Конфундус!

Вечернее небо над Нью-Йорком медленно затягивалось мрачноватыми тучами, и теплый майский ветерок сменился предгрозовым штилем. В иной местности такое безветрие в преддверии буйства стихии казалось бы угнетающим и, быть может, даже несколько зловещим, но только не в многомиллионном мегаполисе, жители которого давно утратили всякую связь с живой природой. Гарри Поттер, возможно, был одним из немногих в городе, кто наблюдал за тем, как черные грозовые тучи жирными кусками наползают на самые верхушки небоскребов. Не то, чтобы он наслаждался созерцанием того, как эти тучи одну за другой поглощают звезды и как исчезает хрупкий полумесяц, едва проявившийся с наступлением сумерек. Нет, Гарри никогда не был романтиком, и к природным красотам относился с не большим интересом, чем к игре в крикет. Просто это было единственное, что он в данный момент мог видеть. Невесть каким образом ворвавшаяся в запертый им изнутри кабинет Старка Наташа, напялившая этот свой странный черный водолазный костюм, одним прыжком пересекла немаленькую комнату, саданула ему промеж ног, а затем, схватив за шиворот, вжала лицом в оконное стекло, приставив к его затылку пистолет. Больше всего Гарри не нравилось то, что она не сказала ни слова. Не задала ни единого вопроса. Просто уткнула его носом в окно и молчала. Видимо, ждала, что он начнет оправдываться, но Гарри с детства был упрямым и непокорным, поэтому поддаваться на такой психологический трюк и не думал. Он понимал, что идет на большой риск, проникая в кабинет Старка на 93-м этаже только что отстроенной башни. Он мог враз аннулировать все, чего добился за эти два месяца, пока изучал его секретный проект, под прикрытием работая у Тони персональным помощником. Он успел собрать уйму информации и практически составил полную картину проекта «Разгром», на который были брошены все ресурсы и мощности «Старк Индастриз» в последние пару лет. Он ожидал, что сработает сигнализация, что в кабинет вломится десяток охранников, что возможно даже сам Тони Старк прилетит в своем чертовом скафандре. Чего он точно не ожидал, так это того, что вмешается эта заносчивая русская секретарша, раздражавшая его с первого дня работы в компании. Не ожидал он и того, что она окажется такой прыткой и сильной, иначе бы сразу вынул палочку и наслал на нее какой-нибудь «петрификус тоталус». Прежде, чем она схватила его, будто котенка, и ткнула носом в стекло. Вид из окна был прекрасен, но его очень беспокоил нос, который от того, с какой силой эта хрупкая с виду девушка давила на его затылок, казалось, вот-вот целиком войдет прямо в мозг. — Так и будешь молчать? — спросила наконец Наташа. — Или может мне разбить стекло, схватить тебя за яйца и держать над улицей, пока не расскажешь все как есть? Как думаешь, сколько протянешь так? У тебя яйца-то есть вообще? Чтобы придать больше веса своим и без того убедительным словам, она переместила ствол пистолета с его затылка на стекло. Гарри сглотнул и попытался переместить точку опоры с носа на лоб, чтобы хоть немного ослабить давление. — Я бы на твоем месте не стал бить стекла в кабинете босса, как-то невежливо, — ответил он. — Но подержаться за яйца разрешаю, можно даже губами... Наташа схватила его за волосы и долбанула головой о стекло. — О нет, стой! Я все понял, больше никаких шуток! — закричал Гарри. От удара у него слетели очки, и панорама вечернего Мидтауна перед глазами стала размытой, как-будто в глаза попало мыло. Наташа оттащила его от окна и уложила на стол, обеими руками держа за шкирку. — Эй, поаккуратнее с пиджаком! Это тебе не «Зара» какая-нибудь! — возмутился Гарри. — И не какое-нибудь трико вроде твоего... Кстати, что за прикид вообще? Не обращая внимания на его слова, она влезла на стол и, присев над ним на корточки, вынула из кармашка на поясе какую-то штуковину, отдаленно напоминающую зажигалку. Однако воспользоваться ею, что бы это ни было, она не успела. Гарри мгновенно воспользовался тем, что его руки находятся вне ее поля зрения, вынул из кармана брюк палочку и, ткнув ею сзади в спину Наташи, произнес: — Кондуфус! Сосредоточенность моментально сошла с ее лица, сменившись сначала полной отрешенностью, а затем озадаченностью. Оглядевшись, она опустила взгляд на лежащего под ней Гарри, и смущенно улыбнулась. — О, прости, что-то я задумалась, — сказала Наташа. — На чем мы остановились? Все так же сидя над ним на корточках, она медленно наклонилась к его лицу, и Гарри вдруг понял для чего. Пребывая в таком недоумении, будто бы на него самого наслали «кондуфус», он почувствовал, как ее пухлые мягкие губы коснулись его собственных. Впрочем, подумал он, так даже лучше: заклинание не просто выбило ее из колеи, а целиком изменило картину происходящего. Ничего лучшего и желать нельзя было. Получается, она подсознательно желала этого, раз простое заклятие смятения подействовало на нее таким необычным образом, ведь она не стала отбрыкиваться и таращить глаза с криками «что я здесь делаю?». Собственно, немного встряхнуться, покувыркавшись с этой бестией, было бы очень кстати, подумалось Гарри. А уж потом можно жахнуть чертовку «конфудусом» еще раз и тихо смыться. По телу пробежали мурашки, сердце стало биться быстрее. На обоих была одежда, но он все равно чувствовал исходивший от нее жар, будто она была обнажена. Склонившись между своих разведенных в стороны коленей, Наташа провела кончиком языка по его шее. Гарри бросил взгляд на дверь. — А дверь... — Сюда никто не войдет, — шепнула девушка. — Ничего больше не говори. Она легонько прикусила мочку его уха и провела губами по его шее вниз до ключицы. Гарри подался тазом вверх и потерся о ее промежность, протестуя против долгих прелюдий. Наташа тихонько засмеялась и вдруг разорвала на нем рубашку. Накрыв губами один из сосков на его груди, она игриво пощекотала его язычком, а затем чуть прикусила его. Гарри снова нетерпеливо подался бедрами вверх, и проведя ладонью по нижней стороне ее бёдра, нащупал самое сокровенное.. — У меня там уже цунами настоящее, — подмигнула она ему. Чмокнув его напоследок в губы, она спрыгнула со стола, потянув его за собой. Едва он поднялся на ноги, она ухватилась за пряжку его ремня. Стянув его брюки и трусы до колен, она с вожделением посмотрела на его член и обхватила его ладонью. Гарри ощутил ее горячее дыхание и напрягся. Наташа лизнула кончик головки, затем провела языком вниз по всей длине члена. Гарри застонал. Глянув вниз, он увидел, как ее ярко-алые губы обхватили одно из его яичек. Она поймала его взгляд и подмигнула ему, а затем выпустила яйцо изо рта и медленно провела языком по внутренней стороне его бедра. Обласкав оба его яйца, Наташа, положив руки на его ягодицы, обхватила губами головку. Прикрыв глаза, она засосала ее до того сильно, что Гарри охнул. Ее язычок при этом ловко заскользил по нижней стороне головки, щекоча особенно чувствительную область возле уздечки. Она повторила это еще несколько раз, а потом опустила голову ниже, и жилистый член скрылся у нее во рту. Губы добрались до пальцев, крепко сжимающих член у основания. Гарри застонал, испытывая невероятное наслаждение. Головка члена вперлась в ее горло и скользнула внутрь. Ничего более восхитительного ему еще никогда не доводилось испытывать. Наташа сделала глотательное движение, и в этот момент ему показалось, будто он уже в раю. Выпустив его член изо рта, она смачно хлюпнула слюнями и посмотрела на него снизу. Гарри положил руку на ее макушку и прикрыл глаза. Наташа работала ртом настолько умело, что он позабыл обо всем и потерял счет времени. Ласковые движения ее языка чередовались с интенсивной работой глотки, и Гарри с каждой минутой проваливался все глубже в пучину наслаждения. Минуты спустя он поднял ее и уложил на стол, не глядя смахнув с него бумаги. Резко раздвинув ее ноги, он нашарил среди канцелярских принадлежностей нож для вскрытия конвертов и вспорол шов между ее ног. Наташа ахнула и засмеялась. Стоило ему коснуться ткани трусиков, препятствовавших проникновению в самые ее недра, она раздвинула ноги еще шире. Гарри наклонился и, отодвинув ткань тончайших стринг, лизнул сочащиеся влагой нежные губки. — Боже, трахни же меня! — воскликнула Наташа, ухватив свои ноги за голенища сапог и раздвинув их так широко, будто собиралась исполнить шпагат в воздухе. Гарри сунул два пальца в ее влагалище, а затем поднес к ее губам. Она с удовольствием облизала их, после чего он вдруг шлепнул ее по щеке. Затем резко ворвался в нее, сходу погрузившись почти на всю глубину. Она схватила его за болтавшийся на шее галстук и притянула к себе, чтобы поцеловать. Но Гарри увернулся от поцелуя и зажал ей рот рукой. — Думала я собираюсь тут с тобой нежничать? — спросил он, стараясь заставить голос звучать как можно более сурово. Вышло однако наоборот чересчур шутливо. Отпустив рот, он шлепнул ее по лицу еще раз, а потом грубо схватил за волосы на макушке. Темп его движений стремительно нарастал. — А-а-ах... О боже!... Так ты у нас, оказывается, злой мальчик! — между стонами произнесла Наташа. — Ты меня насилуешь, или я твоя покорная рабыня? — Заткнись! — грубо рыкнул Гарри и дернул ее за волосы, наклонив голову вперед. Продолжая размашистыми движениями толкаться в нее, он положил свободную руку ей на горло и стиснул его. Наташа сдавленно стонала, голос ее вздрагивал при каждом его толчке. От недостатка воздуха чуть кружилась голова, и это непонятным образом лишь обостряло наслаждение. Она вцепилась в запястье душившей ее руки, и полностью отдалась ощущению полной подвластности «насильнику». — Нравится, сука? — тяжело дыша спросил Гарри несколько минут спустя, отпустив ее горло. — Боже, да! — сказал она, вдыхая поглубже. Гарри вышел из нее и, оттянув яйца кольцом из двух пальцев, потер ими ее истекающую соками киску, а потом забрался на стол и присел над ее головой на корточки. — Открыла рот, шлюха! — гаркнул он, всовывая ей в рот сразу оба яйца. — Давай... О да! Удерживая ее голову за волосы, он сжал в кулаке член и прикрыл глаза, чувствуя, как она обсасывает их, вцепившись в его ягодицы до того сильно, что ногти впивались в кожу. Едва она выпустила их изо рта, он оттянул вниз член и сунул его ей в рот. От неожиданности Наташа сперва громко поперхнулась, но затем высунула наружу кончик языка и впустила мощный ствол в свою глотку. — О господи, да ты же мой хуй проглотила! — воскликнул Гарри, ухватив ее за волосы и войдя в ее горло до того глубоко, что ее нос уперся в его лобок. — Его нет, он исчез! Ну все, тебя надо как следует наказать, грязная сука! Он вышел из ее рта и схватил ее за горло. Насильно открыв ее рот, он наклонился и плюнул в него. Дал ей увесистую пощечину. Схватил прядь ее пышных волос и затолкал ей в рот вместо кляпа и зажал его ладонью, чтобы она не смогла выплюнуть. Зубами разорвал декольте ее черного костюма, высвободив не слишком большую, но безупречную грудь, и, предварительно облизав, укусил один из темных сосков, торчавших будто два девятимиллиметровых патрона. — Накажи меня, накажи, — стонала она. — Выеби меня до потери пульса! Давай! Гарри вдруг снял ее со стола и, подхватив под коленками и разведя их в стороны, вновь вонзил член в ее вагину. Обернувшись, она обхватила его одной рукой за шею, чтобы не удержаться, и Гарри принялся вшибаться в нее снизу с такой силой, что она вполне могла получить сотрясение мозга. — Еби меня жестче, еби меня, еби меня... — шептала она, запрокинув голову и безостановочно теребя набухший клитор. — Тварь... Сука... Дешевка... — пыхтел Гарри, обливаясь потом, но продолжая насаживать ее на свой монумент. Выбившись из сил, он бесцеремонно бросил ее на кожаный диван, стоявший у стены. Устроившись над ней на коленях, он поместил член в ложбинку между ее грудей. Она сдвинула их руками вместе, крепко сжав ими член. Гарри принялся сношать ее груди, положив свои руки на ее ладони, чтобы сжимать их еще крепче. Наташа приподняла голову и облизывала языком его головку, мелькавшую у нее перед лицом. — Кто ты? — спросил Гарри и плюнул ей в лицо. Она непонимающе посмотрела на него снизу вверх, продолжая крепко стискивать вместе груди. — Давай, говори, кто ты? — Гарри плюнул в нее еще раз. — Я грязное животное! — негромко, но с чувством, произнесла Наташа, догадавшись, что он хочет услышать. — Дешевая уличная шкура. — О да, ты мерзкая шлюха, — улыбнулся Гарри. Крепко сжав свой член, он стал шлепать ее им по лицу, размазывая растекшуюся тушь. — Я конченная блядь! — продолжала она истерически. — Ебаная одноразовая субботняя пизда! Гарри с улыбкой наблюдал за тем, какое удовольствие она получает, оскорбляя себя, и елозил мошонкой по ее лицу. — Повернись-ка, сучка, — сказал Гарри, заставив ее встать на четвереньки. Она прогнула спину, оставив попку и положив голову на спинку дивана. Гарри, встав позади нее, пошире разовал костюм, чтобы иметь возможность наслаждаться видом ее обнаженной пышной задницы, шлепнул ее по обеим ягодицам одновременно и вошел в нее. Наташа, уже предвкушавшая скорый оргазм, запрокинула голову и громко застонала, вновь ощутив его каменный член внутри себя. Положив руки на ее ягодицы, и раздвигая их, Гарри стал ритмично толкаться в нее. Он ускорялся с каждым новым движением и старался входить как можно глубже, беспрестанно шлепая ее по заднице и оставляя на нежной коже красные следы. Ему почему-то доставляло особое удовольствие трахать ее прямо в этом обтягивающем черном костюме. Может быть, потому что это навевало мысли о БДСМ. Ускорившись до попросту сумасшедшего ритма, он наклонился и обхватил руками ее изящные груди, так крепко, будто пытался раздавить их или выжать, схватив при этом ее зубами за волосы и оттягивая ее голову назад. Наташа закусила губу и подавалась задом ему навстречу. Тела громко шлепались друг о друга. Стремительно приближаясь к оргазму, Гарри стащил ее на пол. Она отставила задницу вверх, опустив голову на мягкий ковер, и он, нависнув над ней на полусогнутых ногах, ввернул свой член обратно в ее разгоряченное лоно. Спустя пару минут, в течение которых он, поставив на ее голову ногу и вдавливая ее в пол, уничтожал ее бедную киску, врываясь внутрь по самые яйца и едва ли не целиком вылетая наружу, Наташа вздрогнула и, закричав, забилась в судорогах, будто тело пронизывал ток. Выкрикивая что-то неразборчивое во весь голос, она испытывала мощнейший оргазм, какой Гарри только доводилось видеть. Сам он продолжал неистово трахать ее, просунув руку между ее ног и втиснув в ее влагалище, вдобавок к члену, два пальца, которыми пытался нащупать ту самую чувствительную точку на верхней стеке влагалища. Вскоре однако он почувствовал, что сдерживаться дальше нет никакой возможности. Наташа все еще билась в оргазме, словно в агонии, когда он, вынув из нее пальцы, обеими руками изо всех сжал ее ягодицы и с ревом дикого варвара, судорожно дернулся. Горячая сперма брызнула в самое нутро Наташи, заполняя до самых краев. Гарри, практически задыхаясь, судорожно дергался, добавляя еще и еще до тех пор, пока сперма тонкой струйкой не начала вытекать наружу, капая с клитора прямо на пушистый ковер. — Да, да, да... — с трудом переводя дыхание шептал Гарри полминуты спустя. — Вылизывай все начисто, глотай... Он уже вышел из нее, и девушка, развернувшись, присела перед ним на корточки, облизывая его еще не успевший упасть член. Гарри не удержался и, схватив ее голову, насадил ее на свой ствол по самые яйца. Вновь ощутив, как стенки глотки сжались вокруг его главного достоинства, он прикрыл глаза. А когда открыл, увидел, как Наташа, собрав в ладошку всю сперму, вытекшую из влагалища, глотает и ее. И тут из коридора донесся стук каблуков. Гарри и Наташа в ужасе переглянулись. Гарри успел подумать о том, что ей всего-то нужно спрятать грудь, в то время как он сам был облачен в один лишь галстук. — Кто это мо... — хотел было шепотом спросить Гарри, но не успел даже договорить. Дверь распахнулась и на пороге появилась Пеппер Поттс. © 2019, Original Gangsta