Шпионам и не снилось

Глава депрессивненькая получилась... районные олимпиады вгоняют меня в тоску, я не высыпаюсь =___= Рин надеется, что вам понравится данный винегрет *ну никак не могу я писать более чем на 1700 слов...печаль т_т* ------------------------------------------------------------------------------ Темноволосый молодой человек не стремился сегодня домой. Он шёл неспешно, любуясь каждым листиком, колыхающимся при малейшем порыве ветра. Погода в этот день не особенно радовала: небо с утра было печально-серым, ветер не желал останавливать свои порывы, после которых жители Магнолии презрительно поёживались. Капля упала на кончик носа волшебника. Повинуясь инстинктам, он вытянул руку ладонью вверх. Поначалу это было несколько отдельных капель, но постепенно их стало больше, капать они стали чаще. Не скрывшийся от этого водного напора, маг льда стоял, наслаждаясь влагой, обволакивающей его тело. Всё ещё держа руку на весу, он поднял взгляд к небу. — Ты плачешь?.. Ведь когда она плачет, всегда идёт дождь. *** Эрза сидела на кухне у своей светловолосой подруги и пила свой любимый чёрный чай, закусывая аппетитным тортиком. Разговор девушек прервался, и обе устремили свой взгляд в окно. За ним шёл дождь. Тучи покрыли небо, скрывая его печаль. Глаза Титании предательски заблестели, что не открылось от встревоженного взгляда Люси. — Может, выйдем? — Эрза улыбнулась, чем весьма удивила собеседницу. Та кивнула. Волшебницы вышли на улицу. Мгновенно их одежда промокла и прилипла к телу. Скарлетт подняла голову и прикрыла глаза. Девушка жадно поглощала «слёзы неба», падающие ей в рот, которые, стремясь вырваться обратно, на свободу, вытекали из её глаз. Недаром Эрза заслужила звание «Титания», ведь ей всегда удавалось спрятать свои эмоции под слоем брони. Но сейчас на ней не было ничего кроме нескольких кусков ткани. — Я такая слабая... Люси заплакала, наблюдая за страданиями подруги. Она схватила Скарлетт за руку и с силой сжала её, согревая своим теплом. — Дождь смывает всё, Эрза. Это когда-нибудь пройдёт... *** Джубия не просто любила дождь. Она была дождём. Сливаясь с маленькими каплями, она сама вовлекала себя в вечный круговорот. Только в дождь она могла скрыться. Тогда она была везде. Только сегодня она позволит себе быть там, где действительно хочет. Обволакивая его, она будет рада тому, что хотя бы сейчас он с ней, он только её. Позволит себе эту маленькую шалость, он всё равно не заметит. Она обнимет его так, как никогда не позволила бы себе в ясную погоду, смоет все тревоги, накопившиеся в его душе. А когда дождь кончится и она уйдёт, издалека сможет увидеть его улыбку. Но пока она просто будет ловить минуты счастья вместе с ним. Даже если он не с ней. — Ты тёплая. Джубия вздрогнула. Неужели он знает? Он смог почувствовать её, когда она растворилась, исчезла. Как так? Неужели? Неужели...неужели... — Ауч! — Фуллбастер подскочил на месте. — Не перенервничай, а то ненароком сваришь меня в собственном соку. — Грей-сама! Отдельные капли, как мозаика, стали собираться в цельный узор. Ещё секунда — и они превратились в настоящее произведение искусства. Узор стоял, прижав руки к подбородку, не в силах унять восторженную дрожь в теле. — Так ты действительно была здесь. Грей улыбнулся обворожительной улыбкой, заставляя сердце Локсар плясать ускоренную чечётку. «Бадум! Бадум! Бадум!» — с грохотом отдавалось в голове у девушки. Она уже не могла сдерживать все те чувства, что накопилось у неё за прошедшую неделю. Ей не хватало его касаний, его голоса, его запаха, его улыбки. Гонг ударил в голове Джубии, и та стала падать без чувств. Как настоящий джентльмен, Грей подхватил её за талию и прижал к своему телу. — И как можно говорить, что я тебя не замечаю? — воспользовавшись временным отсутствием девушки-дождя, Фуллбастер нежно вгляделся в её черты лица. Он видел ту самую Джубию, которой она была, когда они встретились во второй раз, как бы странно это не звучало. Милая, нежная, робкая...и ни намёка на сегодняшнюю агрессивность. Но нечего пенять на других, парень! Ты сам сделал её такой. Волшебник хищно ухмыльнулся: интересно, какой она ещё сможет стать в его руках?.. *** Голубой кот не спеша прогуливался по мостовой, заливаемой дождём. Воды он не боялся, а иногда подставиться под водопадом падающие капли бывает приятно. Шерсть иксида полностью пропиталась водой и стала в разы тяжелее. Но он всё равно шёл, медленно переступая с лапы на лапу, с каждым новым шагом всё ближе приближаясь к решению задачи. Этой задачей он болел уже несколько месяцев, только встретив её. Но она оказалась непроста. Практически не решаема. X и Y никак не хотели предстать перед ним в виде чёткого и, хотелось бы верить, правильного ответа. Своим пытливым умом Хеппи всегда мог найти тот единственный, самый светлый выход из темноты. Почти никогда он не ошибался в людях, но (чёрт возьми!) она не была человеком! Как и он, она была иксидом. «Что-то среднее между котом и птицей», как однажды выразилась Люси. Эта задача не поддавалась именно ему. Возможно, есть кто-то другой, перед кем она сразу раскроет все свои карты. Кто-то более сильный, смелый и мужественный. Кто-то, не настолько пугливый и нерасторопный, как он, просто маленький голубой котёнок. Тяжесть того, что мы называем H2O, пересилила, и Хеппи с громким хлюпом положил свою спину на каменное покрытие улицы. Сегодня он тоже смотрел, как с неба срываются большие водяные капли. — Неужели Шарли меня не любит?.. *** — Эй, Люси, ты чего тут делаешь? Заболеешь же. Блондинка обернулась на знакомый голос. Посередине улицы около её дома стоял насквозь промокший Нацу. Вся его одежда, как и её, прилипла к телу, которое и без этого было отлично видно. Мускулы, смуглая, гладкая кожа. Несмотря на то, что девушка уже привыкла ко всему этому, облюбовала почти каждый сантиметр этого тела (тайная маньячка), она всё равно не могла насмотреться на него. Промокшие волосы уже не стояли торчком, а тяжело свисали, придавая парню ауру сексуальности (П/А: не сдержалась...о, да!). Чёлка надоедливо щекотала нос, отчего Драгнил постоянно её одёргивал. — Я Эрзу провожала, — Люси указала рукой в ту сторону, куда несколько минут назад ушла Титания. После сцены под дождём она решила, что ей лучше побыть одной. Даже оставила недоеденный тортик. — Она в порядке? — А ты как считаешь? Ей всё ещё сложно, Нацу. Но она старается. Хартфилия снова отвернулась. Она безумно беспокоилась за подругу. Больше всего её убивало то, что она не знает, как помочь Эрзе. Хуже всего, когда близкому человеку плохо, а ты можешь только говорить слова утешения, как будто они чем-нибудь помогут. Хотелось действовать, но это было бы только «медвежьей услугой». Сейчас она должна пройти этот путь сама, чтобы потом было легче. Друзья могут дать только поддержку. Нацу же наблюдал за хрупкой фигурой, стоящей перед ним. Она выглядела такой одинокой и слабой. Казалось, что сейчас подует ветер, и она сломается, не выдержав напора. Но, когда сильный порыв достиг девушку, она не двинулась с места, только обняла себя руками, защищаясь от подступающего холода. Люси не услышала, как человек, стоящий сзади, подошёл. Она только почувствовала, как тепло обволакивает её спину. Падающие капли дождя уже не волновали её. И одиночество отступило, ведь она была не одна. Тут же стало страшно, что когда-нибудь и это тепло может покинуть её. Заклинательница вздрогнула. — Люси, я никогда тебя не оставлю, — Драгнил словно угадал чувства и мысли возлюбленной. На душе у Хартфилии потеплело. Она сильнее прижалась к рукам, греющим не только её спину, плечи, грудь, но и сердце. — Люси? — Что? — Я всё-таки извращенец. Люси посмотрела туда, откуда не отрывался смущённый взгляд Драгнила. Его оголённые руки сильно прижались к её груди. Усложняла положение тонкая майка, из-за дождя представляя собой чуть ли не прозрачную тряпку. Угадав намерения парня, волшебница повернулась к нему лицом, привстала на носочки и обвила его шею руками, приближая своё лицо всё ближе к его. — А вдруг кто увидит? — Сейчас мне уже всё равно... *** Дверь гильдии распахнулась, и в помещение зашёл парень с устрашающей внешностью металлиста. Чёрные длинные волосы, многочисленный пирсинг, своеобразная одежда. Всё в нём пугало. Даже глаза. Но мало кто знает, что это страшное выражение меняется в зависимости от того, кто стоит перед ним. Сейчас, насквозь мокрый, он особенно пугал своими дикостью и необузданностью, видневшимися во всём его образе. Только одна синеволосая феечка, увидев его, невольно покраснела, но сразу же отвернулась. «Явился-таки» — не удостоив драгонслеера взглядом, Леви прошла мимо него к выходу. Всё бы хорошо, но, упоённая своей немой местью, она задела его плечом, отчего книги из её рук устремились вниз, повинуясь силе тяжести. — Эй, мелкая, чего дерёшься? — стальной взгляд устремился под ноги его обладателю, где лежала пара книг. Смягчившись, глаза посмотрели на хозяйку данного оружия просвещения. Та с харизматичным фырканьем повернулась к Гажилу затылком. Брови парня сошлись у переносицы. — Это что, бунт? — Сам хорош, — убрав выбившуюся из причёски прядь за ухо, МакГарден молниеносно собрала книги. Видать, давно приобретённый опыт. — Вы с Венди вернулись ещё два дня назад. И где же ты пропадал? — если бы на девушке не было очков, то Рэдфокс бы точно решил, что она решила прожечь в нём дырку своим пытливым взглядом. — А тебе-то что? — заартачился он в ответ. — Ты мне не жена. И пока ещё не девушка. — Пока ещё? «Язык мой — враг мой!» — стальной убийца драконов мысленно надавал себе тумаков. Колеблясь, он всё-таки опустил взгляд туда, откуда на него смотрела пара глаз. Они подозрительно блестели под стать раскрасневшимся щекам. Звуки сами вышли из горла, не руководствуясь велениями разума: — Пока что. Во время этой сцены Мираджейн, пристально наблюдающая за парочкой, молча праздновала победу. Ай, какая она молодец! Ведь недаром дала Гажилу «секретное» поручение. Да ещё все эти несколько дней постоянно подсылала Венди, чтобы та напомнила синеволосой, что драгонслеер уже давно должен быть дома. Как волшебница перевоплощения и предполагала, в сердце влюблённой девушки может возникнуть два чувства: ревность и тревога. А так как в последнее время парочка постоянно ссорилась, то первая победила. Мира отставила до блеска протёртый стакан в сторону. Так, кто у нас на очереди? Эльфман? Нет, этот случай тяжёлый и особенно запущенный. Грей и Джубия? Ну, у них, похоже, всё уже пучком. Или ведёт к тому. Нацу с Люси? Для них она уже приготовила кое-что грандиозное. Ещё никто не уходил из цепких лап сводницы Мираджейн! Кто там у нас ещё был?.. Взгляд девушки упал на одиноко сидевшую Кану. Та на время отставила кружку и задумчиво наблюдала за дыркой в стене. Что она хотела там увидеть? Решение своих проблем? Но нет, Альберона не будет надеяться на всякие случайности. Она верит только в себя и свои карты, которые не сулили ей ничего хорошего. Мира отставила посуду и опустила руки. Ногти сами вошли в нежную кожу ладоней, оставив следы в виде месяца. И как ей заниматься сводничеством, когда она даже не может ничего решить в своей-то жизни? Волшебница подняла голову и бросила мимолётный взгляд на обладателя ярко-зелёных волос. Фрид читал наставления Бикслоу. Серебряновласая голова снова опустилась с громким выдохом. Кто он для неё? Любит ли она его? Скорее всего...нет, точно любит. И в голове всплыл вопрос, поколениями мучивший предков современного человечества ещё с давних времён: любовь или дружба? Водоворот мыслей исчез вместе с прибывшим громким стуком, заполонившим зал. В помещение влетел парень с необычными малиновыми волосами, сжимая руку заклинательницы духов. Она вырывалась и говорила, что прекрасно может идти сама. Оба, кстати, были насквозь промокшие. Мужская половина похотливо посмотрела на прилегающую одежду Хартфилии, изучая то, что было под ней. — Народ! — своим громким голосом Нацу привлёк внимание всех присутствующих на данный момент обитателей гильдии. — Мы с Люси хотим сделать объявление! Последнее слово эхом отдалось от противоположной стены. Только что галдящая толпа сразу замолкла, навострив уши, будто боясь услышать что-то важное и, без сомнения, жутко интересное. Тела застыли в возбуждённом ожидании.