Между нами нет ничего кроме химии.

Элли могла часами смотреть, как поначалу совсем еще дикая Саша кричала, металась по комнате, била кулаками по зеркальному окну в коридор, разбрасывала мебель. Что-то в Элен поменялось за годы после расставания с Алекс. Смотреть, как действительно мучается та, которую она любила так долго и трепетно? Это уже какая-то больная любовь. Саша полностью в ее власти. И выглядело это со стороны маниакально. Через четыре месяца Алексе стало скучно настолько, что уже похудевшая, болезненно бледная девушка попросила хоть какое-то развлечение. Она сходила с ума без информации. Пэг же не была так маниакально настроена к Куприяновой и принесла как-то раз ей маркеры. Девушка исписала мелким корявым почерком каждую стену. Она доказывала существование и гладкость решений уравнений Навье — Стокса. В полном одиночестве она справилась за месяц. Нельзя запирать таких умных людей. Они от скуки и страха сойти с сума могут разработать вам оружие массового поражения... Ведь ни Элли, ни Пэг, ни тем более Саманта не знали, насколько Алекс умна по-настоящему. А она даже не умна. Она одарённый ребёнок, который пустил свой ум в не то русло. Несмотря на время, Алекс все ещё зла. С каждым днём все больше и больше блондинка копила свою ярость. Она уже слабо верила, что за ней кто-то придёт. Но сбежать отсюда реально и она сделает это. Нужно время. Только если ее не найдут раньше. Саша слишком сильно скучала. _______________________ Их последний поцелуй был почти год назад. Тот странный поцелуй в спальне. И черт, знала бы Алекс, как больно звучало ее игривое «не скучай». Не то чтобы Сэм считала дни, но на самом деле, да, она это делала. Первые пару недель Саманта была просто уверена, что Саша продала ее ФБР и сбежала. Злость распирала и так нервную Романову, ее жгло от режущего чувства предательства, но когда Виктор прислал ей голову профессора Грегори (самолично им отрубленную), то стало ясно: Куприянова пропала не сама. Преподаватель так и не сказал, кто увёз русскую, а у Виктора вот вообще не было терпения с ним возиться. С тех пор абсолютно все... Все заработали для себя гораздо больше проблем, чем они думали. Улицы Европы превратились в ад, разбои и побоища, выходили за границы бедных районов. Романова была в бешенстве. Она просто не знала, где копать: ведь никто не знал Алекс в лицо, но и одновременно эта умная киберпреступница могла понадобиться любому. Она ведь такая беззащитная, хрупкая. У неё длинный язык, но похитить ее два пальца об асфальт. Черт. И почему она не отправила за ней человека?! Да, когда Куприянова пропала, в начале никто не удивился, кроме Сэм, разумеется. Алекс никто не привязывал к Романовой, только Сэм знала, что они связаны покрепче, чем многие. И для неё было загадкой, куда делась эта нахалка. Виктор переправил её в Берлин этой же ночью, а после вернулся в США, чтобы вести дела там. Пришлось обратиться к Элизабет-Мальдер Саландер, той самой короткостриженной, но уже зеленоволосой татуированной шведке, так как русская не выходила на связь вообще, а все уже говорили о том, что Софи на чемоданах. Нужно торопиться. Сидя в амбаре грузового самолета на ящиках с оружием и с командой натренированных людей, ей было хреново. Дела не ждали, и девушке пришлось отбросить Алекс в сторону пока они не решатся, тогда Сэм еще думала о том, что та попросту сбежала. Возможно, это была её ошибка, ведь потом месяцами её будет сводить с ума мысль, что Алекс где-то там, кем-то похищенная и совсем одна. А по горячим следам Саманта бы нашла ее за пару дней. Курорт сотрясли выстрелы и взрывы с раннего утра. Сэм и наемники Виктора ворвались вполне ожидаемо. И весь Хоэншёнхаузен разделился на два лагеря: на тех, кто завидев Босса, сразу принялись сражаться за неё, и на тех, кого устраивала анархия Софии. Софи ... Эх, Софи... Жадность её погубила. От страха сходят с ума, знаете ли. Женщина хватает черную сумку с деньгами. Выгребла всё из множества сейфов Романовой. — Ах, ты, сука, — шипит Сэм и откидывает автомат, которым уже убила с десяток приспешников Софии. Они лишь переглянулись, а Софи уже знает, что Сэм в курсе обо всем, что происходит. На футболке рыжей кровь. Лицо тоже испачкано брызгами. Убийственно злой, почти сумасшедший взгляд сосредоточен на матери. Софи уже видела свою дочь такой, и по её длинным ногам в фиолетовом капроне течет теплая урина. Сэм резко выдыхает, словно бык готовый к атаке и медленно, но уверенно идёт навстречу к своей матери, что уткнулась задницей в рабочий стол. За спиной Сэм пару людей Виктора и близнецы. — Ты думала, это говно сойдёт тебе с рук?! Подслушала разговор Ричарда и Алекс, и в твоей куриной голове созрел план «как убить собственную дочь»? Разве тогда, тринадцать лет назад ты не поняла, что я с тобой сделаю, если ты будешь выебываться? Как ты посмела сделать такое с Ричардом?! — Сэм злится не только на мать, но и на Алекс. Почему она не здесь? Эта девушка отвлекает её даже тогда, когда гнев застилает глаза. Ричарда больше нет, как и Куприяновой. Сэм рычит, больше разумных фраз от неё не слышно. Софи еще раз пятится к стене, но лишь толкается в стол. От удара с него падает револьвер. Тот самый, что стащили у неё во время искусственной смерти. Видимо, его отправили Софи, как доказательство смерти дочери. Женщина испуганно хватает пистолет. Он прыгает у неё в руках. Она впервые держит оружие. Сэм даже не дёргается в своём ослепляющем желании мести. Расстояние между ними неумолимо сокращается. Софи едва снимает револьвер с предохранителя и взводит курок. Это выглядит так неуклюже в размазанной луже своей же мочи. Но выстрел звучит. Совсем не шумный среди перестрелок по всему курорту. Розитта вздрагивает. Пуля попадает Романовой в плечо и вылетает с другой стороны. Сэм кривится, но наконец добирается до матери. Она вырывает из её рук своё оружие и сразу же бьёт той по челюсти рукоятью. Слышен хруст и крик боли. Женщина поворачивается к ней со слезами и сломанной, отвисшей челюстью. Романова хватает её за волосы целой рукой и толкает на пол, придавливая ее тушку своим весом, а точнее ботинком. — Нужно было убить тебя ещё тогда вместе с твоим гадким муженьком и моим недоразвитым братишкой, шлюха, — Сэм плюет ей в разбитое лицо. Такая жалкая, плачущая и старая, её мать трясется и извивается под ней, но вес преступницы просто неподъёмный для неё. Романова достает свой нож, так же как и для всех предателей, её мать ждёт именно он. Девушка секунду смотрит на него, вспоминая Барри и жестокость Алекс к нему на арене, а затем, словно играя в дартс, вонзает лезвие прямо в глаз Софии. Широкое, оно разрывает глазницу и попадает в череп с другой стороны. Сэм будто бы купается в крови женщины. Она убирает ногу с груди еще тёплого трупа, будто ничего не случилось, и обрабатывает свои раны. Романова вернулась на свой трон, и об этом узнают все, особенно предатели... Через месяц всё в империи стало на места. Она стала больше и крепче, без кротов в ней, но Сэм знала, что чего-то не хватало. Кого-то. Виктор дал ниточку на то, что Алекс похитили. Рыжая стала завсегдатаем у Саландер. Эта хакерша, с которой они общались пару месяцев назад, теперь получала зарплату лишь за то, что искала Куприянову. Романова не сошла с ума. Её бизнес процветал, империя росла. Виктор тоже преуспевал. Он медленно, хоть и резковато, в своём эксцентричном стиле строил их авторитет, и вскоре свои люди появлялись в абсолютно разных сферах системы управления Америки. Парню так же не давали покоя с поиском Алекс. Когда он говорил с Сэм по телефону о делах банды, обязательным пунктом любой его миссии было спросить о том где Александра Куприянова. И, черт возьми, он выполнял приказ. Он мог просто заявиться в полицейский департамент, представиться и спрашивать о людях, которые ему интересны. Если ему не отвечали, он и его люди могли всех просто расстрелять. Виктор - наемный убийца. Ему это просто в кайф. На каждом допросе, что бы это ни было, Виктор перед убийством задавал один вопрос: "Что ты знаешь о Келлер?". Он и сам хотел найти эту девушку. Так как Сэм является его Боссом, парень проникся чувствами к русской, хоть у него всё ещё мог вставать от долгих флэшбэках с голой Алекс. Курорт принимал новых людей, как и клуб. Сэм скучала. Она была загнанным зверем без Алекс, злая и отчаянная, с Марго Саманта быстро развелась, рассказав о себе всю правду. И как бы испанка говорила, что ей плевать на бизнес Саманты, сама Сэм видеть Маргариту не хотела. Эта долгая история любви подошла к концу. В один из вечеров по жалкому совпадению это был год с их знакомства. Сидя в клубе и в очередной раз получая отчёт от Виктора по телефону, Романова закинулась своим же дизайнерским наркотиком, занюхала его коксом, добавила ксанакса для гарантии и запила доброй порцией виски. Сэм была полностью под кайфом. На какую-то жалкую секунду её мозг покинула мысль об Алекс. Виктор же говорил о том, что он наконец открыл им доступ к архивам ФБР, и что Саландер, которая уже давно с Виктором, сможет заняться ими. Сэм кивала, забывая, что парень не может её видеть, а затем ушла на танцпол, сбросив трубку. Тела вокруг горячие, сексуальные и потные. Они прижимаются друг к другу. Её же руки скользят по почти полностью открытым ягодицам. Она видит перед собой блондинку и сердце сжимается. Где носило эту чёртову идиотку? Сэм целует девушку перед собой. Она легко охмуряет её, руки смело бродят по коже. Романова даже не открывает глаз. Она не включает свет в номере, чтобы не потерять иллюзию присутствия Алекс. Но всё не так. Когда пальцы Сэм входят в эту девушку, совсем не те ощущения охватывают её. Чужие стоны звучат в её ушах. Сперва Романова заглушала их поцелуями. Стенки девушки сокращаются вокруг её пальцев, и это тоже не то. Грубый трах, но ужасный и такой механический. Сэм злится. Иллюзия нахуй разрушена. Эта блондинка не заменит ей Алекс. Никто не заменит. Она рычит и отходит от испуганной девушки. — Чтоб тебя, шлюха тупая, — Сэм хватается за волосы, полностью одетая, в отчаянии расхаживая в темноте под испуганный взгляд девчушки. Черт возможно ей даже нет восемнадцати, если приглядеться. Романова вновь рычит, хватает свою куртку и выходит из комнаты, а потом и из отеля. Она едет за город и стреляет по бутылкам, попивая бурбон. И там, за городом, в год их знакомства, Сэм позволяет себе пустить лишь одну одинокую слезу, осознавая для себя страшные вещи. _____________________ Спустя еще месяц кропотливой работы, Саландер, наконец, находит зацепку и Виктор не верит своим глазам. Сэм в эти же сутки прилетает в Бостон на частном самолёте. Правительство страны опасается её. Все кто против неё поджимают хвосты, но кто-то всё же посмел посягнуть на её "Королеву", теперь уже бесспорную. — Это моя сестра - Пэг и бывшая Алекс - Элеонор, — он кидает на стол две папки, — Документы дал мне «друг» из ФБР. Мы можем легко найти их и узнать где Куприянова. Потому что... — Вечно, вы идете этими кончеными дедовскими методами, — Саландер, которую переправили в Бостон пару месяцев назад, уже с отросшими смоляными корнями, такой же белой кожей и костлявостью всё ещё сидела за ноутом. Синяки под её глазами говорили о том, что Сэм вообще не давала отдохнуть девушке месяцами, — Я уже отследила их перемещения, как раз год ... назад. Виктор, как и Саландер были шокированы тем, сколько времени прошло. Романова же не изменилась в лице, возможно Алекс поняла бы по взгляду, что это отчаяние и надежда за стеной жестокости. — Ну, и куда, блять, ехать, это не ебучее телешоу, чтобы тянуть время, — возмутилась Сэм. Лиз вздрогнула. — Через сутки после пропажи Алекс они засветили номерами на канадской границе. После вместе они не выезжали из страны. Алекс где-то в Канаде. Виктор взволнованно зыркнул на Романову. Она уже собиралась. Как всегда пистолет, куртка, нож. Романова впрочем так же взяла рюкзак с одеждой Алекс. Потасканный от стольких стычек, где предположительно могла быть русская, заляпанный кровью, он уже вонял безнадежностью. Столько провалов, а Романова всё равно собирается в бой с неугасшей злобой. На этот раз и Виктор выравнивается, доставая телефон, чтобы собрать отряд. — Это психлечебница в Канаде, —удивляется хакер, — Тут даже есть личное дело на Кэтрин Лиддэ. На фото Алекс, я загрузила ее биометрию, чтобы найти совпадения, — девушка присматривается, — Очевидно, ей поменяли причёску в фотошопе, но явно Алекс? — чуть ли не дрожащим голосом говорит Элизабет, понимая, что сможет поспать. — Я еду туда, — говорит Сэм и поворачивается к Виктору, — А ты держи руку на пульсе той парочки. —Понял, Босс, — парень кивнул, хоть и хотел помочь Боссу, но у него тоже важная миссия. Он будет следить за тем, чтобы его сестра не помешала вызволению Алекс. ________________ Во внедорожнике с тонированными стеклами сидят четверо. Сэм на водительском не прячет признаков своего бандитизма. Она не снимает куртки, ведь таких нынче много. Рядом с ней за ноутбуком Саландер, тоже в кожанке, консультирует о том что и где находится. Она даёт ей и гарнитуру в ухо для постоянной связи. Сзади Хорхе и Карина – доверенные лица Виктора. Они - семейная пара, но действительно устрашающая. Смертельная смесь силы и скорости, разума и интуиции. Как Розитта и ее брат Зак. — Хорошо, — Сэм, застегивает рюкзак Алекс, пряча там запасные патроны, — Если услышите выстрелы, то вызывайте подмогу и уничтожайте нахуй это место, а ещё лучше как только я войду, предупредите снайперов стрелять по подозрительным. Будьте готовы к тому, что Виктор может не успеть убрать тех подружек до того как. Романова выходит. Она поправляет свою рубашку с красивым узором в японском стиле, ощупывает карманы и проверяет обе кобуры, нож пришлось снять. Удобнее перехватив увесистый рюкзак, Сэм зашла в больницу. Карина замазала её шрам, так чтобы эта приметная черта не бросалась к глаза. Отросшие вьющиеся волосы Сэм собрала в хвост. Она подошла к стойке регистрации и улыбнулась девушке: — Добрый день, я посетитель к Кэтрин Лиддэ, — лицо сёстры тут же побледнело, но Сэм лучезарно улыбнулась. Это значит, что она и правда здесь. Романова достает из кармана купюру в пятьсот евро. — К ней ведь можно сейчас пройти? Девушка за стойкой испуганно смотрит на Сэм. Та кивает на деньги, предлагая решить всё по тихому. У Сэм внутри всё кипит от желания выколоть этой дуре глаза и, возможно это отчётливо видно, но Алекс может быть в опасности и, пока они её не найдут, нужно быть осторожными. Сестра протягивает руку и быстро прячет купюру в халат. — Идите за мной, — она встаёт и на миг онемевших от страха ногах ведёт Сэм по коридору. Романова в предвкушении и ужасе. Ещё одного провала она, кажется, не выдержит. Спустившись в блок для самых опасных и агрессивных больных, они встали перед плотной дверью, какой-то камеры одиночки. Сэм сжимает лямку рюкзака Алекс в руке, слыша щелчки. Сестра не открывает дверь, пропуская в начале Романову, видимо, наученная опытом не сталкиваться лично с этой Кэтрин. Сэм в предвкушении. Сердце разрывается от наполнившей её надежды. Она распахивает стальные двери и перед ней предстаёт страшная картина: грязная комнатушка, с матрацем где-то в углу и небольшим унитазом, исписанные какой-то математикой стены и валяющееся на полу дистрофически худое тело с копной седых волос. Оно еле шевелится и что-то бурчит на русском. Дыхание перехватывает. Сэм поднимает руку к уху. — Тут, — срывающимся голосом говорит Романова, — Она здесь. — Я сообщу Виктору, что он может начать охоту за ФБРовскими шлюхами, — Саландер отключается, как и мозг Сэм, когда она делает шаг к Куприяновой. За ней захлопывается дверь. Идиотка сестра думает, что это каким либо образом поможет ей или кому-то ещё. Сэм вновь жмёт на кнопку и, не веря своим глазам, приказывает: — Можете начинать зачистку. Они не пошли на контакт. Начинается стрельба и крики. Убьют не только агентов Элли и Пэг, работников и больных тоже. Они отлично подготовились к захвату, но сейчас на это было похер. — Geliebte? — будто не веря своим глазам прошептала Сэм. Они обе сходили с ума друг без друга, и, наконец, это безумие кончилось.