Пять бесконечных мгновений

Яна крутилась перед зеркалом уже не первый час, то и дело что-то поправляя в своём внешнем виде. Золотое обтягивающее платье в пол цеплялось за плечи, открывало красивую грудь и имело разрез сбоку с одной стороны. Тёмные завитые волосы девушка собрала в замысловатую прическу на голове, оставив свисать две передние пряди. В общем, складывался образ, будто Яна воплощение Луны в человеческом обличии — абсолютно все, начиная туфлями на каблуке (ничего нового) и заканчивая тонкой стрелкой золотых блесточек поверх черных теней на веках. Единственное, что выделила луната, из этого золотого моря, были губы — девушка уже третий раз наводила их красной матовой помадой. Даже свисающие сережки, и те золотые. Селест сидела на ее кровати и смотрела на эту лунную принцессу (первый раз в жизни это не она, и она этому несказанно рада), и слушала ее причитания и упреки по поводу кривых рук то парикмахера, то визажистов, то еще кого-то. Она бегала из одного угла комнаты в другой (она еще и бегать может в этом платье и на таких каблуках), собираясь и громко стуча каблуками. — Не слишком ли большой акцент на груди? — спросила лунастра, хотя Серебрянская вечно так делает (пора уже привыкнуть). — Нет. — ответила Яна, — Если есть, что показать — надо показывать. А ты так и пойдешь в шортах? — Да, — спокойно ответила Святова, кидая взгляд в зеркало, в котором отражалась наряженная сестра и она в поношенных, затертых шортах и обычной футболке. — Нет, так не пойдет. — Серебрянская уперла руки в бока, цокая языком, — Если ты вдруг не знаешь, то я тебе скажу — там будет Алекс, который дышит к тебе так же неравнодушно, как и ты к нему. — Что? — лунастра вскинула брови и вскочила с кровати, пытаясь унять извержение вулкана в груди, — Ничего подобного! — Согласись, его темная сторона очень привлекательна, а его разъярённый вид притягивает, даже немного возбуждает. Не так ли, мм? — ухмыльнулась Яна и довольно посмотрела на раскрасневшуюся сестру, понимая, что попала в цель, помеченную красным кругом. — Что?! Нет! Заткнись! — попросила Селестина с пылающими щеками, приземляясь обратно на кровать. — Я поделюсь с тобой каким-нибудь своим платьем. — Нет, спасибо. — угрюмо сказала Святова и отвернулась к окну, представляя как на ней будет смотреться одно из слишком открытых и развратных платьев сестры. Яна хохотнула, прикрыв рот ладошкой. В голове тут же замелькали разные образы Святовой, в которых она должна выглядеть сногшибательно, но немного хуже самой Яны. — Дорогуша, ты не поняла. Это была не просьба или предложение. Это было утверждение. Можно даже сказать требование, — она подошла к сестре ближе, так что та смогла уловить сладкий, даже приторный (впрочем, как сама Яна и её речи), запах дорогих французских духов. — Ты не пойдёшь в таком виде и не будешь позориться там при всех, заодно позоря меня. — Тогда я вообще не пойду. — Селестина скрестила руки на груди и упрямо посмотрела на лунату, ясно давая понять, что у неё самые серьёзные намерения и она не шутит. — Милая, ты точно хорошо подумала? Просто там будет Алекс и я уверена, что он оценит твоё перевоплощение, — начала уговаривать её Яна, но видя, что метод пряника здесь не сработает, взялась за так называемый кнут. — Значит так: либо ты идёшь туда в платье и при полном параде со мной, как моя безликая сводная сестра, либо как астра, но в шортах. Выбирай. От такого резкого поворота событий и жесткого голоса девушки, Селест на мгновение потеряла все свое самообладание и даже пошатнулась. Она всегда думала, что Яна глупая девчонка, которую интересует только она сама, но сестра все больше продолжала ее удивлять, но никак не разочаровывать. Да, Серебрянская точно не дура, хоть она и смогла убедить в этом окружающих и прекрасно играет свою роль. Луната отошла от Селестины и подошла к небольшой закрытой двери у другой стены комнаты. Святова знала, что там Янина гардеробная, однако сама туда никогда не заходила. Луната открыла дверь и поманила пальцем Селест, мол, следуй за мной. Лунастра тяжело вздохнула и пошла за своей сестрой, которая уже скрылась в соседнем помещении. Зайдя внутрь у Селестины практически отвисла челюсть и перехватило дыхание, хотя такие вещи, как мода, ее никогда особо не интересовали. Несмотря на скромное убранство спальни и ее размер, гардеробная у сестры была огромная. Возможно, она была в два раза больше комнаты. Вся одежда была идеально разложена и развешена, обувь стояла на разных полочках, в зависимости от погоды и времени года, когда ее надевали, для разничных аксессуаров и украшений был отдельный маленький комодик. Посреди комнатки стоял круглый черный пуф, на который Яна показала взглядом, призывая сестру присесть, что та послушно и сделала. — Так-с, посмотрим, что тебе подойдёт. Может быть это? Хм, нет — слишком длинное. А может это? Тоже нет, — Серебрянская перебирала поочередно все свои платья, в полголоса комментирую их и объясняя, почему они не подходят. Когда все платья закончились, Яна отошла от шкафа и поставила руки в боки. Девушка явно была недовольна тем, что она ничего не выбрала для Святовой. Внезапно она полностью переменилась в лице, будто к ней снизошло озарение, а глаза радостно заблестели. Яна круто развернулась на каблуках и подошла к другому шкафу, в разы меньшему, чем предыдущий. После минуты поисков луната достала оттуда какое-то платье и приказала Селест его немедленно примерять. — Давай быстрее. Я хочу уже тебя в нем увидеть; уверена, оно тебе идеально подойдёт, — подгоняла ее сестра, но Селест все равно делала это максимально медленно — то ли на зло, то ли было некомфортно раздеваться перед сестрой. — Давай, не стесняйся. О, и лифчик тоже снимай, он не нужен к этому платью. Селест отвернулась и выполнила просьбу, проклиная то, что была настолько беззащитной перед Яной. Теперь девушка наоборот старалась одеться, как можно быстрее. Яна подошла сзади и потянула собачку, застегивая платье. — Ну вот, теперь покрутись. Да, я знала, что оно будто сделано для тебя, — луната была довольна своей находкой и чувствовала себя настоящим стилистом. — Кстати, у тебя красивая грудь. Советую тебе её не прятать. Такой внушающий размер нужно показывать. — У нас с тобой разные понятие о том, что нужно, а что нет, — немного грубо ответила Селест и решила перевести тему. — Откуда у тебя такое платье? — Я заказывала его на сайте и мне прислали не тот цвет. Оно должно было быть золотое, но, к счастью для тебя, они перепутали. Оставь себе, я его все равно носить не буду, а ты можешь. — Понятно, — коротко сказала девушка и подошла к одной из дверей шкафа, служившей зеркалом. В отражении она увидела красивую девушку в не менее красивом платье. Хотя большинство Яниной одежды вызывали у неё негативные эмоции, этот наряд ей очень нравился: прозрачное фатиновое платье с длинными, немного пышными рукавами; на нем были вышиты серебряные звёзды (удивительно, что не луны), а под прозрачной накидкой было сиреневое платье из цепкой непрозрачной ткани, служившее как подъюбник и держащееся на груди. Оно доставало чуть выше колен и создавало эффект легкости и воздушности, а тонкий серебряный пояс на талии идеально сочетался с серебряными туфельками на небольшом каблучке, которые добродушно одолжила Яна. — Превосходно. А теперь нужно привести в порядок твои волосы и личико. Пошли, это займёт много времени, — голос Яны выдернул Селест из омута своих мыслей и девушка тяжело вздохнула — самое сложное ещё впереди.

***

Тим напрочь отказывался узнавать себя: зачесанные волосы, рубашка с бабочкой, строгий чёрный пиджак с брюками и налакированные туфли запрятали в себе оборванного мальчишку с улицы. Он чувствовал себя некомфортно в этом костюме — уж слишком нарядно и серьезно выглядел парень. Единственное, что всегда неизменно оставалось при нем в любом образе — добродушные огоньки в глазах. Они и спасали парня от этой ужасно праздничной одежды, и мешали, потому что явно не шли в данной ситуации. И слишком выделялись, если приглядеться и вообще их заметить. «Это не я, это не я, это не я», — повторял себе парень, каждый раз кидая мимолетный, совсем не случайный взгляд в зеркало и снова возвращаясь к рисунку, — «И это всего лишь на один день». Он надеялся, что это его (хоть немного) успокоит и поможет пережить этот несносный выпускной, на который он идёт только ради Оли, за которой ещё, кстати, нужно зайти. Пытаясь отвлечься, он решил сосредоточиться на рисунке. Парень аккуратно выводил каждую линию и контуры, стараясь придать им более мягкую и красивую форму. Он рисовал девушку, чьи длинные волосы и лёгкое платье развивались по ветру, а из-за спины красовались два больших крыла. Ветер обдувал девушку так, что можно было рассмотреть изысканные и соблазнитеные черты её фигуры. Когда рисунок был готов, Тим выпрямился и довольно посмотрел на свою работу — получилось весьма правдоподобно. Казалось, что рисунок живой — ветер будто и вправду развевал волосы и одежду, а девушка была готова улететь на тяжелых, но прекрасных крыльях. Неожиданно, дверь резко распахнулась и в комнату влетел улыбающий от уха до уха Морж. Он подошёл почти в плотную к парню и долго изучал соскочившего со стула Князева, подавляя смешки и забывая каждую только что придуманную шутку, которая может и к месту, но совсем не под настроение Князева. — Отпадно выглядишь! — заявил он, падая на диван, — Все девчонки будут твоими. — Ага, конечно, — нахмурился Тим и стал собирать бумагу и карандаши. — Я бы лучше пошёл в джинсах, честно. — Так че не идешь? — Морж соскочил с дивана и подошел к столу. — Обещал Оле, — парень насупился еще больше. Неожиданно кудрявый вырвал из его рук недавний рисунок и оценивающе посмотрел на него. — Прикольно, только нужно было сделать платье откровенней, как у Серебрянской обычно. Князев скривился при упоминании о ней и тут же выхватил у друга работу и положил в папку к остальным его творениям. — Вечно ты со своими извращениями, — заявил он, убирая папку на место. — К слову о бабах, я ж не просто так к тебе пришёл, — Венька, будто опомнился и зачем-то полез в карман. — Я тут тебе кое-что принёс, по-братски. Сегодня же выпускной, так сказать, прощай детство — привет суровая взрослая жизнь. Ну, пока не такая уж и суровая, но не важно. Короче, держи. Он взял Тима за руку, перевернул ее ладонью к верху и положил две небольшие плоские квадратных упаковки с выпирающим в центре кругом. Князев мгновенно догадался, что это и для чего, поэтому его брови тут же поползли вверх, а глаза открылись шире — то ли от удивления, то ли он пытался убедиться, что ему не мерещится. Когда он понял, что все происходит в действительности, посмотрел на друга, как на идиота. — Зачем мне это? — единственный вопрос крутившийся в его голове. Он немного нервно сголтнул и уверенно посмотрел на друга, проклиная его за такую глупость. Венька, казалось, был весьма удивлён от такой реакции. — Вот те на, неужели тебе нужно объяснять? — Нет, я знаю зачем они нужны, я не знаю зачем они мне, — Тим все ещё был в легком шоке, что друг правда мог ему такое предложить. — Здрасьте. А с Олей ты идёшь просто так, за руки подержаться что ли? Пойми, первый шаг всегда должен быть со стороны мужчины, — Морж говорил это с таким важным видом, будто считал, что рассказывает ему какую-то вселеннскую мудрость, хотя сам Тим считал, что ему втирают какую-то дичь. — Морж, мне всего семнадцать, какой секс? — Во-первых, аж семнадцать. Такое даже в слух стыдно говорить, что парень в семнадцать все ещё девственник. А во-вторых, что здесь такого? Ты уже выпускник, все, шутки кончились, пора переставать быть маленьким мальчиком, а это — он указал взглядом на презервативы, — лучший способ это сделать. Поверь моему опыту. — Я их не возьму, — парень решительно посмотрел на него и хотел отдать их Веньке, но тот их не взял. — Бери. Лишними в любом случае не будут. Вдруг, тебе все-таки подфартит, а нет, то отдашь мне потом назад. — друг пожал плечами. Князев вздохнул и сунул эти злополучные контрацептивы в карман штанов, а потом подошёл к зеркалу. Он ещё раз посмотрел на себя и вздохнул, в отражении до сих пор знакомыми глазами на него смотрел неизвестный парень. — Ладно, возьму, но только, чтобы ты отстал.

***

Оля была шикарна. Она радостно улыбалась и гордо шла ему навстречу. Она поправила завитые рыжие волосы и несуществующие складки на платье из золотой ткани, под цвет ее волос. Тим аккуратно обнял ее за талию, будто боясь разрушить все это золото. Обычно разговорчивая девушка сейчас молчала и только оглядывалась по сторонам, заново изучая родной город. Князев до этого, перед зеркалом, несколько раз прокручивал в голове их разговор: несколько раз обдумывал что сказать и сделать, как правильно оценить ее наряд и прическу, но при виде девушки потерял дар речи. И, наверняка, долго стоял и тупо смотрел на нее перед тем, как обнять. Перед школьным крыльцом пестрили яркие, блестящие наряды девушек и мелькали строгие костюмы парней. Оля продолжала молчать и разглядывать людей вокруг. По лицу явно читалось восхищение, но Тим никак не разделял с ней этого. Мимо прошел одноклассник Леша под руку с девчонкой из параллельного класса. Оля неожиданно дернула его за рукав и указала на машину, откуда выходили наряженные люди. — Смотри какая Серебрянская красивая, и рядом с ней девушка тоже очень привлекательна, — восторженно заявила девушка. Но Князев только скривился: от, как всегда откровенного, наряда Серебрянской и от вышедшей за девушками компашки Волкова (о нет, что он тут вообще делает?). За ним, так же неизменно стояли Макси, Илек и Крыш. Волков приобнял за талию девушку, с которой Тим встречался на крыше несколько дней назад. Он близко наклонился к ее лицу и что-то шепнул, на что та в ответ только немного отвернула голову и смущенно улыбнулась. Алекс поцеловал ее в щеку и вся компания двинулась в сторону входа в школу. Никто из них даже не кинул мимолетного взгляда в его сторону. Оля долго провожала их восхищенным взглядом и только когда дверь за их спиной громко хлопнула она взглянула на Князева. Как ему показалось, оценивающе. — Пошли, — сказала она, введя его ко входу.

***

Яна, Селест и компания, что их сопровождала зашли в зал с легким оттенком пафоса (для Селест он был очень явным). Все присутствующие повернули головы в их стороны и начали пристально изучать: одни с интересом, другие с завистью. Это было действительно как в кино, не хватало только эпичной музыки откуда-то сзади. Только держалась их компания вместе не долго: Илья и Алекс сразу куда-то ушли (последний обещал, что вернётся и подмигнул Святовой), Макси пошла "клеить пацанов", как пояснила Яна, а девочки просто остались стоять вместе. — Ну, какие планы? — спросила луната, отпивая шампанское из бокала, который ей любезно подал какой-то парень. Впрочем, как и Селестине. — Да вот, думаю постоять возле стены, допить шампанское и пойти домой, — немного хмуро сказала девушка. Она все ещё была жутко недовольна от того, что ее насильно накрасили, нанесли сиреневые блесточки на веки, да ещё и накрутили волосы. — Да ладно тебе, не дуйся. Ты очень красивая, если не веришь — спроси Алекса, — подмигнула Яна, делая ещё один глоток. — Вот у меня планы гораздо интереснее. Видишь того красавчика с рыжими волосами? — она указала на высокого парня возле сцены, который непринуждённо болтал с другими ребятами, — Его, вроде, зовут Денис, он с параллели. Так вот, я собираюсь с ним переспать. От такого заявления Святова чуть не поперхнулась напитком. — Что? — она наконец проглотила содержимое во рту, — Тебе делать нечего? Ты ж его имя даже точно не знаешь! — Ну и что? — отмахнулась сестра, — Какая вообще разница. Я ж не замуж за него собралась, чего ты кипишуешь? Селестина на это только покачала головой. Смысла спорить с Яной не было: если она что-то задумала — ее не остановить. Поэтому девушка предпочла молча допить шампанское и не портить себе вечер. Тем более, из общей массы людей к ней шёл Алекс.

***

— Тим, ты достал! — воскликнула Оля, отталкивая от себя Князева, — Я с тобой сюда пришла не потому, что захотела посидеть в сторонке и посмотреть на твое безразличие. Девушка уже час с тех пор, как они пришли сюда, негодует по поводу настроения парня. Тим попытался схватить Ольгу за руку, но та резко отдернула ее, противно скривилась и развернулась, гордо выпрямив спину. Морж в голове Князева повторял десятый раз: какой же ты тупой. А ещё в памяти всплыли его слова, что первый шаг за ним и он пришёл сюда не за руку подержать Олю. Парень побежал за девушкой, влетая в толпу и разбиваясь об нее. Кто-то недовольно смотрел на него, кто-то продолжал игнорировать. Золото Оли уже растворилось, Тим только бесполезно продолжал всматриваться в чужие лица, но все тщетно. В гуще толпы его больно толкнули в плечо. Он сделал несколько шагов в сторону и врезался в стену. Парень в который раз раздраженно посмотрел на веселящийся класс и оттолкнулся от стены, собираясь уходить. — А ты ничего не потерял, большой мальчик? — Князев резко развернулся, чтобы почти столкнуться с наглой ухмылкой на лице Серебрянской. Она поймала его взгляд и опустила глаза вниз. Тим посмотрел на пол и почти был готов завыть, проклиная Моржа как только можно — на полу валялись два презерватива, которые перед выпускным ему насильно всучил друг. — Не маленький еще? — продолжала ухмыляться Яна. — Это не мое, — попытался оправдаться Тим, но увидев насмешливые хитрые глаза девушки понял, что ничего у него не вышло. — Я видела как они выпали из твоего кармана. — она указала пальцем с длинным ногтем в сторону кармана в брюках. — По-моему, они тебе не пригодятся, потому что даже Оля не согласится подарить себя такому, как ты. — Заткнись, — зло прорычал Тим и наклонился, чтобы поднять злополучные пакетики, Моржу он еще припомнит это. Но его опередили. Девушка проворно присела, длинные пальцы цепко схватили его за запястье и Яна первая схватила презервативы. — Их я заберу себе, разрешения даже спрашивать не буду, наверняка у отца украл, да? — она ухмыльнулась, отпустила Князева и уже собралась уходить, но Тим схватил ее чуть выше локтя, резко притянул к себе, развернул и наклонился к лицу девушки. — Забирай, на здоровье, только не смей гнать на меня. Эти презервативы мне нахуй не сдались, — парень сильно оттолкнул ее от себя. Яна опасно покачнулась на высоких каблуках и почти упала, если бы не стояший за ней парень, который ловко ее подхватил (откуда он там вообще взялся?). — Не удивлена, что они тебе не нужны! — Яна была зла до скрежета зубов, но пыталась сдерживать себя, как только могла, хотя получалось довольно плохо, несмотря на то, что в контролировании эмоций она профи, — Тебе, наверняка, их даже не на что надевать! — Закрой. Свой. Рот. — Тим бы сказал ещё что-то, но неожиданно кто-то схватил его сзади и оттолкнул подальше от Яны. Парень посмотрел на человека, чей толчок был не из слабых. Алекс перед ним сжимал кулаки и смотрел грозно и предостерегающе. Было видно, что его заботит вовсе не Яна и их перепалка, а просто бесит Князев. Рядом стояла та самая девушка с серебрянными волосами и поочередно переводила взгляд с Волкова на него, Тима, и Яну. — Алекс, спокойно, — попросила она, осторожно касаясь обеими руками его руки, разжимая кулак. — Я спокоен, Селест. Селест значит. Окей, запомним. Но сейчас Тим считал себя каким-то идиотом, который повелся на провокации такой, как Серебрянская. Он сейчас злился на Яну за ее тупые шутки, но больше он злился на себя. И сжимался от обиды на нее (как по-детски звучит) из-за упоминания об отце, который в разводе с матерью. И из-за того, что его обвинили в краже, даже такой маленькой. Тим толкнул Алекса, но тот даже не покачнулся, и направился к выходу на улицу, чтобы подышать свежим воздухом, а не липким, душным и противным. Просто прекрасный вечер, выпускной прям удался! Дверь за его спиной с грохотом захлопнулась.

***

Яна поправила немного растрепавшуюся прическу и посмотрела на презирвативы у себя в руке. Бесить Князева ей определенно нравилось, но сейчас она хотела заняться кое-чем другим. Парень, который ее поймал, продолжал придерживать девушку за локоть, смотрел обеспокоенно, но все равно оставался пьяным, как и все здесь. Это был тот самый красавчик, о котором ранее говорила девушка. Обрадовавшись своей удаче, Яна взяла его за руку и повела к двери, которая уже давным-давно на каждом выпускном была не просто маленькой, незаметной дверью, которая ведет в маленькую, незаметную комнатку. Яна что-то шептала ему на ухо, но слова никто из них не разбирал — громкая музыка била пульсами по всему телу. Как только они зашли, и дверь за ними тихо закрылась, Серебрянская тут же столкнулась с парнем губами, зарываясь в рыжие волосы. Не до конца понимающий происходящее парень теперь все осознал и начал стягивать с себя пиджак, а затем расстегивать молнию на платье лунаты. Им было жарко и возбуждение росло между ними с каждой секундой. Денис опустился к шее девушки, оставляя там яркие засосы, пока Яна судорожно, дрожащими, от предвкушения первого раза, пальцами, старалась растегнуть пуговицы на его рубашке. Все шло как нельзя лучше, парню явно это нравилось, да и Серебрянской не меньше. Она давно хотела сделать это, а сейчас момент просто шикарный. Однако девушка думала так, пока лямки платья не стали быстро съезжать вниз, оголяя грудь, к которой тут же припал парень. Неожиданно, в голове лунаты начался полный хаос, картинки и голоса стали смешиваться, руки начали трястись, голова кружиться, а воздуха дико не хватать. То, с каким аппетитом рыжий впивался в её тело, то как он бесцеремонно лапал ее везде, где только можно, усугубляло положение. Девушке казалось, что она маленькая беспомощная девочка, которая не может что-либо сделать и повлиять на ход событий. Руки тряслись еще сильнее, тело, будто парализовало, а нахлынувшее было возбуждение смыла огромная волна неконтролируемого страха. Яна попыталась справиться с мучительным приступом и кое-как оттолкнула от себя Дениса, все ещё трясущимися руками. Она сделала шаг назад, удерживая платье одной рукой. Девушка кинула пакетики с презервативами ему под ноги: — Забирай, — она быстро обратно натянула платье и попыталась застегнуть его — застежка дошла не до конца, — Извини, — ровно сказала луната (хотя ей хотелось биться в истерике) и выбежала из комнаты. У нее все так же сильно кружилась голова, руки продолжали дрожать от внезапно появившейся паники и Серебрянская мутным взглядом пыталась найти выход на улицу. Огромные двери школы были немного приоткрыты. Яна начала пробираться к ним, проходя через парочки, которые танцевали медляк, все резко мелькало перед глазами и бедная девушка не могла сориентироваться где она. Пару раз она налетала на людей, поспешно лепетала что-то вроде извинений и бежала дальше. Алекс с Селестиной стояли в углу, не привлекая внимания, лунат обнимал ее за талию и вел танец. Голову Святова положила ему на плечо, как и руки. Ей безумно нравилось проводить с ним время, это было так волшебно, мистически. Неизвестно сколько ещё они бы так протанцевали, если бы девушка не увидела убегающую Яну, за которой она тут же решила последовать, однако Волков ее удержал. — Ты куда? — Там Яна, — взволнованно ответила девушка, изучая двери, — Мне кажется с ней что-то не так. — Что с Яной может быть не так? — Алекс снова положил руки ей на талию, разворачивая к себе. — Я, все равно, волнуюсь, — ответила Селест, освобождаясь, — Я пойду за ней. — Мне пойти с тобой? — Алекс, с готовностью помочь, посмотрел ей в глаза. — Нет, не стоит. Мне кажется, ей сейчас не нужно много внимания, — мягко сказала девушка, а затем поцеловала его в щеку, поблагодарив за вечер. Распрощавшись с лунатом (черт, он действительно ей симпатичен), Селестина быстрым шагом пошла к двери, продолжая волноваться за Яну, которая напоминала маленького, запуганного котенка, который заблудился, но никак не гордую и дерзкую лунату Яну Серебрянскую. Девушка никак не могла придумать оправдание для такого несвойственного поведения сестры. Выйдя из школы, Селест сразу заметила её на другой стороне улицы. Луната сидела на обочине, сжимая в кулаках дорогую ткань платья и положив голову на колени. Селест подбежала к ней, села рядом, приобнимая за плечи. Серебрянская вся дрожала. — Яна, что случилось? — Селестина понимала, что от лунатов надо держаться на дистанции и вести себя с ними осторожно, потому что так учили с самого детства. Но сейчас они относятся к ней по-доброму, даже Яна, которая узнала, что она астра. К тому же, как сказала сама Яна, они сестры и ей действительно стоит ей помочь. — Наверное, просто паническая атака, — тихо ответила девушка, тяжело дыша. — Паническая атака? — переспросила Святова, хмуря брови. — Ты никогда про это не рассказывала, — осторожно продолжила Селест, прижимая Яну к себе и гладя ее по голове. — А это не обязательно знать всем, — резко ответила девушка. — Может, пойдем домой? — предложила лунастра. Яна кивнула, прикрывая глаза. — Я сейчас вызову такси, подожди. — Нет, не нужно. Я хочу прогуляться. Мне нужно подышать свежим воздухом, — уже не так громко и резко сказала Серебрянская. Лунастра только кивнула. Ей было искренне жаль девушку, но она даже не понимала, как можно ей помочь. Селестина помогла лунате встать и они вместе неспеша направились домой. Обе шли в полной тишине, каждая была занята своими мыслями. «Что ещё ты скрываешь, Яна Серебрянская?» — мысленно спросила Селест, но в голос так ничего и не сказала, продолжая придерживать Яну, помогая идти.