хрустящие закаты со вкусом карамели

«телефон абонента выключен, или находится вне зоны действия сети». хосок отключил свой мобильник, достал симку и сломал её. растоптал телефон и выбросил его в мусорное ведро. всё это он сделал, пока нес тэхёна из машины до квартиры, пока приковывал его наручниками к собственной кровати. надеется, что его не видели, а если это так… то просто скажет, что тащил перебравшего друга с вечеринки. подозрений быть не должно. ким такой красивый, когда спит. ангел, лицо которого создал самый искусный скульптор. хоби боится касаться этих черт, потому запускает пальцы в мягкие вишневого цвета волосы и вдыхает аромат недорогих духов. остается в комнате, потому что хочет быть с ним, когда тот очнется, чтобы все объяснить, постараться, а если не получится… видно будет. на прикроватной тумбе чон оставил стакан воды и таблетку. после хлороформа голова будет раскалываться. юноша садится перед ноутбуком, в который раз листая старые фотографии и погружаясь в прошлое. время проходит незаметно, и он не сразу замечает, как тэ просыпается. тихие шорохи, возня и металлический звук. тихое ворчание и громкий вскрик. парень очнулся, и перед его глазами расфокусированное изображение. он ловит запах и боится подумать, где оказался. кровать рядом прогибается, потому что садится хосок, и ким это понимает тогда, когда слышит его голос. — ты! снова ты! — тэ шипит сквозь зубы и закрывает плотно глаза, отворачивает лицо, — отпусти. — хватит дергаться, а то останутся ссадины на запястьях от наручников, — он с заботой в движениях, проводит по щеке кима и заставляет повернуть лицо обратно. его голос спокойный, пропитанный то ли притворной, то ли искренней нежностью. невозможно понять. — тебе не вернуть меня, — тэ открывает глаза и поджимает губы, — даже приковав меня наручниками к этой кровати, ты не заставишь меня полюбить тебя снова. — ох, — чон берет таблетку с тумбы, полностью игнорируя стакан с водой, ведь он не понадобится, — ты ошибаешься, милый, — таблетку он кладет под язык, потому что это не аспирин. кое-что запретное. хосок нависает над ним, смотрит в глаза, в этом полумраке его глаза кажутся бездонными омутами. хватает за подбородок, пальцами заставляя приоткрыть рот. приближается к его губам и останавливается считанных дюймах. — тебе никуда не деться, ты не сбежишь, вспомни то время… ты пытался убежать, но не смог, пока я не позволил, — он проводит свободной рукой по груди, — и я не позволю этому повториться. это будет не любовь. это будет пьяная зависимость. тэхён не понимает этого в то время, пока чон через силу втягивает в поцелуй, проталкивая в рот таблетку, никак не напоминающую вкус обезболивающего. заставляет почувствовать этот горьковатый вкус. заставляет опьянеть. и тэхён отвечает, даже сначала подается вперед, а затем сопротивляется, сжав губы. мычит, пинается, чем вызывает смех хосока. довольный смех. — нет! наркоман! — а тебе нравится, твой поцелуй такой… — я не хотел этого. — хотел, раз сделал это. ким ощущает как пьянеет, как расплывается по кровати. тело приятно ноет, оно почти обмякло, а он закрывает глаза, потому что кружится голова. — что будет дальше? — для начала я просто побуду с тобой рядом, а там как экстази подействует. — ты ведь и не переставал принимать, так? — я и не планировал. а хосок лежит рядом, устроившись под боком, обнимает и гладит руками тело, которое никуда от него не денется. и которое принадлежит ему. и только ему.