Шпионам и не снилось

Красноволосая девушка шла по тёмному коридору. Здесь почти не было света, зато ясно ощущался запах плесени. Со всех сторон на Скарлетт смотрели только серые двери. Они пугали своим однообразием. Каждая значилась под определённым номером, что навевало чувство обречённости. Первым или восемьсот двадцать седьмым, каждый из нас когда-нибудь умрёт. Она остановилась перед одной из них. Кусок металла отворился с противным скрипом. Сопровождающий исчез, оставляя девушку одну бороться с подступающим страхом. Перед тем, как войти сюда, её попросили снять броню и одеть антимагический браслет. Поэтому сейчас Титания стояла в лёгком платьице и сапогах на шнуровке. Локоны свободно спадали на плечи, ведь он любил её волосы. Открывшийся взору коридор отличался от предыдущего лишь тем, что в нём не было дверей. Была только решётка в конце. Конец – это клетка. За слоем металлических прутьев сидел юноша. Его одежда порвалась, открывая девушке почти оголённые кости и синие пятна на теле. Голова упала на грудь, из-под отросшей чёлки видны иссушённые губы. Грязь, покрывавшая лицо, почти полностью скрыла красную татуировку под правым глазом. Услышав звуки шагов, он поднял взгляд. Сколько в нём было печали и скорби! Но, увидев её, он просветлел. Беззвучно, только губами, юноша назвал её имя. Встал, но ноги, отвыкшие от нагрузок, не выдержали веса, пусть даже он значительно уменьшился. Колени подкосились, и молодой человек упал на землю, вцепившись в прутья решётки. — Жерар! – Эрза опустилась на колени с другой стороны преграды, разделявшей их. Она с нежностью посмотрела на заключённого. – Это ты… — Эрза…— Фернандес запустил руку в волосы девушки, наслаждаясь их цветом, и с жадностью вдохнул их запах. – Прости меня… Скарлетт открыла рот, но костлявая рука не дала звукам выйти. Запал девушки пропал, уступив нежному взгляду потускневших глаз. — Я не смогу вернуться. Вчера был вынесен окончательный приговор: пожизненное заключение. Я не жалею…моим единственным желанием было увидеть тебя, и оно осуществилось, — глаза Титании заблестели в тусклом свете. По щеке скатилась одинокая слеза. Жерар вытер её, оставляя на коже чёрный след. – Не плачь обо мне… Время, которое до этого текло для него бесконечно долго, внезапно ускорило свой бег. Оно понеслось, будто специально приближая момент расставания с любимой. Он был готов вечность сидеть так и смотреть в её глаза, аккуратно поглаживая по щеке. Но дверь в конце туннеля открылась, впуская в помещение ненужный свет. Показалась фигура, своим голосом разрушив таинственную тишину между двумя. Пора. Последний взгляд, последнее касание. Рука готова отпустить её навсегда. Но ему не дают это сделать. Ладонь девушки ложится поверх его руки, прижимая её к своей щеке. Лицо Эрзы приблизилось к прутьям. Теперь их глаза разделяли считанные сантиметры. — Прощай…— прошептала она и коснулась своими губами его. Те были сухие и холодные. Несмотря на это, поцелуй был нежный и тёплый, а ещё…солёный. Их слёзы слились вместе, словно орошая эту иссушенную пустыню. И в этот момент время, словно сжалившись над заключённым, остановило свой ход. За несколько секунд он прожил, наверное, три жизни. Когда сладостный момент кончился, их взгляды встретились в последний раз. Фернандес не мог отвести глаза, поэтому просто тихо прошептал: — Не люби меня… Сильные руки схватили Эрзу за плечи и с силой оттащили от решётки. Слепо повинуясь этой силе, она шла, не отводя взора. Слёзы ручьём текли из глаз. Девушка вытерла их только тогда, когда вместо юноши за решёткой перед ней оказалась серая дверь с номером 568. Стоя на периллах второго этажа, Макаров смотрел на своих детей. Они были такими разными, но их всех связывали неразрывные узы любви и дружбы. Каждый из них был ему дорог, но сейчас Мастера волновала одна потерявшаяся фея. Третий день она бродила в царстве одиночества, не находя выхода. Она сама заточила себя в клетку, как будто это поможет ей оказаться там, где он. Умудрённый жизнью старик вздохнул: она его ребёнок, он не может оставить её одну. — Нацу, Люси, Хеппи, Грей! – три человека и кот подняли головы к своему «отцу». – Зайдите ко мне. Друзья переглянулись и сразу направились туда, где только что скрылся Мастер. Все они догадывались о причине, но никто не собирался её озвучивать. Зайдя в кабинет, они застали Макарова, стоящего у окна к ним спиной. Когда он повернулся, его лицо выражало печаль и боль. — Несколько дней назад я узнал, что Жерару был вынесен приговор, — без предисловий, начал волшебник. – Пожизненное заключение. Люси ахнула, Нацу и Грей до боли сжали руки в кулаки, на глазах Хеппи выступили слёзы, как, впрочем, и у восемнадцатилетней блондинки. — Не может быть! А Эрза, что она? — Три дня назад она ходила в Совет, после этого я её не видел. Волшебники сорвались с места. Они выбежали из кабинета, даже не попрощавшись с Мастером. Удивив согильдийцев, они пронеслись по залу, спешно покидая его. Их путь лежал к женскому общежитию Фейри Тейл, а точнее – к помещению, занятому Титанией. Наплевав на всё ещё тогда, когда представители мужской половины человечества ступили на территорию священной обители женщин, они силой выбили дверь в комнату. Там их ждало совершенно не свойственное их подруге зрелище: части доспехов валяются на полу, некоторая мебель сломана, жуткий беспорядок. — Нацу, Грей, Хеппи, оставайтесь здесь, — жестом Люси приказала друзьям молчать и направилась к спальне Эрзы. – И не подслушивайте! На удивление Хартфилии, спальня была в полном порядке, исключая только нечто, свернувшееся в комок под одеялом. Одёрнув его, волшебница увидела лежащую на кровати подругу. Шикарные красные волосы были спутаны, глаза покраснели от слёз, одежда представляла собой маленькую ночную сорочку. — Эрза…— заклинательница духов обняла подругу. Та, словно беспомощное животное, прильнула к груди блондинки. Они ещё долго так сидели, раскачиваясь в разные стороны, а из груди Скарлетт иногда выходили плачущие вздохи и всхлипывания. Люси же, поглаживая красные волосы, тихо шептала ей: — Всё хорошо, всё обязательно будет хорошо… Когда звуки из спальни поутихли, два парня и голубой кот решили проверить обстановку. Зайдя в комнату, они обнаружили двух девушек, в обнимку посапывающих на кровати. Решив не прерывать их сон, они тихо вышли и прикрыли дверь. На следующее утро Эрза проснулась, чувствуя себя хорошо, как никогда. Только припухшие глаза давали о себе знать. Уже три дня она не спала так глубоко, как сегодня. Улыбнувшись, она посмотрела на всё ещё не проснувшуюся златовласую волшебницу. Та мирно посапывала, иногда произнося её имя. — Спасибо, Люси… Она решила. Она потеряла его, но у неё всё ещё есть друзья. Её команда. Она будет жить ради них. И никогда не свернёт с пути.