Incinerate

      После окончания тура все трое разошлись в разные стороны, и через неделю у них была назначена репетиция, дающая им время отдохнуть и восстановить силы. Патлатый наблюдал, как Курт и Крист сели на тот же самый автобус обратно в Олимпию, а Дэйв сел на автобус, направлявшийся в его отель в Сиэтле. Он чувствовал себя совершенно опустошенным, глядя в окно на моросящий серый пейзаж, глубоко зевая. Он добрался до своего отеля, схватил сумку и, перекинув ее через плечо, потащился через богато украшенные двери, направляясь прямо к лифту, сгорая от нетерпения рухнуть на кровать.       В оцепенении он отыскал комнату, выдернул ключ, повернул ручку и почувствовал облегчение, когда вошел в комнату, бросил сумку и полез в карман, прежде чем снять куртку. Его пальцы нащупали что-то похожее на конфетную обертку, что было странно, потому что он не помнил, как положил туда что-то. Он вытащил это, в замешательстве сдвинув брови, когда развернул скомканную бумагу, и увидел на внутренней стороне чернила ручки.       Он поднял обертку от жвачки, на которой было написано почерком цыпленка: «Курт 248-7095, позвони мне сегодня в 9:00»       Он почувствовал, как мускулы его лица приподнялись в теплой улыбке, сердце упало в живот, который быстро наполнился бабочками, извиваясь внутри него, вызывая головокружение. Он взглянул на часы, стоявшие на прикроватном столике, они показывали 7:58, и это было прекрасно, потому что у него было время заказать еду в номер, принять душ и остыть.       Он сбросил с плеч куртку, схватил телефон, заказал свой обычный жареный сыр с куриными палочками и направился в душ. Он двигался быстро и неуверенно, прокручивая в голове миллион сценариев того, как Курт засунул обертку в куртку, и каким милым был весь этот жест. Он совершенно не был уверен, увидит ли его Курт или не поговорит с ним после того, что случилось той ночью в номере отеля. С тех пор они не разговаривали, поэтому Дэйв, естественно, беспокоился обо всем этом.       Он чувствовал, как все его существо трясется от счастья, тщательно втирая кондиционер в свои длинные локоны, когда представлял, о чем хочет поговорить Курт. Он собрал волосы на макушке, закрыл глаза, все еще видя красное, полное удовольствия лицо Курта, его идеальный член горел под веками. Он вздрогнул, прикусил губу и попытался взять себя в руки, стоя под водой и ополаскиваясь.       Он вышел из душа, вытерся насухо, завернул волосы в полотенце, схватил другое и закрепил его на бедрах. Он вышел, наблюдая, как пар струится по комнате, и удовлетворенно вздохнул. Он снова посмотрел на часы. 8:45. Так близко. Он надеялся, что обслуживание номеров появится до девяти. Он остановился на телевизоре, сел на кровать и стал переключать каналы, полностью поглощенный мыслями о чем-то другом.       Через пару минут раздался стук в дверь, он открыл ее девушке в дурацком гостиничном костюме, она покраснела, когда ее глаза упали на влажную грудь Дэйва. Она схватила тележку, с которой шла и спросила: — В-вы хотите, чтобы я завезла ее или?..       — Нет, дальше я сам, все в порядке, — он улыбнулся, стараясь выглядеть как можно более беспечным, протянул руку, чтобы взять пластиковый поднос с едой, и широко улыбнулся девушке. — Спасибо, — она просто неловко поклонилась, широко раскрыв глаза.       Он закрыл дверь и тихонько рассмеялся, положил еду на кровать, пошел в ванную, чтобы втереть кондиционер в волосы, помял их и повесил полотенца. Он решил остаться голым, зная, что вся его одежда в сумке была грязной, и не видел смысла одеваться. Он съел половину жареного сыра, прежде чем набрал номер Курта в 8:55.       Телефон прозвонил дважды, прежде чем он услышал слабый щелчок и низкий мелодичный голос Курта: — Так ты нашел мою записку, — он услышал, как певец хихикнул, но было скорее похоже на шипение воздуха.       — Да.       — Я знал, что ты умница, — он практически слышал улыбку в голосе Курта, и она стала заразительной, даже по телефону. Дэйв чувствовал себя глупо счастливым.       — Так в чем дело? — он ненавидел, как певуче и мечтательно прозвучал его голос.       Брюнет слышал, как Курт снова хрипло немного посмеялся, а затем последовал сильный кашель. — Прости, я курю, — солист, прочищая горло, плюнул и снова хрипло проговорил: — У меня есть предложение для тебя.       — Предложение? — его сердце бешено колотилось.       — Да, сейчас, я… если ты хочешь… случайно так… э-э… мне сейчас трудно платить за квартиру, и… я… — он оборвал себя, ворча на себя: — Это так жалко.       У Дэйва закружилась голова, и он недоверчиво спросил: — Курт, ты просишь меня переехать к тебе?       Он услышал, как голос солиста дрогнул в панике: — Прости, я не должен был… я знал, что это слишком, я-       — Курт, Курт, тише, — он шикнул на него, пытаясь успокоить. — Честно говоря, я бы с удовольствием. Мне очень одиноко здесь, в Сиэтле.       — Правда? Ты правда хочешь?       — Д-да, я… я имею в виду, мы можем попробовать.       — Х-хорошо, — они оба нервно замолчали.       — Когда мне приехать?       — А завтра можно?       — Почему бы мне просто не взять такси и не поехать туда сегодня вечером?       — Это час езды, — Курт заявил, как само собой разумеющееся.       — Ну и что? Я только что с десятичасового рейса.       Теперь Курт был взволнован. — Мой дом — это катастрофа.       — Я неряха, так что не беспокойся, — Дэйв прикусил губу нетерпеливо. — Я просто хотел увидеть тебя.       — Я… я…       — Брось, Курт, я жду оправдания, — поддразнил Дэйв.       — Н-ну, если ты действительно хочешь. Я не против. Я постараюсь немного прибраться.       — Хорошо, скажи мне свой адрес, — он потянулся к блокноту, лежавшему рядом с телефоном, и достал из ящика ручку.       Он услышал, как у Курта перехватило дыхание, когда он произнес свой адрес, пока Дэйв что-то писал. — Всё запомнил?       — Да, скоро увидимся, окей?       — Окей, — Дэйв повесил трубку, он был слишком нетерпелив, чтобы попрощаться. Брюнет рылся в своей одежде, пытаясь найти хоть что-нибудь более-менее пристойное, натягивая баскетбольные шорты и майку. Он схватил все свои вещи и поспешил в вестибюль, чтобы спросить номер такси.       — Черт.       Курт расхаживал по квартире, повторяя про себя: — Черт, черт! — он не думал, что Дэйв так быстро согласиться. Он почувствовал, как его трясет, и начал представлять, как все может пойти не так, как надо, от беспокойства его тошнило. Он огляделся, не зная, с чего начать, чувствуя, как желчь подступает к горлу, и побежал в ванную.       Его яростно рвало, он опустошал себя до тех пор, пока не осталось ничего, кроме болезненного сухого рывка, который, как угли, поднимался к горлу. Он встряхнулся, чувствуя, что его тощие руки и ноги хотят сдаться, когда он оторвался от унитаза, спустил воду и потянулся за умывальником. Он также почистил зубы, сердце бешено колотилось при мысли о том, что Дэйв будет жить с ним.       Покончив с этим, он запустил пальцы в волосы, пытаясь распутать их, размазывая масло по светлым локонам, приглаживая их. Он посмотрел на себя в зеркало, нервничая и прихорашиваясь. Он начал носиться по квартире, пинать ногами мусор, подбирать старые банки из-под содовой и окурки, бросать тарелки в раковину, швырять одежду в дверь спальни. Он продолжал бегать, совершенно теряя счет времени, пока в дверь не постучали.       Он почувствовал, как холодный пот коснулся его лба, двинулся к двери и медленно потянулся к ручке. Он распахнул ее, не в силах скрыть нервозность на лице, когда приветствовал Дэйва. Его глаза сразу же встретились с глазами брюнета, и казалось, что между ними не прошло и минуты. Дни молчания стали далеким воспоминанием.       Они стояли, глядя друг на друга с явным напряжением. Дэйв решил сделать решительный шаг и шагнул вперед, вытянув шею, чтобы захватить губу Курта, потянувшись к его бедрам, чтобы притянуть его ближе, когда он углубил поцелуй. Певец отстранился с легким вздохом и электрическими голубыми глазами.       — Привет, — улыбнулся Дэйв, выглядя усталым, но милым в поношенной майке и шортах, волосы влажными волнами спадали на плечи.       Курт отступил от двери, жестом приглашая его войти. — Привет.