект супружеских отношений ее пугал. Яо и не настаивал. Вернее, совсем не настаивал. Он не чувствовало к ней влечения. Его кровь бурлила при виде совершенно другого человека. И Цинь Су, это кажется, даже радовало. О Лань Си Чене Яо сначала ей не рассказал. Встречались они тайком, в гостинице в другом квартале. Яо платил за комнату , говоря, что снимает номер для своего приятеля Чена и когда тот появится, хозяин должен его проводить. В такие дни он приходил домой куда позже, чем обычно, но обязательно приходил. Си Чень отпускал его в той же неохотой, с какой Яо его покидал. Но шила в мешке не утаишь. Яо не прикасался к своей жене на ложе, она знала, что он куда-то уходит иногда вечерами, иногда тайком ночью, что он задумчив и грустен днем. - Ты в кого-то влюблен, Яо? – Цинь Су тихонько спросила это, наливая ему чай, -Я вижу,что у тебя на сердце не спокойно. -Да… - признал Яо, закрыв глаза. Он сидел за столом, разбирая очередные счета, весь вечер не поднимая головы от этих бумаг. Цинь Су стояла с маленьким А-Суном на руках рядом. - И ты не можешь быть с ней из-за меня? - Нет. - Хочешь я уйду? - Цинь Су была совершенно серьезна. - Куда ты пойдешь с ребенком на руках? Вернешься к отцу? Если ты это сделаешь, все начнут думать, что я тебя выгнал и станут осуждать. За что придумают… Да и Вей скорее всего не упустит случая опять попытаться тебя заполучить…. - Я придумаю что-нибудь еще… - Я, как твой муж, запрещаю тебе что-то выдумывать, - иногда когда Яо хотелось рассмешить А-Су, он говорил о себе так. Они с Цинь Су были скорее хорошими друзьями или братом и сестрой, но никак не супругами. Когда Цинь Су наконец улыбнулась, он посерьезнел, - Дело не в тебе, А-Су. Совсем не в тебе, -Яо, я вижу, что ты измучился и просто разрываешься. Я не обижаюсь на тебя. Я не хочу делать тебя несчастным. Я хочу, чтоб ты тоже мог быть счастлив, как я с А-Суном. Ты это заслужил. - Яо с грустной улыбкой глянул на нее. Как ни парадоксально, но он смог сделать свою жену счастливой. Сейчас ее жизнь крутилась вокруг их маленького сына и она была счастлива и благодарна Яо за такой нежданный подарок . А-Сун хоть и был болезненным, слишком маленьким для своего возраста, все же дал Цинь Су свет в жизни. После его рождения она будто расцвела. Ее глаза сияли любовью. - Ты мало что можешь сделать, -Яо нагнулся обратно к счетам. - Если тебе так будет лучше, мы могли бы жить все вместе…Уверена, мы бы с ней отлично поладили. Она могла быть тебе тоже женой…Или на худой конец наложницей…. - Это вообще невозможно… Я ему не ровня… - Ему? – Цинь Су нагнула голову и крайне озадаченно посмотрела на Яо. После долгой паузы тот наконец понял, что сболтнул что-то лишнее. - Я люблю … - Мужчину? - Цинь Су спросила мягко и осторожно, но без тени пренебрежения . - Да, мужчину. Это все очень запутанно. Я понимаю, что мы вряд ли сможем быть с ним когда-либо вместе. - Что же ты тогда мне об этом не сказал? Ты тогда ведь зашел в наше поместье не случайно? Ты всегда так грустен из-за него? - Это долгая история, А-Су, а сейчас поздно и тебе лучше уложить А-Суна и лечь самой. Я когда-нибудь тебе сам все расскажу. - Как скажешь. Но если у тебя с ним будет хоть единый шанс, пожалуйста, не упусти его… - Спасибо ,– Яо улыбнулся. Цинь Су порой его поражала. Кажется, она лучше него самого знала, что у него на сердце. Если б у него была сестра, он бы хотел, чтоб это была Цинь Су. Теперь Цинь Су знала правду и Яо от этого было как-то спокойнее. Она спокойно отпускала его ночами в гостиницу. Единственное, что она спросила – это как называть возлюбленного Яо :«Его зовут Чен Хуань» - «Передай ему от меня поклон и пригласи его как-нибудь в гости. Я буду рада с ним познакомится. Может я смогу убедить его, что ему стоит забрать тебя с собой?» - Яо улыбнулся ей через плечо: « Не шути так!» И если Цинь Су не давал Яо поводов волноваться , то Лань Си Чень порой пугал своими переменами настроения. Он ревновал. Ревность съедала его изнутри. Внешне он выглядел всегда спокойным и даже каким-то отстраненным, но в его сердце сейчас кипела просто адская смесь. Яо был бы рад ни на шаг не отходить от Си Ченя, чтоб тот видел каждое мгновенье его жизни и наконец перестал себя изводить. Масла в этот огонь подливали еще и его обязанности главы ордена. Лань Си Ченя принуждали жениться как можно скорее, чтоб появился наследник. Только вот тот, на чьей руке он уже завязал свою ленту, наследника бы не родил уж точно. Он не мог увезти с собой Яо из-за скандала с Ван Цзы, который попытался сбежать с Вей У Сянем, но был возвращен назад и очень жестоко наказан. Отношения с Яо после вообще стоило держать в строжайшей тайне. Си Чень измучился. Он боялся, что Яо уйдет, найдет кого-то менее стесненного своим положением. Еще как то ни странно , Лань Си Чень ревновал Яо к Цинь Су. Яо стоило больших трудов объяснить, что он даже спит отдельно от жены, что он не питает страсти к женщинам вообще. Но это тоже грызло сердце Лань Хуаня… И сердце самого Яо. Цинь Су видела, что ее супруг с каждым днем все мрачнее. Она старалась обычно не трогать тему Чен Хуаня, но все же не выдержала и стала расспрашивать: «Вы что поссорились с ним?» . И Яо больше не смог держать все в себе. Цинь Су слушала молча. Яо корил себя, что не может никак успокоить эту ревность, вселить в любовника уверенность в собственных чувствах. И ведь А-Су точно знала, что Яо не врал. Сердце Мэн Яо было безраздельно отдано одному единственному человеку. «Может быть, ты пригласишь его в гости, чтоб он своими глазами увидел, что между нами нет и не может быть страсти, что ты не касался меня ни разу со дня свадьбы?» Лань Си Чень как ни странно согласил как-нибудь заглянуть в тот домик, где они провели их первую ночь. Обещал прийти вечером на чай. Яо выдохнул. Ему казалось, что с плеч свалилась гора. Этой ночью они были особенно нежны друг к другу. Си Чень заглянул через забор. Цинь Су держала на руках младенца. Это явно был ребенок Яо: тот же лобик, глаза, цвет волос. Яо тоже вышел. Цинь Су передала ему ребенка: «Ну-ка, иди к папе!» Вечером они спорили. Лань Си Чень не верил Яо, что тот любит только его. В первый раз не верил всерьез. Ревновал сильнее обычного . Они сильно повздорили. Яо понимал, что оправдаться ему нечем: ребенок правда его. Да. Он один-единственный раз разделил ложе с Цинь Су. Лань Си Чень был в ужасе. Одно дело говорить о чем-то, другое –увидеть воочию. Поджав губы Лань Си Чень улетел на мече так стремительно, что его повязку сдуло с волос, но он поймал ее в самый последний момент. Три недели Яо не находи себе места. Ему снились ужасные сны. Он отправил несколько писем с извинениями Лань Си Ченю, но тот так и не ответил. Одна ночь была особенно ужасной: Си Чень тонул, а Яо никак не мог подать ему руку. Этот сон начинался сначала, едва стоило Яо закрыть глаза. Яо хотел ехать в Гу Су и уехал бы, но серьезно заболел А-Сун и денег катастрофически не хватало. Не набиралось даже на место в лодке. Может, если б были деньги, Яо смог бы съездить и помириться с Лань Си Ченем? Еще через неделю, когда А-Сун после почти месяца лихорадки наконец пошел на поправку, поздней ночью в дверь постучали. На пороге стоял Лань Си Чень… Яо бросился было его обнять, но понял, что нет, это не Си Чень. Лицо было холодно и непроницаемо, глаза куда светлее, на поясе не было Ле Бин. Но сходство было очевидно… Яо напряг память и вспомнил: это брать Си Чень – Ван Цзы… - Доброго вечера, молодой господин Лань! Чем обязан столь приятному визиту? - Доброго вечера! - Прошу ,проходите! - Яо шагнул в сторону, давая гостю зайти. Ван Цзы пришлось, как и Си Ченю слегка пригнуться, чтоб не зацепить притолку. Цинь Су сидела за столом и кормила ребенка. Ван Цзы просил на нее быстрый взгляд и отвел глаза. - Мой брат скончался неделю назад…Я пришел сообщить об этом… Яо едва не сел на пол от такого известия - Как?... - Он.. погиб. Он просил передать послание тебе, - Ван Цзы достал из рукава небольшой сверток и отдал его Яо. После кивнул Цинь Су и вышел в так и не закрытую дверь. Яо стоял в прострации. Он не знал, что вообще происходило у Си Ченя в жизни, тот никогда не говорил. Яо думал, что глава Гу Су Лань просто занят, злится на него после последнего разговора, вот и не появляется целый месяц. А все… все случилось так. Яо даже не смог попрощаться с ним, не смог в последний раз взять за руку, не смог сказать, что все не так, что он любит Си Ченя, что ребенок … он не хотел ребенка… он даже не думал, что А-Сун может родится… Может ,если б у Яо тогда были деньги, все было бы иначе? Яо трясущимися руками развернул плотную ткань с изображением голубых волн туманов Гу Су. Внутри лежала свернутая лобная лента Си Ченя. Яо заплакал беззвучно, слезы сами лились из глаз. Он застыл с этой лентой в руках. Цинь Су, держа сына на руках, подбежала к Яо. - Что случилось? Что за известие принес этот человек… - Он умер.. - Кто? - Цинь Су была очень умной и догадливой, - Тот человек, которого ты так любил? Чен? - Да, Си Чень мертв… -Яо, дорогой, не плачь, умоляю… - Цинь Су осторожно приобняла его, одной рукой,на второй возился а-Сун, - Он будет ждать тебя в следующей жизни и у вас все будет очень хорошо! - Почему я не извинился перед ним? Почему?! Цинь Су добрую половину ночи успокаивала Яо. Ей правда было его жаль. Она не догадывалась, что можно так любить. У них был уговор, что если Цинь Су кого-то полюбит, то скажет об этом Яо. Но ее сердце был все так же спокойно. Ей нравился Яо, они тоже по-своему друг друга любили. Как брат и сестра. Цинь Су не хотела большего. Сейчас ее брат просто умирал от горя.Ей искренне хотелось его утешить. Хоть как-то ободрить , но она не находила нужных слов. Без Си Ченя мир как-то потерял краски. Яо по-прежнему работал, приходил домой, держал на руках сына, изредка выходил с Цинь Су на рыночную площадь или в храм. Но все это было лишь отражением его жизни. Вечерами Яо часто сидел молча, уставившись на ленту. Он даже не знал, что случилось с Си Ченем. Он погиб на охоте? Или получил рану, которую не смогли исцелить? Его поглотило заклинание? Что произошло? Как это случилось? Почему это допустили? Яо случайно локтем смахнул ткань, в которую была завернута лента со стола. Цинь Су уже привыкла к его апатии за полгода и сама нагнулась поднять столь важную для Яо вещь, попыталась ее отряхнуть. Чуть согнула белую ткань: «Яо, там кажется, что-то внутри. Шелк не бывает таким жестким» И правда, внутри платка что-то было. Цинь Су выдернула ниточку у края. Внутри оказался сложенный вчетверо лист бумаги. Яо боялся развернуть это письмо. У него пальцы дрожали от волнения, но он все не решался развернуть послание. - Ну же, прочти! Оно там неспроста было спрятано. Хотя бы узнаешь, что твой любимый хотел тебе сказать! - Мы… мы сильно повздорили в последнюю встречу, - Яо правда было страшно узнать, что же там. - Я знаю. Я же вижу, что ты себе места не находишь с того момента. -Я боюсь это читать. Он меня проклянет… Я никогда в жизни не прочту это письмо… - Ну давай я прочту и скажу тебе, что там… - Цинь Су аккуратно вытащила письмо из его пальцев, развернула лист, пробежалась по строчкам глазами, - Он пишет, что любит тебя больше всех на свете,- Яо потянулся к ней за письмом, но Цинь Су быстро спрятала лист за пазуху, - Ты же сказал, что не будешь читать! Вот и выполняй свое обещание! Лезть в запах ханьфу Яо не хотел. В конце-концов, наверняка Цинь Су потом спрячет письмо где-то в доме. На следующий день Яо обшарил весь дом, но письма так и не нашел. Дальше все происходило будто их и вправду кто-то проклял. А-Сун, оказалось, не выздоровел, а заболел еще сильнее. Просто болезнь пряталась все эти месяцы. Он и так был весьма слабым ребенком и к году даже не начал ходить, лишь лежал в своей колыбели. Цинь Су была уверена, что он просто «поздний» и скоро встанет на ножки. Увы, первых шагов сына она так и не увидела. Лекари уже не смогли сбить лихорадку во второй раз . Через три дня Мэн Яо отнес маленький гроб на кладбище. Цинь Су словно подменили. Яо очень хотел ей помочь хоть чем-то, но он сам был словно разбит. Его жена лишь плакала целыми днями. Яо даже решился предложить ей разойтись или родить еще одного ребенка, но Цинь Су лишь зарыдала еще горще. Она не хотела ни бросать Яо, ни вновь дрожать от страха на ложе Цинь Су заболела вслед за ребенком. Яо метался , не зная, куда бежать. Все их семейные сбережения уже ушли на лечение сына , а теперь и Цинь Су чахла на глазах. Через несколько дней и ее не стало. Яо корил себя,что не тренировал своей Золотое ядро все это время. Он пытался сам ее лечить, делиться с ней ци, но сделал лишь хуже. И у него не было средства это исправить. У него не было денег даже на хорошие похороны достойные Цинь Су, ее красоты, золотого сердца и мягкого нрава. Переодевая жену перед погребением Яо нашел в рукаве ее нижних одежд то самое письмо. Неужели Цинь Су его до последнего там прятала? Чем больше Яо читал, тем больше ужасался. Лань Си Чень не просто умер. Он прокончил с собой, зная, что им с Яо не суждено быть вместе. Он правда писал, что любит и передает ленту , как знак своей верности в ответ на вероломство Яо… Си Чень так и не простил, и не понял… Он ушел к водопаду в Гу Су, чтоб покончить с собой… Яо пил весь день. Специально заказывая самое крепкое вино. Ему не хотелось возвращаться в опустевший дом, где покинули свет его сын и женщина ,которую он любил как сестру, где он мечтал о счастливой жизни с Лань Си Ченем, где они были счастливы юношами и познали друг друга, став уже мужчинами, где сердца Си Ченя еще не коснулся огонь ревности… Яо постоял и пьяно шагнул вперед , прямо в воду. Плавать он совершенно не умел. Без Лань Си Ченя ему на этом свете было совершенно нечего делать, а механическая забота о спасенной девушке и их сыне более не держала. Деньги ему тоже больше совершенно не были нужны. А-Яо качнул с пальцах калейдоскоп и хорошенько его потряс. Цинь Су замечательная и Яо был бы, рад, если б она и правда ему когда-нибудь встретилась бы. Он всегда мечтал о братике или сестричке. Ну отчего все опять пошло наперекосяк? Почему красивый господин Лань шагнул в пропасть? «Как же сложно этим взрослым живется!» - А-Яо хорошенько зажмурился ,точно так как учил его тот бродячий торговец, у которого он впервые увидел калейдоскоп. Та игрушка была куда проще, но не показывала таких занимательных историй. А-Яо открыл один глаз и вновь заглянул в круглую прорезь.